Оригами 🔰

      Наступает долгожданный вечер пятницы. Минхо знает, что это всего лишь будут вечерние посиделки, поэтому идею вырядиться, показать себя с лучшей стороны он отметает сразу. Чёрный спортивный костюм эффектно подчёркивает широкий разворот плеч, выглядит будничным, не выделяющимся ничем особенным нарядом.       По пути Минхо заходит в магазин купить пиво. В последнее время у них явно наблюдается прогресс, что не может его не радовать.       В назначенное время он подходит к двери, выдыхает и стучит костяшками. Секунды ожидания тянутся слишком долго, а тишина вокруг заставляет прислушиваться. Металлическая дверь отрезает все запахи из квартиры, которые обрушиваются лавиной, как только распахивается дверь. Пахнет, словно в кафе. Концентрация аромата омег настолько сильная, что невольно отдаёт в пах, заставляя сжать посильнее зубы и пройтись языком по саднящим дёснам.       — Проходи, — вместо приветствия говорит Джисон, опираясь на дверь, быстро закрывает её и уходит куда-то, стоит только Минхо пройти в квартиру и наклониться разуться.       — Добрый вечер, — Минхо поднимает пакет с пивом, и это оживляет лежащего на диване Феликса в жёлтом плюшевом костюме; он показывает за левое плечо Минхо, указывая на арку.       — Там кухня, — переводит указательный палец на небольшой коридор, — там туалет и ванная, а дверь направо — тебе туда хода нет. На кухне возьми что хочешь.       Минхо проходит через арку, поражаясь количеству сложенных стопкой коробок из-под замороженной пиццы и огромного мусорного пакета, до отвала забитого пустыми банками газировки.       Он открывает холодильник: взгляд цепляется за банки той самой газировки в специальных стойках по вкусам на верхней полке, спускается на пустую среднюю и нижнюю с овощами и фруктами. Минхо размещает пиво на пустующей средней. Закрывая холодильник, осматривает кухню, не замечая никакой утвари, кроме микроволновки и сиротливо стоящего мини-бара с водой. Кухня напоминает больше общежития альф, нежели квартиру двух омег.       От раздумий его отвлекает Джисон, появившийся из дальнего угла кухни — видимо, там есть ещё дверь — и открывший один из навесных шкафов. Он тянется вверх за пакетами снеков, позволяя Минхо рассмотреть такой же костюм, как у Феликса, и явно не позволяя рассмотреть узкую талию и поясницу, оголившуюся из-за задранных рук. Желание обхватить талию руками и огладить плоский живот практически вытесняет все мысли, и Минхо делает шаг к омеге. Его останавливает пачка чипсов, прилетевшая в лицо и чудом пойманная.       — Смотреть можно — трогать нет! — взгляд Джисона, словно пощёчина, отрезвляет, а он сам берёт ещё пару пакетов и откуда-то достаёт огромные пластиковые миски. Не оборачиваясь на Минхо, выходит из кухни.       На телевизоре идёт какой-то боевик, от которого Феликс не может оторвать взгляд, только открывает рот, когда Джисон подносит чипсину. Минхо проходит на дальнее кресло, заслоняя экран, мгновенно ловит возмущённый взгляд Феликса. По хорошим делам — ему сесть на кресло и не отсвечивать, но недовольство Феликса заполняет комнату, раздражая рецепторы. Горчит, почти как альфа, и Минхо кидает пачку снеков на журнальный стол с раздражением; не сдвигаясь с места, неосознанно фонит, распаляя Феликса ещё больше. Видит, что омега делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, но ему это явно не помогает, и его перекашивает сильнее, он медленно встаёт.       — Брейк! — Джисон вскакивает, привлекая к себе внимание, и загораживает собой Феликса, обнимая его, усаживает на диван.       «Этот раунд проигран».       Минхо садится на кресло с прямой спиной, не отрывая взгляд от Джисона, который мостится в очень двусмысленной позе, седлая бёдра и поглаживая плечи Феликса. Минхо превращается весь в слух, силясь разобрать слова, но безуспешно. А они явно успокаивают Феликса, потому что он разжимает кулаки и обхватывает талию небольшими ладоням, гладит, проникая под край футера. Минхо чувствует металлический вкус и запоздало отводит взгляд.       Через несколько минут Джисон возвращается в изначальную позицию и отматывает фильм назад.       В гробовом молчании под непрекращающиеся звуки боя на экране и хруста чипсов проходят полтора часа фильма. Минхо залипает на экран, периодически бросая взгляды на омег, но они его мастерски игнорируют.       Руки чешутся хотя бы прикоснуться, кожа зудит, а смесь кофе с корицей вытесняет весь воздух из лёгких.       «Это будет определённо тяжелее, чем я думал».       — Ладно, я пойду, время уже позднее…       — Дверь захлопни, — вдогонку кидает Феликс, оставляя за собой последнее слово.

***

      Пятничный вечер порождает у Минхо сомнения: его тянет к истинному, зверь внутри беснуется, а после скулит побитой псиной, но мозгами он понимает, он там лишний. Он достаточно насмотрелся за те пару часов, как хорошо им вдвоём, — он чужой на этом празднике жизни. Зачем нужна эта истинность, если она причиняет только боль и разочарование. Зачем вообще пошёл на поводу у Чонина и устроил этот фарс с оригами. Жил бы припеваючи: работа, тренажёрка, клубы и омеги. Лепота. Нет, теперь сидит как подросток, каждые десять минут заходит в чат проверить… Вдруг. А вдруг не происходит, и даже днём в пятницу — тишина. Минхо: Я могу приехать? Феликс: Ну приезжай Хан: Привези суши и роллов Вот: *Ссылка прикреплена*       К договорённым семи вечера Минхо с двухкилограммовым набором в одной руке и двумя бутылками вина в другой мыском ботинка стучит в дверь. На этот раз его встречает весьма радушно Феликс и, перехватывая коробку с бутылками, шепчет: — У Ханни предтечка, будь помягче.       Минхо хочется возразить, мол, это ты бешеный, но вовремя прикусывает язык. Внутренний альфа обеспокоенно перетаптывается, навострив уши. Джисон, закутанный по самые щёки в пушистый плед, сидит на диване и буравит гостя. Феликс же выкладывает красиво роллы на тарелку с выемками под соус, заполняет и их.       — Ханни, достань лапки и покушай, или тебя покормить? — Джисон ещё больше прячется в кокон, и только нос и круглые блестящие глаза торчат.       — Он пусть кормит! — Джисон выпаливает, шокируя тем самым и Феликса, быстро кивающего, и Минхо, вернувшегося после мытья рук. — Принёс, пусть кормит.       Феликс разливает вино по одноразовым стаканчикам и ставит два возле тарелки Джисона, а сам садится на кресло, уступая место альфе.       Минхо быстро оказывается рядом и берёт тарелку и палочки, выбирает с креветкой и, немного макая в соус, подносит к появившемуся над пледом рту. Альфа не в силах отвести взгляда от того, как небольшой рот омеги раскрывается и полностью вмещает большой кусок.       — Ещё! — бубнит Джисон. — И макай в spicymayo! — инструктирует Феликс, не сводящий с них испытывающего взгляда.       Только тогда Хан довольно щурится, заставляя внутреннего альфу ликовать. Джисон вытягивает полностью обнаженную руку, требовательно сжимая и разжимая кисть, и Феликс подаёт стаканчик.       — А давайте сыграем в «Я никогда не…»? — предлагает повеселевший Джисон, и Феликс кивает.       Этот странный ритуал кормления слишком сильно отпечатывается в памяти Минхо, как, считай, их первое добровольное, такое близкое взаимодействие.       Феликс разливает немного вина в стаканы, кивая Джисону.       — Я никогда не убегал из дома, — Джисон начинает и бросает весёлый взгляд на Феликса, тот наигранно обижается.       — Ещё в школе родители не отпустили меня с ночёвкой к Джисону, вот я и сбежал. — Обращаясь к Минхо, Феликс объясняет.       — Вы вместе со школы? — Минхо шокированно переводит взгляд между омегами.       — Тогда ещё просто дружили и не осознавали чувств. Именно те рождественские каникулы стали судьбоносными, и мы начали встречаться как пара.       — Понятно, — вычисления в голове Минхо приводят к неутешительным выводам, они вместе очень давно.       — Теперь я, — Феликс подливает в свой стакан. — Я никогда не занимался сексом втроём. — Омеги вдвоём смотрят, как Минхо выпивает те пару глотков на дне стакана и ловит два любопытных взгляда.       — В студенческие годы мы с другом, — он откашливается, — разделили одного омегу. — Джисон кривится, будто Минхо признаётся, что он ест собак как минимум. Феликс же хмыкает своим мыслям и наливает немного в стаканчик Минхо.       — Я никогда не занимался сексом с альфой. — Минхо не трогает стакан и смотрит на омег: только Феликс выпивает.       — У меня был парень-альфа, — он нежно гладит по протянутой ему руке Хана. — До знакомства с Ханни.       Джисон гладит в ответ и шепчет что-то одними губами. Интригуя сильнее этим Минхо.       — А ты, Джисон? — любопытствует Минхо.       — А что я? Феликс мой единственный парень, партнёр, любимый, муж. — Его взгляд скользит от лица Минхо к Феликсу, и Хан улыбается, сильнее сжимая ладонь. Минхо наливает Феликсу, хочется и себе полный стакан и лучше бы виски, а не этот компот. Он открывает вторую бутылку.       — Я никогда не флиртовал с незнакомцем! — Джисон кидает весёлый взгляд на Феликса, пока тот пьёт и не обращает на Минхо, даже когда тот обновляет им.       — Ты никогда и не разговариваешь с незнакомцами! — беззлобно шутит Феликс и пытается пробраться в плед к Джисону.       — Тут дресс-код: в штанах нельзя! — Минхо давится воздухом, а вино в Феликсе соглашается с правилами, и он, скидывая спортивные штаны, всё-таки залезает в плед на колени к Джисону. Феликс копошится, устраиваясь поудобнее, пока Джисон закатывает глаза.       — Я никогда не пробовал наркотики, — Феликс смотрит в упор на Минхо, но тот и не шевелится.       — Подай мне стаканчик, — шепчет Джисон, но Феликс припечатывает взглядом. — В Малайзии пару раз принимал морфин. А ещё ты мой личный сорт… — не успевает сказать какую-то слащавую фразу, как Феликс прижимается всем телом и очень медленно, тягуче целует. Сминает губы, проникает глубже, полностью отдаваясь моменту и этому сладкому чувству. Руки перемещаются хаотично под пледом, и Феликс глухо стонет прямо в поцелуй. У Минхо билет в первый ряд на самое горячее зрелище. Хочется ещё ближе подсесть к ним, полностью окунуться в это сладкое безумие. В штанах становится тесно, а в голове пусто. Эти омеги словно специально дёргают тигра за усы.       — Мне никогда не изменял партнёр! — первая глупость, приходящая в голову Минхо, разрывающая момент единения омег.       — Подай вино! — Феликс пытается дотянуться, но руки Джисона крепко держат за бёдра. Минхо поднимается с кресла и протягивает стакан. Феликс выпивает, возвращая стакан.       — Мой бывший изменял мне и пытался изменить с Ханни, но я успел…       Звонкий шлепок прерывает нетрезвый монолог, а Феликс вскрикивает, когда Джисон немного привстаёт на диване, поправляя плед повыше.       — Минхо, тебе пора домой, — Хан не очень гостеприимно сообщает о конце совместного вечера.       — Хорошо, я только пойду умоюсь. — Минхо встаёт и, отвернувшись спиной, спешит в ванную. Холодная вода ни на градус не снижает жар, растекающийся внутри альфы. Чужие феромоны прилипают к рецепторам, заставляя представлять то, чего нет. Вот только сбивчивые шепот и стоны за закрытой дверью лишь провоцируют его воображение.       Натянув футболку пониже, он выходит из ванной, кивает на прощание и на ходу обувается. Феликс прижимается к плечу Хана и даже не поворачивает голову в сторону Минхо. Джисон машет рукой, выдавливая какую-то странную улыбку.       — Хлопни дверью! — кидает вдогонку.       Минхо, стоя у лифта, не может поверить, но ни глаза, ни нюх не могут врать. Эти сумасшедшие реально удовлетворялись под пледом. Можно получить медаль за выдержку?