Новелла (Trafalgar Law/OC): ПЕРЕМЕННАЯ

***

День 3-й: Снова ты?!

​​Тишина острова начала давить. Мои парни пытались расшевелить местных: Шачи показывал фокусы, Пенгвин пытался шутить, но ответом были лишь вежливые, пустые улыбки. Деревня была похожа на отлаженный, но замерший механизм. ​И тут Хаки зафиксировало движение.Четкое. Уверенное. Поступь того, кто не боится быть замеченным. ​Я поднялся. Рука привычно легла на Кикоку. — ROOM. Голубая сфера накрыла пространство до кромки леса. Бепо мгновенно принял боевую стойку. Парни вскинули винтовку. Ветки раздвинулись, и на свет вышла она. ​Никаких бинтов. Широкие тёмные штаны, плотный тёмный боди и чёрная кепка, низко надвинутая на глаза. Вид собранный, почти военный. Она выглядела свежей и... крайне недовольной. Рин замерла, окинула взглядом мой купол, затем меня. Брови поползли вверх. ​— А? — Она сложила руки на груди, игнорируя наставленное оружие. — Снова ты?! Ты что, преследуешь меня?! — А-а-а-а?! — хором взревели Шачи и Пенгвин, опуская стволы. — Это же та девушка! Капитан, это снова она! ​Я медленно деактивировал «ROOM», чувствуя, как внутри закипает чистое, дистиллированное раздражение. — Я тебя преследую?! Мы причалили сюда три дня назад. Это ты вышла из кустов на моей стоянке. ​Рин фыркнула, поправляя козырёк. — Я же сказала: не попадайся мне больше на глаза. У меня аллергия на пятнистые шапки и излишний пафос. — Тогда тебе стоит сменить океан, Рин-я. Что ты здесь забыла? ​Она окинула взглядом деревню и моих парней. — За травами на будущее. А тут — опять твой «расчёт» всё пространство занял и что-то я не видела таблички «Вход только для зануд». — За травами? Значит, за «Слезами Немо». Решила подготовиться к следующему разу, когда сожжешь свои каналы? ​Рин сделала уверенный шаг в сторону деревни, проходя мимо. Я снова почувствовал тот самый тонкий цветочный след. — Это называется «предусмотрительность», Хирург. Я в полном порядке, если ты решил включить режим заботливой мамочки-врача. — Ты выглядишь лучше. Но энергия всё ещё восстанавливается. Я чувствую, как рвано течёт твоё Хаки. ​Рин обернулась через плечо, сверкнув глазами. — Слушай, Ло-я. Твои диагнозы мне не интересны. Я соберу цветы и отчалю, пока твоё занудство не стало заразным. — Цветы собраны. И все основные экстракты — на корабле, — я усмехнулся, видя, как она поджала губы. — Племя отдало их мне в благодарность. Так что если хочешь концентрат, тебе придётся вести переговоры со мной. А не с кустами. ​Рин тяжело вздохнула. — Боже... ты невозможен. Тогда оставь их себе. Мне проще посидеть тут пару сезонов, пока не вырастут новые. Она перевела взгляд на старейшину: — Старик, сколько здесь настраивается Лог-пос? ​Старейшина только открыл рот, но я ответил первым: — Четыре дня. Мы уже третьи сутки торчим на этом острове. ​Рин медленно повернула голову. — А? Я вообще-то к старику обращалась. Либо ты бесцеремонный, либо ты чертовски хорошо сохранился. ​Я лишь сильнее сжал рукоять Кикоку. Эта девчонка обладала отвратительным талантом — задевать именно те вещи, которые я привык считать своими сильными сторонами. Мой профессионализм и контроль рассыпались об её сарказм. ​Вокруг нас образовался вакуум. Местные замерли, глядя на дуэль пятнистой шапки и черной кепки. И тут вперед выступила моя троица. Шачи и Пенгвин неловко поправили кепки, Бепо закивал. ​— Эм... Рин? — Шачи сделал шаг вперед. — Мы так и не поблагодарили тебя за Бакерленд. Спасибо, что принесла Капитана! — Да! — Бепо едва не задел ушами ветку. — Спасибо большое! ​Я почувствовал, как горят уши. Рин замерла. Её боевой настрой на мгновение сменился замешательством. Она поправила козырек, пряча глаза, и буркнула: — А? Да не за что... — Она сделала паузу и добавила сквозь зубы: — Хотя я уже и жалею об этом. ​Затем она выпрямилась и одарила парней короткой улыбкой, прежде чем снова вонзить взгляд в меня. — Ну, радует, что в вашей команде не все так безнадежны. Хоть кто-то умеет нормально разговаривать. ​— Моя команда просто слишком вежлива с прохожими, Рин-я. Не принимай это на свой счет. ​Рин закатила глаза, будто окончательно убедилась в моей безнадежности, и просто потеряла ко мне интерес. Уточнив у старейшины, где можно расположиться, она отошла к поляне поодаль. Я наблюдал, как она достала из рюкзака технологичный лагерь-мешок. Пара движений — и её временная стоянка готова. Никакой суеты. ​Рин уселась в позу лотоса, достала массивные наушники — странный вегапанковский хлам, который обычно всплывает только на черных рынках Гранд Лайн, — и книгу в потрепанном переплете: «Легенды Радужного тумана». Через секунду она была в другом мире, отрезав реальность музыкой. ​Я вернулся к записям, но работать стало невозможно. Мои парни сбились в кучу и перешептывались, поглядывая в её сторону, будто в джунглях материализовался редкий морской зверь. — Она реально надела наушники? — шепнул Пенгвин. — Капитан, она нас вообще не слышит? — А книга... Говорят, это редкое издание об аномалиях, — Шачи поправил очки. — Капитан, может, предложим ей обед? — вздохнул Бепо. ​Я с силой захлопнул журнал. — У неё есть припасы. И ей явно не до вашего общества. Занимайтесь делом. ​Я отошел к краю террасы хижины. Она сидела идеально прямо. Хаки выровнялось, став тихим и глубоким. Это не просто медитация — она восстанавливала баланс. «Радужный туман»... Сказка о месте, где время течет иначе. Неужели она ищет Клеватис из-за этого? ​Рин была всего в пятидесяти метрах, но между нами пролегала пропасть. Тот факт, что она так легко вычеркнула нас, просто надев наушники, бесил меня больше, чем её отказ. Девчонка с веерами снова переиграла мой расчет, просто перестав в нем участвовать. ​ ​Ночь на Немо была густой. Джунгли светились миллионами биолюминесцентных спор. В центре деревни горел костер. Я наблюдал за сценой из тени пальм. Рин поднялась. Она достала бутылку с золотистой жидкостью. Старейшина созвал людей. Я видел, как им разливают это «вино». Она двигалась плавно, но я заметил, как на мгновение её пальцы дрогнули, когда она передавала чашу. На долю секунды её Хаки просело — едва заметная трещина в броне «идеального порядка». Она всё еще была истощена, но продолжала тратить энергию на этот странный ритуал. ​Я перехватил за плечо парня, отошедшего от старейшины. — Что она вам дала? — мой голос прозвучал резче, чем я планировал. — Эта девушка... она сказала, что наши души остыли после болезни. Это «Османтусовое вино». От него внутри снова стало тепло. Словно солнце взошло. ​​Я отпустил его. Деревня менялась на глазах. Тишина перестала быть пустой — послышался первый робкий смех. ​— Капитан, ты чувствуешь? — Шачи подошел ко мне. — Пахнет как весна. — Энергетическая терапия, Шачи, — сухо ответил я. — Она латает то, что не видит скальпель. ​Мне это не нравилось. Моя логика диктовала, что это лишь биохимическая реакция на адаптогены в вине. Но то, как мальчик, который утром боялся спать, теперь мирно сопел на коленях у матери, было аргументом, который я не мог игнорировать. ​После раздачи вина у лагеря Рин выросла свалка из корзин, рыбы и безделушек. Она сидела неподвижно, уткнувшись в книгу. Светлячки облепили её плечи. Это раздражало. В потенциально опасной зоне нужно следить за периметром, а не читать сказки. ​Тишину прервала сама Рин. Она рывком сдернула наушники и зыркнула в нашу сторону. Пшеничные глаза сверкнули. — Вы во мне сейчас дырку взглядом просверлите! — её голос прозвучал как щелчок хлыста. — Че надо? — Слишком много шума от твоих почитателей, Рин-я, — я даже не шелохнулся. — Это мешает работать. ​Она окинула взглядом гору подарков. — Я вам тут что, склад? Внезапно её взгляд зацепился за сверток с жареной рыбой. — О... а рыбку я заберу, — буркнула она, теряя интерес к остальному. — Это всё? — я усмехнулся. — Столько пафоса с вином, а в итоге — бесплатный ужин? — Это бартер, Хирург. Я им — тепло, они мне — фосфор. Чистая сделка. А теперь иди потряси свой Лог-пос, может, быстрее пойдёт. ​Она захлопнула книгу. Звук был коротким, как окончательный диагноз. Рин забралась в свой мешок, превратившись в серый холмик в тени деревьев. Никаких прощаний. ​— Поразительная бесцеремонность, — проворчал я, направляясь к «Тангу». — Бепо, на вахту. Доложишь, если она снова решит практиковать свою терапию.

***

День 4-й: Последние сутки

​Рассвет четвертого дня был душным. Лог-посу оставалось меньше суток. Я вышел из каюты, застегивая рубашку, и замер. ​Мимо, лениво шаркая подошвами, шла Рин. В зубах — зубная щетка, в руках — полотенце. Вид такой, будто она живет здесь полгода. За ней, виновато прижав уши, семенил Бепо. ​— Бепо!!! — мой голос в металлическом коридоре прозвучал как выстрел. — Почему на корабле посторонние? ​Бепо подскочил, едва не врезавшись в переборку. Рин остановилась, медленно вытащила щетку изо рта и обернулась. Пшеничные глаза смотрели с легким сочувствием, как на капризного ребенка. ​— А-а-а? Посторонние? — Она изогнула бровь. — А не ты ли звал меня к себе в команду в Бакерленде, Ло-я? Или у тебя память отшибло вместе с гостеприимством? — Я звал тебя в состав команды, а не в качестве самозахватчика в мой санузел! ​Рин фыркнула, поправляя кепку. — Я лишь воспользовалась благами цивилизации. Знаешь, Хирург, чистая вода и зеркало — это минимум, который ты мне задолжал за тот дротик. Не переживай, Спящая Красавица, — она окинула меня оценивающим взглядом, — твои драгоценные бактерии в безопасности. ​Она пошла дальше, насвистывая под нос. ​— Капитан... она сказала, что ей нужно «подзарядить оборудование», и я подумал... — робко начал Бепо. ​— И что еще ты подумал, Бепо? — я скрестил руки на груди, глядя, как белая макушка навигатора виновато опускается всё ниже. ​— Она сказала, что в джунглях невозможно нормально промыть волосы, а у нас в душе есть тот мятный шампунь, который вкусно пахнет... Это показалось мне... весомым аргументом, Капитан. Прости. ​— Хватит. Проследи, чтобы она ничего не стащила из лазарета. И задрайте люки, как только эта гостья соизволит уйти. ​Я направился в столовую, но замер в дверях. Запах свежезаваренного кофе — именно такого, как я люблю — наполнил коридор. Матрос с кружкой в руках чуть не врезался в меня. ​— Куда ты его потащил? Ты ведь пьешь чай. — А, Капитан... — парень замялся. — Рин-сан попросила. Сказала, ей жизненно необходим кофеин. И добавила, что это — малая часть благодарности за ваше спасение. А мы ведь и правда ей благодарны! ​Я почувствовал, как сжалась челюсть. Она уже добралась до моей команды. Я перехватил кружку прежде, чем он сделал шаг. Пар ударил в лицо горьким ароматом. — Иди на пост. Передай Рин-я, что лимит благодарности на сегодня исчерпан. А мои припасы — не благотворительный фонд. ​Матрос быстро ретировался. Я сделал глоток. Кофе был отличным. Горячим и совершенно не предназначенным для тех, кто врывается в мой санузел без приглашения. ​На палубе я оперся на леер. Рин обосновалась в своем «гнезде» под деревом. Лежала на спине, закинув руки за голову. Черная кепка на носу, травинка в зубах. Она выглядела хозяйкой острова, а мы — шумными соседями. ​— Эй, Ло-я! — её голос долетел до меня, хотя она не шелохнулась. — Я чувствую запах своего кофе. Или ты решил лично доставить его к столу? ​Я молча поднял кружку, салютуя ей, и на глазах у неё сделал еще один неспешный глоток. — Твой кофе изъят в пользу бюджета субмарины. Налог на несанкционированное использование моей воды. ​Рин приподняла козырек одним пальцем. Травинка качнулась. — Серьезно? — Она коротко рассмеялась. — Ты украл кофе у девушки, которая тебя спасла? Как низко пал Хирург Смерти. — Это поддержание дисциплины. Пей воду из ручья, она здесь уже чистая. И выплюни траву, она может быть ядовитой. — Зануда, — Рин снова опустила козырек. ​Я ушел в рубку, чувствуя на губах вкус кофе и странное удовлетворение. Меня раздражало не то, что она пришла. А то, насколько естественно она здесь смотрелась. ​Один — один, Рин-я. ​​Завтра на рассвете Лог-пос окончательно зафиксируется. Команда закончила погрузку. Весь день я сознательно избегал её лагеря, но перед самым закатом всё же спустился на берег. В кармане лежал флакон с экстрактом «Слез Немо». ​Я подошел к поваленому дереву. Рин сидела с книгой, но наушники лежали рядом. — Держи, — я бросил ей флакон. Она поймала его, не глядя. — Концентрат. Восстановит твою энергию за пару дней. Это плата за консультацию по вину. И гарантия того, что на Клеватисе ты будешь представлять хоть какую-то ценность, а не просто мишень. ​Рин повертела флакон в пальцах, затем подняла на меня взгляд. Серьезный. Без привычной издевки. — Хм? Клеватис? Ты тоже туда плывешь? — Она сделала паузу. — Хотя не важно. У тебя завтра курс, а мне тут ещё три дня изображать местную достопримечательность. В любом случае, цели у нас там явно разные. Но за сироп спасибо. ​Я поправил козырек. Её проницательность начинала входить в привычку. — Цели могут быть разными, но дверь на Клеватис всего одна. В море, куда мы направляемся, ценность имеет не мотив, а то, сможешь ли ты выстоять, когда реальность начнет трещать по швам. ​Рин спрятала флакон в карман и снова взяла книгу. — Выстою, Ло-я. Не переживай за свои расчеты. Лучше проверь, чтобы твой кофе больше не пропадал по утрам, а то мало ли... ​Она снова надела наушники, давая понять, что лимит вежливости на сегодня исчерпан. Я развернулся и зашагал прочь. Под подошвами шуршал песок острова, ставшего для нас странной передышкой. ​На рассвете «Полярный Танг» бесшумно ушел под воду. Остров Немо остался позади — в золотом свете рассвета и шуме прибоя. Я снова был один в каюте. На столе стояла пустая кружка с привкусом «краденого» кофе, а впереди ждал Клеватис. ​И, к моему раздражению, я уже точно знал, кого встречу там снова.