Зеркала

На следующий день после обеда Эрику позвонил смотритель. Сказал, что узнал кое-что интересное про рыжую. Эрик мысленно чертыхнулся: болтун — лучшая находка для шпиона, наверно, успела уже все рассказать смотрителю, даже то, чего не следовало. Оказалось, что в многоэтажке, где она проживает, может обитать ведьма — по словам рыжей имелась вредная соседка с нижнего этажа. Она странно относилась к их семье, явно заточила зуб, мстя за старые обиды. И не помешало бы съездить, проверить. Ведьма… Эрик, нажимая на отбой, сосредоточенно просчитывал: сам он давненько не перебегал дорогу злобным и циничным валькириям, а тут крыша подожженная, аккурат после знакомства с рыжей. Вполне может быть, что охота ведется именно за неинициированной, зря Эрик концы искал не там, думал, что этот хвост за ним. Прежде чем направиться по адресу, Эрик завернул в гости к знакомому из бюро, у того был должок, самое время про него напомнить. — Ночи вольготной, дня спокойного, — поприветствовал Эрик как положено старого знакомого. — Собачка мне твоя нужна, одолжи на пару часов. — По бланкам дозволения только, ты же знаешь правила, — сонно зевая, застыл в дверях смотритель псарни. — Знаю. Но ты мне задолжал. Собака второго экстренного резерва в самый раз будет. Попугать малость кое-кого хочется. — Второго? Я даже третьего дать не могу, узнает кто, что вне служебной надобности, меня сразу упекут в нижнее подземье. — Можно подумать, ты там редкий гость. — Так то по работе было, а в качестве проштрафившегося не рискну, нервы не выдержат. — Церберов периодически выгуливать надо. Вот и оформи как выгулку одной штуки. — Не справишься ты с цербером. Третьего хотя бы возьми, они смирнее. — Мне надо, чтобы хватка железная, ведьменских проклятий не боялся. — Ведьма?.. Так сразу говорить надо было! Всегда рад усложнить этим стервам жизнь, даже задаром. — Пошли. Сам сейчас выберу; если псина добровольно со мной пойдет, отпустишь без каких-либо возражений. Черные, как смоль, твари с зубами в три ряда злобно рычали и метались по клеткам. Эрик с животными всегда легко находил контакт, потому надеялся, что с элитными церберами будет так же. Второй резерв отличался от обычных псов особой спецификой: когти острее, загнуты крючками, чтобы по вертикальным поверхностям карабкаться легче, да хватка челюстей более мощная, шкура толстая, обычный металл ее не ранит, вреда совсем не причиняет, а характер у них взрывной, для запугивания – самое то. Три твари, каждая в своей клетке, лениво разглядывали Эрика. Тянули носом воздух, определяли по только им ведомым признакам, что за субъект пожаловал. Крайний слева цербер, почти не меняя позы, навострил уши, верхняя губа задрожала, открывая острые зубы — признал сильную кровь в Эрике, решил продемонстрировать свою значимость. — Этого, — кивнул на него Эрик. Пока цербера выпускали из клетки, Эрик сочувственно бросил псу: — Заскучал совсем, лапы размять захотелось? Цербер не торопился признавать над собой власть полукровки, настороженно приблизился, не прерывая зрительного контакта. — Иди сюда, — Эрик хлопнул себя по ноге, подзывая. Один из смотрителей нес уже магический намордник, блокирующий в случае необходимости мышечную функцию. Цербер раздраженно зарычал. — Не надо, — велел Эрик, медленно приближаясь к собаке. — Так положено. Они не должны почувствовать свободу. Цербер продолжал щериться в сторону намордника. — Убирайся, — велел Эрик. — Я сам. Исчезновение из поля зрения намордника настроение цербера не улучшило, он все продолжал скалить зубы. Эрику пришлось выдержать нешуточную дуэль взглядов с этой тварью. По спине невольно пробежал холодок. — Ну, иди сюда. Иди. Цербер, будто решив напугать, в один резкий прыжок оказался рядом, громко цокнул когтями по каменному полу. Пришлось проявить когти и зубы, активировать магию, но это не слишком убедило пса в превосходстве его противника. — Не балуй. Кинешься — шкуру порву, и прогулка твоя отменится. Ты ведь хочешь на охоту? Мне нужен помощник, — говоря вслух, Эрик посылал общий смысл сказанного мысленным блоком в чересчур мелкую черепную коробку цербера, с мозгами этим тварям не особо повезло. Цербер смысл послания понял, глянул исподлобья, но рычать перестал. — Умница, — резюмировал Эрик, мысленно опять посылая картинку, что если будут меряться силой, то в его арсенале имеет «перечный огонь» — заклинание, которого до дрожи боялись все церберы, оно им шкуру изрядно портило. Цербер несколько потерял контроль, разрываясь между желанием загрызть нахала и смириться, позволить главенствовать. Поэтому опомнился только тогда, когда Эрик жестко ухватил его за шкуру на загривке, подныривая пальцами под иголистые скобы магического ошейника. Опомниться-то опомнился, но было уже поздно вырываться, церберов приручали к тому, что кто держит за ошейник — тот и хозяин. Псу пришлось смириться. * * * Судя по ведьминским мешочкам, подвешенным у входа в подъезд, стручкам красного жгучего перца, почти истлевшим и уже не работающим в качестве отворота глаз, в доме Рефф точно проживала ведьма, да не простая, старой закалки. С такими сталкиваться — себе же хуже делать. Вся эта ведьминская мелочевка была скрыта от глаз смертных простеньким мороком, а вот почему не обновлялись заклинания — вопрос был сложный. То ли ведьма давно съехала, то ли обленилась и обнаглела настолько, что не ожидала опасных гостей совсем, считала этот дом своей единоличной территорией. Смотритель с крыши заподозрил неладное, когда рыжая поведала ему, что соседка давно претендовала на их с теткой квартиру, но тетка поменяться жилплощадью отказалась, заупрямилась, вид из окна очень уж ей нравился. Эрик задумался: если ведьма заточила давно зуб, решив отомстить, то почему ждала так долго? Любой отворот или пару месяцев наведения снов-кошмаров, и тетка быстренько сбежала бы, прихватив малолетнюю племянницу. Почему ведьма до сих пор в проигрыше? Или неинициированная обладает таким сильным иммунитетом, доставшимся от предка, что защитная сила ограждает не только ее, но и тетку? И всю территорию квартиры тоже? Внимательно осмотревшись в подъезде, поднявшись на третий этаж и оценив следы давних, разрушенных не пойми кем ведьминских чар на запертой входной двери жилища, Эрик спустился ниже, на второй этаж, постарался незаметно прощупать силу и уровень владения магией скрывающейся за дверью ведьмы. Ощущение общего колючего магического фона Эрику очень не понравилось — застарелое, вязкое, будто ядовитое какое-то. Придется активировать амулеты. Жаль, их у Эрика осталось немного. — Ну что? — потрепал он по загривку цербера, недовольно косящегося на жилье ведьмы. — Подстрахуешь? На улице, со стороны окна. Если решит сбежать, ухватишь за волосы и назад притащишь. Цербер вроде тактику одобрил. Лениво зевнул, лязгнув зубастой пастью, неторопливо потрусил на улицу, огибая дом. — За крышу мою, стерва, расплатишься, — тихо пробурчал Эрик, активируя официальный знак принадлежности к элитному отделению бюро. Сначала следовало попытаться выяснить отношения нейтрально, как положено, опираясь на кодекс. Основная проблема была в том, что у Эрика не имелось веского повода вмешиваться в дела ведьмы и требовать досмотра, она его на порог даже не пустит — и будет в своем праве. Решив, что действовать стоит по обстоятельствам, Эрик ткнул в магическую защиту свой амулет, что считалось вежливым предупреждением-стуком. Ведьма оказалась смазливой и очень-очень старой — не внешне, по уровню бурлящей в ней силы, разумеется. — А что ж не в частном доме-то живем, как все уважающие себя в таком ремесле, а среди людишек, в толчее? — спросил Эрик вместо приветствия. — Ведь силы так тянуть легче, сподручнее, ближе, — отозвалась та, нагло прощупывая взглядом уровень защиты от амулетов. — Какого лешего тебя сюда занесло, наемник? — В гости-то пригласи, совесть имей. Ведьма как-то совсем по-старушечьи скорчила лицо, принюхалась, вот Баба Яга, как есть Баба Яга. — Духом подземья несет. По делам там был или за ослушание только выпустили? — По делам, конечно. Я же на службе. — Был бы на службе, просить разрешение зайти в гости не стал бы. Но так и быть, заходи, — она отступила в коридор, за спиной Эрика, как только он переступил порог, дверь с грохотом захлопнулась. — За зельем ты? За ингредиентами редкими? Ловушку затейливую надо смастерить для ловчего? Зачем пожаловал? — На пернатого ловушку сделать сможешь? — ради любопытства спросил Эрик, внимательно осматриваясь: двухкомнатная квартира, обстановка скромная, зато излишне навязчиво травами пахнет, в дальнем углу шкаф чуть ли не дыру в саму тьму напоминает, явно там амулеты самодельные хранятся. — Тьфу, тьфу, чур меня. Сдурел? Что за дело затеял? Против пернатого никто не рискнет козни строить, им всегда подмога приходит быстро. Спалят ведь. Эрик глянул на нее в упор, давая прочитать его уровень силы. Ведьма до этого тайком прощупывала, любопытствовала, теперь удовлетворила интерес, но так и не расслабилась. Эрик уже привык, что окружение быстро понимает, что сила его особая, тягаться не смеют: полукровки первого поколения опасны и жестоки по преданиям. — С пернатым не рискнешь связываться, говоришь? Ну а с полукровкой его? — С кем-кем? — ведьма прикинулась удивленной. — Да где ж их сыскать? И толку? Иммунитет у них сильный, в детстве не сможешь изжить, затем и пробовать бесполезно. Вот и дохнут-то они в младенчестве. А что? Ты решил поохотиться на полупернатого? В наш время еще таких отыскать можно? — А вот не поверишь, — Эрик не особо церемонясь прошагал к шкафу, погруженному в тьму, распахнул дверцы, и амулет, зажатый в пальцах резко полыхнул, нейтрализуя опасное заклятие запрета доступа. — Наткнулся тут недавно на одного. Девятнадцать лет. Рыжеволосая, с зелеными глазами. Ведьма сразу переменилась в лице. — Поступила жалоба: ведьма ее преследует, крышу поджигает в надежде уничтожить неинициированного в потоке темного огня. Что скажешь в свое оправдание? Ведьма хоть и побледнела, чуть сгорбилась, злобно поглядывая, а тон голоса, вроде бы заискивающий и желающий услужить бюро, не сменила. — Какая крыша? Какой огонь? Не знаю, не ведаю. Ты в подробностях объясни. Я тебе зачем сдалась? Или тебя наняли киллерское дело совершить? Так я слышала, без доказательств такие, как ты, ликвидировать не могут. Ну или бумага с разрешением специальным должна быть. Покажи. Пока она заговаривала зубы, тянулась к ведьминскому мешочку, привязанному к ее поясу. — Руки покажи, — строго велел Эрик, демонстрируя вынутый из ножен клинок, светящийся синем огнем, так как был смазан аконитовым зельем — верное дело против ведьм и ведьмаков. Ведьма руки испуганно отдернула, показала, что в пальцах ничего нет. — Бумагу официальную продемонстрируй, — повторила она уже более недовольным голосом. — Что у нас тут? Поганковая отрава, трава забвенья, клыки оборотней, пучки чьих-то волос… вот и рыжие тут в мешочке. Мне анализ на соответствие производить, или сама признаешь? — игнорируя ее слова, отозвался Эрик. — Пучки трав на проклятия. Подобное я как раз сейчас наблюдал по следам на двери квартирой выше. Что? Не срабатывает? Рыжая хоть и неинициированная, но интуитивно гасит воздействие? Небось, ты все самые действенные перепробовала? За столько-то лет? Одиннадцать годков как под одной крышей живете? Что ж не съехала? Почему продолжала со свету сживать? На принцип пошла «кто кого»? — А не твое это дело, наемник. Мне никто запрет не ставил, собственностью полукровка ничьей не является. Могу хоть столетиями силы из нее тянуть, дурманом опаивать — никто мне не воспрепятствует. Так вот в чем причина, понял Эрик. Ведьма до последнего надеялась, что сможет пробить интуитивную защиту полукровки, а потом использовать как дармовой генератор силы, заряжая амулеты магией. Но не вышло, видать, сорвалась, решила в отместку уничтожить. — Теперь это дело стало моим, — сказал он. — Рыжая — моя собственность, моя добыча. Ты покушалась на нее, уже зная об этом. Требую расплаты. Вот тут лицо ведьмы дрогнуло, губы поползли в обиженную гримасу: крыть ей было нечем, и она это знала. — Ритуальные слова, наемник, произносишь. Осознаешь хоть? Если приму вызов ответ держать, магией своей воспользуюсь — биться будем до последнего. — Жизнь мне твоя не нужна. Но в подземье тебя упекут. Я требование выдвину, и будет тебе официальная бумага. Наверняка, если порыться в твоей биографии, выяснится, что малолетки в окрестных домах пропадали и в тех же числах в лотки с ингредиентами человеческие глаза и языки поступали. Так ведь? — Не докажешь, — пространство вокруг ведьмы завибрировало, она собирала заклятием силу, чтобы нанести удар. Эрик, в прыжке уходя в сторону, активировал сразу два амулета, ударил на поражение. Но он недооценил ведьму: та прикрылась заговоренным платком, пространство вокруг Эрика запылало, за гарью и копотью ведьму было не видать, собралась, значит, сбежать. Эрик свистнул, зовя цербера. Ведьма успела только до двери добежать, как из тьмы у магического шкафа выпрыгнул цербер, рыча и брызгая сизой слюной. Эрик лишь моргнул, а цербер уже достиг жертвы, раздался вой ведьмы. Цербер вцепился зубами ей в плечо, добирался до горла. Ведьма закричала, прося пощады. — Не убивай, — велел Эрик. — Живой нужна. Цербер недовольно зарычал, не выпуская из хватки скулящую от боли ведьму. Потеряв всю силу, она сейчас выглядела не лучшим образом, постаревшей, изможденной. — Не убивай, — повторил приказ Эрик, отряхиваясь и приводя в порядок связку амулетов на шее. Надо же, из дюжины уцелело целых три, прямо удивительное везение. Цербер жаждал крови, и его взгляд просил об этом. Засиделся в клетке, изголодался по адреналину и приключениям. — Нужна живой, — напомнил ему Эрик. — Но разрешаю уволочь на второй уровень подземья. Поиграй с ней там немного, но не убивай. — Нет, — взмолилась ведьма, — наемник, избавь. Клинок у тебя в руках. Бей мне в сердце. Эрик, не оборачиваясь, вышел из квартиры на лестничную площадку. Встряхнулся, расправил плечи. Давненько он не чувствовал потребности в мести. Сейчас он был в своем праве: ведьма знала, чью собственность пытается испепелить огнем, дождалась, когда рыжая вернулась на крышу, и подожгла, небось еще и выходы перекрыла заклятьями. Почему рыжая не признааясь, что во время пожара на крыше сидела — непонятно. Но факт остается фактом: ведьма знала, что делает, догадывалась о последствиях. Теперь настал час расплаты. Эрик жаждал крови этой твари не меньше цербера, но самоуправства ему в бюро не простят. Давно не было настолько важно ощутить жажду мести за свое. Теперь же Эрик прямо захлебывался от понимания, что может себе это позволить. Хочет. Одиннадцать лет ведьма властвовала тут, и столько же времени донимала полукровку своим колдовством. Как она выжила в таких условия — не понятно. Но Эрик умеет отбивать подобные удары, со временем и его Рефф научится. ----- Иллюстрации можно посмотреть тут https://author.today/art/220674 https://author.today/art/220672