Римуру в мире цивилизация мудрецов

Следующая неделя прошла удивительно спокойно. Дни постепенно становились холоднее. По утрам лес окутывал густой туман, а жёлтых листьев на земле становилось всё больше. И почти всё это время мы занимались двумя вещами: Подготовкой к зиме. И тренировками слизят. С припасами дела шли неплохо. Мы собирали фрукты. Сушили травы. Запасали дрова. Иногда я снова ходил на охоту, но теперь уже намного осторожнее контролировал силу лука. Хотя однажды всё равно случайно снёс половину валуна. … Прогресс требует жертв. Но куда интереснее были сами слизи. За эту неделю они сделали огромный шаг вперёд. Теперь они уже могли удерживать человеческую форму почти целый день. Без расплывающихся лиц. Без внезапных лишних рук. Ну… Почти. Вельзевул однажды всё равно случайно сделал себе хвост. Причём настолько гордился им, что не хотел убирать обратно. Но главное — Они наконец начали выглядеть как настоящие люди. Точнее… Как дети. Очень маленькие дети. Примерно лет семи. Невысокие. С мягкими чертами лица. И слегка необычными глазами, в которых всё ещё ощущалось что-то нечеловеческое. Причём внешность у всех получалась разной. Некоторые выглядели спокойнее. Другие — энергичнее. Но одно оставалось неизменным: Они были пугающе милыми. Настолько, что временами мне приходилось отворачиваться. Потому что мозг буквально переставал нормально работать. — Это запрещённый уровень милоты… Вельзевул в своей человеческой форме вопросительно наклонил голову. Короткие синие волосы. Широкая ухмылка. И абсолютно невозможный уровень энергии. … Да. Определённо проблема. Но вместе с успехами появилась и новая беда. — Нет-нет-нет, держи равновесие— БУХ. Очередной слизёнок рухнул лицом в траву. Я прикрыл глаза рукой. — Вы правда только сейчас поняли, насколько сложно ходить? Оказалось, удерживать форму человека было легче, чем пользоваться ею. Для слизят наличие ног вообще оставалось концепцией уровня высшей магии. Они постоянно падали. Спотыкались. Путали стороны. А однажды Соня вообще уснул прямо во время ходьбы и врезался в дерево. Причём дерево пострадало сильнее. Сейчас вся поляна возле дома выглядела как тренировочный лагерь для очень странного детского сада. — Вельзевул, не бегай! — Тёплыш, не тащи остальных! — Соня, проснись! Полный хаос. Но… Живой. Шумный. Тёплый. Я сидел возле дома, наблюдая за тем, как очередная группа слизят героически пытается пройти по прямой линии. Безуспешно. И сам не заметил, как начал улыбаться. Ночь была тихой. За окном медленно шелестел холодный ветер, а где-то возле печки спали уставшие после тренировок слизята. Некоторые всё ещё не удерживали человеческую форму во сне и периодически превращались обратно в маленькие дрожащие комочки слизи. Из-за этого по дому временами раздавалось тихое сонное “плю…” Но даже этот шум сейчас казался уютным. Я уже давно уснул, когда мир вокруг внезапно начал меняться. Тьма. Тихий белый свет. И знакомое ощущение присутствия. … Я медленно открыл глаза. Передо мной снова стояла она. Сиель. Белые волосы мягко колыхались в пустоте сна, а золотые глаза, как всегда, оставались спокойными. Но на этот раз— В них чувствовалось напряжение. — Сиель… Даже после стольких дней видеть её снова было странно. Словно часть чего-то потерянного наконец ненадолго вернулась на место. Она молча подошла ближе. — Мастер. Тихий голос эхом разошёлся в белом пространстве. — У меня появилась важная информация. Я сразу стал серьёзнее. — Что случилось? На мгновение вокруг нас появились образы. Птицы. Пустыня. Оазисы. А затем— Фигуры чёрночешуйчатых ящеролюдей. Я слегка нахмурился. — Я обнаружила другую разумную расу. — Ящеролюдей. Сиель подняла взгляд. — И существует высокая вероятность, что примерно через четырнадцать дней они достигнут вашего леса. … Четырнадцать дней. Похоже, новости о лесе уже начали распространяться. Логично. Для местных моё существование — огромная аномалия. Я молча слушал дальше. — Их намерения пока неизвестны. — Однако вероятность разведывательной экспедиции крайне высока. Вокруг снова мелькнули образы. Вооружённые фигуры. Болота. Костры. — Поэтому… Сиель сделала небольшую паузу. — Пожалуйста, будьте осторожны. Я несколько секунд молчал. А затем тихо усмехнулся. — Ты сейчас звучишь как встревоженная жена. … Система сна будто на секунду зависла. Сиель моргнула. А затем очень спокойно ответила: — Если это поможет повысить вероятность вашего выживания, я не возражаю против подобного статуса. … Я закашлялся. — Ты стала опаснее без ограничений Великого Мудреца. — Благодарю. Она ответила это абсолютно серьёзно. Чёрт. Я прикрыл лицо рукой и тихо рассмеялся. Несколько секунд между нами снова повисла спокойная тишина. Та самая знакомая тишина, которой мне так не хватало. Но затем выражение Сиель снова стало серьёзным. — Мастер. — Пожалуйста, не недооценивайте этот мир. — Другие участники уже начинают действовать. Я медленно кивнул. — Понял. Сиель слегка расслабилась. А затем её фигура начала постепенно растворяться в белом свете. Перед тем как исчезнуть окончательно, она тихо произнесла: — И… — Постарайтесь не давать слизятам оружие. … Слишком поздно. На следующее утро я проснулся с тяжёлым вздохом. Сон с Сиель всё ещё оставался слишком ярким в памяти. Ящеролюди. Четырнадцать дней. Другие участники. … Похоже, спокойная жизнь постепенно подходила к концу. Но паниковать смысла не было. Сейчас у меня хотя бы оставалось время подготовиться. Я вышел наружу. Утренний туман медленно стелился между деревьями, а возле дома уже слышалась знакомая возня слизят. Вернее— Детей-слизят. Потому что в человеческой форме они теперь всё больше выглядели как шумная группа семилеток. Причём очень хаотичных. — НЕ БЕГАТЬ С ТОПОРОМ. Вельзевул мгновенно замер. … А затем медленно спрятал топор за спину. Я устало прикрыл глаза рукой. Определённо слишком поздно. После короткого завтрака я наконец столкнулся с новой проблемой. Места больше не было. Чердак дома уже оказался полностью забит припасами. Мешки с зерном. Связки сушёных трав. Соль. Высушенное мясо. Инструменты. Даже часть кузнечных материалов уже лежала наверху. Причём настолько плотно, что вчера Соня случайно уснул прямо на мешках с картошкой и застрял между ними. Поэтому вывод был очевиден. Нужен новый склад. Я стоял возле дома, осматривая свободное место неподалёку от кузницы. — Хмм… Позади тут же появились слизята. Ну конечно. Стоило мне задумчиво посмотреть на участок земли, как они уже поняли: Начинается стройка. Массовое радостное “Плюп!” разнеслось по поляне. — Да, да… помощь принимается. И работа сразу закипела. Ну… Насколько “закипела” это возможно с детьми-слизями. Дубик героически таскал брёвна больше собственного тела. Тёплыш следил за костром возле кузницы. Соня… Соня уснул внутри пустой бочки. Я даже не удивился. Само здание я решил сделать простым, но прочным. Небольшой деревянный склад с каменным основанием, чтобы защитить припасы от сырости. Часть материалов создавал через клонов слизи. Остальное обрабатывал вручную. И постепенно возле дома начало появляться новое строение. Слизята работали surprisingly усердно. Хотя временами всё превращалось в хаос. В какой-то момент Вельзевул решил “помочь” и случайно снёс половину уже готовой стены. — … — … Он виновато отвёл взгляд. Я тяжело вздохнул. — Ты хотя бы пытался. Вельзевул сразу оживился. Похвала успешно нейтрализовала чувство вины. Потрясающе простой механизм. К вечеру каркас склада уже стоял возле дома. Небольшой. Но достаточно вместительный. Я вытер руки от древесной пыли и посмотрел на результат. Дом. Кузница. Ферма. Склад. И десятки шумных слизят вокруг. … Следующие несколько дней я окончательно понял одну страшную истину. Слизята были детьми. Причём очень активными детьми. Их энергия буквально не заканчивалась. Если утром они помогали носить брёвна, то уже через час могли устроить гонки по крыше склада. Вельзевул однажды каким-то образом умудрился застрять в дымоходе. Тёплыш случайно устроил пожар на кухне, потому что “хотел помочь согреть суп”. А Соня… Ну. Соня просто спал в самых невозможных местах. Вчера я нашёл его внутри ящика с луком. Поэтому в какой-то момент я понял: Нужны меры. Серьёзные меры. И тогда я придумал самое страшное наказание. — Сегодня вы начинаете учиться. … Тишина. Абсолютная. Даже птицы в лесу будто замолчали. Слизята в человеческой форме смотрели на меня так, словно я объявил конец света. Писатель : [(Ахахаха вот это я злодей 😈)] Вельзевул нервно поднял руку. — Плю…? — Да. Я серьёзно кивнул. — Читать. — Писать. — Считать. Лица слизят постепенно становились всё мрачнее. Я едва сдерживал улыбку. Потому что, честно говоря, выглядело это слишком забавно. Но оставлять их совсем необразованными нельзя. Особенно если они продолжат развиваться. Поэтому я начал готовить “учебные материалы”. С помощью Обжорства и обработки древесины мне удалось создать тонкие деревянные листы, похожие на грубую бумагу. Затем я аккуратно собрал из них простые книги и тетради. Не идеально. Но вполне пригодно. Для письма я сделал самодельные карандаши из угля, древесины и мягкого графитового камня, который нашёл возле скал. И уже на следующий день возле дома появилась… Импровизированная школа. Честно говоря, даже я не ожидал, что когда-нибудь стану учителем. — Итак. Я написал первую букву на деревянной доске. — Это “А”. Передо мной сидели десятки слизят. С абсолютно несчастными лицами. Особенно Вельзевул. Он выглядел так, будто предпочёл бы снова таскать валуны. — Повторяем. — А. — Плю… — Не “плю”. — “А”. — …Плю-а? Я медленно закрыл лицо рукой. Это будет долгий процесс. Но surprisingly… Они действительно старались. Пусть и жаловались. Пусть и путались. Пусть Вельзевул однажды попытался съесть карандаш. Но они учились. Правда, обучение оказалось для них невероятно утомительным. Концентрация в человеческой форме. Постоянное удержание тела. Попытки читать и писать. Всё это тратило огромное количество энергии. И потому каждый день заканчивался одинаково. К полудню слизята уже буквально падали от усталости. После обеда они засыпали моментально. Прямо где сидели. На столах. На полу. На книгах. Однажды Вельзевул уснул лицом прямо в тетради. И отпечатал себе на щеке половину алфавита. Я сидел возле них, наблюдая за этой картиной, и тихо усмехался. Потому что дом, ещё недавно бывший тихим убежищем, теперь окончательно превратился в шумную маленькую деревню. И почему-то… Мне это нравилось. Густые джунгли шумели от вечернего ветра. Влажный воздух был наполнен запахом сырой земли, болотной воды и дыма от костров. Совсем не похоже на пустыню возле леса Римуру. Поселение лягушколюдей располагалось прямо среди огромных деревьев и болотных озёр. Хижины из дерева и шкур стояли на высоких платформах над водой. Между ними тянулись подвесные мосты из лиан и досок. А вокруг постоянно слышались звуки ночных насекомых и кваканье болотных существ. Сейчас же в центре поселения возле большого костра царила тишина. Грак стоял на колене перед вождём племени. Высокий старый лягушка-человек с тёмной серо-зелёной кожей внимательно смотрел на разведчика тяжёлыми янтарными глазами. На его плечах висел плащ из шкур болотных зверей, а за спиной лежало старое копьё из чёрного дерева. Вокруг костра также сидели охотники и старейшины племени. И все они внимательно слушали доклад Грака. — Значит… Хриплый голос вождя прозвучал спокойно. — Лес действительно существует. Грак медленно кивнул. — Да, вождь Аулрой. — Он огромный. — Озеро… деревья… животные… Он ненадолго замолчал. Потому что дальше начиналась самая сложная часть. Как вообще объяснить то, что он увидел? Вождь заметил его сомнение. — Продолжай. Грак сглотнул. — Там живёт существо. Вокруг костра стало тише. — Какое? Несколько секунд Грак молчал. А затем честно ответил: — Я не знаю. Некоторые охотники недовольно зашипели. Но Грак сразу продолжил: — Оно выглядит как человек. — Но его присутствие… неправильное. Он опустил взгляд. Даже сейчас, вспоминая тот момент, его тело слегка дрожало. — Когда оно оказалось позади меня… — Я даже не почувствовал движения. Вождь Грон слегка нахмурился. — Дух? — Возможно. — Или древний монстр. Вокруг костра послышался тревожный шёпот. Но затем Грак неожиданно добавил: — Но оно не напало. Тишина. — Что? — Оно дало мне воду. — И еду. Некоторые старейшины удивлённо переглянулись. Грак медленно достал из сумки слегка помятый фрукт. Тот самый, который ему дал Вельзевул. — И его слуги… странные. — Синие желеобразные существа. — Но они… не враждебны. Один из охотников нахмурился. — Ты хочешь сказать, что монстр кормил тебя? Грак поморщился. — Именно поэтому я и говорю, что он странный. Он ненадолго замолчал. А затем всё же тихо добавил: — И ещё… — Мне кажется, он был одинок. … Эти слова заставили костёр словно затихнуть. Вождь Грон долго молчал, глядя в огонь. А затем медленно произнёс: — Значит, пока он не проявляет враждебности. — Но лес всё ещё опасен. Грак сразу кивнул. — Да. — Даже животные избегают центра леса. Вождь поднял взгляд на остальных охотников. Вокруг большого костра повисла тяжёлая тишина. Грак всё ещё стоял перед вождём, чувствуя странное беспокойство. Ему не нравилось направление, в котором уходили мысли старейшин. Слишком знакомые взгляды. Слишком тихие перешёптывания. Вождь Грон медленно постукивал когтистыми пальцами по древку копья. А затем заговорил: — Нет. Грак поднял взгляд. Старый лягушка-человек смотрел прямо в огонь. — Пока что никто не пойдёт в тот лес. Некоторые охотники удивлённо переглянулись. Но затем вождь медленно продолжил: — Если это существо действительно настолько сильное… Его глаза слегка сузились. — Тогда лучше привести его сюда. … У Грака внутри всё неприятно сжалось. Он уже понимал, к чему идёт разговор. И ему это совершенно не нравилось. Один из старейшин тихо хрипло усмехнулся. — Как и прошлые племена. Несколько охотников за костром тоже начали ухмыляться. Грак молчал. Потому что знал правду. Многие окрестные “исчезнувшие племена” вовсе не исчезали сами. Лягушколюди заманивали слабые поселения обещаниями союза, воды и защиты. А затем приносили их в жертву своему богу. Так они выживали. Так получали силу. Так росло их племя. И теперь… Они хотели сделать то же самое снова. Только на этот раз целью был не обычный караван и не маленькое племя. А существо, создавшее целый лес. Грак невольно сжал кулаки. — Вождь… Он осторожно поднял голову. — Это может быть опасно. Грон перевёл на него тяжёлый взгляд. — Именно поэтому действовать нужно осторожно. Затем старик слегка повернул голову. Из тени за костром медленно вышла высокая фигура. Ящеролюд. Серая чешуя. Жёлтые глаза. Он был одет в ткань закрепленную к поясу , а на плече висела сумка из чегото кажись кожи какого животного я не понял . Он выглядел молодо. Слишком молодо. Но двигался спокойно и уверенно. Грак узнал его сразу. Оуэн. “Подношение”. Ребёнок ящеролюдов, которого их племя когда-то захватило во время нападения на одно из болотных поселений. С тех пор он вырос среди лягушколюдей. Но пленником быть не перестал. Вождь медленно произнёс: — Оуэн пойдёт с тобой. Грак нахмурился. Оуэн никак не отреагировал. Только молча стоял возле костра. — Вы войдёте в доверие к лесному хозяину. — Подружитесь с ним. — И приведёте его сюда. Тихий голос старика звучал пугающе спокойно. — Пока он следует нашим указаниям… Вождь перевёл взгляд на Оуэна. — Его жизнь будет сохранена. На секунду в глазах ящеролюда промелькнула холодная ненависть. Но исчезла почти мгновенно. Он медленно склонил голову. — Как прикажете. Грак почувствовал тяжесть в груди. Ему не нравилось это.