Тени прошлого у крыльца поместья

Солнце светило ярче обычного этим ранним утром. В поместье стояла тишина изредка нарушаемая шепотом слуг. Несмотря на раннее время суток граф уже работал. Он разбирал документы , его непутевый старший сын часто устраивал разгромы напивался. Его выходки рушили репутацию семьи. Вчера когда Дерут вызвал Кейла в кабинет и сказал что передаст титул наследника Басену если он не перестанет вести себя как дебошир. Но Кейл просто посмотрел на отца покивал и в этот же вечер ушел. Сейчас сидя за столом и перебирая документы о передаче титула граф тихо вздыхал. Его мысленные терзания прервал тихий стук в дверь. — Войдите — тихим голосом сказал Дерут отрываясь от документов. В дверь вошёл Рон со своей фирменной улыбочкой, от которой пробирало до мурашек. — Господин — начал Рон поклонившись — на входе стоят люди и требую встречи с вами, они отказываюся уходить пока не встретятся с вами. — Сейчас подойду — тихо вздохнув сказал Дерут — можешь идти Рон — Посмотрев в окно он отложил бумаги и встал из за стола. Выходя из кабинета он подумал что солнце светило необычно ярко.

***

У входа стояло трое мужчин. Один был с слегка смуглым цветом кожи, что хорошо сочеталась с его темно синими волосами и голубыми глазам, подтянутым телосложением и довольно высокий, но при этом невероятно красив. Немного позади, по бокам стояли два парня немного ниже первого с менее смуглой кожей и выглядели при этом примерно одинаково голубые волосы и зелёные словно изумруды глаза. Граф Дерут вышел на крыльцо и окинул взглядом незнакомцев. Солнце, действительно светившее непривычно ярко, бросало резкие тени на их фигуры, подчёркивая необычные черты внешности. — Чем обязан столь настойчивому визиту? — сдержанно спросил Дерут, стараясь скрыть удивление. Высокий мужчина со смуглой кожей и тёмно‑синими волосами сделал шаг вперёд, слегка склонил голову в уважительном жесте и заговорил — голос его оказался глубоким и ровным, словно отмеряющим каждое слово: — Господин Дерут, прошу прощения за столь бесцеремонное появление. Меня зовут Маркус Бранс, а это мои спутники — Риан и Эван Скирт— Он коротко указал на двоих позади. —Мы прибыли сюда, чтобы повидать вашего сына, Кейла. Мы с ним друзья. Граф невольно нахмурился. «Друзья Кейла? » Он не помнил, чтобы сын когда‑либо упоминал кого‑то из них. Риан переглянулся с товарищами, и Эван, тот, что стоял слева, с лукавой улыбкой шагнул вперёд: — Простите, господин, но мы проделали долгий путь. И хотели бы... Договорить ему не дал звук разбития стекла. — Кейл, — пронеслось в мыслях графа. Он с досадой стиснул челюсти: сын выглядел именно так, как Дерут и опасался — растрёпанный, но с ясным взглядом видимо ещё не успел выпить, в наполовину расстёгнутой рубашке, с осколками бутылки у ног. Маркус, Риан и Эван разом повернулись на звук. На лицах друзей отразилось смешанное чувство: сначала изумление, затем — неподдельная радость. Риан первым не выдержал: — Кейл! — воскликнул он и сделал шаг вперёд. — Мы уж думали, ты нас забыл! Кейл моргнул, будто не веря своим глазам, его рука нервно дрогнула. Он налетел на Маркуса, скрестив ноги у него за спиной и обхватив руками вокруг шеи, и на мгновение замер, уткнувшись лбом в плечо друга. Дыхание перехватило — в груди что‑то сжалось так сильно, что стало трудно дышать. — Маркус… — хрипло прошептал Кейл, и голос его дрогнул. — Вы… вы живы? Но… я думал… я ... Маркус на секунду оцепенел, а затем с силой сжал Кейла в объятиях, запуская руку в красные волосы — Тише — мягким тоном проговорил темноволосый успокаивающе проведе рукой по волосам. — Прости, что пропали, — с грустью в голосе сказал Маркус, продолжая. — Мы не могли связаться с тобой. Это могло навредить тебе. Кейл отстранился, всё ещё не веря своим глазам, и всмотрелся в лица друзей. Его взгляд метался между Маркусом, Рианом и Эваном — словно он боялся, что они вот‑вот растают в воздухе. — Навредить? — хрипло переспросил он. — Но как? Я… я искал вас. Везде. После того как вы пропали... Я думал, вы… Его голос дрогнул, и он замолчал, сглотнув ком в горле. Эван шагнул ближе и хлопнул Кейла по плечу. — Мы в порядке, дружище. Просто обстоятельства оказались сильнее нас. Но теперь мы здесь — и это главное. Риан улыбнулся, но в его глазах читалась тень пережитого. — Да, Кейл. Мы прошли через многое, чтобы добраться сюда. И не для того, чтобы увидеть тебя в таком виде, — он шутливо приподнял бровь, кивнув на осколки бутылки что валялись у входа. Кейл невольно усмехнулся, и на мгновение напряжение, сковывавшее его, отступило. Он провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. Граф Дерут сделал шаг вперёд, привлекая к себе внимание. Его голос прозвучал холодно и властно: — Кейл, объясни, что происходит. Кто эти люди и почему ты встречаешь их в таком виде? Кейл медленно обернулся к отцу. В его глазах не было ни капли раскаяния — лишь холодная отстранённость, годами копившаяся в душе. Он выпрямился, стряхнул с плеча руку Риана и произнёс ровным, почти безразличным тоном: — Это мои друзья. И моё состояние их не касается — так же, как и тебя. Дерут на мгновение замер, поражённый откровенной дерзостью сына. Его пальцы невольно сжались в кулаки, но он сдержался — не перед этими незнакомцами. — Ты забываешься, — процедил он сквозь зубы. — Я твой отец и граф этого поместья. Ты обязан… — Обязан? — Кейл перебил его с горькой усмешкой. — Я тебе ничего не обязан. Ты никогда не был отцом — только надсмотрщиком. Маркус, Риан и Эван переглянулись. Они не вмешивались, но встали чуть ближе к Кейлу, словно готовые поддержать его в любой момент. Тем временем у входа в поместье начали собираться слуги. Они выглядывали из‑за колонн, из окон, перешёптывались, стараясь не привлекать внимания. Большинство из них боялось Кейла — не из‑за жестокости, а из‑за непредсказуемости. После смерти матери он стал замкнутым, вспыльчивым, мог сорваться на первом встречном. Слуги знали: когда граф‑сын в гневе, лучше не попадаться ему на глаза. Риан тихо хмыкнул: — Похоже, ты тут знаменитость. Эван подмигнул: — И, судя по всему, довольно грозная. Кейл лишь махнул рукой, но в уголках его губ мелькнула тень улыбки. Он снова повернулся к отцу, уже спокойнее: — Если ты закончил с нравоучениями, я бы хотел поговорить с друзьями. У нас много тем для обсуждения. Дерут сжал челюсти, но промолчал. Он понимал: сейчас любое резкое слово только усугубит ситуацию. Вместо этого он коротко кивнул: — Хорошо. Но позже мы продолжим этот разговор. Он развернулся и направился обратно в кабинет, стараясь сохранить достоинство. Кейл проводил его взглядом, затем выдохнул и повернулся к друзьям: — Пойдёмте внутрь. Есть многое, о чём нужно рассказать. Маркус положил руку ему на плечо: — Теперь мы рядом. И никуда больше не уйдём. Кейл кивнул, впервые за долгое время чувствуя, что не один.