Шарф связанный тишиной. Фэдгары

Первые две недели их общения Фэнгу казалось, что он пробивает лбом кирпичную стену. Эдгар отвечал односложно, избегал зрительного контакта, а на предложения встретиться в реальной жизни отвечал вечным «посмотрим» или «занят». Но Фэнг упрямый. Упрямый и терпеливый. Он начал с малого: каждый день скидывал Эдгару смешные мемы про бравлеров. Потом присылал фото своего обеда с подписью «Без тебя не вкусно». Потом однажды вечером, когда Эдгар написал, что устал и «никому не нужен», Фэнг позвонил ему в три часа ночи. — Эй. Сказал он охрипшим со сна голосом. — Ты нужен..Мне, например. Ты нужен мне. В трубке долго молчали. — Ты ненормальный.Наконец выдохнул Эдгар. Но в голосе уже не было злости. Было что-то другое. Хрупкое. Настоящее. С этого звонка всё изменилось. Они начали созваниваться каждую ночь. Сначала на десять минут. Потом на час. Потом Фэнг засыпал с телефоном у уха, а Эдгар слушал его дыхание и боялся положить трубку. Они гуляли по пустынному парку после закрытия, когда уже горели фонари и никого не было. Эдгар наконец объяснил про шарф: «Мама связала. Её нет уже два года. Я не снимаю, потому что... это последнее, что от неё осталось». Фэнг не стал говорить «мне жаль» или «всё будет хорошо». Вместо этого он придвинулся ближе так, что их плечи соприкоснулись, и сказал: — Тогда позволь мне быть вторым, кому ты будешь доверять. Эдгар не ответил. Но в тот вечер впервые за долгое время улыбнулся по-настоящему.