Ночь под сиренью

- А-Синь! Хватит брать всякие гадости в рот, если ты заболеешь, твоя матушка будет очень расстроена! Дзянь Фей не могла найти управу на своих детей. Её дочь была очаровательна, но весьма коварна, раз думала, что мама не видит, как та обижает брата. Еще Мин-эр очень активная и громкая! Цингэ даже в детстве был очень тихим и послушным ребенком, сразу показывая свой тяжелый формирующийся характер. Вейсин чем-то похож на него, но он более непослушный и любопытный. Дзянь Фей тяжело вздыхала, вырывая траву из рук сына. С тех пор как её дети начали ходить, жизнь стала только тяжелее. -Зачем тебе эта трава, А-Синь, она не съедобна, - девушка несчастно смотрела на своего любопытного сына. -Но она голубая! И ещё когда солнце светит, она становиться ненадолго розовой! – ребенок активно махал руками и прыгал по цветной траве. Дзянь Фей слегка удивленно осмотрела своего сына, - дорогой, трава всегда такая, по крайней мере, в нашем регионе она такая, южнее, где учится твой брат, она зеленая, а на востоке и западе – желтоватая. -А почему так? – мальчик нахмурился. -Из-за разного содержания ци в почве, трава меняет свой цвет, - Дзянь Фей уже предвкушала дальнейшие вопросы своего сына. Как только её сын научился говорить, что сделал он намного раньше сестры, от него начало поступать множество самых разных вопросов, буквально обо всем. И сейчас, если признаться, ей слегка страшно смотреть на звездочки в глазах ребенка. *** Только ближе к 2 годам Лю Вейсин понял, как ему посчастливилось попасть в мир фэнтези-Китая. Его привлекало все, начиная с псевдо магии и боевых искусств, заканчивая необычной природой и монстрами. И хоть умирать было больно, страшно и неприятно, а терять прежнею семью грустно и печально, он все же был реалистом и понимал, что обратно не вернуться, слишком тяжело и нецелесообразно, да и не нужен он там никому. Даже в прошлой жизни он не отличался хорошим нравом и поведением – совсем наоборот, он рос на улице, в постоянных дворовых драках и в приключениях на свою голову. Конечно с возрастом и семейными обстоятельствами ему пришлось поумерить свой пыл. Но теперь, когда он начал все с чистого листа, почему бы не вернуться в буйное детство и не расправить подорванные крылья свободы? Так подумал Лю Вейсин когда ввязался в драку с каким-то очередным ребенком наложницы, он их даже не запоминал. -Ты пожалеешь! Я расскажу все матушке, а она скажет отцу! – мальчик лет 5 держался своими ручками за кровоточащий нос и навзрыд рыдал. Боже, как это банально. -Ага, удачи, - мальчик лет 4 вытер руку об какую-то половую тряпку и улыбнулся представшему перед ним зрелищу, и нет, он не любит плачущих детей, просто эта малявка его достала. Мало того, что он посмел оставлять Минъянь любовные записки и дарить цветы, он решил прилюдно заявить, что в будущем на ней жениться! И плевать, что мы, во-первых родственники, а во-вторых убожество вроде него и стоять рядом с его сестренкой не должно! - А-Синь я и сама могла его отвадить, - девочка очень похожая на него внешне, что почти не отличить надула щеки и отвела взгляд, - если он и в правду пожалуется, тебя ведь накажут? - А-Янь…- на лице мальчика навернулись слезки, его милая сестричка и в правду переживала о нем? Ему это не кажется? Если это сон, то, пожалуйста, не будите! – Кхм… Не думаю, что нашему отцу есть какое то дело до ссор детей, и даже если накажут, то плевать. Это же не смертельно. Когда ты уже умирал, ценности сильно меняются, а чего то и вовсе перестаёшь бояться, но Менъянь его позиции на этот счёт явно не разделяла. -Ты идиот! Боль – это боль! Если будет больно тебе, то будет и больно маме, а если маме то и мне! – девочка била его своими кулачками и, честно, Вейсин не особо слушал, он слишком стар для детского лепета. *** Когда близняшкам, Менъянь и Вейсин, исполнилось 6 лет, они впервые встретились со своим старшим братом. И если у Менъянь он вызвал только интерес и уважение, то Вейсин испытал огромный спектр эмоций. Матушка им уже не раз рассказывала истории о героических путешествиях и битвах их брата, что навивало ему давние воспоминания о супергероях, а так же биографию его брата дополняло звание пикового лорда какой-то там школы. Признаться честно, Вейсин всегда обожал боевые искусства. Даже в прошлой жизни он какое-то время посещал определенные секции, а сейчас, будучи в мире с такими условиями, у него просто слюнки текли! И не упускаем тот факт, что его брат безумно красив! Хотя то же он может сказать и о своей сестре и матушке, но он сам… наверное он пошел в отца, не замечал он за собственной внешностью чего-то особенного. Цзянь Фей посмеивалась, смотря, как её дети прячутся за дверьми и не решаются зайти. - Прости их А-Цин, обычно они более смелые и шустрые, - женщина с укором посмотрела на детей и те как провинившиеся цыплята подошли к чайному столику. Лю Цинге просто молча пил чай и временами кивал на какие-то слова матери. Что ж он не особо общителен. Вейсин бросал взгляды на свою сестру, но та и не собиралась проигрывать в молчанку, как они оказывается похожи. Подключив всю свою миловидность, напористость и естественную глупость он отправился в атаку на красивого брата! -Гэгэ, а почему ты с нами не живёшь! Мама столько о тебе рассказывает, я думаю, ей очень грустно, когда тебя нет, но если грустно маме, то грустно и нам с А-Янь… – мальчик тихонько подошёл поближе к Лю Цингэ, начал неловко мять руки, но не опускал от него взгляд ярких фиалковых глаз. - … - мужчина некоторое время молчал, осматривая мальчика с ног до головы, и, кажется, его кончики ушей покраснели или ему показалось? – Я работаю. -А где! Мама говорила, что ты много дерешься! Я тоже много дерусь, кто то постоянно норовит подойти А-Янь..! -Хватит! Не выставляй свою тупость за героизм! – Менъянь с ненавистью ткнула его под ребра, мешая продолжать речь. -Это не глупость! А если бы они решили сказать тебе что-то плохое или забрать тебя силой! -Не говори чушь! Они всего лишь дети, что они мне могут сделать? Неожиданно их маленький спор был прерван. -Я рад, что вы дружны. Мы были удивлены увидеть небольшую, но улыбку грозного Цин-геге.