Влюбить бабника

      Весна. В небе ярко светит солнце, повсюду чувствуется аромат цветущих деревьев. Эндрю вдохнул полной грудью и осмотрелся, прикрывая глаза от ослепляющих лучей рукой. Парк оживает прямо на глазах, переливаясь разными цветами. Мягкие розовые лепестки сакуры летают вокруг, цепляясь за волосы прохожих и ускользая от рук детей, которые ловят их.              — Эндрю, — он поворачивает голову на звук бархатистого голоса.              Улыбающийся Нил смотрит на него яркими глазами, что светятся под лучами солнца, и шепчет что-то, но он уже не слушает что. Это и не важно, вида губ, которые шевелятся, достаточно. Эндрю наблюдает, как его мечта медленно протягивает руку к его волосам. Лицо Нила так близко, что он слышит дыхание и видит свое отражение в голубых глазах. Сердце замедляет свой ритм, и ещё бы секунда — Эндрю бы утонул в улыбке напротив.              — Ты цветешь, — Нил отдаляется на несколько сантиметров и показывает ему лепесток сакуры, что застрял в его волосах.              Длинные пальцы, как в замедленной съёмке, пускают лепесток по ветру и цепляют пальцы Эндрю, переплетая в единое целое их руки. Нил тянет его за собой, уводя по дорожке парка вдаль. Эндрю не важно, куда они идут, его волнует только тёплая ладонь, которая крепко держит его. Прогулка завершилась у самой двери Нила, когда последние лучи мягкого солнца заливали коридор.              Миньярд чувствует, что так ждал этого, но не понимает, чего ждал, пока Нил приближается и осторожно берет его лицо в ладони. Жаркое дыхание Нила смешивается с его, когда тот сокращает расстояние и впивается в губы. Поцелуй слишком быстро становится страстным и жадным, Эндрю хватают за талию и прижимают так близко и так крепко, насколько это возможно. Он в ответ зарывается руками в волосы Нила, не позволяя отстраниться ни на миллиметр. Эндрю издаёт недовольный звук, потому что Джостен отстраняется, но Нил подталкивает его на кровать, а потом нависает над ним, снова возвращаясь к губам. В какой-то момент Нил оказывается между его ног, а его губы — на шее Эндрю, спускаясь вниз на обнажённую грудь. Он ощущает эти поцелуи по всему телу, выгибаясь навстречу губам. Эндрю прекрасно слышит свои стоны, и когда рука Нила оказывается на его члене, он громче выдыхает:              — Нил, — он чувствует его руки и губы везде, Эндрю зарывается в волосы Нила, голова которого где-то внизу между его голых ног. В какой момент он полностью разделся, он не знает, но это не важно. Он не может сдерживать голос. — Нил.              Нил медленно поцелуями поднимается, чтобы достигнуть его губ, и шепчет в них:              — Эндрю, давай, — да, да, ещё чуть-чуть — и он кончит.              — Эндрю, — снова зовёт Нил.              — Да, — шепчет Эндрю, чувствуя слишком много и слишком хорошо: ещё пару движений рукой, больше ласк и поцелуев в шею — и он достигнет пика. — Не останавливайся.              — Эндрю, ты заебал!              Он резко открывает глаза, моментально просыпаясь. Первое, что он ощущает, — резкий холодный воздух и ужасный странный звук на фоне, который создан самим дьяволом. Второе — это разъярённый блондин с его лицом и одеялом в руках. Он трёт глаза, моргает пару раз, и наконец сознание проясняется с осознанием, что он сейчас у себя дома, а не занимается офигенным сексом со своим лучшим другом. А перед ним стоит его противный брат-обломщик.              — Какого черта у тебя будильник звенит в утро воскресенья! — яростно пищит Аарон, а Эндрю только сильнее хмурится, потому что какого черта делает сам Аарон?              — Мне снилось…              — Нила, я слышал! — перебивает близнец, раздражая только сильнее.              — Тогда какого хрена ты меня будишь? Свали уже, — шипит Эндрю, отбирая одеяло обратно. В этот момент замечает утренний крепкий стояк, который Аарон не заметил из-за сонливости.              «Боже, спасся от позора».              Пока Аарон, бормоча себе под нос, закрывает дверь с другой стороны, Эндрю тянется к телефону и только с третьей попытки поднимает его. На часах половина восьмого, он по ошибке поставил будильники на всю неделю. Прекрасное начало дня — прерванный сон и раннее утро. Эндрю стонет, отбрасывает телефон и смотрит вниз. Это отличалось от того, что ему раньше снилось. Ещё никогда они не были настолько реалистичны и детализированы. В этом сне он был так желанен, они не могли оторваться друг от друга. Кажется, вселенная намеревается его уничтожить или затопить стыдом. Он сейчас встанет и в ванной подрочит на своего лучшего друга. Потом ему будет стыдно на него смотреть. Возможно. После такого сна это не самое безобразное, что с ним случалось.              Эндрю прикрывает глаза под душем, вода стекает по всему телу и становится свидетелем того, как Миньярд протягивает руку вниз, касаясь себя. Нил в его сне был настолько прекрасным, насколько был нереальным в реальности. Фантомно Эндрю даже ощущал его горячие руки на себе везде. Представляя, как Абрам сзади прижимается, накрывает его рукой и целует в затылок и плечо. Дыхание Эндрю становится прерывистым, он ощущает, как Нил протягивает свободную руку, поворачивает его лицо за подбородок и, не давая отстраниться, впивается в губы глубоким поцелуем. С хриплым стоном он кончает.              — Блять, — Эндрю прислоняется лбом к плитке, ощущая всю безнадёжность ситуации и насколько он жалок и отвратителен. Он не представлял уже продолжительное время своего лучшего друга в душе, кончая. Возможно, ему следует с кем-то перепихнуться.              «Почему это просто сон? Несправедливо».              В какой-то момент из-за этих мыслей на него накатывает злость и обида на реального Нила. Но он мгновенно берёт себя в руки, а стыд за эти чувства вспыхивает, словно спичка: ведь Джостен не виноват, что не отвечает взаимностью. Он не виноват, что снится ему, и что стал объектом извращённых фантазий своего друга. Но он обижен на Аарона, который не дал досмотреть сон.              Когда Эндрю одетый спускается на кухню, чтобы сделать себе кофе, а потом и завтрак, он вспоминает события прошлой ночи. Медленно ставит кружку на стол. Вспоминает, что Нил звонил ему, что признался в чём-то странном. И ночью запретил к нему приходить, лишь сонным голосом попросил рассказать сюжет прочитанной книги. Миньярд решил расспросить позже, ставя в приоритет убаюкать друга, никто больше не поднимал тему Сури.              Возможно, он сделал ошибку и стоило пойти и выведать причину всего, пока Нил был беззащитен. Но это не стиль Эндрю, не их стиль. К тому же это было бы жестоко. И нечестно. И это точно бы оттолкнуло Джостена.              Возвращаясь в комнату, он здоровается с проснувшейся Кейтлин, вновь отвлекаясь от мыслей о Ниле, чтобы проклясть Аарона. Завидовать близнецу — это нормально? Пропущенный звонок от Нила, который он замечает, как только берёт в руки телефон, окончательно прерывает мысли.              О, боже…              Эндрю немного удивлён и сильно взбудоражен. Да, Нил звонил ночью, и это нормально, но, кажется, он отвык от внимания Джостена за неделю. Возможно, Нил тоже всю неделю думал о нём, держался и не писал, а после вчерашнего разговора осмелел, в отличие от Эндрю. Он набирает звонившему и падает на кровать. Нил поднимает сразу:              — Эндрю? — голос немного уставший и хриплый. Как же давно Миньярд не слышал этот сонный хрип. Утренний сон не делает ситуацию лучше, особенно когда Нил шептал хрипло его имя.              — А кто ещё? — Эндрю прикрыл глаза, стараясь, чтобы голос звучал максимально бесцветно.              — Не хочешь… — на фоне звучит какая-то музыка и шуршание пакета, — посмотреть что-то?              — Хочу, — возможно, он слишком быстро соглашается, но ему, вроде как, всё равно.              — А у кого? — задаёт обычный вопрос Нил, но для Эндрю это не так. Нил не пускал к себе полгода.              — Я приеду, — отвечает Миньярд. Он отвык от этих простых слов, что раньше произносил с частой периодичностью. Вопрос сорвался с губ прежде, чем он успел подумать. — Мы будем игнорировать факт того, что ты не звал к себе полгода?              На том конце провода всё стихает. Музыка продолжает играть где-то на заднем плане, но шелест пакета прекращается. И снова тишина, которая успела стать противоположностью слову «комфорт».              — Если можно, — его голос казался более хриплым, чем был.              — Нельзя, — отрезал Эндрю. Тот не был хрустальным и не заслуживал жалости — он должен ответить. Как ему разбираться с ночным признанием, если тот не способен ответить на такой вопрос?              Прошла минута, прежде чем Нил снова заговорил.              — Эндрю, мне стыдно, — через минуту тихо произнёс Нил. — Не хочу говорить.              Миньярд почти слышит мольбу в тихом неуверенном голосе. Он на секунду настораживается: неуверенность никогда и близко не стояла с Нилом. Он всегда был безбашенным, колючим, порой откровенно грубым, но никогда — таким.              — Ты тут? — позвал Нил, когда молчание затянулось слишком сильно.              — Да, — выдохнул Миньярд.              Он впервые не знает, что сказать, а заставить Нила выдать все карты он не имеет права. Эндрю сжал пальцами переносицу, пытаясь усмирить взбудораженные мысли.              — Хорошо, — голос Миньярда прозвучал глухо. — Во сколько приехать?              — Дай-ка подумать, — Нил хмыкает, и в его голос возвращается привычная беззаботность, или ему кажется. — В час дня?              — Идёт, — соглашается Эндрю.              У него всё равно нет планов. А если бы и были, разве это было бы важно, если можно провести время с виновником неугасающих мыслей? На данный момент он также свободен, может быть, получится продлить разговор. Но что сказать, чтобы не пришлось отключаться, Эндрю не может придумать. Они так давно не говорили по телефону. Целую неделю они не созванивались и не списывались.              — Тогда до встречи? — через вечность произносит Нил.              — Ты занят? — и да, Эндрю, собирается исправлять эти ошибки. Заманить Нила на разговор не нужно, он любитель поболтать.              — Нет.              — Как думаешь, кто первым признается Жану? — Миньярд наугад вбрасывает первую попавшуюся тему. — Рене или Джереми?              На секунду они погрузились в оглушительную тишину, пока до Нила доходило сказанное Эндрю.              — Они что?! — в голосе Нила слышится искреннее потрясение. А вот и он — главный слепой их школы, ничего из такого рода не заметит.              — Они оба мои друзья. Мне их жаль, — ответ был настолько пустым и сухим, что ясно, как небо — ему ни капли не жаль. Но ему очень интересно, что из этого выйдет. Проблема заключается в том, что Жана Эндрю ни капли не знает, и его отношение к этим двоим он тоже не видел. Поэтому он этот сериал смотрит как все — без спойлеров.              И судя по смеху на другой стороне, Джостен это не упустил. Он хмыкает и предлагает свой вариант:              — Думаю, Рене.              — Ты просто за гет пару, — Эндрю слышит улыбку в своём голосе. Рядом с Нилом он катастрофически быстро теряет репутацию серьёзного парня.              — Вовсе нет! — возражает Нил, смеясь. — Просто она решительная.              Они говорят следующие полчаса ни о чём. Касаются политики, доводя до теорий заговоров, углубляются в вероятность создания телепорта в будущем. Эндрю, как гуманитарий, в это свято не верит, но у Нила сильные аргументы, с которыми спорить просто невозможно. Чёртов физмат.              Как бы Эндрю хотелось не прерывать разговор, но Би попросила сходить в магазин за некоторыми продуктами и «наконец подышать свежим воздухом». Скучное занятие наполнилось желанием, когда Джостен слишком радостно решил, что ему тоже следует пройтись, предлагая встретиться на полпути к магазину.              Забрав у мамы список покупок, Эндрю воодушевлённо выскочил наружу, на перекрёстке пересекаясь с Нилом. Он выглядел уставшим, помятым, чуть-чуть потерянным, но взгляд был упрям. Джостен и сам прекрасно знает, что после ночного звонка Миньярд волнуется, но рассказывать ничего не хочет. Эндрю не знает, сколько ему ждать, но он может попробовать подождать (он не обещает) момента, когда Нил признается сам. Но к счастью или к сожалению, он сам не определился, Нил говорил обо всём или ни о чём одновременно, периодически махая руками.              В магазине Нил всегда был рядом, слишком часто касался его плечом или тыкал и щипал его по бокам. Миньярду приходилось его показательно отталкивать. Это нормальное поведение Джостена, и Миньярд никогда не против лишний раз потрогать его. Но не после сна, не после того, как Эндрю кончил от мыслей о нём. Поэтому если Нил продолжит, то Эндрю сойдёт с ума. Но Нилу глубоко всё равно. Он подошёл со спины — бесшумно и слишком близко. Нил не касался его, но когда Эндрю повернул голову на его зов, то кожей ощутил дыхание на своей щеке.              — Попкорн? — Эндрю в ответ сглотнул и кивнул, наблюдая, как попкорн летит в тележку. Возможно, проводить сегодня время с Нилом было плохой идеей. Он либо осмелится поцеловать Джостена, либо ударит. Либо же будет страдать сам.              Они решили заранее выбрать, что будут смотреть, перечислив много фильмов, которые заприметили для просмотра, но вновь остановились на сериале, который обычно смотрят вдвоём. Правда, Эндрю одну серию посмотрел в гордом одиночестве из-за бессмысленной обиды на прошлой неделе, но говорить об этом он не будет.              В итоге Нил предложил оставить купленные продукты и сразу пойти к нему, чему Эндрю был только рад согласиться. Честно.              Нил с мамой живут в двухэтажном доме, который делят с дядей Стюартом и его женой. Джостенам принадлежит весь второй этаж. Целых три комнаты не считая санузлов и кухни. Дом построен так, что две совершенно разные семьи заходят на свой этаж, не пересекаясь. Но ужинают они друг у друга чаще, чем отдельно, что бесит Нила. Они поднимаются по лестнице на второй этаж, подъездом которой служит веранда.              Мама Нила ловит их сразу же, когда они заходят и снимают куртки.              — Ох, Эндрю, это ты, — Мэри улыбается и даже легонько обнимает его за плечи. Сказать, что он в шоке, не сказать ничего. Она на него косо смотрела с тех пор, как увидела его целующимся с парнем в парке. Да, она та самая консервативная верующая мама. — Я так рада, что это ты, а не очередная девка.              Мэри сегодня щедра на сюрпризы.              — Эм… — Миньярд не знает, как на это ответить, и искоса поглядывает на закатывающего глаза Нила, но женщина и не ждёт от него ответа.              — Я, конечно, всегда на стороне девушек, но тут не могу никак понять, — она в негодовании размахивает кухонным полотенцем в руках. — Вот как они из раза в раз ведутся на него, — взмах в сторону Нила, — они же все в одной школе!              — Мам, всё, прекращай, — Джостен хватает его за запястье и ведёт к себе в комнату, совершенно не понимая, чего на самом деле хочет Эндрю. А он хочет, чтобы Нил вот так торопливо вёл его в свою комнату, чтобы резко захлопнул дверь и опустился на колени или направил самого Эндрю вниз, неважно. Важно то, что Миньярд много хочет. Хочет сжать его бёдра, попробовать всего, хочет оказаться в руках Нила, позволить тому довести его до пика. Слишком много хочет.              Раньше такого не было. Точнее, не настолько сильно. Он мог спокойно скрывать всё это, но после летних каникул он стал зависим от внимания Нила. После внимания шли очень бурные фантазии. А биение сердца ускорялось даже от лёгкого прикосновения, руки потели, а красные уши подводили. Спасало только то, что Нил слишком глуп, чтобы это заметить.              Момент рушится, когда они достигают просторной и светлой комнаты Нила. Его взгляд падает на двуспальную большую кровать в центре комнаты. Мысли о том, что именно тут Джостен спит со своими интрижками, делают странные вещи с его сердцем. Это ощущалось неприятно. И очень злило его. За полгода Эндрю научился скрывать и удерживать злость, но первые месяцы, стоило Эндрю услышать или наткнуться на интрижки Нила, он грубил и отталкивал, а потом также жалел. Ведь Джостен не виноват, что Эндрю влюблён именно в него, а не в любого другого человека в этом большом городе.              Как бы ни была неприятна мысль о разнообразных половых связях на этой кровати, больший дискомфорт причиняет альтернатива, когда Нил замечает пристальный взгляд на кровать:              — Мы будем смотреть в гостиной, — утверждает Нил.              Возможно, Эндрю слишком саморазрушителен, но он собирается лежать и смотреть сериал на этой кровати. Они всегда лежат на ней, и какие-то перемены в Ниле или регулярные интрижки не разрушат привычное. Но Миньярд не исключает своего извращённого желания отдаться своему лучшему другу прямо на этой кровати. Повторить тот чёртов сон. А потом привязать к себе, чтобы не смел смотреть на девушек.              — Ты менял постельное бельё? — Эндрю совершенно спокойно приподнимает бровь в такт вопросу.              — Конечно, — моментальный ответ.              — Тогда в чём проблема? — спрашивает Эндрю, и хоть для него проблема очевидна, Джостена она не должна касаться.              Нил вместо ответа пожимает плечами и предлагает сесть. Всё та же мягкость, нет никаких проблем. Нил оставляет задачу подключить сериал ему, а сам уходит за перекусом. И это также привычно.              Однако Эндрю отвлекается на сообщение от Джереми с вопросом, не поговорил ли он с Нилом. Ответ, конечно же, нет. Он не понимает, почему Джереми так волнуется. Есть огромная вероятность, что Жан просто подрался с кем-то, учитывая его характер. Не зря же он друг Нила — все его друзья взбалмошные. Вот, к примеру, Элисон. Попробуй ей одно слово сказать, как она тебя утопит десятью, унизив в придачу. Все девушки, которых она не уважает, боятся её. Ни Жан, ни Элисон, ни Нил не стесняются в выражениях.              Где-то месяц назад, когда они с Нилом возвращались со школы домой, на пути им встала девушка. Довольно красивая брюнетка (он в состоянии оценить женскую красоту), которую Эндрю никогда не видел. В следующую секунду Миньярд наблюдал, как она замахнулась и влепила Нилу довольно звонкую пощёчину. Эхо удара отразилось в мгновенной тишине после. Возможно, даже птицы в небе остановились посмотреть, Эндрю не знает. Единственное, что он знает: это было неожиданно, а атмосфера прогулки резко поменялась. Эндрю застыл, ожидая действий от замершего Нила, а тот, оправившись от удара, медленно повернул голову и посмотрел в слезные глаза девушки. Он не был удивлён, он выглядел устало и опасно.              — Какого хуя? — процедил он тогда недружелюбно сквозь зубы.              Жаль, конечно, девушку, но Эндрю было на неё плевать, он смотрел только на Нила. Недовольного и раздражённого Нила с покрасневшей щекой. На Нила, который впервые на его глазах грубо отвечал девушке, игнорируя её слёзы.              — Как ты мог? — прошептала она, наблюдая, как хмурится Джостен.              — У нас было одно свидание, — Нил говорил тихим недружелюбным тоном, выставив указательный палец, как будто объяснял что-то ребёнку, — и один секс. Большего я тебе не обещал, — он делает угрожающий шаг в её сторону. Поэтому Эндрю больше не видит его лица, только затылок, но даже так он бы не хотел оказаться на месте девушки. Сейчас. Ночью бы он не отказался. — Тогда скажи мне, чего ты, нахуй, хочешь?              Слёзы у неё наконец покатились по щекам, и она дрожащими губами вымолвила:              — Я…              — Не будь дурой. Иди домой, — отмахнулся Нил, затем посмотрел на Эндрю и качнул головой по направлению улицы. — Пойдём.              Миньярд тогда впервые застал такой напряжённый момент общения Нила с девушкой. До этого всегда была сладкая обольстительность или уважение. Девушку было даже жалко. Она, похоже, долго решалась подойти к нему. Но Эндрю понял, что также выглядит со стороны, когда отвергает Роланда. Кажется, они с Нилом никогда и не обсуждали этот момент. Так же, как и не обсудили ту девку.              Из воспоминаний его вырвал вернувшийся Нил с попкорном и апельсиновым соком.              — Ты серьёзно не включил?              — Я не нашёл ноут, — сухо ответил Эндрю, не сводя взгляда с Нила, который с приподнятой бровью посмотрел на лежащий на столе ноутбук.              — Да ну…              Эндрю наигранно удивлённо повернулся:              — О, появился.              — Это я наколдовал, — горделиво пожал плечами Джостен.              Ещё одна черта Нила, которая нравится Эндрю, — подыгрывание всему, что бы ни вылетало из его рта. Особенно в моменты, когда они совместно выводят Кевина очевидными фактами. Джереми уже не попадается, а вот Дэй — всегда.              Где-то две серии они полулежали рядом, ноги Нила закинуты на колени Эндрю, а миска с попкорном стоит между ними. Он обожает такие моменты. Расслабленность и комфорт, и можно беспалёвно трогать. К тому же Нил выглядит лучше, уже нет суперпотерянного взгляда и скованности. Он выглядит уютно в своих домашних мягких штанах и футболке, поедающим попкорн.              — Джереми переживает за Жана, — начал Эндрю. Раз обещал другу узнать, значит, пора начать. Нил взглянул на него и опустил руку, что тянулась к миске.              — Жан мне рассказал, что Джереми приходил к нему домой, — Нил задумался на минуту, возможно, неуверенный, стоит рассказывать или нет. — У него строгий отец.              — Настолько строгий, что избил? — задал очевидный вопрос Эндрю.              — Гомофобный, — ответил Нил. Вот оно что. — Он видел, как Жан целует парня. И был скандал.              Эндрю удивлён, реально. Ничто в Жане не показывало, что он гей или бисексуал. Хотя Эндрю не славится своим гей-радаром, как Ники.              — Неожиданно, — констатировал Эндрю, на что Нил кивнул и медленно сел прямо, к сожалению, убирая ноги. Чёртов Жан.              — Я думал, возможно ли ему помочь. Предлагал ударить в ответ, всё же Жан крупнее, — Нил качает головой. — Он поступает уже в этом году. И просто уедет.              — Хочет потерпеть, — Нил кивает, — но можно сбежать уже сейчас, он же и так работает.              — В Гарвард поступает, — поясняет Нил, — чтобы снять комнату, ему надо будет работать полную смену. А для него учёба важнее. И он хочет младшего брата забрать, — Нил хмурится, будто сказал то, чего не хотел говорить.              — Нил, мне кажется, брат и есть причина, почему Жан не переедет один, — говорит Эндрю. Ему льстит тот факт, что Нил не может от него ничего скрывать. В какой-то момент у него в голове появляется образ Нила на крыльце глубокой ночью, прижимающего телефон к уху.              — Жан меня убьёт, — шепчет Нил и ловит его за запястья. Эндрю старается игнорировать чувство, которое вызывает в нём это действие. — Не говори Джереми. Если Жан захочет, он сам расскажет.              Они слишком давно дружат, давно знают друг друга, чтобы Миньярд пренебрёг этой маленькой просьбой.              — Хорошо.              Однако ему стало понятно, что движет нелогичными поступками Моро. Очень может быть, что Жан собирается использовать насилие в семье как причину, когда будет отбирать опеку. А у студентов Гарварда есть свои привилегии и хорошая стипендия. У Жана есть все шансы выиграть, если он поступит на бюджет.              Возможно, Эндрю немного завидует Жану, который уже знает и решил, что хочет от жизни. Эндрю ещё не определился. Единственное его желание — это поступить вместе с Нилом. Пару лет назад они дали друг другу обещание пойти в один колледж. Но Эндрю боится, что если чувства не утихнут, Миньярд будет обязан разорвать обещание. А на сегодняшний день он очень надеется, что его интерес переместится на кого-то другого.              Эндрю пытался сосредоточиться на сериале, но вчерашний звонок всё не давал покоя, и остроумные комментарии Джостена насчёт действий персонажей не помогали. Он не выдержал:              — Нил, — Миньярд ждал, когда Нил посмотрит на него. В тусклом свете комнаты взгляд Нила казался по-особенному мягким. Эндрю всего лишь хочет залезть ему в голову и понять, что происходит. — Что ты имел в виду, когда сказал, что не знаешь, что происходит с тобой?              Абрам замер, словно пойманная в свете фар тень. Он долго молчал, подбирая слова, но в итоге лишь едва заметно пожал плечами.              — Бессонницу.              Эндрю нахмурился, потому что это звучит как самая наглая ложь.              — Джостен, у тебя уже полгода бессонница, — раздражённо проговорил Миньярд. — Не отводи взгляд, Нил.              Джостен раздражённо махнул руками — жест получился смазанным и усталым, будто он пытался отогнать насекомое.              — Эндрю, мне нечего тебе сказать, — выдохнул он, в итоге отворачиваясь от Эндрю и выстраивая между ними невидимую стену, в которую Миньярд так старательно и аккуратно пробирался столько лет. — Меня беспокоит только то, что я не могу спать. Ничего больше.              — Нил, ты звучишь смешно, — Эндрю не шевелился, замерев как струна. Он сжимал одеяло с такой силой, что костяшки побелели. Нил это заметил.              Заметил и хмуро посмотрел на него, снова воспринял слова в штыки. Он больше не смотрел устало — только колюче и очень раздражённо.              — Да ну? — почти не разжимая губ, сквозь зубы ответил Нил.              — Да, — отрезал Эндрю. — С каких пор ты больше не говоришь со мной?              Он не имел в виду пустые разговоры или споры о научных открытиях. Это «говоришь» повисло в воздухе тяжёлым грузом, означая то, что они привыкли делиться всеми своими переживаниями, кошмарами и страхами, которые доверяли только друг другу.              Нил на мгновение запнулся, и его оборонительная поза дала трещину.              — Я… — Нил сглотнул, и его голос сорвался. — Я собираюсь пообедать.              Нил резко поднялся с кровати. Его движения были лихорадочными и неточными — он запутался в одеяле, едва не грохнувшись на пол, но в последний момент удержал равновесие. Он почти дошёл до двери, когда замер и, не оборачиваясь до конца, бросил:              — Обедать будешь?              Эндрю застыл, не отрывая взгляда от глаз своего друга. Прекрасно понимая, что делает Нил. Джостен всегда начинал убегать в двух случаях: либо когда собирался молчать до самой смерти, либо когда признание требовало времени. Миньярд в этот момент прекрасно чувствует, что это второе, и, возможно, он готов подождать, пока Нил не расскажет, что у него происходит в голове. А до этого времени он просто будет наблюдать. Чтобы ни произошло с Нилом, возможно, началось недавно, а это значит, ему следует немного подождать.              Они прошли на кухню в молчании, кажется, на сегодня посиделки закончились и им нужно будет по отдельности подумать над тем, что случилось и что не случилось. Эндрю не уйдёт, пока не поест еду тёти Мэри.              Мэри уже не было дома, Нил упомянул, что она собиралась к подруге. Он наложил им не остывшую лазанью, которая пахла просто великолепно этими специями и томатами. Мисс Хэтфорд готовила всегда слишком хорошо, чтобы работать бухгалтером. Но будем честны, она была успешна в своей профессии.              — Ну что, помолимся перед едой? — Эндрю уставился на него, будто на идиота, и не упустил момент, когда его губы дрогнули в улыбке. Даже в такие дни он не перестаёт быть таким, Эндрю не может поверить, что он влюбился в клоуна. Или в человека, который всегда готов поднять ему настроение, даже если Эндрю давит на раны.              Кстати, насчёт молитвы. Миньярд давно не слышал, чтобы Нил жаловался на своих мормонских родственников. Притихли что ли? Или ещё один пункт того, о чём не рассказывает теперь его лучший друг. Друг, который всегда на его стороне, даже когда он не прав в отношении окружающих его людей. Нил будет защищать его от всех и до конца, но когда они останутся одни — наезжать на него и требовать ответов.              Как только Нил удобно устроился за столом, они услышали топот со входной двери, и всё внимание заняла девушка, появившаяся на кухне.              — О, похоже, свекровь меня любит, — воскликнула Элисон, смотря на стол, а потом на них. Это было почти неожиданно, до тех пор пока Эндрю не вспомнил, что двери в доме Нила на замок не закрываются. Мэри говорит, что нет смысла. Если вор будет нацелен на их дома (намекая и на дом Миньярдов), всё равно любой замок взломает, а её заначку так и найдёт.              Элисон была в домашней одежде и куртке — странно, ведь живёт Элисон не поблизости. Нил, в отличие от Эндрю, не сидел тупо уставившись на недовольную девушку, севшую в итоге напротив блондина.              — Что случилось? — спросил Нил, ставя перед ней тарелку с лазаньей. Рейнольдс отвечать не торопилась, всё внимание забрала великолепно пахнущая лазанья.              — Сэт, — пробурчала она с набитым ртом, всё ещё игнорируя Эндрю.              — Что он опять сделал? — задал вопрос Нил.              Эндрю почувствовал себя единственным нормальным, кромсая свою еду вилкой, пока эти двое элегантно выпендривались ножом. Но Миньярд не будет врать: руки Нила выглядят потрясающе. — Хочешь, мы его побьём? — кинул Нил, переведя внимание на Эндрю, сталкиваясь со взглядом «ты дебил?».              — Этот урод решает всё за меня, — ответила Элисон, великодушно пропустив предложение мимо ушей, попивая сок. Глаза у неё покраснели, а подрагивание губ она пытается скрывать едой и соком. — Увидел меня разговаривающей с Матиасом и решил, что он мне больше подходит.              — Это тот богатый выскочка? — спросил Эндрю, привлекая внимание. Она впервые, как села за стол, посмотрела на Миньярда и кивнула, возвращая внимание на Джостена.              Элисон щёлкнула пальцами и сделала жест пистолета, выстрелив в него.              — Даже Миньярд знает, какой он придурок.              — Ну, ты конечно сравнила Эндрю с придурком Сэтом, — возразил Нил, заставляя Элисон немного коварно улыбнуться и подмигнуть блондину напротив.              — Ну и сброд.              Они повернулись на ещё одного бедного и голодного родственника.              «Да почему они приходят и приходят».              — Эндрю, я вообще-то твой друг, не смотри так злобно на меня, — Кевин наставил на него палец, а затем на Элисон. — Ты чего ноешь? — ну, он не безнадёжен, спасибо, что не засмеял, как в детстве.              — Ты очень мил, Кевин, — процедила Элисон в ответ.              — Не обращайте на него внимание, может, исчезнет, — подал голос Эндрю.              — Эй! — воскликнул в ответ Кевин.              — Разве ты не должен быть в зале? — спросил Нил. Сегодня он либо домохозяйка, либо официант. Ещё одна тарелка с лазаньей ставится на стол перед Кевином.              — Был утром. Может, воды тоже дашь? — Нил демонстративно его игнорирует и продолжает трапезу. — Ладно, я сам. Ты вилку мне не положил!              — Боже, Кевин, заткнись, — слышится хор в унисон.