Vive ut vivas

11

«Всегда кто-нибудь испортит тебе день,

а то и всю жизнь»

Чарльз Буковски «Макулатура»

      Ниссан неожиданно тряхнуло и повело в сторону. Чуя неприятно стукнулся зубами о зубы Дазая и по ицерции качнулся, разложившись на чужих коленях.       — Что это было? — Осаму придержал его за плечи.       — По нам палят.       Чуя оттолкнулся, стараясь не пересекаться взглядами, и поднял голову, пытаясь соориентироваться на местности. Пока они с Осаму миловались, он совсем расслабился и перестал анализировать обстановку. Недопустимо. Одна маленькая осечка может стоить им жизни и после на поминках с досадой скажут: «Недоглядел». Глупее смерти не найти.       Машина уверенно пёрла через высокую траву, пробираясь в сторону речки. Чуя вернул себе управление и вывернул обратно на дорогу. Вместо должной паники пробирал смех. По иронии ли, но их второй поцелуй закончился точно так же как первый. Перестрелка.       — В смысле палят?       — В прямом! Посмотри назад.       Скорость росла в геометрической прогрессии и с трудом, но ему удалось разглядеть стремглав несущихся по воздуху андроидов. Отпалированный до зеркального эффекта хром слепил, словно предупреждая, и сомнений не оставалось.       — Это... Каратели? Нового поколения?       — Очевидно, да!       Ландшафт за окном стремительно сменялся. Накахар гнал, выжимая газ до максимума. Нужно сбросить хвост, иначе они трупы. Поля, усеянные одуванчиками растворялись в пыли пустынных дорог, равнина стекалась в лесополосу, заброшенные дачные участки, знак «Добро пожаловать» и вот он — ужас. Чуя  судорожно перебрасывал возможные варианты развития событий и не мог сосредоточиться. Проблемы было две: накатившее возбуждение и расстояние, они подъезжали к четвёртой зоне. Мозги пухли от переизбытка эмоций, вопросов, задач, хотелось к чертям выбить крышу и слить куда-нибудь это густое чувство.       — Нужно разворачиваться.       По багажнику ударил снаряд и Ниссан снова подбросило, отталкивая взрывом.  С заднего сиденья вперёд прилетел бутыль молока и коробка с презервативами.       — Чё, блять?!       — Мы не можем вернуться! За нами хвост! Или ты ослеп?! — Чуя, нервничая, дважды врезал кулаком по рулю.       — Нас прибьют! Одумайся!       — Не прибьют! Тачка бронированная! По левому боку, промахнувшись, мазнул луч лазера и врезался в дорожное покрытие, разрывая асфальт на несколько сотен метров. Дазай в шоке, удивляясь самому себе, прорычал:       — А от такого бронированная тачка тоже спасёт?       — Н-нет! Раньше у них такого не было!       — Есть идеи?       — Есть сожаления! Жаль, что мы не взяли пулемёт! — Накахара взвыл и начал сбавлять скорость, надеясь, что они придумают что-то быстрее, чем доберутся до границы.       — А гравитация?       — Я пустой, — он показал голые запястья, — Когда вы вообще меня раздели?! Блядство.       Каждая секунда сокращала шансы на благополучный исход, выйти сухими из воды не вышло бы ни при каких обстоятельствах. Всё играло против них.       — Не пустой.       Чуя краем глаза взглянул на Осаму, резко проявившего чудеса спокойствия, и ощутил сам, как ярость, обжигающая нервы, уступила месту экстазу. Ток прошил каждую клеточку тела.       — Я щас кончу от радости! Надевай, — Накахара протянул свою руку и длинные пальцы Дазая защёлкнули на его запястье гравитационный браслет, — С собой таскал что ли?       — Я на дебила похож? — он вскинул бровь и захлопнул бардачок, в котором и лежала смертоносная игрушка,  — Оставь благодарности для женщины-робота.       — Ведёшь ты!       — Я не умею.       — Придётся научиться! — Чуя опустил боковое окно и высунулся наружу, — Немного отстали гады. Но это ненадолго.       — И как тут?       — Всё легко.       Накахара указал ему на четыре сенсора на экране пилотирования, не углубляясь в инструктаж. Необязательно быть Шумахером, чтобы водить что-то подобное. Легче только в гонки играть на смартфоне, которыми уже лет двадцать не пользовались.       — Мне нужно что-то небольшое и в большом количестве, чтобы их подбить.       — Патроны?       — Жалко, — уголки его губ поникли, но он тут же разразился истерическим хохотом. Дазай уставился на рыжего как на душевнобольного и чуть не подавился от смеха, увидев, что Чуя вскрыл упаковку с контрацептивами.       — Хуёвые какие-то пули.       — Разворачивай машину, зайчик, пора нагнуть выродков.       Алюминивые квадратики рассыпались красными искрами у него на ладони и Накахара вылез в окно, придерживаясь за крышу.       Дазай выкрутил один из сенсоров. Скайлан круто обернулся на сто восемьдесят градусов, поднимая волну брызг из лужи, и рванул навстречу Карателям, которые с увлечением поджаривали окружающую местность. Чуя стёр тыльной стороной ладони грязь с щеки и расширил область действия гравитации. С таким мастерством Осаму к вождению лучше перестраховаться или придётся соскребать его косточки с асфальта. Алые вспышки зыбью пробежали по коже, намертво прибивая Накахару тяжестью к двери. Волнение внутри перемалывало органы. Вероятность на выживание увеличивалась и всё-таки ещё колебалась, поочерёдно пробивая планки бесспорного триумфа и позорного поражения. Расслабляться было рано.       Чуя подбросил фольгированные пакетики и толчком метнул те в направлении хромированной головы. Андроид, перебирая паучьми лапами по воздуху, открыл огонь.       — Не отвлекайся! Всё нормально! — внутренне ликуя, проорал Накахара. Карателю снесло половину туловища.       — Нормально?! У меня чуть тромб не оторвался! — на ветровом окне дымилось чёрное пятно от залпа. Какой бы прочностью не обладал материал, ещё пару ударов в лоб он вряд ли переживёт.       Состояние эйфории сжирало Чую быстрее скорости света. Конечности вибрировали от эмоциональной перегрузки, давление скокало, заставляя гудеть в нетерпении каждый орган, притяжение выворачивало его наизнанку, лишая трезвости, а глотку раздирало от желания закричать. И он кричит, так, что у Осаму закладывает уши.       Ниссан пролетает мимо андроидов и снова разворачивается.       — Хватит ржать! — Дазай недоумевает, слыша, как его напарник по несчастью сходит с ума, — Чуя!       Лазерный «выстрел» сносит зеркало заднего вида и авто на мгновение превращается в кусочек Рая, омерзительно белого, слишком чистого и яркого для вымученного тьмой восприятия. Частички электромагнитной энергии оседают в пространстве и исчезают, растворяясь позади, но Осаму не видит ни фотонов, выстроивших световую завесу, ни секундого Рая, ни Чую. Он жмурится до последнего, боясь открыть глаза и не найти рыжую макушку в хаосе серых оттенков мира. Шанс уклониться от излучения квантового генератора равен шансу стать дикобразом, родившись человеком. Шанса нет.       Давай сжимает щиколотку Накахары и почти естественно ощущает, как ледяная аура смерти бродит вокруг, слизывая с кожи липкий пот.       — Тормози! — знакомый голос обдаёт сердце потоком магмы. Скайлан резко останавливается и подпрыгивает.       — Рыжий, ты конченный?!       — Может, отпустишь мою ногу?       — Лазерные лучи не подвержены гравитации! Ты не бессмертный, имбецил!       — Серьёзно? — искреннее удивление в кристальном взгляде вводит Осаму в ступор.       — Да как ты, блять, вообще дожил до сегодня? Фортуна тебя любит.       — Переживал?       — Я думал тебе бошку оторвало!       — Нет. Ты успел, — Чуя потёр ушибленный затылок, — Подожди. Почему гравитация перестала действовать?       — В смысле?       — Ты бы не смог меня сдёрнуть с места так легко. Типа. Это невозможно. Я увеличил силу притяжения своего тела, ты не...       Мозговой штурм прервала дробь мелких снарядов по крыше. Накахара махнул рукой, сказав: «Позже поговорим», и напихал полные карманы презервативов. Дазай был с ним солидарен. Нужно закругляться, остальное после.

***

      В крыше зияла дыра и вновь нависший над  городом ливень, будто целенаправленно направлял всю свою мощь на брешь в попытках затопить салон. Осаму было весело, но всё веселье испарилось как только рыжее недоразумение взялось командовать. Теперь он разутый и раздетый бесился. От неудобного положения, стоя коленями на разложенном сиденье и с руками над головой, тело затекало, словно обвязанное колючей проволокой.       — У меня ручки устали.       — Хватит ныть. Скоро приедем.        Дазай скорчил страдальческое лицо и прижал насквозь промокшую толстовку плотнее к течи.       — Включи хотя бы печку. Мне холодно.       — Печка не работает, — терпеливо ответил Накахара.       — Тогда дай свою кофту.       — Она тебе маленькая!       Потасовка с Карателями закончилась не совсем благополучно. Помимо крыши им пробили два колеса и, если бы не специально сконструированное под такие форс-мажоры устройство автомобиля, они бы встали на месте, но со слов Чуи Ниссан мог спокойно ехать до ста километров в час, несмотря на проблему. И Скайлан действительно ехал как ни в чём не бывало.       — Осаму, прикоснись ко мне.       — Как? Куда?       Накахара сиюминутно покрылся красными пятнами, смущаясь.       — Не о том думаешь... — он приподнял кисть, чтобы Дазаю было удобнее. Алые всплески гравитонов вспыхнули на коже, окутывая салон почти прозрачным розоватым светом, — Мне же не показалось? Ты аннулировал потенциал, — васильковые глаза взмыли и ущипнули его за края души.       — Не знаю, — Осаму перехватил худи, освобождая одну руку. Червонные искорки, завораживая, плясали на ладони и совсем не хотелось прерывать их чувственный танец, но любопытство сильнее и кончики пальцев невесомо касаются других. Если бы он действительно располагал способностью к нейтралезации кибер ПО, это бы объяснило его ценность, однако ничего не происходит. Искорки продолжают завораживающе плясать.       — Странно, — Чуя выворачивает ладонь и обнимает кисть Дазая своей, сдавливая. Лёгкая вибрация от силы притяжения кажется ему натянутой струной вдоль сердца, — Показалось, наверное. Чуть-чуть и дома будем, согреешься, — его очаровательная улыбка обжигает и Осаму отвечает, однобоко улыбаясь. Чуя невообразим в своей чуткости и не шибко скрываемой симпатии, он замечает льдышки чужих рук и спешит уверить — всё будет хорошо. Совсем скоро.

***

      Жанна уже ждёт их у гаража и коротко махает, приветствуя, когда Ниссан подъезжает. Накахара предупредил о небольших сложностях по дороге, но Скарлет озадаченно массирует шею и кусает сигаретный фильтр с выражением «Я в ахуе» во взгляде, отмечая всё больше и больше повреждений.       — У вас капля потекла, — садясь на корточки перед бампером, констатирует девушка. Маслянистая жидкость с янтарным оттенком расползается по титану и, словно живая, пульсирует, собираясь обратно. Ядерная капля — нутрянка, топливо и двигатель в одном пакете, не требующая ничего помимо своего наличия, чтобы поддерживать транспорт на ходу, долговечный, стойкий к угрозам извне элемент, который вышел из строя за одну неудачную поездку, и последний факт загоняет Жанну в лабиринт размышлений. Такое случилось впервые за три года, а значит, Банши развивается как разум, поглощает информациию, вводит новые кибертехнологии в оборот, увеличивает влияние, Банши снова «растёт», как тогда, в начале начала коллапса. И если все они, выжившие, ожидали конца, то вот он. Заключительный аккорд пробъёт. Из четырёх минут песни, три уже проиграли. Она откладывает мысли и неизбежный разговор на потом, потому что задачи нужно решать по мере их поступления, а первая задача сейчас — разобрать груз.       — Это плохо? — Дазай выжимает промокшую до нитки кофту и ворчит, когда вода по случайности стекает на кроссовки.       — Скажем, не очень хорошо.       — Я бы ответила «пиздец как не хорошо». Вы могли взлететь на воздух в любую секунду! — Жанна щёлкнула рыжего парня по лбу и поднялась, — Как вас вообще угораздило? И почему, чё это, почему гандоны по всей машине?       — Оружие ахуительного поражения. Авторское изобретение Чуи Накахары.       Чуя смотрит на Осаму и не знает, плакать ему, смеяться или отвесить интеллектуалу целебного леща. Звучит смешно, но вроде как немного обидно.       — Знать не хочу, что вы с ними делали, — Скарлет демонстративно злится и вытаскивает из машины продукты, жирно намекая присоединиться.       — Да там и знать нечего. Садовый гном решил заняться членовредительством и перестрелял роботов-злодеев презиками.       — Вред нанесён только членам, которые эти презики не получат! Я спасал твою жопу! — Чуя нащупал в кармане тканевую маску и моментально поджарился от негодования, неловкости, гнева, фантомного вкуса банана на языке и взгляда Дазая, смотрящего на него с таким озорством и гордостью за собственные тупые подколы, что не врезать ему он просто не мог, — А ну иди сюда, кран башенный! — маска, охваченная красным свечением, полетела по прямой до цели, — Хер тебе оторву!       — Парни, а ну прекратили! Вам по семь лет что ли? Что за шутки про члены?       — Он первый начал! — Чуя, оседлавший сложившегося пополам Осаму со спины, потянул его за волосы.       — В угол поставлю!       — Слезь с меня, тонна карлика!       — Парни! Алё!       — Детский сад, — прокомментировал Тачихара, возникший на пороге в бокс.       — Не то слово, — Жанна, плюнув на бессмысленную затею разнять двух, казалось, подростков переходного возраста, вернулась к разбору Ниссана, — Что там по новостям? В Котобуки есть какая-нибудь активность?       Мичизу закурил, ненадолго задумываясь, и всё же ответил, предвкушая последующий за его словами Ад:       — В Котобуки тишь да гладь. А вот вас с рыжим объявили в розыск.