Надежда на завтрашний день

      Они ждали. Минуту. Две. Десять. Время в этом проклятом особняке текло как-то иначе - медленно и тягуче. Как патока.       По тишине, царящей за дверью, невозможно было понять, ушла ли тварь, оставив их в покое. Или же она всё ещё где-то там - блуждает по коридорам третьего этажа, и ищет, ищет, ищет...       Скарамучча не отрывал взгляда от двери. Буравил так, словно одной силой мысли мог заставить её оставаться закрытой. Ладони сами сжались в кулаки - ногти впились в кожу, но боли он почти не почувствовал.       Что будет, если она откроется?       Мысль билась где-то на краю сознания, навязчивая и липкая. Парень представил, как дверь медленно скрипит, как в проёме появляется тот самый жуткий силуэт, как два чёрных провала находят их в темноте...       Скара зажмурился на секунду, отгоняя картинку, и снова уставился на дверь.       Сколько ещё им придётся так простоять? Час? Два? До рассвета? А в этом месте вообще бывает рассвет?       Постепенно тело начало неметь. Сначала пальцы ног, потом икры. В какой-то момент он почти перестал чувствовать собственные конечности. Невозможность пошевелиться становилась пыткой, но брюнет терпел, стиснув зубы. Лучше онемение, чем встреча с тварью, бродящей где-то за пределами комнаты.       Чужие руки всё так же крепко прижимали его к себе, хотя в целом в этом уже не было необходимости. Он далеко не дурак и, если его отпустят, не начнёт орать изо всех сил, извещая местный контингент об их местоположении.       Сейчас же Скарамучча не контролировал ситуацию и внутренне жутко с этого бесился. Он ненавидел это отвратительное чувство беспомощности, когда власть над происходящим находится не в его руках.       Но бесило его не только это.       Дыхание.       Ровное, пугающе спокойное, размеренное - оно ни разу не сбилось за всё время, пока они стояли здесь, прижавшись друг к другу в темноте. Ни единого дрожащего выдоха, ни намёка на панику. Складывалось впечатление, что этот человек не прятался сейчас от монстра в тёмной комнате, а сидел где-нибудь в кресле с книгой.       Сердце Скары колотилось в горле, готовое выскочить в любой момент. А спаситель дышал так, словно ничего особенного не происходило.       Словно ему нечего бояться.       Эта мысль царапнула сильнее, чем любые страхи. Острее, чем ногти, судорожно впивающиеся в ладони.       Почему? Почему он так спокоен? Он знает что-то, что не известно самому Скарамучче? Точно должен знать. Те, кому ничего не известно, так себя не ведут.       Может ему просто плевать, выживут они или нет? Хотя... нет. Пожалуй, нет. Если бы ему было наплевать, брюнет и сейчас бы носился по коридорам, пытаясь улизнуть от настырного мужчины в чёрном.       Значит, не плевать. Тогда что?       Скара лихорадочно перебирал варианты, стараясь не пропустить ни одного. Голова, несмотря на усталость и страх, работала на удивление чётко.       Вариант первый: он уже сталкивался с этой тварью. Знал, как она себя ведёт. Знал, чего ждать. И знал, что если сидеть тихо - есть шанс выжить.       Звучало вполне логично. Но почему-то не успокаивало.       Вариант второй: ему действительно нечего бояться. Потому что он сам - часть всего этого.       Мысль пришла и застряла, как заноза, от которой вроде бы и хочешь избавиться, но не можешь.       Вот чёрт.       Он представил, как вместо глаз появляются два чёрных провала, как рот искривляется в жуткой улыбке от уха до уха, как начинает поблескивать тот самый проклятый монокль...       Брюнет сглотнул, стараясь не дышать слишком глубоко. Рука, зажимающая рот, по-прежнему лежала неподвижно. Холодная. Обжигающе ледяная.       А что, если он ждёт? Если эта тварь за дверью - не главная угроза? Если настоящая опасность - вот она, прямо за спиной, дышит ровно и спокойно, удерживает, чтобы не сбежал?       Сердце заколотилось быстрее. Скарамучча незаметно напрягся, готовясь к рывку...       Бежать, вырываться, драться - всё, что угодно, лишь бы не стоять так покорно в руках того, кто может оказаться...       Ладонь, зажимающая рот, дрогнула.       Несильно. Едва заметно. Но Скара почувствовал.       А потом хватка обеих рук начала ослабевать.       Медленно. Осторожно. Словно незнакомец давал время привыкнуть к мысли - сейчас его отпустят.       Сначала ослабла хватка на талии. Скарамучча почувствовал, что может сделать вдох чуть глубже, чуть свободнее. Без риска сломать себе пару рёбер. Потом вторая рука чуть отодвинулась - уже не зажимала, не давая ему произнести ни слова, а просто касалась.       Дальше он ждать не стал.       Резко дёрнулся вперёд, высвобождаясь и отходя на пару шагов в сторону. Развернулся, крепко сжимая пальцы в кулаки и готовясь дать отпор, если это потребуется. Уставился в темноту, чтобы наконец увидеть того, кто недавно вырвал его из лап неминуемой смерти. Непонятно только - почему и зачем?       Уставился и... неожиданно для себя столкнулся с внимательным взглядом алых глаз.       Незнакомец просто стоял и просто смотрел на него. Не пытался ничего предпринять.       А Скара подавился гневным вздохом.       Человек, с которым он недавно стоял так близко, оказался очень бледным, почти прозрачным, платиновым блондином (альбинос, что ли?) чуть выше его самого. Ровесник, который, может быть, старше года на два-три, но явно не больше. Тонкие черты лица, острые скулы, и эти глаза - пронзительные и алые, как кровь - смотрели на него без страха, без паники, без какого-либо намёка на то, что его как-то волнует происходящее.       Но возмутило даже не это.       Окончательно лишил дара речи его длинный изящный палец, прижатый к губам.       Скарамучча, застыв, смотрел на этот палец. На то, как он касается губ - спокойно, почти лениво, будто незнакомец не приказывал ему заткнуться, а просто задумался о чём-то своём.       Он издевается?       Возмущение всё ещё плескалось где-то внутри, но пробиться наружу не могло.       И самое странное - брюнет сам не понимал, почему молчит.       То ли потому, что этот тип попросил (приказал? потребовал?) не шуметь. То ли потому, что происходящее настолько переклинило мозг, что у него просто закончились слова.       И всё же...       С каких это пор он стал таким послушным?       Ответа на этот вопрос не было.       Был только чёртов палец, перекрывший ему весь кислород, спокойные алые глаза, которые, казалось, смотрели куда-то вглубь него и гулкая тишина в собственной голове.       А потом что-то изменилось.       Скара даже не сразу понял, что именно. А когда понял - в голове что-то щёлкнуло.       Взгляд незнакомца дрогнул.       Короткое, почти неуловимое движение в сторону - зрачки дёрнулись, ресницы опустились и поднялись быстрее, чем нужно. И в них читалось такое откровенное "идиот...", обращённое к самому себе, что брюнет чуть не подавился смехом.       До него дошло.       Дошло, что они стоят в тёмной комнате и едва-едва различают силуэты друг друга. Что жест, который он так старательно показывал, ушёл в пустоту. В никуда, потому что нормальный человек просто не может видеть при таком освещении. Точнее при его полном отсутствии.       А Скара видел. Но говорить об этом, конечно же, не собирался.       Блондин замер на месте, досадуя и лихорадочно соображая, что делать. Палец так и застыл у губ - то ли забыл убрать, то ли не знал, куда его теперь деть.       Скарамучча же продолжал молчать.       Во-первых, потому что реально не собирался орать. Во-вторых... ну, интересно же, что этот чудак придумает дальше.       Тишина длилась ещё секунд пять.       Незнакомец, видимо, понял, что криков не будет. Напряжение в его плечах едва заметно спало. Он медленно опустил руку. И всё.       И в этот момент - брюнет готов был в этом поклясться - с него слетел весь этот дурацкий флёр таинственности.       Потому что стоял теперь перед ним не загадочный персонаж из кошмарного сна, а самый обыкновенный парень. Чуть бледнее обычного, с дурацкими алыми глазами и явно смущённый собственной глупостью.       Но это не продлилось долго. Блондин нервно переступил с ноги на ногу и как-то слишком быстро пришёл в себя. Потому что уже в следующую секунду протянул ему руку. Уже не к лицу, а вперёд, раскрытой ладонью вверх.       Скара отшатнулся. В груди полыхнуло таким бешенством, что на секунду потемнело в глазах.       Руку ему тянет? Как собаке? Да кто он вообще такой, чтобы...       И в этот момент он увидел невероятное.       Незнакомец закатил глаза.       Короткое, почти незаметное движение - но Скарамучча уловил его идеально. Так же идеально, как видел сейчас каждую проклятую чёрточку бледного лица, ведь темнота для него просто не существовала. Веки опустились и поднялись, взгляд на долю секунды ушёл вверх - и в этом жесте было столько усталого раздражения, что парень на мгновение растерялся.       Этот человек... вёл себя до жути непоследовательно. То спокойный, будто ему плевать на всё, что с ними происходит. То растерянно-нелепый, показывающий дурацкие жесты куда-то в пустоту. То раздражённый, как сейчас. Этот тип втащил его в комнату, зажимал рот, а теперь закатывает глаза, потому что Скара тупит, а он...       ...просто устал. И его бесит, что парень напротив не понимает очевидного.       А потом незнакомец шагнул вперёд.       Скарамучча видел это движение. Видел, как напряглись мышцы ног, как корпус подался вперёд, как рука потянулась к нему. Он ВИДЕЛ - и всё равно не успел ничего сделать. Потому что это было слишком быстро, слишком уверенно, слишком...       Пальцы сомкнулись на запястье его правой руки, которую притянули к себе, перехватив поудобнее, развернули ладонью вверх и начали водить по ней указательным пальцем.       Брюнет искренне перестал понимать, чего от него хотят, и завис окончательно, недоумённо глядя, как на его коже прикосновениями выписывают непонятный узор.       Стоп.       Выписывают?       Буквы?       Он присмотрелся повнимательнее.       Кружок, две палочки, снова кружок, две параллельные линии с перекладиной, линия с полукругом на конце, пауза. И снова...

О-Г-О-Н-Ь

      Блондин трижды написал слово огонь и замер в ожидании. Скара смотрел на свою ладонь, на которой всё ещё горели следы от касаний, и пытался сообразить.       Зачем ему огонь?       Мысль заскакала, заметалась, распугивая прочие, зацепилась за что-то и потащила за собой цепочку рассуждений.       Огонь. В этом чёртовом особняке, где темно, холодно и бродит монстр... огонь - это свет. Это тепло. Это защита? Может, тварь боится огня? Или...       Может быть это выход?       Впрочем, сейчас неважно. Он вспомнил кое-что другое. Комната, куда он собирался изначально. Там был камин.       Если этому типу нужен огонь, то проще всего пойти туда.       Брюнет уже почти решился показать незнакомцу дорогу, как в сердце зародилось неприятное чувство. Наверное, это была параноя, тщательно взращиваемая и лелеемая его любимой тётушкой.       Стоит ли вообще его туда вести?       Комната была единственным местом, которое Скарамучча успел худо-бедно изучить. Тащить туда странного блондина - всё равно что добровольно отдавать свой последний козырь. С какой стати? Брюнет ничего о нём не знает: ни кто он, ни зачем здесь, ни почему так комфортно себя чувствует в этом чёртовом месте.       Но следом сразу же проснулась совесть. Тягуче-липкая, совершенно ненужная в их ситуации, царапающая изнутри, как тысячи злых кошек.       Этот парень его спас.       Буквально увёл из-под носа местной твари. Если бы не он, Скара бы сейчас не стоял здесь, размышляя о доверии. Его, возможно, уже просто не было бы.       Скарамучча скривился от этих внутренних метаний. Хотелось побиться головой об стену, хорошенько выругаться и заставить уже, наконец-то, это противное ноющее чувство в груди заткнуться. Потому что он ненавидел чувствовать себя обязанным.       Но даже так, факт останется фактом: незнакомец уже рискнул ради него. Наверняка с какими-то скрытыми мотивами, но рискнул. А значит, и ему нужно рискнуть в ответ.       Он покажет комнату. А там уже решит, что делать дальше.       Ну и ещё у него была другая причина показать именно её.       Эта причина сейчас преспокойненько покоилась в кармане его штанов.       Спички. Те самые, которые он сунул просто, чтобы были. Потому что могут пригодиться в будущем. Но он же не знал, что это будущее настанет так скоро.       В общем, блондину знать о них совсем не обязательно.       Скара кивнул, чтобы показать, что всё понял. Потом замер и чуть не выругался.       Только что он совершил ту же самую глупость, что и этот тип несколько минут назад - забыл про темноту.       Скарамучча почувствовал, как уши загорелись от дурацкой неловкости. Привык. Привык, что темнота для него - не помеха, и забыл, что для остальных это... ну, темнота.       Ну что ж... Зато теперь они квиты.       Он сжал руку незнакомца, привлекая внимание, и потянул его за собой в сторону двери. И уже рядом с ней остановился, прислушиваясь, хотя понимал, что толку от этого никакого.       Тишина. Такая густая, что закладывало уши. Ни шагов, ни скрипов, ни дыхания монстра за стеной. Только собственное сердце колотится где-то в горле.       Парень медленно, стараясь не скрипнуть, приоткрыл дверь и выглянул в коридор.       Пусто.       Тени лежали вдоль стен, сгущались в углах, но ни одна из них не шевелилась. Скара выдохнул - и тут же замер, прислушиваясь к себе. Нет, пока рано расслабляться.       Нужная ему дверь была всего через пару комнат в стене напротив.       Десять шагов. Максимум пятнадцать.       Он отпустил чужую холодную ладонь и шагнул в коридор.       Даже не обернулся проверить, идут за ним или нет. Не его проблемы. Хочет - пусть идёт, не хочет - тогда остаётся. Скатертью дорожка.       Быстро, но беззвучно Скарамучча скользнул по коридору. Ноги сами находили места, где половицы не скрипят. Пять шагов. Десять. Дверь.       Открылась легко, без звука. Также, как и когда он впервые из неё вышел.       Стоило на секунду замешкаться на пороге, вспоминая о тяжёлом металлическом привкусе, как за спиной послышался лёгкий шорох шагов.       Всё же идёт. Ну и ладно.       За время его отсутствия здесь ничего не изменилось. Камин всё также потрескивал, часы тикали, шторы закрывали окно со странным живым туманом. И жуткий дневник лежал там же, где упал - полураскрытым, на полу.       Будто никуда и не уходил.       Скара поморщился и быстрым шагом прошёл вглубь комнаты. Нужно держать себя в руках. И больше не реагировать как нервная впечатлительная девица. Что он, мало крови в жизни видел?       Парень нагнулся, подобрал и закрыл книгу. И сразу же обернулся, чтобы увидеть, как незнакомец замешкался в дверях, одними глазами оценивая окружающую обстановку. В свете камина его платиновые волосы и бледная кожа отливали тёплым золотом, из-за чего он стал чуточку меньше походить на призрака.       Закончив осматриваться, блондин перевёл взгляд на Скару, который был готов к тому, что его будут рассматривать. Но он не был готов к тому, с каким странным, пугающим вниманием это будет сделано.       Алые глаза впились в его лицо - Скарамучча почти физически почувствовал, как они медленно, въедливо скользят по каждой чёрточке, не упуская ни единой детали. Незнакомец буквально буравил его взглядом - пристально, не мигая, будто пытался разглядеть что-то, скрытое от других. По спине пробежал холодок.       Чего он так уставился?       - Заходи уже, - буркнул брюнет, ёжась под тяжестью чужого, какого-то нездорового любопытства. - Или ты там ночевать собрался?       Тот будто очнулся и переступил порог. Не глядя, закрыл дверь и немного отошёл от неё в сторону, не поворачиваясь к Скаре спиной и не отводя от него огоньков глаз.       Парень окончательно перестал что-либо понимать. Складывалось впечатление, что спаситель его не то, чтобы боится, но точно опасается. И это не укладывалось ни в один из придуманных им ранее сценариев.       - Что это? - спросил блондин, кивая на дневник. Голос в отличие от действий напряжения не выдавал.       Вообще Скара не собирался язвить. Но этот тип настолько его бесил, что слова вылетали раньше, чем он успевал их обдумать. И сейчас, глядя в эти алые глаза, парень в очередной раз подумал, что этот блондин ужасно, просто бесяче непоследовательный.       С такими людьми Скарамучча всегда чувствовал себя неуютно. Потому что никогда не мог понять, что такой человек может выкинуть в следующую секунду. Сегодня он его спас, а завтра? Подставит под удар? Обманет? Втянет в сомнительные дела?       Вдвойне бесило и то, что незнакомец вытворял прямо сейчас. Потому что этот человек не боялся монстра. Совсем. Вёл себя так, будто тварь за дверью - досадная помеха, не более. Но при этом Скару он опасался. И смотрел так, будто стоит только брюнету неправильно шевельнуться и он рванёт отсюда куда подальше. Будто Скарамучча сейчас опаснее любой твари, затерявшейся где-то там, в коридорах.       - Книга, - ответил парень и, приподняв дневник, слегка помахал им в воздухе, демонстрируя очевидное. - Сам не видишь, что ли?       Блондин на подколку не ответил. Даже бровью не повёл. Просто стоял и всё так же пытался высмотреть что-то у Скары на лице. И только потом, спустя долгие секунды, перевёл взгляд на дневник.       Скарамучча напрягся, ожидая очередного вопроса про книгу, но тот спросил о другом:       - Как ты здесь оказался?       Вопрос был прямым и слишком личным. И особого желания отвечать на него не нашлось.       - А ты? - с вызовом бросил он в ответ. Стало интересно, когда блондину надоест эта глупая игра в гляделки.       - Я первым спросил.       - А я не отвечаю на вопросы незнакомцев, которые лезут не в своё дело.       Помолчали.       Скара ждал, пока тот скажет что-нибудь ещё - огрызнётся, надавит или начнёт торговаться. Незнакомец же что-то напряжённо обдумывал. Очень сосредоточенно. И крайне долго. А потом коротко хмыкнул, будто принимая правила игры, и представился:       - Томо.       Скарамучча поморщился. Было очевидно, что ему соврали. Слишком короткое и слишком не его. Значит, это либо не часто используемая краткая форма, либо вообще чужое имя.       - Дзуши, - бросил он в ответ. Тоже не совсем его имя.       Оба сделали вид, что поверили.       - Так как ты здесь оказался? - повторил блондин.       Скара скрестил руки на груди.       - Тебе какая разница. Мы не в гостях, чтобы обмениваться любезностями.       - Мы в одной лодке, - спокойно заметил Томо. - Или ты предпочитаешь действовать в одиночку? Я, в принципе, не против.       - Я и так действовал в одиночку, - огрызнулся брюнет. - Пока ты не влез.       - Влез? - он усмехнулся. - Ты просто бегал по этажу и привлекал к себе ненужное внимание.       Скарамучча замолчал. Правда неприятно кольнула по самолюбию. Не поспоришь.       - Ладно, - недовольно буркнул он, отводя взгляд. - Очнулся здесь. Не знаю где, не знаю, как сюда попал. Всё.       Томо ему не поверил.       - А до этого? Что было до того, как ты очнулся?       Брюнет нахмурился. Вопросы ему не нравились.       - Не помню. Не умею, знаешь ли, думать в отключке.       Под маской колкости была скрыта полуправда. Скара помнил достаточно, чтобы понять: его вырубили и притащили сюда. Но вдаваться в подробности не хотел.       Блондин прищурился. Несколько секунд смотрел на Скарамуччу так, будто пытался решить, стоит ли давить дальше. Потом хмыкнул и, кажется, решил оставить эту тему.       - Тогда другой вопрос, - начал он. - Ты...       - Давай сразу договоримся, - не дослушав, перебил его Скара.       Томо замолчал и выжидающе приподнял бровь. Брюнет, поняв, что его слушают, продолжил:       - Очевидно, что мы оба хотим отсюда выбраться. И оба понимаем, что шансов сделать это в одиночку маловато. Предлагаю так: я не лезу в твои дела, ты не лезешь в мои. Если вижу опасность - предупреждаю. Если ты видишь - предупреждаешь. Делимся тем, что узнали про этот дом. Пока не найдём выход, держимся вместе. Согласен?       Блондин помолчал несколько секунд, разглядывая его с каким-то новым выражением на бледном лице, а потом кивнул.       - Идёт.       И сразу же, будто бы спохватившись, добавил:       - Только учти: я тебе не доверяю. И спас только потому, что меня бы совесть замучила, если бы ты из-за меня коньки отбросил.       - Взаимно, - хмыкнул Скарамучча. Он и так никогда особо доверчивым не был. А уж теперь, после похищения, и подавно. Выберется, найдёт Тарта и начистит его наглую физиономию. Чтобы больше не втягивал его ни в какие сомнительные мероприятия. Вольно или невольно.       Томо, наконец, отвернулся. Отошёл к стене и начал сосредоточенно водить пальцами по обоям, прощупывая стыки и углы. Скара проводил его взглядом и развернулся к столу.       Он ведь тоже собирался ещё раз осмотреть комнату. Как следует, не спеша. И начать решил с того, что уже привлекало его внимание.       В прошлый раз парень только мельком осмотрел ящики, дёрнул для проверки несколько раз и оставил в покое, решив не тратить время на бесполезные усилия. Теперь же он наклонился, ещё раз внимательно осмотрел замки и с силой потянул верхний ящик.       Ничего.       Второй - то же самое. Третий. Четвёртый. Бесполезно.       - Да чтоб тебя, - процедил Скарамучча сквозь зубы и с досады пнул ножку стола.       Дерево глухо стукнуло, но ящики даже не шелохнулись.       Брюнет пару раз стукнул по крышке стола сжатыми в кулак пальцами, выплёскивая накопившееся раздражение и одновременно прислушиваясь к раздающемуся звуку.       Глухо. Потайных отделений нет.       Скара выдохнул, успокаиваясь, и только тогда вспомнил, что в комнате не один.       Обернулся. Томо замер у стены, настороженно глядя на него. Будто не знал, чего ожидать от психа, который только что колотил мебель.       Скарамучча сделал к нему пару шагов.       Блондин дёрнулся и шагнул назад, упираясь спиной в стену и, кажется, готовясь защищаться. В глазах так и читалось: "Нафига я вообще связался с этим ненормальным?"       - У тебя шпильки случайно нет? - спросил Скара, закатывая глаза. Кто кого боится вообще? - Или чего-нибудь такого, чем ящики можно открыть.       Горе-спаситель растерянно замер. А в алых глазах читалось такое искреннее недоумение, что брюнету стало смешно с самого себя. Зато бояться бывшего загадочного незнакомца он точно перестал.       - Нет... - наконец сказал Томо, чуть-чуть расслабившись.       - Понятно, - Скарамучча отвернулся и прошёл мимо него к тумбочке, перестав обращать внимание на чужую дёрганность. Не его дело в конце концов.       Где-то внутри этого маленького предмета мебели лежала странная монета, которую он мельком отметил, когда в первый раз осматривался в комнате. Скара запустил руку в тумбочку и, нащупав холодный металл, сжал в руке.       Вроде бы обычная монета. Да, старая. Да, тёмная. Да, с символами, которых он не понимал. Но интуиция вопила, что что-то с ней не так. Парень повертел её в пальцах, разглядывая со всех сторон.       - Эй, - позвал Скарамучча, не глядя на блондина. - Ты такое когда-нибудь видел?       Томо подошёл ближе. Взял монету, повертел так же, как Скара, рассматривая символы. Потом протянул её обратно и покачал головой.       - Нет.       Он спрятал монету в карман. Блондин не врал, но явно чего-то недоговаривал.       Или показалось?       Покосился на него, оценивая. Томо (или не Томо? Как там его на самом деле?) уже закончил со стеной и теперь завис у часов. Стоял, сильно напрягая спину и плечи. То ли всё ещё боялся поворачиваться к нему спиной, то ли нервничал, потому что не хотел отвечать на неудобные вопросы. То ли всё сразу.       Ладно, не суть. Потом разберётся.       Скарамучча двинулся дальше. В углу комнаты, вдоль стены, стоял ещё не осмотренный, набитый книгами шкаф. Он протянул руку и провёл пальцами по старым, потрёпанным и пыльным корешкам. Пробежался глазами по названиям и потянул к себе одну из них.       - Это бесполезно, - раздалось со стороны.       Скара сжал томик в руках и повернул голову.       Томо всё так же стоял у часов, но смотрел теперь прямо на него. В свете камина его лицо казалось почти безразличным (успокоился, что ли? быстро он), но в глазах плясали недоумённые огоньки.       - Тебе какая разница? - спросил брюнет, насмешливо приподнимая брови. - Мне надо, я делаю.       - Делай, - блондин пожал плечами и вернулся к разглядыванию часов. - Просто предупреждаю: толку от этого ноль.       Скарамучча фыркнул и отвернулся, сосредотачиваясь на бумажном богатстве перед собой. Раскрыл первую книгу. Пролистал. Ничего. Убрал обратно. Достал вторую. Затем третью.       Строчки мелькали перед глазами - какие-то записи об исследованиях, цифры, имена... Ничего понятного. Через пару минут он захлопнул последнюю и аккуратно поставил её на полку.       - Я же говорил, - Томо тихо прокомментировал его недовольный вид.       Скара промолчал. Но внутри опять начал закипать.       - Закончил? - О нет, это была не улыбка. Это был оскал.       Ему медленно кивнули, соглашаясь, и опять напряглись. Бесит.       - Тогда скажи-ка мне вот что, пока мы не ушли. Эта человекообразная тварь боится огня? Ты поэтому искал комнату с камином?       - Боится, - осторожно согласился Томо. И, подумав, добавил. - По крайней мере, в прошлый раз боялась.       - Отлично, - Скара отошёл к камину и стащил с него плохо различимый для второго парня, изогнутый предмет. Металл тускло блеснул в свете огня.       Он развернулся и мстительно сунул в руки блондину тяжеленный бронзовый подсвечник. Томо едва не выронил его прямо себе на ногу, но успел вовремя перехватить и удивлённо вытаращился на воинственно настроенного брюнета.       - Тогда ты тащишь наше средство самозащиты, - сказал тот в ответ на чужое удивление и, не давая опомниться, задал следующий вопрос. - Куда идём? Вверх или вниз?       Парень перехватил подсвечник поудобнее, всё ещё глядя на Скару с недоумением.       - Вниз, - сказал он в итоге. - Четвёртый этаж я уже осмотрел. Третий тоже почти полностью обошёл. Нам нужно на второй.       - Почему? - Скарамучча прищурился, пытливо уставившись прямо в его упрямые алые глаза.       Томо не выдержал первым и отвёл взгляд в сторону.       - Там должна быть библиотека, - неуверенно начал он. - В таких местах иногда есть подсказки. Или ключи. Или выход. Я не знаю точно, но это единственное, что я не успел проверить.       Скара выжидающе смотрел на него ещё несколько секунд, но Томо не собирался продолжать.       - Ладно, - уронил он в темноту перед собой, скорее согласуясь сам с собой, а не соглашаясь с увиливающим и недоговаривающим, слишком много знающим для простого обывателя блондином.       Скарамучча развернул Томо за плечи и принялся подталкивать его к двери. Тот, видимо, в конец опешил, потому что забыл, что чего-то там опасается и вообще ведёт себя настороженно-недоверчиво, и позволил брюнету дотолкать себя почти до самой двери.       - На выход.       - Но...       - Пошевеливайся.       Блондин, извернувшись, посмотрел на него, понял, что спорить сейчас бесполезно и тяжело вздохнул, смирившись с тем, что даже слова ему сейчас вставить не дадут. Сам открыл дверь и выскользнул наружу. Скара задержался на пороге, окинул комнату взглядом в последний раз и направился следом, надеясь, что больше они сюда не вернутся. ***       До библиотеки добрались без приключений. Ну, почти.       По дороге они попытались заглянуть в несколько комнат - если совсем уж точно, то такие попытки предпринимал Скара. Томо же то хватал его за руку, не давая открыть дверь, то мотал головой и буквально протаскивал мимо, не объясняя причин, то крутил пальцем у виска, безмолвно выражая своё отношение к подобным задумкам. В одну из комнат блондин всё же позволил зайти, однако сам заглянул мельком и сразу вышел, так ничего и не сказав.       Скарамучча не понимал, что происходит. Почему одни комнаты осматривать можно, а другие - нет? И почему блондин вообще решает, куда им можно, а куда нельзя?       Вопросы остались без ответов. Скара не спрашивал, а Томо молчал, явно не планируя раскрывать секреты собственных методов. Да и не был он обязан перед ним отчитываться.       Библиотека встретила запахом старой бумаги, хлопьями пыли на полу и всепоглощающей тишиной. Высокие стеллажи разбегались в разные стороны, образуя бесконечный лабиринт, уходили вверх, теряясь в темноте под потолком, давили на каждого, кто осмелился вступить под своды храма мудрости, не получив приглашения.       Здесь было удивительно светло. Во всех остальных местах, где им довелось побывать, царил либо мрак, либо тягучий полумрак, который разбавляли то редкие языки пламени, то бледный, почти призрачный свет, сочившийся из фальшивых окон от вечно клубящегося за ними серебристого тумана. А тут ничего подобного не наблюдалось.       Свет не имел ни источника, ни цвета - он просто был, разлитый в пространстве, будто бы сам воздух, отринув все известные законы физики, вдруг начал светиться изнутри. Тени ложились на пол неестественно-ровными, карикатурно-чёткими пятнами, без привычной дрожи и мягкого размытия по краям. Словно их кто-то нарисовал, чтобы это место казалось нормальным, но в итоге добился противоположного эффекта.       Глаза неприятно заныли, стоило только открыть дверь и сделать пару шагов внутрь. Скара зажмурился и потёр веки.       Перетерпеть, нужно просто перетерпеть.       Как только боль утихла, парень огляделся, чтобы понять, куда им предстоит двигаться дальше.       - Мда... Здесь проще потеряться, чем что-либо найти. Как хотя бы выглядят эти твои подсказки? - шёпотом спросил он, разворачиваясь к блондину, который зашёл следом, и теперь (уже как-то даже привычно) молчал у него за спиной.       И офигел.       Томо не было.       Дверь, через которую они вошли, всё ещё была приоткрыта, но за ней никого. Пустой коридор, никакого движения, никакого бледного блондина с подсвечником наперевес.       - Томо? - тихо позвал брюнет, пытаясь понять, куда тот подевался.       Никто не ответил.       Скара выругался про себя. Ещё минуту назад шли рядом - и вот его уже нет. Исчез. Испарился. Как сквозь землю провалился.       Вот же ж...       Он ещё раз окинул взглядом библиотеку. Стеллажи, парочка столов, лестница, уходящая на второй ярус, вдалеке. Тусклое освещение, тени и тишина. Тварь могла прятаться где угодно. А Томо - тем более.       Если блондин решил таким оригинальным способом его кинуть, пусть даже не надеется. Скарамучча его найдёт и доступно объяснит, почему так делать не следует.       Парень двинулся вглубь, всматриваясь в каждый проход и заглядывая за каждый угол. Пришли, что называется, искать подсказки, а в итоге он вынужден бегать и искать непонятно куда подевавшегося горе-напарника. Блеск.       Стеллажи тянулись бесконечными однообразными рядами. Скара старался держаться прямо и запоминать ориентиры: стол с чернильницей, лестница на второй ярус, ещё один стол, на этот раз пустой...       На десятом повороте брюнет начал сбиваться. На пятнадцатом понял, что самостоятельно дорогу назад не найдёт. Ещё через пару поворотов в голове плотно засело понимание - либо Томо реально испарился и тогда он выглядит как идиот, который ничегошеньки не способен сделать без чужой помощи, либо ему пора ехать в чрезвычайно милое заведение с жёлтыми стенами, потому что допрыгался и теперь ему мерещится всякое...       Краем глаза Скарамучча заметил, как в проходе справа мелькнуло что-то светлое. Парень пригляделся, пытаясь разобраться, показалось ему или нет, и медленно двинулся в ту сторону.       И конечно же он совсем не ожидал, что ему снова зажмут рот рукой и, перехватив за талию, рывком утащат в боковой проход. И если в первый раз Скара был уверен, что такой манёвр провернуть с ним получилось только потому, что он в тот момент сконцентрировался на том, чтобы как можно скорее унести ноги от непонятной человекообразной хренотени, то теперь ему в своё оправдание сказать было нечего. Расслабился.       Выдираться из чужой хватки в этот раз Скара не стал, так как почувствовал острое дежавю. Ну и потому что сразу же догадался, кто так бесцеремонно выкрал его с проложенного маршрута.       Томо тащил его за собой, не говоря ни слова. Молча, быстро и почти бесшумно. Ноги скользили по пыльному полу, плечи то и дело задевали книжные полки, где-то сверху раздавался тихий шорох - то ли мыши (они, интересно, вообще здесь водятся?), то ли осыпалась старая штукатурка.       Скарамучча старался не спотыкаться, но идти спиной вперёд было неудобно - парень не видел куда наступает. Стоило только на секунду об этом задуматься, как он сразу же запутался в ногах и едва не полетел куда-то вниз. Благо блондин был на порядок устойчивее и они не повалились на пол как костяшки домино. Спина на мгновение прижалась к чужой, слишком часто вздымающейся груди, после чего его наконец-таки отпустили. Правда не надолго.       Теперь его тащили за руку. Прохладная ладонь крепко, до боли сжимала тонкое запястье и Скара отстранённо подумал, что у него останется синяк. Идти, впрочем, стало на порядок легче.       Он смотрел то себе под ноги, то на спину впереди. Пыльный пол сменялся напряжёнными плечами, плечи - полом, пол - снова плечами и обратно. Ситуация раздражала. Блондин тащил его за собой как безвольную куклу, а Скарамучча был вынужден беситься молча. Стоит издать лишний звук и им крышка. Так и сгинут непонятно где и никто их не найдёт.       А волосы у Томо оказались длинными. Скара поймал себя на том, что смотрит на его косой, выбившийся из-под рубашки хвост уже несколько поворотов подряд. Резинка съехала, светлые волосы растрепались и теперь лежали неровно, съехав на один бок.       Это тоже бесило. Но не так сильно, как ладонь на запястье.       Брюнет поморщился, понимая, что залип на мерно колышущиеся в такт шагам пряди, и отвёл взгляд. Попытался переключиться на то, что действительно требовало тщательного обдумывания. Сейчас не время рассматривать всяких непонятных смазливых парней. Сейчас нужно бросить все силы на то, чтобы выбраться.       Кто же тогда был в том проходе? Он видел светлое пятно. Платиновые волосы. Знакомый силуэт. И был уверен, что это Томо. Но Томо в этот момент уже прятался где-то в проходе у него за спиной.       Значит, там был кто-то другой.       По коже забегали холодные мурашки. В груди заледенело. Если в библиотеке есть кто-то ещё - или что-то ещё (что хуже в разы), - это меняет дело.       Скара пробуравил подозрительным взглядом чужой затылок. Блондин всё так же целенаправленно куда-то его тащил, хвост всё так же как маятник раскачивался из стороны в сторону.       Скарамучча дёрнул рукой на пробу - просто чтобы проверить, отпустят его или нет.       Не отпустили. Только сжали ещё крепче, хотя казалось, куда сильнее-то...       Зато все свои подозрения в нечеловеческой природе спутника он отмёл. Томо мог бы с лёгкостью ему навредить - он явно был сильнее - но не делал этого. Да и вряд ли двойник стал бы тащить его в другое место, просто чтобы прикончить. Зачем бы ему это делать?       Брюнет тяжело вздохнул, отгоняя ненужные рассуждения, и сосредоточился только на том, чтобы не навернуться снова. Потом со всем разберётся. Сначала нужно добраться до более-менее безопасного места.       Остановились они только тогда, когда Скара всерьёз начал подозревать, что блондин и сам не знает, куда им надо, и просто таскает его за собой кругами. Он далеко не сразу понял, что бесконечные книжные стеллажи вокруг исчезли. Очнулся, когда за спиной что-то тихо щёлкнуло, а тусклое освещение окончательно погасло. И чуть не налетел на резко затормозившего Томо.       Пальцы блондина наконец разжались. Скарамучча поморщился, потирая ноющее запястье. Томо, тяжело дыша, прислонился спиной к стене и закрыл лицо руками. То ли не привык к большим физическим нагрузкам, то ли перенервничал.       Он дал ему пару минут на перевести дыхание, а потом, пока тот ещё не до конца пришёл в себя, воспользовался моментом. Шагнул вперёд, схватил парня за воротник и, притянув к себе, процедил сквозь зубы:       - Ещё раз исчезнешь без предупреждения, я тебя из-под земли достану, чтобы самолично в эту землю потом закопать. Понял?       Томо даже не сопротивлялся. Только устало смотрел на него своими алыми глазами. И выглядел при этом пугающе спокойно. Он не злился, не оправдывался и оторвать чужие руки от себя тоже не пытался. Ничего не.       У Скары по спине пробежали мурашки и он сильнее стиснул зубы, чтобы не показать, как ему на самом деле страшно. И от невольного напарника и от ситуации в целом.       - Я предупредил, - ровно сказал он, продолжая смотреть прямо в его тёмно-синие глаза. И хотя брюнет знал, что в такой темноте видеть его Томо точно не мог, но всем своим телом чувствовал, что это не так. И это пугало ещё больше. - Попросил подождать на месте пару минут, но когда вернулся, тебя не было.       Скарамучча застыл на месте как вкопанный. Потому что этого точно не ожидал услышать.       - Ты... - начал было он, но быстро замолчал, переваривая сказанное.       - И я пошёл тебя искать, - продолжил Томо. - А ты за это время умудрился забрести неизвестно куда и почти привлёк внимание того, что я предпочёл бы обойти стороной.       - Я не привлекал ничьё внимание...!!! - разозлился Скара, понимая что его только что ненавязчиво сравнили с маленьким, неразумным, капризным ребёнком.       - Если бы я не успел, - всё тем же спокойным, подчёркнуто ровным тоном перебил его блондин, - ты бы сейчас здесь не стоял.       Пальцы на воротнике невольно сжались сильнее, но Томо даже не дрогнул.       - И что теперь? Хочешь услышать благодарности? - прошипел Скарамучча, понимая, что уже проиграл.       - Для начала можешь отпустить мой воротник, - безразлично ответил Томо. - И мы пойдём дальше.       Парень посмотрел на него, посмотрел на свою руку, сжимающую чужую рубашку, и с отвращением медленно разжал пальцы. Отступил и отвернулся, сжимая кулаки.       Блондин поправил воротник, оттолкнулся от стены и двинулся вперёд. Скара пошёл следом, стараясь не думать о том, что только что ему прилетело по первое число за собственную невнимательность. Но Скара, хоть убей, не помнил, когда Томо попросил его подождать на месте.       Дальше они шли также, как и до этого - не произнося ни слова. Но в этот раз молчание неуютно давило, заставляя сердце заходиться всё быстрее и быстрее. Коридор постепенно сужался: потолок опускался всё ниже и ниже, стены медленно подползали с двух сторон, зажимая их в тиски. Дышать становилось тяжелее, отмахиваться от грязных полотен паутины тоже. Не прошло и пары минут, а они уже были покрыты этой липкой гадостью с ног до головы.       С каждым шагом окружающее пространство всё больше напоминало "рай" клаустрофоба.       Мысли каруселью вертелись в голове. Стыд поднимался откуда-то из груди - горячий и липкий, ещё более противный, чем серые полотна вокруг. Неужели он и правда не услышал? Пропустил мимо ушей, потому что в тот момент думал о чём-то своём?       Скара ненавидел извиняться. Ненавидел признавать, что не прав. Но сейчас, когда он последовательно вспомнил всё, что сделал с момента их встречи, вывод напрашивался неутешительный.       Вреда от него действительно было больше, чем пользы.       Скарамучча сделал ещё пару шагов и остановился, мучительно собираясь с силами.       - Извини, - тихо сказал он, не поднимая головы. Не уточнил за что. Просто - извини.       Впереди послышался глухой стук и сдавленное шипение. Томо едва не упал, запнувшись о собственную ногу, и сейчас, остановившись, тряс ушибленной о стену рукой.       - Что? - в голосе блондина так и читалось удивление, будто Скара сейчас не прощения попросил, а заговорил на неизвестном языке.       Брюнет повторять не стал. Опустил голову ниже, рассматривая щербатый каменный пол под ногами. Крепко сжал в пальцах край одежды.       Томо постоял немного, глядя в темноту и стирая кровь с поцарапанной ладони. Потом тяжело вздохнул и отмахнулся.       - Проехали. Я не злюсь.       Он развернулся и пошёл дальше. А Скарамучча выдохнул, чувствуя, что воздух вокруг вдруг стал в разы легче, и двинулся следом, приложив ладони к постепенно остывающим щекам - горячая волна стыда медленно отпускала.       За дверью в конце коридора обнаружился кабинет. В этот раз комната выглядела нормально - не так, как непонятное нечто, в котором он очнулся. Просторное помещение, напротив входа - массивный рабочий стол, в центре на полу ковёр, глушащий шаги, вдоль стен - стеллажи, заставленные книгами и всякой всячиной.       На первый взгляд, ничего странного: кабинет как кабинет, если бы не одна особенность. Окон здесь не было. Свет давала одна единственная свеча, стоящая на столе.       Томо, не останавливаясь, прошёл прямо к ней, попутно выдернув новенькую пару свеч из не пойми откуда вытащенного подсвечника. Скара уж было подумал, что тот его где-то по дороге посеял. Он навис над ней, постоял немного, капая разогретым воском на лакированную столешницу, а после протянул брюнету один из зажжённых огоньков. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Скарамучча этого сделать уже не позволил.       - Знаю, - перебил он, аккуратно выуживая восковой цилиндр из прохладных пальцев. - Не нужно объяснять мне элементарное.       Блондин чуть прищурился, но спорить не стал. Только кивнул, принимая сказанное, и отвернулся.       Они слаженно разошлись в разные стороны. Быстро обошли комнату, зажигая все найденные в ней свечные огарки. Стало заметно светлее и значительно безопаснее - всё-таки местная нечисть огонь недолюбливала, что играло незваным гостям на руку. Всякая мелочь, которой, как подозревал Скара, здесь было полно и которую они по какой-то причине до сих пор ни разу не встретили, наверняка побоится сюда соваться. А от главной твари, в случае чего, будет чем отбиваться.       "Какая-то причина" как раз закончила со своей частью и целенаправленно двинулась изучать содержимое стеллажей. Брюнет погасил фитиль и, немного подождав, сунул свечу в карман. Он посчитал неразумным тратить её впустую, когда здесь они нашли достаточно много не до конца оплывших огрызков. Для освещения кабинета достаточно, а целые свечи им ещё пригодятся.       Поскольку Томо больше интересовался периметром, Скарамучча решил заняться центром. Ковёр ничем особенным не выделялся - однотонный, раздражающе светлый, скрывающий под собой всё тот же каменный пол. Люстры на потолке не было никакой - ни старинной, ни более менее современной. Видимо, освещение в этой комнате изначально не предполагалось, что, кстати, при отсутствии окон выглядело довольно странно. Оставалось проверить только стол.       Скара подошёл и уверенным взглядом окинул закапанную воском столешницу. Бумаги в картонных папках, чернильница, пресс-папье, печать, вероятно, родовая, но рисунок парню ни о чём не говорил, несколько перьевых ручек, пыль и паутина. И фотография в рамке.       Он взял её в руки. Рамка была старой, из гладкого тёмного дерева, с потускневшим от времени покрытием. Стекло раскололось - длинная трещина легла наискосок, разделив изображение на две неровные части.       Фотокарточка была наполовину обожжена - края оплавились и почернели, в одном месте бумага прогорела насквозь, оставив неровную дыру, скрывающую за собой лицо сидящего в кресле мужчины. За его спиной стояла красивая улыбающаяся блондинка с собранными в высокую небрежную причёску волосами. Трещина в стекле проходила прямо по её спокойному лицу, искажая его до неузнаваемости. Другая половина была заляпана чем-то тёмным. И если бы Скара тогда, в комнате наверху, не долистал дневник до конца, он бы не сразу понял, что это кровь. Старая, засохшая, въевшаяся в бумагу кровь. Пятна расползались неровными разводами, закрывая за собой последний, едва угадывающийся силуэт. Разглядеть кто это, не представлялось возможным.       Парень повертел фотографию в руках, надеясь найти что-то ещё, но нет. Никаких надписей или пометок. Он перевернул рамку и осторожно вытащил снимок. С обратной стороны тоже ничего - только жёлтые разводы от времени и бурые пятна, проступившие насквозь.       Скара вернул маленький картонный прямоугольник на место и отложил рамку в сторону. Зачем вообще хозяин кабинета оставил её на самом видном месте? Это подсказка? И если да, то какая?       Ответа не было и брюнет, не теряя времени даром, быстро простучал все поверхности стола и осмотрел ящики. Глухо и бесполезно. Ничего нового.       - Дзуши.       Голос Томо прозвучал неожиданно громко в стоящей вокруг тишине.       - Чего тебе? - отозвался он, отвлекаясь на подошедшего к нему блондина.       - Возьми, - тот протянул Скарамучче длинную чёрную трость с серебряным набалдашником в форме змеиной головы.       - Зачем?       - Потом объясню.       Скара недовольно скривился (ну не любил он никогда все эти игры в недосказанность), но возмущаться не стал. Молча скрипнул зубами, выражая своё отношение, и взял трость. Тяжёлая. Даже очень.       - Нашёл ещё что-то полезное? - спросил вместо этого, думая куда же ему деть переданный предмет. Решил в итоге пристроить у стола - и на виду (а значит не забудут), и не мешает.       - Не уверен, - Томо, уже успевший вернуться к стеллажу, сунул в карман несколько мелких предметов из дальнего угла верхней полки, до которой можно было добраться только по встроенной лестнице. - Пока не разобрался.       - Ну разбирайся, - хмыкнул Скарамучча и вернулся к столу.       Ещё раз окинул его взглядом. Кажется, он уже сделал с ним всё, что только мог. Нетронутыми оставались лишь папки с документами, аккуратно сложенные на краю столешницы.       Стоило ли вообще в них лезть? Парень был почти на сто процентов уверен, что найдёт там всё ту же научно-математическую белиберду, что и во всём том бумажном хламе, который он успел увидеть в особняке. Только время зря потратит.       Но сразу отказаться от затеи не получилось. Скара постоял с минуту, колеблясь, после чего всё же потянулся к верхней папке.       Потому что почти, а не на сто.       Брюнет, развязав тесёмки, осторожно вытащил содержимое первого картонного переплёта и начал перебирать его страницу за страницей. Схемы, расчёты, списки. Действительно всё то же самое. Нужно закругляться.       А потом под очередным бесполезным листом его пальцы внезапно наткнулись на неровный смятый край. Несколько пожелтевших страниц было неаккуратно втиснуто между идеально ровными страницами, будто кто-то, не особо заботясь о целостности спрятанного, засунул эти страницы в общую кучу, а потом создал иллюзию идеального порядка. Это подтверждали также сломы и надрывы на осыпающихся краях. Судя по всему, их изначально откуда-то вырвали, потом долго носили с собой, сжимая в руке - в центре остались сгибы от характерной неровной гармошки, а потом уже запихали туда, где он сейчас их нашёл.       И кажется, между всеми этими событиями листочки успели побывать в воде. Чернила поплыли и выцвели, но буквы всё ещё оставались читабельными. Почерк на этот раз был другим. Твёрдым. Мужским. С резкими нажимами и каллиграфическими завитушками на заглавных буквах. Очень похожим на тот, которым заполнялись документы. Скорее всего, это были обрывки из личных записей самого владельца кабинета, который, как небезосновательно подозревал Скарамучча, и являлся, по совместительству, их "гостеприимным" хозяином.       Он, недовольно щурясь и спотыкаясь через слово, начал разбирать написанное. Часть информации проходила мимо мозга, не задерживаясь - какие-то странные рассуждения и расчёты, цифры, ничего не значащие для него даты. Скара почти что снова пожалел о том, что вообще взял в руки самую первую папку, когда взгляд зацепился за самую обычную заметку о проведённом дне и знакомое имя в ней.       Леди Розалина.       Парень завис, раз за разом удивлённо перечитывая строчку.       Забавное совпадение. Он хмыкнул, тихо посмеиваясь про себя (когда выберется, обязательно расскажет об этом стервозной блондинке - посмеются вместе) и переключился на следующий покоцанный лист.       Неожиданно активизировался Томо. Скара даже не заметил, как тот оказался у него за спиной - до этого блондин всё время маячил в поле его зрения. А потом вдруг раз - и его голос раздаётся прямо у уха, пока его обладатель стоит близко-близко и заинтересованно рассматривает записи через плечо.       Брюнет дёрнулся от неожиданности, до хруста сжав тонкую бумагу, и обернулся, бросая на него яростный взгляд. Что, блять, у него за манера, подкрадываться к людям со спины?! И почему он так бесцеремонно вторгается в чужое личное пространство?!!       Но потом Скарамучча успокоился. Даже что-то коротко ответил. И снова уткнулся в листы, надеясь, что на этом всё и закончится.       Как бы не так.       Томо продолжил задавать вопросы. И каждый последующий для Скары был страннее предыдущего. С каждой минутой он всё меньше понимал, чего тот добивается. Парень не особо вслушивался - отвечал на автомате, не вникая сказанное. Если бы сейчас его попросили пересказать их диалог, он бы не смог вспомнить из него ни единого слова.       В какой-то момент Скара поймал себя на том, что закатывает глаза на очередную попытку вытянуть из него бессмысленную для ситуации информацию. Бесило. Но он терпел, не желая связываться с сумасшедшим. И с облегчением выдохнул, когда Томо наконец-то отстал и ушёл в другой конец комнаты, где благополучно завис у часов. Да, в этой комнате тоже были часы. И они так же не давали этому странному парню покоя. И чего он только там высматривает каждый раз? Часы как часы.       Спрашивать, правда, Скарамучча не стал. Делать ему больше нечего, кроме как обращать внимание на чужие заскоки. Каждый сходит с ума по своему, а как именно - его не касается.       Он покачал головой и взял в руки оставшуюся страницу. Она пострадала сильнее, чем её сёстры. Кажется, последнюю запись повредили ещё до попадания в воду - часть текста отсутствовала, ещё часть была стёрта до нечитаемого состояния. Возможно, эта короткая заметка - это именно то, ради чего Скара и перелопатил целую кучу бесполезной писанины.

      "Сегодня снова приходил господин..."

      Имя загадочного господина было намеренно скрыто. Его тщательно соскоблили с листа - на истончившейся бумаге всё ещё были видны шероховатости и тонкие мельчайшие порезы. Тот, кто это сделал, постарался на совесть - не осталось ни единой завитушки.

      "...он сказал, что всё готово. Что сосуд готов. Наконец-то! Спустя столько мучительных лет этот дом станет чем-то большим! Его... погрузился в тени... вместилищем... Осталось только открыть дверь. Я спросил у него - какую? Он только рассмеялся и посмотрел куда-то в пустоту за моей спиной."

      Взгляд провалился сквозь страницу, которая медленно начинала подрагивать в его руке.       Этот дом изначально не был странным. Его сделали таким. Планомерно готовили. Год за годом. И теперь он открыт.       Только для кого? Для того, кого они видели в коридоре? Или для чего-то ещё?       А потом пришла другая мысль, ещё более липкая и жуткая. Скара и не думал даже сомневаться в том, что вместилище, о котором писал бывший владелец, - это дом. Но... вместилищем же может быть не только дом. Тот, кто жил здесь, кто открыл эту неизвестную дверь... он ведь и сам мог стать вместилищем.       И если вспомнить - та тварь, что бродит по коридорам... она слишком похожа на человека. Слишком. И силуэтом, и походкой, и даже одета она как человек. И может когда-то у неё было человеческое лицо...       Страница в руке задрожала сильнее. Одно дело - знать, что тебя хочет убить непонятная человекоподобная хрень, - и совсем другое - если эта хрень когда-то действительно была человеком...Ведь тогда у неё мог остаться... разум. И это было страшнее в разы.       А потом он похолодел от, казалось бы, очевидной догадки. Если монстр прячется в тенях, то... Нигде в особняке нет безопасного места. Эта тварь просто играется с наивными людьми, которые попадают в её охотничьи угодья. Затаившись, ждёт, когда они шагнут прямо в расставленную ловушку.       Такая очевидная мысль, но до него доходило слишком долго. Непозволительно долго.       Дверь в кабинет тихонечко скрипнула.       Парни резко замерли, затаив дыхание. Скарамучча оторвал невидящий взгляд от сжатой в ладони страницы и медленно поднял голову.       Прямо в дверях, перекрывая их путь к спасению, стоял чёртов хозяин особняка.