Плейлист

‎Дождь бился в окна с самого вечера. ‎Максим сидел на полу у кровати, прислонившись спиной к дивану, и смотрел в одну точку. Свет в квартире не горел, только экран телефона иногда освещал комнату холодным белым светом. ‎

‎Наверное я слишком влюблён

‎Я снова начал слушать Земфиру

‎Листая твои фото в альбомах

‎Вникая в тебя тысячу раз

‎

‎02:47

‎ ‎Илья не писал уже четвёртый день. Сначала Максим злился. Потом убеждал себя, что ему всё равно. А потом просто перестал выходить из квартиры. ‎На кухне стояла кружка с недопитым кофе, который он сделал ещё утром. В пепельнице копились окурки. Воздух стал тяжёлым, прокуренным, почти удушающим. Он снова включил Земфиру. Ту самую песню, которую Илья когда-то назвал «слишком депрессивной». Теперь она играла у Максима на повторе каждую ночь. ‎Максим горько усмехнулся сам себе и закрыл глаза. Жалкое зрелище. ‎ ‎Он действительно был слишком влюблён. Настолько, что это уже давно перестало быть чем-то нормальным. Илья был в каждой мелочи. В каждой привычке. В каждом углу этой квартиры. Максим не мог от него избавиться, даже когда Ильи рядом не было. ‎На столе лежал старый полароидный снимок. Они вдвоём. Лето. Илья улыбается так искренне, будто в мире вообще не существует боли. Максим взял фотографию дрожащими пальцами. ‎- Почему тогда всё было так легко?.. - прошептал он в пустоту. ‎ ‎Ответа, конечно, не было. ‎ ‎Телефон снова оказался в руках сам собой. Галерея. Альбом «Илюша». ‎ ‎Сотни фотографий. ‎Максим пересматривал их уже, наверное, тысячный раз. ‎ ‎Вот Илья спит на диване. ‎Вот смеётся после какой-то тупой шутки. ‎Вот смотрит исподлобья, потому что Максим фотографировал его без разрешения. ‎Вот стоит на балконе ночью, подсвеченный огнями города. ‎ ‎Максим задерживал дыхание почти на каждом снимке, будто боялся забыть его лицо. ‎

‎Пойми, прошу, ты очень-очень

мне нужна

‎Пойми, ведь я тобой дышу,

ты в это вряд ли влюблена

‎Но я живу, пока держу твою

ладонь в своей руке

‎И трещины на потолке напоминают мне о том, что без тебя я был никем

‎Прошу вернись или дай умереть мне.

‎

‎Он провёл пальцем по экрану, задержавшись на фотографии, где Илья держал его за руку. ‎Максим помнил тот день слишком хорошо. Тогда Илья вдруг сжал его ладонь так крепко, будто боялся потерять. И именно в тот момент Максим впервые подумал, что без него уже не сможет. ‎ ‎Теперь этой руки рядом не было. ‎ ‎Максим медленно поднял голову к потолку. Тонкие трещины расползались над ним уродливыми линиями. Он смотрел на них каждую ночь, когда не мог уснуть. ‎ ‎Иногда ему казалось, что вся его жизнь похожа на эти трещины - такая же сломанная и медленно разваливающаяся. И без Ильи внутри действительно ничего не оставалось. ‎В груди снова стало больно. ‎Он ненавидел себя за то, что всё ещё ждёт. Что всё ещё прислушивается к каждому уведомлению. ‎Что всё ещё не удалил переписку. ‎

‎Зачем ты врёшь?

‎Зачем ты жжёшь мои стихи?

‎И говоришь, что ты уйдёшь

‎Ты не простишь мои грехи

‎ ‎Илья давно научился исчезать красиво. ‎ ‎Сначала отвечал холоднее. ‎Потом реже. ‎Потом пропадал на дни. ‎ ‎А Максим каждый раз делал вид, что его это не убивает. Он медленно поднялся с пола и подошёл к окну. В отражении стекла он выглядел ужасно: красные глаза, бледное лицо, бессонница под веками. ‎На подоконнике лежал блокнот. Тот самый, куда Максим иногда записывал мысли по ночам. Раньше Илья любил читать эти тексты и смеялся, что Максим всё «слишком драматизирует». ‎ ‎Но в последнюю их ссору всё закончилось иначе. Максим слишком громко кричал. Илья слишком долго молчал, а потом просто собрал его листы со стола и бросил в пепельницу. ‎ ‎Бумага загорелась быстро. ‎ ‎Максим до сих пор помнил, как смотрел на огонь и не мог пошевелиться. Будто вместе со стихами сгорало что-то внутри него самого. ‎Тогда Илья впервые сказал то, чего Максим боялся больше всего: ‎ ‎«Я устал. Я, наверное, уйду». ‎ ‎И с того дня эти слова застряли в голове навсегда. ‎ ‎Я слишком влюблён ‎Ты в каждой моей мысли, ты - вирус ‎Я снова буду ждать тебя дома ‎В бессмысленном поиске глаз ‎ ‎Телефон внезапно завибрировал. ‎ ‎Максим дёрнулся так резко, будто его ударило током. ‎ ‎Сообщение. От Ильи. Всего два слова: ‎ ‎«Ты дома?» ‎ ‎Максим смотрел на экран почти минуту. Сердце билось слишком быстро, болезненно. ‎ ‎Он хотел написать: ‎«Нет». ‎Хотел проигнорировать. ‎Хотел сделать хоть что-нибудь, чтобы перестать быть таким зависимым от него. Но пальцы будто сами напечатали: ‎«Да». ‎ ‎Илья приехал через сорок минут. Максим услышал шаги в подъезде ещё до стука в дверь. Сердце в груди сжалось так сильно, что стало тяжело дышать. ‎Когда дверь открылась, Илья выглядел разбитым. Чёрная толстовка промокла под дождём, волосы липли ко лбу, а взгляд был пустым и уставшим. Некоторое время они просто молчали. Потом Илья тихо сказал: ‎- Прости. ‎ ‎И у Максима внутри всё рухнуло окончательно. Потому что он слишком долго ждал именно этого слова. ‎- За что именно? - хрипло спросил он. ‎ ‎Илья опустил взгляд. ‎ ‎- За всё. ‎ ‎Максим усмехнулся, но в этой усмешке не осталось ничего живого. ‎ ‎- Знаешь, что самое страшное? - тихо сказал он. - Я ведь всё равно тебя люблю. После всего. ‎ ‎Илья зажмурился, будто эти слова сделали ему больно физически. ‎ ‎- Не надо, - прошептал он. ‎ ‎- Почему? Это правда. ‎ ‎Тишина снова наполнила комнату. Только дождь бился в окна. ‎ ‎Илья медленно подошёл ближе. ‎ ‎- Ты не понимаешь, Максим… я ломаю тебя. ‎ ‎Максим почувствовал, как к горлу подступает ком. ‎ ‎- Тогда почему ты каждый раз возвращаешься? ‎ ‎Илья долго молчал. Слишком долго. ‎ ‎А потом очень тихо ответил: ‎ ‎- Потому что без тебя ещё хуже. ‎ ‎Максим отвёл взгляд, чувствуя, как начинают дрожать руки. Это было похоже на болезнь. Они оба это понимали, но никто из них не умел остановиться. ‎

‎Я сдохну с ними, ну так что ж

‎Давай, иди, чего ты ждёшь?

Я не хочу, чтоб ты смотрела

‎На то, как ты меня убьёшь

‎Илья осторожно коснулся его лица кончиками пальцев. Так бережно, будто Максим мог рассыпаться прямо у него в руках. ‎ ‎- Я не хочу, чтобы ты видел меня таким, - тихо сказал Максим. ‎ ‎- Каким? ‎ ‎- Убитым тобой. ‎ ‎Илья резко закрыл глаза. ‎Будто именно этих слов боялся больше всего. Максим впервые заметил, что у Ильи тоже дрожат руки. Он выглядел потерянным. Почти сломанным. ‎- Я правда пытался уйти навсегда, - прошептал Илья. - Но каждый раз возвращался мысленно сюда. К тебе. ‎ ‎Максим почувствовал, как по щеке скатилась слеза. Он даже не стал её вытирать. ‎ ‎- Тогда останься. Хотя бы сегодня. ‎ ‎Илья ничего не ответил. ‎Просто медленно обнял его, уткнувшись лицом в плечо. Максим закрыл глаза и вцепился пальцами в его мокрую толстовку так сильно, будто боялся, что тот снова исчезнет к утру.

‎Давай, ты этого хотела

‎Прошу вернись, не дай умереть мне

‎

‎За окном продолжал шуметь дождь. ‎Земфира тихо играла где-то на фоне. ‎ ‎А они стояли посреди тёмной квартиры - два человека, которые слишком сильно любили друг друга, чтобы быть счастливыми. ‎ ‎И Максим впервые подумал, что любовь может не спасать человека. ‎Иногда она просто медленно добивает. ‎