Дочь Макарова

Глубоко вдохнув, Чапман откинулась на спинку кресла и с размаху крутанулась, остановившись лицом к Гоусту. Мужчина спокойно сидел в своем кресле, уткнувшись в отчеты, она же уже закончила и теперь скучающе скользила взглядом по спартанскому кабинету. — Лейтенант, — проговорила она, вытягивая слово. — А может, вы отпустите меня завтра в город? Я вон, как вы, балаклаву надену. Никто и не узнает. — С чего бы? — даже не глянув на нее, фыркнул он. — Опасности не хватает в расписании или праздник какой? — Да нет, — чуть помедлив, ответила София, и её плечи слегка опустились. — Просто, вдруг получится… — повернувшись обратно к столу, она опустила взгляд в угол монитора, где в календаре был обведен незаметный кружок. Тринадцатое апреля… завтра ей тридцать. — К тому же в три, мы едем на базу Алехандро, — внезапно, ровным голосом, сообщил мужчина. — Что? Задание? Но мне ничего не сказали. Это же всего через полтора часа, — нахмурилась девушка, её сонливость как рукой сняло. — Мелкое. Просто помощь союзникам, — отмахнулся он, наконец подняв на нее взгляд. Через прорезь в балаклаве она поймала его пристальный взгляд. — Хорошо, раз мелкое, мне же не обязательно надевать форму, да? — в её голосе зазвучала хитрая нотка. — Не обязательно, — после паузы кивнул он, и ей показалось, что уголки его глаз чуть смягчились. «Встретить тридцатник в Мексике, не так уж и плохо…» — пронеслось у неё в голове со смесью иронии и надежды.

***

Ровно в три она уже сидела в знакомом самолете. Мужчины были в полном обмундировании, однако, в отличие от прошлой миссии, припасов почти не было. Она рядом с ними смотрелась почти комично: легкие кроссовки, шорты и майка. Несмотря на раннюю весну, в Мексике было под тридцать градусов жары, и им, закутанным в бронежилеты, она уж точно не завидовала. Через несколько часов полета София переключилась на книгу, которую предусмотрительно взяла с собой, и только когда часы на руке кратко задребезжали, она отвлеклась. — Мы скоро снижаемся, поставила таймер? — хохотнул Джонни, тыча пальцем в её наручные часы. — Жду не дождусь встречи с Алехандро, — кивнула она, игриво подмигнув. — Me debe tequila. — Y un burrito con ello, — негромко поддержал лейтенант, не отрываясь от планшета. — ¡Si, Fantasma! — весело парировала София. — По-английски, — недовольно буркнул Джонни, вызывая смешки остальных. — Ou peut-être français?— продолжила дразнить София, чем вызвала всеобщее удивление. — Или на русском? — Не издевайся над ним, заговорит на своем, — неожиданно вступил Прайс, и София удивленно подняла бровь. Конечно, произношение было неидеальным, но… — Так вы да? — сжал губы Соуп, и его глаза сверкнули озорством. — Bruidhnidh mi riut nam chànan fhìn. An tuig thu, a bhòidhchead? — Mo? B’ fheàrr leam a bhith a’ goil san aon phoit ri m’ athair san ath shaoghal! — фыркнула Чапман, делая вид, что возмущена. — Mo Dhia… — выдохнул он, смотря на неё с новым уважением. — Сколько языков ты знаешь? — Английский, французский, испанский и шотландский, но последние два так чисто базовый разговор. Дядя постоянно бурчит на шотландском, любите вы это дело. А испанский просто так начала учить, не доучила особо, — усмехнулась София. — Ты могла бы стать переводчиком, — подметил Газ, с интересом наблюдая за их перепалкой. — Уволите — пойду. Сразу в ООН. — Уволить? — фыркнул капитан, скрывая улыбку. — Только если ты решишь уйти с работы программиста. Тогда наймем тебя обратно, но уже переводчиком. — Если оставите меня в кабинете с лейтенантом — согласна, — парировала София, бросая быстрый взгляд на Гоуста. — А то скучно будет одной в комнате молчания. — О, это мягкое коллективное молчание, что прерывается звуками хлюпания чая… — протянул Соуп, мечтательно закатывая глаза. — Идиллия. Кэп, нам надо поставить им в кабинет кулер с нагревом. — Мы разоримся на воде, — усмехнулся Прайс, явно наслаждаясь направлением беседы. — Сколько кружек чая вы выпиваете в час? — Ой, да бросьте, словно вы не пьете чай, — закатила глаза София. — Особенно со сладким. Я вас на этом подловила. — Сколько чашек? — не отставал Газ, делая вид, что достает блокнот для расчетов. — Ну… штуки две в час, — призналась она, разводя руками. — А ты, лт-ти? — спросил Джонни, поворачиваясь к Гоусту. — Примерно столько же, — нехотя ответил мужчина, и София заметила, как его плечи напряглись. — Четыре кружки в час, рабочий день с девяти до шести. Десять часов, это сорок чашек по двести миллилитров. Это восемь литров воды в день, — с пафосом произнес Газ. — Ну, во-первых, на двоих! — начала София. — А во-вторых, мы не выпиваем столько чая! В день, когда я несколько дней подряд в кабинете — максимум литра три. — Выпить столько чая нереально, — поддержал её Гоуст, и в его голосе прозвучала редкая, едва уловимая нота защитной солидарности. — Вы чайные расисты, ребята… — засмеялась София, чувствуя, как нарастает та самая легкая, братская атмосфера, которую она так любила. — Хотя, от кулера я бы не отказалась. Мы с лейтенантом еще и воду пьем, представляете? А для этого нужно выйти из кабинета, нет, сначала надеть шлепки, потом выйти, повернуть налево, дойти до конца коридора… — А пока обратно дойдешь, снова пить захочешь, — засмеялся Джонни. — Вот именно! — воодушевленно закивала девушка. Всего через двадцать минут они приземлились, и едва София ступила на асфальт, как перед ней возник Алехандро. — ¡Y aquí está nuestra señorita floreciente! — широко улыбаясь, проговорил он. — ¡Alejandro! Me alegro de verte, — ответила Чапман, чувствуя, как её охватывает приятное возбуждение. — Может, мне переманить тебя к себе на базу? — захохотал мексиканец, обнимая её за плечи. — Придется побороться за нашу Софию, — улыбнулся Джонни. — Все готово? — Да, но вам бы не помешало переодеться. София, за мной, — закинув руку на плечо девушки, Алехандро зашагал к машине. — Мы вас ждем. Ничего не понимая, Чапман следовала за мужчиной, периодически оборачиваясь на 141-ых. — Странная миссия, — проговорила София, садясь в машину. — И мне даже технику не дали взять. — На этой миссии тебе не понадобится техника, — открыв дверь, ответил он. — Все, что тебе понадобится — это. — Алехандро протянул ей черную маску на пол-лица, похожую на медицинскую, но сделанную из плотного материала, сбоку которой было вышито «141». Ничего не понимая, она взяла её в руки. «Что за чертовщина тут творится?» — время почти час ночи, они в чертовой Мексике, и вместо того чтобы готовиться к операции, она сидит в машине с маской в руках. О том, что сегодня у неё день рождения, никто не знал и не мог знать. В её личном деле этой информации не было, и она никому не говорила. Когда через несколько минут все сидения были заняты, она с подозрением оглядывала 141-ых, которые уже были в гражданском и спокойно переговаривались о полной чепухе. Лейтенант, правда, так и остался со скрытым лицом — маску заменила легкая балаклава с нарисованным черепом, но и это было что-то новенькое. — Еще пять минут молчания, и я подумаю, что меня везут на убой, — сложив руки на груди, буркнула София. — Как раз через пять минут будем на месте, — негромко усмехнулся Гоуст. — Надень маску. Глянув в окно, она мельком выцепила виднеющуюся за домами воду. — Алехандро, а что это за город, к слову? — решила спросить она, зацепляя маску за уши. — Веракрус, — ответил он. — На правой стороне залив Кампече. — Эх, не искупаешься, там же нефть добывают, да? — Не искупаешься, — заулыбался мужчина. — Но недалеко лагуна. — Не соблазняй ее, Алехандро, а то вдруг у нее через пару часов настроение искупаться появится, — хохотнул Соуп. Когда машина затормозила у невзрачного здания с вывеской «Dios», она окончательно потерялась в догадках и просто следовала за мужчинами. Внутри оказался бар — приятный, с приглушенным светом и музыкой, не мешающей разговору. Алехандро повел их в самый конец зала. — София, — открыв дверь, мужчина пустил её вперед. Небольшое помещение с ярким светом было чем-то вроде VIP-комнаты. Почти сразу при входе стоял круглый стол, вокруг которого вдоль стены тянулся сплошной диван с синими подушками. — Надеюсь, здесь никто не умирал или не грешил…? — протянула она, осматриваясь. — Ну, насчет первого не могу сказать, но из грехов в этих стенах — только алкоголь, — засмеялся мексиканец. — Садись-ка в самый центр. «Неужели все же узнали…?» — пробираясь к центру стола, подумала девушка. — Неужели узнали? — не вытерпела София. — Она наконец поняла! — воскликнул Джонни. — Как вы узнали? — недоумевала Чапман. — Об этом чуть позже, — хлопнул в ладоши Алехандро. — Текила..? — глянул он на Софию. — Если хотите потерять меня через двадцать минут — да. Я бы сначала поела. Тако. — Тако! Отличный выбор, острый? — Ни в коем случае, — поморщилась она. Когда стол наполнился закусками, бутылками и кувшинами с соком, на девушку обрушились поздравления. Она, все еще пребывая в шоке, лишь улыбалась и кивала. Наполнив желудок, София наконец взялась за рюмку и бутылку с текилой. Смочив края соком лайма, она опустила её в соль и наполнила почти до краев. — Аккуратнее, это не та текила, что продается в супермаркетах, — предупредил Алехандро. — Мой первый алкоголь — чистый спирт, — фыркнула она. — Никогда не думала, что буду справлять тридцатилетие в Мексике. — Подняв рюмку, начала София. — Спасибо, что запарились. За первой рюмкой пошла вторая, третья, четвертая… Чувствуя, как алкоголь расслабил тело, девушка откинулась на спинку дивана, жуя мясной снек. «Интересно, пришлось ли Прайсу использовать своё положение, чтобы устроить эту поездку? А все ли были за?» — Эй, Джонни, — воспользовавшись тем, что он замолчал, шепнула София. — М? — А кто придумал все это? И насколько были нарушены возможные законы и злоупотребление положением? — уточнила она. — Ни насколько, — засмеялся мужчина. — Официально мы правда на миссии. — Еще бы, — фыркнула она. — Но ты не поверишь, кто это организовал. — Не ты? — удивилась Чапман. — Я придумал кое-что другое и в пределах базы. А вот этот человек… — он поднял взгляд выше, заглядывая ей за плечо, туда, где сидел лейтенант. — Не может быть, — прикрыв губы кончиками пальцев, она широко распахнула глаза. — Лейтенант? — Да, я сам в шоке. Только он просил не рассказывать. — Прямо просил? — Сказал: «МакТавиш, если проговоришься, следующие три месяца будешь чистить сортиры на отдаленной заставе». В общем, да. Хмыкнув, МакТавиш придвинул ей рюмку текилы, и, наполнив свою, они одновременно опрокинули их. С каждой новой рюмкой с её губ срывалось все больше смешков, а тело то и дело кренилось то к Соупу, то к Гоусту, которые поначалу лишь покрепче придерживали её за плечи. В какой-то момент, облокотившись локтями на стол и упершись ладонями в щеки, она объявила: — Хочу в туалет. — Поднявшись, она заметила, что её окружили со всех сторон, и с комичным вздохом плюхнулась обратно. — Я пропущу, — начал подниматься МакТавиш, но Чапман, положив ладонь ему на плечо, начала медленно сползать под стол. — Я так выйду, — сдавленно ответила она, и всего через пару секунд её макушка показалась с другой стороны стола. Ударившись о край, она наконец покинула комнату. — Может, присмотреть за ней? — выгнул бровь Газ, сидевший с самого краю. — Туалет сразу направо от нас, — успокоил Алехандро. — К тому же, после такого количества текилы она все еще на ногах. Так что… Когда спустя десять минут место Софии все еще было пусто, Газ все же вышел на её поиски. — Простите, — остановив девушку, только что вышедшую из женского туалета, начал он. — Не видели там девушку, примерно вашего роста, темные волосы, в майке и шортах? — Ха, видела такую, но не в туалете, — широко улыбнулась незнакомка. — Примерно через минуту будет «ручеёк». Нахмурившись, Газ пропустил девушку, задумавшись. «Ручеек?» — Эй, Алехандро, — приоткрыв дверь и впустив шумную музыку, Гэррик выглянул в зал. — Что такое «ручеек»? — Двадцать стопок настойки в ряд, пьют на скорость. Лидер здешнего ручейка удерживает позицию уже несколько лет, — объяснил мексиканец. — Тебе бросили вызов? Вместо ответа со стороны основного зала донеслись крики: «¡Bebe! ¡Bebe! ¡Bebe!», «¡Marco! ¡Marco!», «¡Sofia! ¡Sofia!» — Вот дерьмо, — прошептал Алехандро, подрываясь с места. Оказавшись в основном зале всей толпой, мужчины замерли, удивленно глядя на барную стойку. Двадцать стопок, наполненных до краев красной жидкостью, стояли ровной линией. С одной стороны стоял высокий, жилистый мужчина, уверенно усмехаясь. Рядом с ним София казалась просто крошечной и слегка покачивалась. — Что за настойка? — стараясь перекричать музыку, спросил Джонни. — Сорок градусов. Очень сладкая, но бьет по ногам. Сжав губы, МакТавиш рванул к Софии и, схватив её за локоть, слегка дёрнул. — Ты что творишь? Он больше тебя в три раза! — проговорил он ей в ухо. — И в тебе уже есть текила! — Не волнуйся, Джонни, — растянув губы в пьяной, но уверенной улыбке, проговорила девушка. Легко высвободив руку, она повернулась к сопернику и кивнула. Взявшись за первые рюмки, они начали под крики зрителей. Чапман опрокидывала стопки одна за другой, периодически поглядывая на Марко. Они шли вровень, поэтому она, слегка поморщившись от горечи, схватила сразу две и, опрокинув их в рот, ускорилась. После такого трюка зрители завизжали от восторга. Как только последняя стопка была осушена, София вскинула руки в победе, показывая, что у Марко осталось еще две. Она бы победно вскрикнула, но горло жгло, и одно неверное движение могло привести к тому, что всё выпитое окажется на барной стойке. — Боже, ты сошла с ума, — похлопав её по плечу, проговорил Джонни. — Ведро надо? — Пока нет, — помахала она рукой, стараясь сохранить достоинство. — Ты меня уделала, — протянул ладонь Марко, с уважением глядя на неё. — Хорошая игра, — пожала она руку, чувствуя, как мир слегка плывет. — ¡Miramos aquí! — раздался крик. Резко повернув голову, Софию ослепила вспышка «полароида». Зажмурившись, она рассмеялась, когда ей вручили ещё тёмное фото. — Вернешься к нам? Или тут веселее? — крикнул Прайс. — Ни в коем случае! — замотала она головой. — С вами лучше. Простите, можете сфотографировать нас? — увидев в руках официантки Polaroid, прокричала она. — ¡Sí! Улыбаясь во все тридцать два зуба, Чапман схватила Джонни за руку и потянула к остальным. Те такого рвения не разделяли, но послушно встали вокруг неё. — ¡Oye! ¡Levanten a la chica! — скомандовала официантка. Джонни и Алехандро, стоявшие по бокам, переглянулись, слегка присели и, подхватив её под руки, подняли на свои предплечья. Немного взвизгнув, она весело захохотала и, положив руки на их плечи, умудрилась подставить рожки капитану и Гоусту, а Газ, сделав руками «козу», присел перед ними на корточки. — ¡Perfecto! — яркая вспышка, и фотография оказалась в руках у Чапман. Вернувшись в комнату и упав на диван, София сразу же подтянула к себе тарелку с сырными палочками. — Черт, я не мог его обыграть несколько раз, — смеялся Алехандро. — Вот они — русские. Текила? Молча мотнув головой, она указала на кувшин с соком, из-за чего мужчины рассмеялись. — Был бы тут Николай, я бы проиграла, — подала она голос. Спустя час, когда время приблизилось к четырем утра, Чапман почувствовала, что протрезвела. Жирные закуски и несколько литров сока сделали свое дело. А вот её солдаты, наоборот, окончательно захмелели. Двоих они уже «потеряли» — Алехандро и Газ, распластавшись на сиденьях, посапывали. — Эй, София, — отрывая её от порции мороженого, Джонни, покачиваясь, склонился к ней. — М? — чуть морщась от запаха алкоголя, она повернулась. — Бухта, помнишь, Алехандро говорил? А тут жарко. — Я думаю об этом уже час, — с готовностью кивнула она. — Но Гоуст нас не отпустит. Ты пьян в дрызг, а я чуть менее. — Я в туалет, а ты за новым мороженым, — просто ответил он. Кивнув, София быстро прикончила уже растаявшее мороженое и первой вышла из бара. Через пять минут МакТавиш оказался рядом, и, спросив дорогу у таксиста, они, взяв друг друга под руки для устойчивости, направились по тротуару. Хохоча на всю улицу, они привлекали внимание как таких же гуляк, так и тех, кто шёл на работу. Путь занял около получаса. «Интересно, капитан с лейтенантом уже поняли, что мы сбежали?» — подумала она. Едва ступив на песок, София сбросила кроссовки и побежала к воде босиком. МакТавиш, не отставая, сбросил футболку и штаны. — Кто последний, тот признается во всем лейтенанту! — крикнул он, бегом устремляясь к воде, но, едва войдя по колено, споткнулся и шлепнулся в воду плашмя. Громко рассмеявшись, София вошла в воду. Она оказалась на удивление теплой. Вынырнув, Джонни схватил Чапман и, зайдя глубже, закинул её на плечо. — Нет! Джонни! Поставь! — громко запротестовала девушка, но с губ её не сходил хохот. Через мгновение он скинул её с плеча в воду. Вынырнув, она тут же начала брызгаться на него. — Это нечестно! Я не могу тебя повалить! — протестовала она. — Сделай это хитростью, а не силой, — фыркнул он. — Ты сам это сказал! Теперь ты всегда будешь наготове, — цокнула она языком. — Ладно, поплыву. — Далеко не уплывай. Пьяно улыбнувшись, София оттолкнулась от дна и поплыла. Как только пальцы перестали касаться песка, она расслабилась и легла на спину, глядя на постепенно светлеющее небо. На губах у неё играла мягкая, счастливая улыбка. «Если бы мне сказали прожить эти тридцать лет заново, чтобы очутиться здесь… Я бы, не раздумывая, согласилась». Если всё это и вправду задумал лейтенант, то она просто обязана его обнять. Даже если потом получит. «Думаю, даже если я лично для него тортик подарю, он зло зыркнет на меня…» — эти мысли заставили её тихо посмеяться. — София! — грозный, знакомый голос заставил её вздрогнуть и выпрямиться в воде. На берегу стояли четверо: Прайс, Газ, Алехандро и сам Гоуст, чья поза выражала предельное недовольство. — Что? — крикнула она, делая вид, что ничего не происходит. — Быстро на берег! — скомандовал он, и его тон не оставлял пространства для дискуссий. — Зачем? — всё же попыталась она потянуть время. — А сама как думаешь? — видимо, окончательно разозлившись, он сбросил обувь и вошел в воду. — У меня день рождения! — в свою защиту ответила она, начиная медленно плыть к берегу. Тем временем Газ и Прайс, расслабленные алкоголем, устроили возню на мелководье, с брызгами, словно мальчишки. Выйдя из воды по пояс, София опустила взгляд на свою прозрачную от воды майку и скрестила руки на груди. — Так, же, помимо моего дня рождения, я хочу сказать, что шла сюда в маске и сняла её лишь сейчас, — проговорила она, останавливаясь в воде по щиколотку. — Могли бы просто сказать, куда идете, — к её удивлению, он не стал кричать, а лишь устало выдохнул. — Мы в бухте, — улыбнулась она, чувствуя, как смелость возвращается. — Идете купаться? — Нет. И тебе хватит. Пусть мальчишки порезвятся, — фыркнул он, разворачиваясь к берегу. Немного улыбнувшись, Чапман вышла на песок и, повернувшись спиной, принялась выжимать волосы и одежду. «Эх, надо было надеть что-то темное…» — Правда, что вы это задумали? — подняв голову, чтобы видеть его глаза, спросила она, когда он снова оказался рядом. — МакТавиш… — вздохнул он, и в его голосе не было гнева, лишь усталая покорность судьбе. — Подумал, что тебе не помешает. — Спасибо, — она улыбнулась, и на этот раз улыбка была мягкой и искренней. — А когда у вас день рождения? — И не надейся, — фыркнул он, но она поймала легкую, едва уловимую искорку в его глазах. — Хотя бы просто тортик вам подарю, — пожала она плечами. — Или весь божий день буду делать всё, что пожелаете. — Не вздыхать каждые пять минут на рабочем месте? И когда нет работы, не подкатывать стул к моему столу и молча следить? — парировал он, и ей показалось, что под маской он улыбается. — Это уже слишком, — поморщилась она, фальшиво возмущаясь. — Я пытался, — развел он руками, и это было так на него непохоже, что она рассмеялась. Как же ей его обнять? «Он не пьян, но, может, сработает хитрость?» — Лейтенант, — обратилась София, делая вид, что её что-то озадачило. — А можете показать руками, какая примерно по размеру ваша винтовка? — Что, прости? — не сдержав короткого смешка, он опустил голову. — Ну, она такая? — показывая нарочито маленькое расстояние между ладонями, начала она. — Или больше? Я просто задумалась о чём-то и теперь не могу успокоиться. — Больше, — лишь ответил он, явно веселясь. — Ну покажите сами, — не сдерживая улыбки, сказала она. — Желание именинницы. — Крупнокалиберная винтовка… — его голос принял лекционные, профессорские нотки, и как только его руки раздвинулись, чтобы показать примерные размеры, Чапман ринулась вперед, обвивая его талию руками. — Попались, — радостно прошептала она, прижимаясь щекой к мокрой футболке. — Вот теперь и вправду спасибо. — Стоило догадаться, — хмыкнул он, и его руки на мгновение замерли в воздухе, прежде чем одна из них легла ей на спину, а другая похлопала по макушке. — Ладно. С днем рождения. — Эх, надо было вам еще больше текилы налить, может, вы бы даже всплакнули… Хотя, нет, это слишком. Хотя бы улыбнулись? — спросила она, не отпуская его. — Не перестанешь — кину тебя в воду, — пригрозил он, но в его голосе не было ни капли угрозы, лишь усталая нежность. И всё же, всего через мгновение её тело взмыло в воздух. Не сдержав визга, Чапман вцепилась в его футболку, почти сразу заливаясь хохотом. — Нет! Я только высохла! Верните на берег! — кричала она. — Капитан! Спасите! — А что ты сделала? — крикнул в ответ Прайс, наблюдая за зрелищем с явным удовольствием. — Обняла! — Удачи! Оказавшись в воде по пояс, Гоуст с легкостью подбросил её и отпустил, отправляя прямиком в воду. Вынырнув, она откашлялась и, обнаружив, что не достает до дна, тут же ухватилась за его плечи. — Теперь и вы мокрый, — немного засмеявшись, подметила София. — О, и я впервые смотрю в ваше лицо, точнее маску прямо. Оно всегда было таким большим? — Хороша текила, — цокнул он, и его взгляд на мгновение скользнул вниз, к её мокрой майке, прежде чем он отвернулся. — Пора отоспаться. Вечером мы уже должны быть на базе. Вернувшись на берег, Чапман с завистью смотрела, как остальные с легкостью снимают мокрые футболки и, отжав, надевают обратно. — Тебя прикрыть? Встанем кругом, — предложил Джонни. — Если не против, что я намочу сиденья, не надо, — мотнула она головой, крепче сжимая руки на груди. — Вода — не самое страшное, что будет в местном такси, — фыркнул Алехандро. — А сколько идти пешком? — поморщилась Чапман. — Да ладно, — махнул рукой Джонни. — Ну что, пойдем? Шагая позади всех, София достала промокшую маску и натянула её на лицо. Народу на улице прибавилось, а уверенность, которую дарил алкоголь, поубавилась. Понурив голову, она обняла себя руками, ускоряя шаг. — Притормози, — положив ладонь ей на плечо, Гоуст огородил её от толпы. Он снял свою мокрую, но уже почти высохшую футболку и протянул ей. — Надень. — Уверены? — удивленно спросила София, принимая её. Вместо ответа он тяжело вздохнул и, взяв футболку из её рук, натянул ей на голову, помогая пролезть. Распрямившись в почти сухой, пахнущей им и морем ткани, она благодарно улыбнулась. — Классные тату, — подметила она, глядя на его торс. — А давайте, парную? На базе? — Шагай уже, — буркнул он, но в его глазах снова мелькнула та самая, редкая искорка.

***

Упираясь ладонью в пол, Чапман распласталась на кожаном диване в кабинете Алехандро. 141-ых мексиканец повёл в казармы — у них было пять часов, чтобы отоспаться. Голова шла кругом, но это было приятное головокружение. Единственное, что мешало вырубиться — воспоминание о его руке на её спине и влажной футболке, пахнущей морем и им. — Я принес сухую одежду, — дёрнувшись, Чапман оторвала голову от подушки. В дверях стоял Гоуст. — И соседа. Ему кушетки не хватило, — на пол перед диваном приземлился рулон матраса. — Спасибо, — лениво поднявшись, София приняла комплект вещей. Быстро переодевшись, она, почти засыпая на ходу, вернулась в кабинет. — Вы не храпите? — развесив мокрые вещи на спинке дивана, она прикрыла рот, зевая. — Не думаю, — кинув подушку на матрас, лейтенант лег на спину, складывая руки на животе. — Надеюсь, что я тоже нет, — упав на мягкие подушки, София опустила одну ладонь с дивана, почти касаясь его плеча, и закрыла глаза. В тишине комнаты, под далекий гул базы, ей почудился его тихий, ровный вздох. И этот звук был лучше любого «с днём рождения».