Вперед за солнцем

      Под сиреневым небом, окрашенным голубыми и темно-розовыми лучами, друзья отправились на прогулку по улице, наполненной особенным запахом вечера и выпечки из ближайшей булочной. Соловьиное пение, доносившееся из лескá, мимо которого проходили ребята, добавляло прогулке особую романтику. Каждый был рад тому, насколько теплый этот вечер. Какое-то время они шли молча, наслаждясь ветерком, гладящим лицо, и звуками улицы. Молчание прервала Ульрике.       — Не знаю, что рассказать, но молчать не люблю. Я как русская балалайка — балалаю и балалаю.       Тилль расхохотался своим гортанным, низким смехом, а Рихард сказал:       — Ничего, у нас есть такая балалайка-пауляйка, так что мы привыкшие.       Пауль шутливо обиделся, надув губы, а Ульрике приобняла его за плечи, так же шутливо стерев невидимые слезы, не выступившие на совсем не растроенных глазах Пауля.       — А! Вспомнила! — радостно вскрикнула Ульрике, оторвавшись от Пауля, — однажды я ездила на какой-то традиционный праздник, уж не помню названия и места. И короче, — она прервалась на звонкий смех, — мы там много плясали, а я была в тапочках, которые слетели во время танца и упали в реку, а потом их принес парень, который катил ко мне яйца весь день.       Компания захихикала над историей Ульрике.       — Ульрике, хочешь анекдот про металлистов? — дождавшись кивка той, радостно начал рассказывать улыбающийся Пауль, — заваливает на базу басист, под мышкой — гитара, в руке — бутылка водки. Товарищи ему: «Ну ты че, с бухлом на репетицию?», «Нет, я на пьянку с гитарой».       Ульрике так рассмеялась, что даже остановилась на дороге, и за ней остановилась вся честнáя компания. Польщенный ее бурной реакцией Пауль гордо заулыбался.       Когда Ульрике отошла от смеха, они пошли дальше, не зная, о чем поговорить.       — Пипл, да мы ж нихуя не знаем друг о друге, — снова прервала молчание девушка, — может, как-то познакомимся?       — Привет, меня зовут Рихард, — сразу подсуетился Круспе, протягивая свою руку ей.       — Да нет, не так.       — А как? — нахмурился задумавшийся Тилль.       — Ну… какие у вас там цели, желания. Тилль?       — Я бы хотел создать музыкальную группу. Такую, чтобы огонь, месиво, крики, вопли, куча фанаток, — улыбнулся, замечтавшись, Линдеманн.       — Круто! А у тебя, Пауль? — посмотрела Ульрике на главного шутника.       — Хм-м-м, ну, пончик было бы неплохо. Ладно, шучу. Миллиард долларов.       — И что бы ты с ними делал? — спросил Тилль, — накупил бы пончиков?       — Возможно, — засмеялся Ландерс.       — Рихард, о чем мечтаешь? — продолжила неанонимный опрос девушка.       — Прям сейчас? Жаркого секса! И побольше! — хитро улыбнулся Круспе.       — Ну так беги и жестко возьми Пауля, — рассмеялась Ульрике, подхватив его сальный намек и развернув против Рихарда.        — Кристоф? Поделишься с нами своими целями и мечтами? — внимательно посмотрела на Шнайдера девушка. Увидев, как он задумался, девушка неожиданно для самой себя отметила, что он был… симпатичным?       — Хмм, — нахмурился Кристоф, — я хочу найти свою любовь, ну вот ту, которая на всю жизнь, типа.       Ульрике задержала на нем взгляд. «Хм, странно», — подумала она, — «такой злой, а мечтает, как мальчишка».       — Наш рыцарь Кристоф хочет наконец найти свою принцессу, — тыкнув локтем Рихарда, засмеялся Пауль.       — Бля, хорош! — не на шутку разозлился Шнайдер. Увидев, как заходили его желваки и как напряглись кулаки, Пауль сразу замахал руками и отошел подальше. Тилль мягко приобнял Кристофа, успокаивая. Ульрике неожиданно почувствовала странное ощущение, увидев ярость Шнайдера. Это ощущение напоминало… возбуждение?       — Ульрике, а чего хочешь ты? — спросил Рихард.       Ульрике аж вздрогнула от неожиданной «встречи» с реальным миром.       — О, у меня вот мечта поехать автостопом или на байках на море с компанией. Солнце, ветер, купание… Рай! — глаза Ульрике мечтательно прикрылись.       — Хорошее желание. Море обещает быть… — загадочно протянул Рихард