🌌 Worldwide Yours: Seokjin 🌌

Мягкие губы касаются тёплой шеи, вызывая протяжный стон и эти чёртовы мурашки — словно россыпь звёздной пыли, собранной под кожей. — Хён, не играй со мной так, пожалуйста, — шепчет Тэхён, закрывая глаза. Ресницы дрожат. Кажется, он во сне. Неужели это действительно происходит? Тэхён не верит, он, чёрт возьми, не может в это поверить после стольких попыток, тихой мольбы и надежды, которая, казалось бы, давно должна была погаснуть. Но нет, Тэхён верил. Он верил и ждал. И вот наконец эти руки — такие сильные, родные, желанные — прижимают его к стене, и губы, о которых он мечтал и грезил ночами на протяжении стольких лет, покрывают поцелуями его шею. Тэхён обнимает его, прижимает к себе. Хочется раствориться в этих прикосновениях, хочется раствориться в нём и остаться навсегда. Проникнуть под кожу, стать звёздной пылью... Протяжное «Хён» с мольбой в голосе — и Тэхёна уносит. Уносит от собственных слов, мыслей, чувств...

***

«...когда я впервые увидел твоё лицо, я был так поражён, потому что ты очень красивый...» Тэхён не может отвести взгляд, когда эти слова срываются с губ Джина. Тэхён смотрит, и сейчас абсолютно не важно, что вокруг куча камер. Да ему, в принципе, это никогда не было важно — он редко мог контролировать свой поток ощущений, когда Джин говорил о нём. Он жадно глотал каждое слово, смакуя каждый звук; он мёдом растекался по его венам, давая новую дозу. Дозу надежды. И не важно, что столько лет Джин просто говорил, робко смотрел и отводил взгляд на пятой секунде. Тэхёну и этого было достаточно, чтобы вспыхнуть. Эти пять секунд были как укол адреналина — на этом он и держался. Пять секунд прошли, а Джин до сих пор смотрел. Появилась неловкая тишина. Сидящий между ними Чимин спас ситуацию, но Тэхёну было всё равно. Что-то поменялось — вот так, в одно мгновение. Джин никогда не ошибается, но сейчас что-то изменилось. Тэхён словно услышал, как треснул лёд. Лёд под его ногами. Сердце забилось чаще. Ему не могло показаться — он не просто это чувствовал, он знал. Больше он ничего и никого не слушал. Отвечал на автомате, улыбался и ждал, когда это грёбаное интервью наконец закончится. Он должен убедиться. Он должен посмотреть ему в глаза. Но время тянулось медленно, и, как назло, у них были ещё съёмки в этот день. Их отпустили очень поздно, и Джин сразу исчез. Но Тэхён не собирался сдаваться. Не сегодня. Ему казалось: если он ничего не сделает, не пойдёт за ним, не поговорит, то упустит самый большой шанс. Шанс, о котором он мечтал столько лет. И он пошёл. Прыгнул в машину, и вот он стоит на пороге квартиры, в которую заходил, кажется, миллион раз, но сейчас всё иначе. По-другому. Ладони вспотели, а сердце снова стучало так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Тэхён поднял руку и дотронулся до двери. Постучать. Ему просто нужно постучать в эту грёбаную дверь, ведь это так просто... Он стучит, полный решимости и страха одновременно. Он поставил на карту всё. Он больше не даст ему времени на отступление — столько раз давал. Джин под камерами был достаточно смелым, но без них он всегда убегал. Смотреть в глаза по-настоящему он не мог, боялся. И Тэхён это знал, но не давил. Давал ему право выбора, и Джин выбирал. И снова не его. Тэхён страдал, глотал свои чувства и слёзы, закрывался, сдавался, отходил — и потом снова по кругу. Привык? Смирился? Нет, просто ждал. А что ему оставалось? Ему права выбора никто не давал. Была лишь надежда — хрупкая, почти невесомая, но она была. И Тэхён её хранил, оберегал, холил и лелеял. И, возможно, он сейчас на пороге не просто квартиры, а новой жизни. Без мучений и неизвестности. Жизни, где больше не будет этих пяти секунд, а только бесконечность, в которой больше никто не отведёт взгляд. Джин открывает дверь быстро. Неужели он всё это время стоял и ждал? Ждал его и знал, что Тэхён придёт, или хотя бы надеялся. Джин просто открывает дверь, а Тэхён просто заходит. Молча, без слов, таща за собой надежду — ту самую, с которой он никогда не расставался и сейчас этого делать не собирался. — Я хочу сказать... Но ведь ты и сам всё знаешь, поэтому просто прогони, если я не прав, — Тэхён смотрит ему в глаза. Правила пяти секунд больше нет. Он переступил последний рубеж. Джин не сбежит, больше некуда, да и Тэхён не даст ему этого сделать. Нет, он не лишил его права выбора, он просто хотел, чтобы тот наконец его сделал. Но Джин молчал, не в силах сказать и слова. Тэхён делает шаг, кладёт руку на затылок Джина, прижимая к себе. Закрывает глаза, соприкасаясь лбами. Они стоят молча. Дыхание учащается, воздух как будто выкачали, сердце замирает. Тэхён облизывает пересохшие губы и чуть поддаётся вперёд, моля всех богов на свете, чтобы Джин не отступил. Он вжимает его в стену и наконец чувствует его губы — мягкие, горячие, а главное, настоящие. Не из своих бесконечных снов и мечтаний. На этот раз всё реально, но Тэхён не может поверить, он боится. Боится сказать что-то не то, боится спугнуть. Ведь Джин отвечает на его поцелуй — пусть робко, нерешительно, но отвечает. Стон срывается с губ Тэхёна прямо в этот поцелуй, и он больше не может сдерживаться — он слишком долго ждал, надеялся, мечтал. Страх сменяет жадность. Они в вакууме собственных желаний. Джин резко меняется с ним местами, и вот уже Тэхён прижат к стене, а горячие губы впиваются в его шею, выкачивая остатки неуверенности, с которой он ещё несколько минут назад стоял на пороге. — Я никогда не играл. Я просто слишком долго боялся, — Джин вдыхает эти слова прямо ему под кожу. Звёздная пыль искрит, обволакивая каждый звук, сливаясь в идеальный тандем, созданный именно для этого момента. Это Джин срывает стоп-кран. Это он жадно сдирает с Тэхёна одежду, которая отлетает и падает на пол, звеня железными замками и пряжкой ремня. Это его ненасытные руки блуждают по его телу, заполняя собой каждый сантиметр. Каждое касание — как ожог, каждое дыхание — как глоток жизни. Всё по-настоящему: без камер, софитов, чужих глаз и страха быть непонятыми. Тэхён глаза боится открыть — боится, что это сон, мираж в самом центре сухой и жаркой пустыни. Тэхён слабый, невесомый, словно мыльный пузырь, который вот-вот лопнет, как только он откроет глаза. — Смотри на меня, — хрипло шепчет Джин, переплетая их пальцы так сильно, что костяшки белеют. — Тэхён-а, открой глаза. Я здесь. Ты можешь... Тэхён хочет, он может, он любит. Тэхён умеет любить. Он любит закат над Сеулом, любит пение птиц в солнечный день и смотреть, как расцветает сакура. Но больше всего он любит Джина — любит давно и бесспорно. Это абсолютная любовь. Она давно поселилась в нём, проросла и укоренилась. Тэхён изучил её вдоль и поперёк, разложил по полочкам, попробовал на вкус и запах. Он научился жить с ней, вдыхать её аромат. Она вихрем внеслась в него однажды и осела звёздной пылью в каждом сантиметре его кожи. И сейчас он может наконец показать её, поделиться ею. И Джин принимает и взамен отдаёт свою. Тэхён перебирает пальцами его волосы, обрывисто стонет, ощущая Джина в себе. Это так правильно. Даже боль от первых толчков — пьянящая. Тэхён хочет больше. Ему мало. Ему всегда будет мало Джина. Разве можно насытиться тем, о ком мечтал столько лет, столько бессонных ночей и мучительных дней? Тэхён стонет и выгибается. Джин перехватывает его руки, прижимает их к подушке над головой и шепчет прямо в губы: — Думаешь, это тебе было мало? — Джин обжигает дыханием ухо, пока его бёдра вбивают правду в тело Тэхёна. — Я умирал каждый раз, когда ты проходил мимо. Ты мой, Тэхён-а. Каждая твоя слеза, каждый твой взгляд... я заберу всё. Тэхён вскрикивает, и этот звук тонет в жадном поцелуе. Боль уходит, оставляя только чистый, первобытный восторг от того, что они наконец-то «совпали». Они замирают, тяжело дыша в унисон. Вакуум вокруг них медленно заполняется тишиной, но это больше не неловкое молчание после пяти секунд взгляда. Джин целует Тэхёна в висок, прижимая к себе так сильно, словно боится, что тот испарится. А Тэхён наконец открывает глаза и улыбается, чувствуя, как звёздная пыль внутри него больше не искрит от страха, а ровным, чётким светом разливается по венам, принимая Джина в свою бесконечность. И это больше не мечты, не надежды. Это реальность. Их реальность на двоих. Настоящая, выстраданная. Реальность, в которой они наконец оба сделали выбор. И менять его никто из них не будет. Тэхён знает это, потому что любит. Так же сильно, как и Джин.