Запретный Плод

– Ах, быстрее... Приглушенный тканью голос мужчины разбавил звук ритмичных шлепков в тихой комнате, умоляя и чуть ли не плача от получаемого удовольствия. Он упирался в подушку, чтобы не так явно вдыхать заполнивший спальню букет из ароматов. Феромоны сцепились друг с другом в ожесточённой схватке, соревнуясь и попутно сводя их обладателей с ума. Ким Докча всегда был другим. Являясь омегой, чей цикл невозможно было отследить, его собственные феромоны ощущались не менее агрессивно, чем у любого другого альфы. Как бы ни было странно, но именно это помогло им сблизиться. В то время, будучи лишь работником в игровой компании, назначенным на технический ремонт оборудования в момент кибер-турнира, он встретил мужчину, который ныне безудержно выбивал из него сладкие мольбы и стоны. Как неловко. Довольно продолжительное время Ю Джунхёк считал его альфой, с которым у них сложились крепкие дружеские отношения, не считая нескольких незначительных перепалок в виду ужасного характера первого. На время проведения мероприятия он ответственно выполнял свою работу, а после окончания их времяпровождение стало чем-то само собой разумеющимся. Настоящие компаньоны. Однако непредвиденная течка во время одной из таких посиделок, случившаяся аккурат в чужой гон, и их дружба была прервана, когда двое мужчин с ужасом проснулись в одной постели. В то время страх непредвиденного отцовства обуздал обоих, но того, несмотря на почти что стопроцентный шанс, не произошло. Помнится, Ю Джунхёк еще долго пытался доказать, что всё это было тщательно продуманным омежьим планом для получения денежной выгоды и воровства его чудесных генов. Ким Докча тогда, в лице «коварного омеги», не видел смысла что-либо объяснять, предложив разорвать общение. Каждый вернулся к своей жизни, сделав вид, что ничего не произошло. Впоследствии один конкретный геймер пожалел о своих словах, поняв, что бесповоротно влюбился, следя за ним денно и нощно, пока не был с позором разоблачен за этим занятием. Выпытать из него признание в чувствах было в разы сложнее, чем заслужить нынешнюю должность в компании. Невероятно упрямый. После череды неловких ситуаций они, тем не менее, вступили в отношения, которые продолжались до сих пор. Для Ким Докчи это был донельзя выигрышный итог, ведь Ю Джунхёк нравился ему еще до их знакомства. В то время он даже активно посещал стримы с его участием, донатил и втайне грезил о знакомстве. Конечно, никакого плана по воровству драгоценного семени и прочих ресурсов не было и в помине. Тот инцидент был лишь случайностью. В любом случае, может, и к лучшему, что всё произошло именно так. При других обстоятельствах в глазах Ю Джунхёка он бы продолжил быть другом-альфой, с которым вряд ли бы часто пересекался. Его руки были вжаты в подушку чужими, кожа которых огрубела от застарелых мозолей. Казалось, что те вовсе не соответствовали амплуа геймера, что в жизни не должны были держать ничего тяжелее игровой мыши, но его парень активно занимался спортом, что явно чувствовалось собственным телом, прижатым к упругим мышцам. Спина была в поту, стекающему к ягодичной впадинке, а плечо немного больно покусывали, шумно вдыхая запах, исходящий от тела. Оставленная временная метка тотчас начала зудеть. Такой уж был эффект от конфликтующих друг с другом феромонов. Нельзя было назвать это чем-то неприятным, скорее, странным. Осутствие партнёров до него не давало сравнить ощущения. Он лишь знал, что следующую неделю это место будет дразняще покалывать, напоминая о недавней близости. Ким Докча поджал пальцы ног, когда физически ощутил, что его партнёр достиг пика. Теплая жидкость заполнила нутро, а орган внутри привычным движением не дал ей вытечь, образуя сцепку. Сам же он лишь спустя несколько минут после окончания стимуляции почувствовал, как собственная сперма испачкала живот и простыни, находящиеся под ним. Боясь, что хрупкое эго его парня будет задето, он старался кончать быстрее него, но получалось не всегда. Хотя бы выходило бесшумно. Признаться, делай они это лицом к лицу, было бы приятнее и не так стыдно. Возможно, он бы с радостью и сам пометил любовника, но приходилось чем-то жертвовать, скрывая свои особенности. По истечении получаса они разъединились, давая ему долгожданную пустоту. Держать в себе жидкость было не слишком комфортно. После смены постельного белья, уже в полудрёме, он почувствовал, как чужие руки оплели талию, гладя мягкий живот. – Может, в этот раз выйдет?

***

– Не вышло. Мужчина держал использованный тест, хмурясь увиденной одинокой полоске. Над его головой почти что можно было увидеть наэлектризованную тучу, угрожавшую пройтись ливнем. Он уже представлял, как снова разочарует своего партнёра новостью. Тот снова предложит посещение врача, дюжину проверок и анализов. Благо, что он мог ходить по врачам самостоятельно, без участия интроверта, столь желавшего стать отцом. В общем и целом, Ким Докча сам виноват в происходящем. Некогда униженный обществом, он с малых лет принимал в себя тонны агрессивных подавителей, что сильно повлияло на развитие молодого организма. Как последствие: изменение природы феромонов, неудовлетворённость в постели, низкая фертильность и, возможно, последующее за ней бесплодие. В юношестве эти вещи не пугали его. Напротив, чувствовать себя поломанным омегой, вторичный пол которого даже врачи не могут установить без его лечебного амнезиса, было приятно. Телосложение также создавало впечатление, что смотришь на утончённого молодого альфу. Некогда переполняющая подростка ненависть к своему вторичному полу проявлялась и сейчас, в лице того, что на работе никто до сих пор не знал о его принадлежности к омегам, сплетничая о том, что он был бетой, притворяющимся альфой. Эта нелепица вызывала смех. Кто бы мог знать, что в свои двадцать восемь лет придётся жалеть о тех необдуманных действиях. Он просто не мог сказать Ю Джунхёку, что именно из-за его глупости они уже который раз не могут завести ребёнка. Сполоснув руки под напором холодной воды, он уже обдумывал, как в этот раз соскочить с темы. Выйдя из ванной комнаты и встретившись с мужчиной, чьи руки были скрещены на груди – плохое предчувствие заполнило сердце. – Что-то случилось? – Не хочешь объясниться? Взгляд невольно упал на журнальный столик, на котором лежали таблетки, наводящие на определённые мысли. Вот чёрт, где он их нашёл? Ким Докча неловко улыбнулся, пытаясь приобнять партнёра. – Всё вовсе не... Не успел мужчина договорить, как его прервали, уворачиваясь от нежного движения. Сам же просит объяснений, но не даёт их произнести. Ну что за человек. – Зачем ты их принимаешь?! – нахмуренный взгляд был полон возмущения, окрашенного искренней обидой. – Ты не знаешь о побочном действии? Неужели специально водишь меня за нос всё это время? И как объяснить этому незрелому взрослому, что подобные препараты нельзя бросить в один день, а лишь уменьшать дозу, доводя до нуля. В любом случае, последний год он к ним не прикасался. Но, рассказав это, придётся и про причину их принятия поведать, копая всё глубже и глубже в недра сознания нелюдимого Ким Докчи. Ну уж нет, он не готов к подобным разговорам. Стену безразличия к этой теме он выстраивал годами, скрываясь за ней. Можете написать свои претензии прямо на ней, он прочитает, но за стену пускать не намерен. Застарелый узел в сердце нельзя так просто развязать. – Давай поговорим позже? Я опаздываю на работу. Губы Ю Джунхёка поджались, без слов показывая бушующие внутри чувства. – Всё ясно. Что ему там ясно? Было определённо неясно. Проведя взглядом мужчину, что стремительно скрылся за запирающейся дверью, Ким Докча вздохнул. Разговор предстоит нелёгкий.

***

Однако, несмотря на ожидания, разговора не произошло. Вечер был тихим настолько, что пугал. Он нашёл оставленный на кухонном столе ужин – холодный, но, благодаря умелым рукам этого гуру кулинарии, всё еще невероятно вкусный. Зайдя в спальню, Ким Докча застал своего парня за компьютером, полностью погруженного в мир виртуальных развлечений. Тот довольно часто заседал в свою любимую игру – «Пути Выживания». В общем-то, именно благодаря этой игре они и познакомились, когда он случайно наткнулся на стрим по её прохождению. Вроде как, это был его третий забег. Не сосчитать, сколько раз Ю Джунхёк перепроходил её. Возможно, желая найти скрытую концовку и дополняющие её детали. Пасхалки, оставленные разработчиком. Но он всегда отвлекался даже от любимого занятия, стоило офисному планктону вернуться домой. Сегодня же даже не шелохнулся. Ложась в постель и ощущая явное одиночество от происходящего, Ким Докча размышлял, как сгладить углы, но ничего дельного на ум не приходило. В тупую извиняться, не дав какого-либо объяснения, было бы слишком самонадеянно. Сделать вид, что ничего не произошло? Они оба знают, что не смогут долго следовать этой тактике. Засыпая, он видел перед собой напряжённую спину упрямого мужчины. Что произойдёт, если у них ничего не выйдет? Неужели его бросят? «Что за отстой.»

***

Последующие несколько дней прошли в натянутой, почти что осязаемой своей липкостью тишине. Ю Джунхёк привычным образом готовил завтрак, ставя перед ним тарелку, а сам шёл есть перед компьютером. Ким Докча уходил на работу, а вечером так же одиноко ужинал. Неделя превратилась в замкнутый круг – почти что день сурка, и лучше бы так и продолжалось, но настал некогда желанный выходной. Весь день предполагал нахождение дома. Часы раздражали своим едва слышимым тиканьем, когда он пытался сообразить, чем заняться. Самостоятельно играть было не его любимым занятием, предпочитая смотреть, как это делают другие. Периодически он, конечно, играл со своим чересчур чувствительным парнем. Вместе они образовывали сильнейшую команду в любой многопользовательской игре. Увы, но сейчас предложить поиграть не получится. Даже находясь в другой комнате, он мог явно представить хмурый взгляд, который будет сопоставлен в ответ на предложение совместного досуга. Внезапный звонок от коллеги стал почти что спасательным кругом для выпавшего с корабля Ким Докчи. Схватив телефон и ответив настолько быстро, что коллега, чьи звонки всегда игнорировались, опешила. – Могу! Не думал, что скажу это, Суён, но ты спасла меня. Чрезмерно резкий ответ напугал девушку по ту сторону трубки, отчего той пришлось переспросить. – Всё хорошо у меня. Планы поменялись. – успокаивая свой голос, продолжил мужчина. – Расскажу при встрече, не раздражай. Домашняя одежда была молниеносно заменена на висевший в прихожей костюм. В завершении накинув белое пальто, Ким Докча чуть ли не пулей вылетел из гнетущей душу квартиры. Привычная дорога от дома до работы ничем не отличалась, но почему-то сегодня, сидя за рулём, его внимание привлекло одно старое здание. Выцветшая на стенах краска выглядела не слишком гостеприимно. Неожиданно для себя остановившись у его ворот, Ким Докча оглянулся, неуверенно заходя во двор. Храм, одиноко стоявший в окружении высотных зданий, выделялся из общей картины кипящего жизнью города. При обычных обстоятельствах, он бы никогда не зашёл в подобное место. Какая-либо религия была далека от его образа жизни, но тревожные мысли, следовавшие по пятам последнюю неделю, заставили неуверенно перешагнуть порог храма. Где-то в углу освещенного свечами храма слышалась тихо напеваемая мантра, а у алтаря стояли палочки благовоний, окружённые подношениями в виде фруктов. «Не знаю, к кому конкретно я обращаюсь, но мне нужна помощь. Так уж вышло, что у меня не получается забеременеть. Прошу, даруй нам с Ю Джунхёком ребёнка.» Желание было до ужаса неловким и глупым, отчего он посмеялся над собой в сердцах, думая, что его парень бы точно повертел пальцем у виска, застав его здесь, сидящего у пыльного алтаря и думающего о подобных бреднях. Оставив зажжённые благовония, мужчина так же быстро, как и зашёл, покинул пределы храма, с небольшим облегчением на сердце вернувшись к своим делам. Молитвенная мантра прервалась, когда читавший её человек поднял голову, удивлённо осматриваясь. Двери храма были плотно закрыты, не пуская в помещение даже мимолётного дуновения ветра, но все источники света в лице языков пламени от свечей, одновременно погасли. Он не знал, что только что ушедший посетитель пожелал в полупоклоне, но кто-то свыше определённо внял его мольбе.