Симфония любви

В городе во Франции одним прекрасным вечером происходил бал в особняке одного богатого лица. Люди приятно проводили там свой вечер, обзаводясь новыми знакомыми и партнёрами. Некоторым был важнее ужин, почему они и пришли только под конец. Но люди, кому не нужна эта светская жизнь и застолье, засидали на верхнем этаже за большими столами в карточной игре. В воздухе витал запах табака, изредка слышался смех или разбирательства, но одно оставалось прежним. Телесфор пригладил воротник рубашки, бросив прядь кудрей за плечо, понимая, что он снова выиграл. На столе возле него лежала стопка фишек, больше, чем у всех остальных. Ещё один человек из круга ушел разочарованным. В перерыве он закурил трубку, ожидая кого нибудь ещё, ибо играть с оставшимися было уже не так интересно. В этот момент в зал зашел высокий мужчина. Лисий взгляд огладывал помещение, черные пряди рассыпались по плечам. Одет он был не то чтобы как знатный человек.. Шелковая рубашка, легкая и свободная, распахнута на смуглой груди. Брюки явно не самые новые. Он явно был в легком состоянии алкогольного опьянения. Телесфор обернулся на вошедшего и ухмыльнулся, подходя ближе. — добрый вечер, месье. Не желаете ли сыграть, коль уж пришли? Он выдохнул дым в сторону, хотя часть все равно направилась в сторону незнакомца. Испанец улыбнулся шире, слегка отмахиваясь от дыма. На удивление, он никогда не курил, да и запах табака не очень жаловал, хоть и привык со временем. — ох, ну конечно. Я буду только рад, — хитро вымолвил мужчина, намеренно садясь в положение, в котором рубашка открывалась чуть шире. Телесфора это особо не смутило, хотя взгляд изредка падал туда, чисто из художественного интереса. Карточник растусовал и выдал карты, после чего игра началась и ставки возрастали с каждым ходом. Телесфору попались не самые удачные карты, поэтому он надеялся хотя бы не остаться в минусе. На его лице этого и не было видно, но пальцы застучали по столу. А лисенок смело заметает следы. Не смотря на неудачные карты, он мухлевал как мог. Он быстро менял карты с теми, что были в широких рукавах и был настроен на победу. — как к вам обращаться? Испанец не в первый раз проворачивал подобные авантюры. Заговорит жертву, отвлечет, а потом начнет мухлевать чуть ли не в открытую, ведь оппонент уже будет не в силах уловить мелкие движения его рук. Француз прокашлялся в руку, а после спокойно ответил. — можно просто Телесфор. А вас? — сказал тот, кокетливо улыбаясь и смотря в глаза младшему. — у вас такие удивительные имена.. Я Авель. Приятно познакомиться, Телесфор. Воспользовавшись моментом, Авель сделал последний ход, окончательно побеждая.улыбка стала шире. — ого, какая удачна игра. Не желаете ли вы сыграть еще раз? Француз вздохнул. Он многозначительно прищурился, но после натянул легкую улыбку, хоть и готовился мысленно вызвать подлеца на дуэль. — почему бы и нет? Давайте еще. Лисенок невинно улыбнулся. Они начали говорить и пить, от чего Авель уже более смело мухлевал. "Оказывается, французы — легкая добыча" — подумал испанец, пересчитывая деньги. После последней игры Телесфор пошел в бар, перекинув пальто через руку и возмущенно бормоча что-то под нос. Тому было ой как неприятно уйти в минус, так ещё и опозориться. Однако буквально через час к нему присоединился новый знакомый. — снова добрый вечер, senior. Как насчёт выпить вместе? Француз слегка прикрыл лицо светлыми кудрями, не желая смотреть на Авеля. — что тебе еще надо от меня? — проворчал мужчина, подперев щеку рукой. Из-за алкоголя манеры ушли на второй план. — ох, amigo, прошу прощенья... Я не хотел задеть вас. Я лишь пытаюсь найти товарищей на новом месте. Испанцу стало жалко мужчину. Чуть колеблясь, он достал сумму, выигранную у Телесфора. Все равно у него было еще много выигрыша от других невнимательных идиотов. — каюсь, выиграл нечестно. Думаю, будет правильнее вернуть их вам. Телесфор косо посмотрел на лицо подлеца, затем на деньги, которые все же забрал себе, хоть и продолжал строить из себя недовольного человека. — так вы только оттолкнете от себя людей... — виноват.. Быть может я угощу вас выпивкой в знак извинения? Авель виновато улыбнулся. Первый раз в жизни ему искренне хотелось загладить вину. Француз не удержал тихого смешка и наконец перестал хмуриться. — нет, благодарю. Мне уже хватит, а то до дома не дойду. Испанец улыбнулся и осушил последнюю рюмку. Он потянулся и случайно отлетела пуговка, что была третьей.. Немного распахнуть рубашку, и будет видно грудь почти полностью... — ой... — откуда вы приехали? Интересно, где ходят люди с таким откровенным видом.... Телесфор не настолько извращенец, поэтому смотрел в глаза Авеля. — ох, я из чудесной страны. Испании. Хотя Франция, конечно, не менее красива, — ответил младший, тактично пропустив мимо ушей комментарий о внешнем виде. Вскоре завязался разговор о красоте Испании. На удивление мужчины нашли, что обсудить. Янтарные глаза Авеля горели от рассказов о собственной родине, он активно жестикулировал, желая поведать о каждой мелочи. От подобных разговоров в душном баре стало жарковато. — быть может прогуляемся на свежем воздухе? — усмехнувшись предложил француз. — я не против. Испанец накинул легкое пальто и они вышли на улицу. Уши Авеля сразу уловили ритм ночного города, ассоциируя каждый звук с музыкальными инструментами. В голове Авеля рождалась целая симфония даже в момент, когда другим все покажется тихим и невзрачным. Испанец быстро вынул блокнот и записал что-то, после чего убрал его обратно, оборачиваясь на Телесфора. Француз заметил данное действие, но не придал значение из-за алкогольного опьянения. Пройдя с новым знакомым по парку, мужчина уселся на лавочку перед озером, а испанец последовал его примеру. От ветра озеро, отражающее луну, покрылось слабой рябью. Над скамьей нависали ветви Ивы, словно укрывая наших героев. — тут очень красиво... Вы часто бываете здесь?. Не смотря на свои слова, приезжий закрыл глаза. Он очень хотел запомнить каждый звук этого места. — да. Я часто прихожу сюда. Неподалеку находится мой дом, а здесь нередко можно найти вдохновение. — вдохновение? Так вы тоже занимаетесь искусством? Каким же видом, позвольте узнать? — тут же вновь оживился Авель. — так, пишу картины иногда. Конечно, их заказывают люди из узкого круга или не здешние, желающие получить незамысловатую картину от простого художника.. — здорово. Всегда хотел понять, какого это, видеть глазами художника.. Испанец опустил усталый взгляд. Алкоголь и приятный собеседник полностью расслабили его. А ведь он даже не придумал, где ему переночевать.. Быть может, позже он найдет какой-нибудь дешевый постоялый двор. Если не уснет на этой же лавочке. Не смотря на затуманенное сознание, Авель все еще слышал музыку на подкорке сознания. — хм.. Иногда, скажу я вам, немного странно.. В совершенно незамысловатых вещах начинаешь видеть много смысла.. Это озеро я писал уже несколько раз и каждая картина совершенно по разному передаёт его... – мужчина почти печально вздохнул. — Жаль не каждый может понять это. Телесфора и самого слегка клонило в дрему, но прохлада ещё не давала полностью расслабится. Тем не менее спустя столько времени, проведенного с Авелем, француз нашел приезжего довольно интересной личностью. Авель тихо что-то пробубнил и прикрыл глаза, казалось, всего на секунду. Он не спал с 5 утра и еще никогда так не уставал. Даже учитывая то, что в былые годы пол дня развлекал публику на площади, пока его "братья и сестры" воровали у зевак, после этого выступал в трактирах и барах, а под конец дня еще должен был придумать младшим новую сказку на ночь и найти силы, чтобы участвовать в разделе денег между членами "семьи". Одна секунда затянулась и испанец стал засыпать. Телесфор, увидев сонное состояние приезжего, не стал мешать. На улице не так уж холодно, а через несколько часов и вовсе начнет теплеть. Уставившись на умиротворённо рябившие озеро, мужчина погрузился в собственные мысли, ведомые ему одному. Как всегда вываленая напоказ грудная клетка Авеля стала подмерзать. Кутясь в пальто он невольно уронил голову на плечо француза, рассыпая по чужому плечу шелковисые локоны черных волос. Вырванный из раздумий Телесфор слабо улыбнулся и вздохнул, осторожну укрывая новоиспечённого друга своим камзолом. — понаприезжают, а потом мерзнут тут... — тихо пробормотал француз, приобнимая испанца, чтобы тот не упал с лавочки.