Когда тьма шепчет о свете

Едва шаги Владанны стихли в коридоре Снейп начал говорить, и его слова сочились едва сдерживаемым раздражением: --Ну и что это был за спектакль,Минерва? "Грамматическая ошибка"? Вы захлопнули Книгу Поступающих так, будто она укусила Вас за палец! И побледнели при этом как Пивз, которого окатили святой водой. Вы, без сомнения, нашли мальчишку. Так что столь невероятное Вы увидели, что решили заменить слова молчанием? У мальчишки обнаружился лишний набор конечностей? Или, упаси Мерлин, пристрастие к кружевным мантиям? МакГонагал, не говоря ни слова, перевела полный отчаяния взгляд на Снейпа. Ее губы шевелились как у рыбы, выброшенной на берег, но из них не вылетало ни звука. -- Ради Мерлина, Вы меня пугаете. А это, замечу, задача не из лёгких. В чем дело? Он сын Волдеморта? Или внук Грин-де-Вальда? Лицо директрисы все еще пылало красными пятнами. Когда она в конце-концов заговорила, ее голос был пугающе тихим -- так она говорила только в моменты глубочайшего потрясения: -- Северус.... я работаю в школе долгие годы. Эта книга ведет учет волшебников уже без малого тысячу лет...Я видела как в ней появлялись и исчезали имена... Но такой чудовищной, невозможной, противоестественной ошибки я не видела никогда. Это не просто грамматическая ошибка или опечатка. Это... надругательство над смой логикой магии. МакГонагал замолчала, устремив взгляд в камин, словно надеялась найти ответы среди пляшущих языков пламени. Ее слова заставили Снейпа забеспокоиться: -- Хватит загадок, Минерва! Что там написано? Покажите мне страницу! -- Подойдите, — произнесла она. Северус шагнул ближе. Волшебница вновь открыла фолиант перед собой — на этот раз осторожно, будто её содержимое таило непостижимую угрозу: — Всё гораздо сложнее и страшнее, Северус... это необъяснимо. Это противоречит всем законам нашего мира... -- и она указала на нужную строчку в документе. Снейп склонился над столом и его взгляд впился в страницу. Имя было написано безукоризненно, с четкостью, которая не оставляла места для ошибки, как и десятки других имен:

Николас.

Поначалу это было всего лишь имя. Но через мгновение его взгляд скользнул вниз. И в тот же миг самообладание профессора Снейпа дало трещину. Он замер. Повисло долгое молчание. За годы службы двойного агента Северус в совершенстве овладел Окклюменцией, однако увиденное вмиг выбило весь воздух из легких. Его пальцы невольно напряглись, дыхание стало почти неслышно резким. — Нет, — прошептал он сдавленным голосом. — Это невозможно. Под именем значилась фамилия.

Малфой.

— Вот почему я попросила Мили увести отсюда женщину. Этот разговор нельзя было продолжать при ней. Снейп замер, не в силах отвести взгляд от строк, дерзко мерцающих на старом пергаменте. Холодная тяжёлая волна разлилась по груди, словно ему влили туда расплавленный свинец. Воздух в кабинете вдруг стал густым и тяжёлым. — Книга лжёт, — тихо произнёс он. Голос вышел слишком ровным, почти мёртвым. Минерва медленно подняла голову. Её лицо было белым, как полотно. — Вы прекрасно знаете, что она не способна лгать, Северус. Он сжал пальцы на краю стола так сильно, что дерево глухо скрипнуло. В висках тяжело и болезненно пульсировала кровь. Малфой. Мысли зельевара никак не желали выстраиваться в стройный порядок. Если верить записи в этой чёртовой Книге — а она никогда не ошибалась, — мальчик был зачат около двенадцати лет назад, и отцом его был никто иной, как лорд Люциус Малфой. Получалось, что Владанна Кириак, таинственно возникшая в комнатах зельевара, ловко дурачит и его самого, и всех вокруг. Северус, ещё бледнее чем всегда, ядовито выплюнул: – Тогда остаётся один вариант: эта особа очень ловко изображает амнезию по поводу отцовства своего сына. Наш мир потерял прелестную актрису. А жаль, я почти поверил ей. Директриса вспыхнула, будто удар пришёлся именно по ней. – Довольно сарказма, Северус, — произнесла она ледяным тоном. — Возможно, всё не так просто, как вам кажется. Вы уже готовы обвинить женщину, которую едва знаете. Снейп коротко и неприятно усмехнулся: – Согласитесь, странно было бы забыть мужчину, с которым ты делила постель, — процедил он. — Если, конечно, перед нами не случай непорочного зачатия. Макгонагал на мгновение задумалась, перебирая в уме возможные варианты. Снейп же едва сдерживался, чтобы не выплеснуть новые порции яда. «Помни о презумпции невиновности, Северус», — сказал ему когда-то Дамблдор и Снейп поморщился, вспомнив это, словно проглотил что-то крайне неприятное. В голове снова всплыла та картина — женщина изорванном платье, с заплаканными глазами, пылающая таким праведным гневом, который не сыграешь. Слишком открытая. Слишком честная. И рядом с ней — мальчик, ее сын. «Вряд ли такое возможно», — холодно подумал он. Такая женщина не легла бы под Люциуса Малфоя по доброй воле. Она скорее перегрызла бы ему горло, чем позволила до себя дотронуться. – Но книга не может лгать, Северус!. Фамилия мальчика – Малфой. Ты спрашивал её об отце ребенка? – О, да, я спрашивал, ещё при первой встрече. С присущей мне… деликатностью. Она ответила, что отец – её покойный муж, герой войны, погибший четыре года назад. Романтическая чушь, достойная дешевого маггловского романа. Но вот что мне интерессно: она сама в это верит. Либо очень ловко врет. -- Почему ты настаиваешь что мадам Кириак -- лгунья? — Потому что это какой-то абсурд! — Снейп практически зарычал, меряя широкими шагами кабинет, — Они из маггловского мира! А мы все прекрасно знаем отношение Малфоев к магглам. Они же считают их не более чем грязью под каблуками их сапог. Сиятельный Люциус не позволил бы себе подобное! — Эта женщина не маггла, как мы уже выяснили, — холодно уточнила Минерва, поправляя очки на носу привычным жестом. Северус резко остановился в одном шаге от стола, и его черная мантия тяжело колыхнулась от резкого движения. -- Выяснили. Только что. Но двенадцать лет назад об этом не догадывался никто, даже она. Двенадцать лет назад Люциус Малфой был по уши увязшим в своем раскаянии бывшим Пожирателем Смерти, старательно вылизывающий Министерству все возможные места . Благополучно женатым на Нарциссе (Мерлин упокой её душу!), воспитывал Драко, наследника дома Малфоев и устраивал приемы для чистокровной аристократии. И вдруг -- связь вне брака? С магглой? С угрозой разрушить и так пошатнувшуюся репутацию? Это точно ошибка! — Если это ошибка, то слишком уж тщательно продуманная, чтобы быть случайной. А если нет…, -- голос директрисы запнулся от осознания всей трудности и невозможности ситуации -- Тогда перед нами проблема, угрожающая разрушить куда большее, чем привычный порядок одной семьи... Она тяжело опустилась в кресло, устало потирая виски. Ее взгляд блуждал по кабинету, будто в поиске точки опоры. Они что-то упускали. Вся ситуация была до абсурдного странной и невозможной. --Мне кажется, мы упускаем нечто важное, -- в конце концов промолвила она, поднимая глаза на мужчину в черной мантии, -- Нечто очень важное во всей этой истории. Не спорю, Люциус Малфой – умелый интригант и манипулятор. Если бы он узнал, что некая женщина забеременнела от него, то мог бы годами шантажировать ее чем-либо, чтоб она никому не смела рассказать об его отцовстве, либо он даже и не знает, что у него появился еще один сын. -- Вы правы. Вся эта история, если бы кто-то ее записал, принесла бы автору славу и деньги, как романы Локонса. Но дело в другом: роясь в сознании мадам Кириак я не нашел ничего хотя бы отдаленно указывающего на ее связь с Малфоем. Ни в прошлом, ни сейчас. У нее нет ни одного воспоминания, связанного с ним. Она искренне верит, что ее покойный муж-маггл был ее единственным мужчиной. И если все же предположить, что и книга не лжет, и эта женщина тоже говорит правду, то мы, скорее всего, в даную минуту приоткрыли завесу над самым страшным преступлением, которое совершали Пожиратели Смерти и самой отвратительной тайной, связанной с именем благородного дома Малфоев. В камине громко треснуло полено, выбросив сноп искр. Отвратительная догадка билась в сознании Северуса Снейпа, и МакГонагал, судя по выражению ее лица, думала о том же, но никто из них не решился произнести это вслух.

Случаи бывали.

В Первую Магическую Войну Пожиратели Смерти не раз брали силой маггловских женщин, грязно развлекаясь во время рейдов. А потом стирали им память и эти женщины забывали обо всем, помня лишь чувство боли и унижения, приследовавшие их в снах. МакГонагал заговорила, меняя тему и старалясь удержать равновесие среди хаоса этой ситуации: — Северус, ты видел мальчика. Ты заметил в нем что-то... напоминающее черты этого древнего рода? В его взгляде мелькнула тень раздражения. -- Назвать это "видел" слишком грубое преувеличение, Минерва. Что я мог различить в темноте среди обломков и дыма? Когда я нашел его, он был без сознания: весь в крови и грязи. В таком состоянии сложно рассмотреть что-либо детально, особенно черты лица. Единственное, что тогда беспокоило — чтобы он просто выжил. — Именно поэтому тебе следует взглянуть на него снова, но теперь спокойно и без суеты, — не уступала МакГонагал, складывая руки на столе. — Мы все же должны понять имеем ли мы дело с ошибкой, обманом или с чем-то более... серьезным. — Как прикажете, — тихо ответил он с тяжелым вздохом. Минерва протянула ему письмо с зачислением ученика в Хогвартс. Проведя по нему острой тонкой палочкой, она изменила фамилию ребенка на фамилию его матери: текст плавно замерцал и обрел новые очертания на пожелтевшем пергаменте. Снейп решительно сжал письмо в руке: — Ситуация зашла в тупик. У нас на руках либо грандиозная тайна, либо блестящая актриса. Минерва воздержалась от ответа, но её взгляд тяжело остановился на стопке документов перед ней. И она добавила в спину уходящему зельевару: -Попросите её сегодня перед ужином зайти ко мне, вместе с вами. -Вы расскажете ей? – резко обернулся Снейп. -Конечно же, нет.--Минерва, возмущённая самой мыслью о таком, даже вскинула руки,--Но и ей, и её сыну необходима убедительная легенда, чтобы оставаться здесь. Поэтому я решила зачислить её в штат преподавателей факультативных занятий по славянской и восточно-европейской мифологии. Ей нужны средства для жизни, а работа с детьми ей не в новинку — ведь она уже была учительницей. Мы объясним всем преподавателям, что она прибыла из охваченной войной Украины, чтобы преподавать народные предания и фольклор, и что ты оказался первым человеком, к кому она обратилась за помощью. Кроме того, я выделю ей свободные комнаты в гостевом крыле, чтоб они не стесняли тебя. Ей и ребёнку необходимы пространство и свежий воздух. Также, поскольку они волшебники, им понадобятся волшебные палочки, а так же вещи первой необходимости. Я выделю финансирование для их приобретения из школьного бюджета, но тебе придётся их сопроводить в Косую Аллею. -- Прекрасно. Из двойного шпиона -- в няньки, из нянек -- в сопровождающиго по лавкам готового платья. Ваше чувство юмора явно превзошло мое. Моя карьера движеться по спирали, и эта спираль, Минерва, стремительно закручивается в бездну бесцельно потраченого... -- Северус, у нас нет выбора. Вы единственный, кто знает всю правду и сможете защитить их в случае необходимости. Вы пойдете с ними и поможете им. Он выпрямился и резким движением одернул мантию. МакГонагал обеспокоенно смотрела на его удаляющуюся фигуру. --Мы не знаем точно, что именно случилось с мадам Кириак двенадцать лет назад. Но мы знаем, что она мать, которая, проломив реальность, сумела достучаться до сердца человека, которого все считают бездушным, уговорив спасти невинного ребенка. Прошу тебя, будь с ней помягче. -Как скажете,-- сказал бывший шпион не оборачиваясь и бесшумно исчез за дверью.