Догонялки со смертью

      На пачках сигарет надо писать не "Курение убивает", а "Счастливые люди не курят". Вот это повод задуматься... Агнета не была в Линчëпинге больше четырех лет. За четыре года практически ничего не изменилось. Те же дороги, те же здания. Ничего вроде не поменялось. Кроме самой Агнеты Анники Саландер. Не было больше жизнерадостной, солнечной девочки. Была лишь еë оболочка, которая недавно купила сигареты. — Девушка, огоньком не поделишься?       Агнета, медленно шедшая по тротуару, обернулась. В двух шагах от неë стояло трое парней. Они бухали и плевались. Девушка засунула руки в карман кожаного плаща и нахмурилась. — Не курю, - бросила она и развернулась.       Улица была практически пуста, лишь редкие фонари бросали желтые пятна света на брусчатку. Агнета поправила платок на голове и ускорила шаг. Но шпана последовала за ней. Парни еë окружили, а один нахально быканул: — Да ну? А мы у тебя пачечку сигарет видели. — У меня зажигалки нет. Завтра курить буду. — А чего ждать? Давай с нами покурим, красотка, - предложил коренастый парень, шлепнув Агнету по заднице.       Саландер не ответила. Сильнее вжав в голову плечи, она ринулась с места. При этом Агнета задела плечо парня, что обратился к ней. Дочь Лисбет была уверена, что за ней погонятся, что уведут в темный переулок, что изнасилуют. Но ничего из этого не последовало. — Придурочная, - бросил кто-то из шпаны ей вслед.       Город будто замер, лишь редкие огни в окнах нарушали непроглядную тьму. Агнета обычно следовала совету мамы не срезать путь, когда куда-то идёшь. При мыслях о ней у девушки на глазах навернулись слезы. Лисбет Саландер всегда была в глазах дочери примером для подражания. Примером силы и независимости, опорой. Но иногда Агнете так хотелось, чтобы еë мама была просто мамой. Чтобы она не говорила, что слезы - это слабость. Чтобы она не ехидничала над еë увлечением экологией и решением вступить в группу чирлидерш университета. Чтобы не относилась скептически к каждому парню, который рядом с ней... Агнета периодически оглядывалась по сторонам. Она чувствовала, как ледяной ветер пробирается под кожу, словно предупреждение. В этот момент у неë зазвонил телефон. — Привет. Ты уже дома? - спросила Мона, когда Агнета взяла трубку.       Саландер вздрогнула. Еë подруга осталась у родителей. Виклунды относились к родителям, которые к Лисбет и двойняшкам относились нейтрально. Моне отец и мать не запрещали общаться с Агнетой: им было главное, чтобы она не нахваталась потом дурных привычек. Фру Виклунд, как и многих взрослых, удивляло: как у такой матери, как Лисбет Саландер, может вырасти совершенно непохожая на неë дочь. Про Хольгера родители Моны говорили, что он рано или поздно он сядет в тюрьму. С хакершей старались пересекаться только по мере необходимости. — Ещë нет. Зашла просто по пути за сигаретами. — Агнета, с каких это пор ты курить начала? Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, но никотином закидываться - не лучший вариант, - упрекнула Мона.       Агнета закатила глаза. Чего она не любила, так это когда кто-то строит из себя добродетель. Сама-то Мона Виклунд иногда грешит косяком во время перерывов между репетициями! — Я не собираюсь к этому привыкать. Пару затяжек сделаю и всë.       В трубке послышался вздох. Мона в это время чистила зубы. — Лучше дойди домой и ляг спать. Мне так будет спокойнее. — Мона, я дойду. Обещаю, - заверила подругу Агнета. — Не забудь. И да, Рикард твоего здоровья не стоит.       Мона бросила трубку. Агнете оставалось только усмехнуться. Она положила телефон в карман и почти вышла из переулка, как услышала позади себя шорох. Агнета Анника Саландер остановилась, не оборачиваясь. Сердце застучало быстрее, но лицо оставалось бесстрастным. — Кто здесь? - громко спросила Агнета.       Ответа не последовало. Девушка начала озираться по сторонам. В темноте почти ничего не было видно. И как только Агнете хотелось с облегчением выдохнуть и пойти домой, в шею что-то резко и неожиданно врезалось. — По... Помо...       Агнета чувствовала, что земля уходит из-под ног. Она стучала руками, куда могла попасть, но вырваться не удавалось. Платок через какое-то время развязался и упал на землю. А шею с новой силой чем-то давили. Чем-то похожим на веревку или бусы. — Помогите, - прохрипела Агнета.       Девушка вертелась, пыталась нащупать глаза нападавшего. Телефон выпал из сумочки. Надо было что-то делать. Агнета знала, что её решение в эту ночь определит не только её судьбу, но и судьбу всех, кого она любит. Резким движением дочь Лисбет ударила локтем в челюсть нападавшего. Тот взвыл от боли и отпрянул. Это дало ей возможность поднять платок и пуститься наутек. — Смотри, куда прëшь! - буркнул вслед мужчина, которого Агнета задела плечом.       Бег продолжался минут двадцать. Спасибо двум вещам: обуви без каблуков и годам тренировок в группе поддержки университета. Агнета Анника Саландер назад не оглядывалась, пока бежала. Оглянулась только, когда устала. Оставшиеся пятнадцать минут юная Саландер добиралась пешком. — Пташка? - послышалось, когда она дошла до дома.       Агнета даже сквозь туман различила знакомый голос. Это был Торе Хаген. Старший из братьев с бунтарским духом, один из самых замечательных соседей. Старший Хаген любил вечерами сидеть на крыльце и курить. За четыре года он практически не изменился. Разве что взял моду бриться налысо. — Привет, дядя Торе, - слабо улыбнувшись, выдавила Агнета.       Торе Хаген всегда называл еë "пташкой". Дочь соседки в любом возрасте казалась ему слишком маленькой и хрупкой, как птичка. Агнета помнила, как при первой встрече старший Хаген, голый по пояс и с полотенцем на плечах, выдавил "Пташка, ты что ли?". Только сейчас в этом прозвище сквозили ужас и боль. — Мать моя женщина, что с тобой стряслось?! - воскликнул Торе, увидев следы на шее Агнеты. — Кто-то пытался меня убить, - почти шепотом ответила девушка.       Торе Хаген аккуратно подхватил Агнету и помог ей дойти до квартиры. Дело в том, что братья разрешили дочери бывшей соседки остановиться у себя. Та согласилась: и сэкономила на жилье, и в безопасности. Братья Хаген всегда за двойняшек стояли горой. Когда Торе привел в дом обессилевшую и испуганную девушку, младшие обомлели. — Слышь, что с мелкой произошло?! - не в силах скрыть испуг, спросил Бруно. — На Пташку недавно напали. А теперь, мелочь, освободите диван.       Бруно и Магнус, игравшие до прихода старшего брата в бридж, одновременно подчинились. Торе помог Агнете сесть. Братья Хаген приводили еë в чувство от силы десять минут. — Саландер, как это произошло? Ты же к подружке ходила! - спросил средний Хаген взволнованно.       Бруно Хаген за четыре года претерпел незначительные изменения. Он стал хромать на правую ногу после аварии (водил байк с закрытыми глазами и врезался в фонарный столб), однако себе не изменял. Средний Хаген остался любителем драк и был не прочь почесать кулаки. — Я по пути за сигаретами заскочила. Хотела срезать путь, как меня кто-то начал душить. — Господи, какого черта ты не вызвала такси?! И куда только твоя подружка смотрела?! - возопил Магнус.       Торе сурово посмотрел на младшего брата, отчего тот заткнулся. Он спросил Агнету: — Ты запомнила что-нибудь?       Агнета кивнула. Она отчетливо запомнила запах нападавшего. Отвратительный и вызывающий рвоту. — От него пахло чем-то резким и едким. Как будто его одежду пытались обезопасить от моли. — Нафталином что ли воняло? - уточнил Бруно. — Вроде того. — Это не мог быть твой бывший Ромео? Может, ему стоит накостылять?       Торе закатил глаза. В первую встречу, конечно, он был за то, чтобы приехать в Стокгольм всей троицей и показать Рикарду Экстрëму-младшему, как себя надо вести. Особенно на этом настаивал Бруно. Но сейчас старший Хаген рассудил: кому станет легче, если они ввяжутся в войну с прокурором? — Не думаю. Ему до меня последнее время дела нет. — А ты нас не могла предупредить? Просто позвонить и попросить подвезти? - нервно спросил Магнус Хаген.       Самый младший из братьев претерпел перемены в поведении за четыре года. Это уже был не безбашенный шалопай из мотоклуба. Он стал более ответственным, более серьезным. Не таким, как Торе, но все же. — Хотелось прогуляться пешком. Простите. — Не извиняйся. Лучше скажи, кто бы, это мог быть.       Агнета не хотела посвящать братьев в подробности расследования. Поэтому она решила ограничиться общей информацией. — Видимо, тот, кто знал, что я ходила в школу и полицию. И кто ждал, когда я останусь одна.       Первым делом Агнета вместе с Моной ходила к директрисе Густафссон. Женщина на дочь Лисбет Саландер не могла налюбоваться. Она постоянно норовила склонить разговор к Рикарду и несостоявшейся помолвке, а также актерской карьере Моны Виклунд. Девочки с трудом уговорили еë предоставить нужные адреса и контакты. — Я еще пойму, зачем ты в школу ходила. Но полиция тебе на кой черт сдалась?       Братья Хаген полицию не любили, и Агнете это было известно. — Мне кажется, чертовщина, которая сейчас происходит, связана с походом на кладбище. — Кладбище... Это когда мы у старого хрыча лопаты сперли? - уточнил Бруно у девушки, на что получил кивок.       Братья Хаген переглянулись. Атмосфера накалялась. Они воровали у герра Сунде садовый инвентарь только ради развлечения, только чтобы дети могли пойти в поход вместе со всеми. Никто не ожидал, что все зайдет слишком далеко. — И что тебе легавые наплели? — Дядя Бруно, ты упадешь, но Бëнфальт ушел в отпуск за свой счет. И как раз, когда убили моего бывшего парня.       Магнус присвистнул, а Бруно похлопал в ладоши. Лишь Торе был непроницаем. — Оставайся сегодня здесь и никуда не ходи. До вокзала проводим. Поняла?       На слова старшего Хагена Агнета ответила кивком. С этими словами юная Саландер отправилась в маленькую спальню и закрыла дверь. Хотелось спать, но перед этим она набрала своего знакомого. — Алло? - послышалось на другом конце трубки. — Оскар, я не разбудила тебя? Это Агнета.       Ответа ждать не пришлось. Голос мужчины был сонным, но заботливым. — Ну что за вопросы? Мне всегда приятно тебя слышать.       Ответа не последовало. Это насторожило Оскара. — Что-то случилось? С тобой всë хорошо?       Агнета на одном дыхании ответила: — Меня сегодня убить пытались. — Ты шутишь? - ужаснулся мужчина. — Нет, Оскар. На меня сегодня напали. — Поверить не могу. Ты не пострадала? — Нет, я смогла убежать.       В трубке послышалось, как Оскар Гарде выдохнул. — Давай я тебя заберу, Агнета. Ты сейчас где? — Я сейчас не в городе. Уехала в Линчëпинг вчера вечером. Вернусь только завтра.       Агнета ожидала, что сейчас последует ругань. Боялась, что Оскар будет еë упрекать в неосторожности. Но этого не было. Лишь последовал вопрос: — Во сколько поезд? — В полпервого.       Агнета собиралась поехать домой одна. Мона решила подольше побыть с родителями, но обещала приехать позже. — Отлично. Я тебя встречу, - прохрипел он.       Сердце Агнеты Саландер забилось быстрее. Знакомство в оперном театре и вправду было многообещающим. Напряжение немного еë отпустило. — Спасибо, Оскар. Спокойной ночи.       Агнета положила телефон рядом со светильником и укрылась по шею одеялом. За окном шумели автомобили, но ей было всë равно. Сегодня она чудом избежала смерти.