Король существует ради своего народа, ибо без него он ничто.

К утру вчерашнее настроение улетучилось. К тому моменту, как его голова коснулась подушки, Гарри был благодарен за многое. За то, что они пережили встречу с Гремучей ивой, за то, что его не исключили, за то, что Эд вернулся и не злится на него. Но когда он очнулся, все его тело болело от синяков, полученных при падении с дерева. Симус и Дин все еще просили рассказать их историю в пятый раз, а Рон в подавленном состоянии пытался починить свою палочку с помощью скотча. — За завтраком будет еще хуже… — мрачно сказал он, когда они с Гарри и Эдом шли в Большой зал на завтрак. Временная эйфория от славы прошла. Несмотря на все попытки казаться невозмутимым, Эд слегка прихрамывал и шел немного медленнее обычного, поэтому Рон и Гарри замедлили шаг, чтобы идти вместе. Они вошли в Большой зал под новый шквал перешептываний. Гарри не поднимал головы, пока они шли к столу Гриффиндора и садились рядом с Гермионой. — Доброе утро. — сказала она немного натянутым голосом. Она явно не простила Гарри и Рона за нарушение правил. Затем она заметила Эда, стоявшего рядом, и ее лицо смягчилось. — Как нога? Ты уже провел техобслуживание? Эд застонал. — Я сделаю это после завтрака. Гермиона широко раскрыла глаза. — Уинри сказала, что нужно сделать это сразу после пробуждения! — Моя нога не развалится, если я подожду час! Гарри окинул взглядом остальные столы, наваливая на свою тарелку тосты и бекон. Линг почти сразу поймал его взгляд и ухмыльнулся ему с другого конца зала. Когда их глаза встретились, Линг просто показала ему большой палец вверх. Ну, конечно. Из всей их компании Линг больше всех был бы в восторге от летающей машины. Затем он заметил за столом Пуффендуя Лан Фан, которая сосредоточенно доедала, похоже, уже вторую тарелку овсянки. Наконец он окинул взглядом стол Когтеврана и увидел, что Уинри разговаривает с… — Значит, Ала распределили в Когтевран? — сказал он скорее себе, чем кому-то ещё. Действительно, галстук Ала теперь был в сине-бронзовую полоску, и он выглядел вполне довольным, сидя среди орлов и болтая о чём-то с Уинри. Девочка с длинными светлыми волосами, которую он видел разговаривающей с Джинни во время распределения, тоже попала в Когтевран и сидела по другую сторону от Ала, кажется, читая журнал вверх ногами. — Ага! — сказал Эд с гордой усмешкой. — Я думаю, что Шляпа провозилась с ним не менее шести минут. Она действительно зашла в тупик! Эд потянулся за кусочком тоста, продолжая говорить. — Полагаю, это делает меня самым необычным в семье. Папа тоже был когтевранцем. Хотя… Шляпа считала, что я поступаю в Когтевран. — Это те факультеты, между которыми выбирала шляпа? — Спросила Гермиона. — Для меня тоже был выбор между Когтевраном и Гриффиндором. — Ну, Шляпа сказала, что я интересный случай. — ответил Эд, жуя тост. — Сказала, что у меня храбрость гриффиндорца, любознательность когтевранца, трудолюбие пуффендуйца и амбиции слизеринца. На самом деле я мог попасть на любой факультет. Рон закатил глаза. — Ладно, Линга я еще могу представить слизеринцем, но тебя? Точно нет. Гарри был вынужден согласиться. Шляпа тоже рассматривала его кандидатуру для поступления на Слизерин, но он не думал, что сможет пережить хотя бы день под руководством Снейпа. В конце концов, его наверняка исключили бы ещё вчера. Сверху донесся шорох крыльев — прибыла утренняя почта. Десятки сов вылетели из одного из верхних окон и закружили под зачарованным потолком, выискивая адресатов для писем и посылок. Одна сова спикировала к Невиллу, неся посылку от его бабушки. Другая сова спикировала прямо на стакан с молоком Гермионы. Та вскрикнула и чуть не подпрыгнула на месте. — Эррол! — воскликнул Рон, доставая из банки полумёртвую сову и приглаживая её перья. Внезапно он застыл на месте, не сводя глаз с ярко-красного конверта, привязанного к когтям Эррола. — О нет… — Что это? — спросил Гарри, заметив, что Эд и Невилл отпрянули. Рон дрожащими пальцами взял конверт. — Это «Ревун». — пискнул Невилл, прикрывая уши руками. — Лучше открой его, Рон. Однажды мне прислали такой от бабушки, и я пытался не обращать на него внимания… Это плохо закончилось. Рон просто смотрел на конверт, даже когда его швы начали дымиться. — Давай уже покончи с этим. — процедил Эд, напряженно расправив плечи. Гарри и Гермиона переглянулись, совершенно не понимая, чего ожидать. Рон, преодолев страх, просунул палец под печать и вскрыл конверт. Усиленный магией голос миссис Уизли разнесся по всему залу с такой силой, что Гарри был уверен: его слышно за много миль. Рон все ниже и ниже опускался на своем месте, а в ушах у Гарри стоял ужасный звон. «УГОНАЛ МАШИНУ! Я БЫ НЕ УДИВИЛАСЬ, ЕСЛИ БЫ ТЕБЯ ВЫГНАЛИ ИЗ ШКОЛЫ. ПРОШЛОЙ НОЧЬЮ Я ПОЛУЧИЛА ПИСЬМО ОТ ДАМБЛДОРА. ДУМАЛА, ТВОЙ ОТЕЦ УМРЕТ ОТ СТЫДА. ВЫ С ГАРРИ МОГЛИ ПОГИБНУТЬ. ПОЛНОЕ БЕЗРАСУДСТВО.У ТВОЕГО ОТЦА ТЕПЕРЬ ПРОБЛЕМЫ НА РАБОТЕ, И ВО ВСЕМ ЭТОМ ВИНОВАТ ТЫ. ЕСЛИ ТЫ ЕЩЕ РАЗ ВЫЙДЕШЬ ЗА РАМКИ, МЫ ОТПРАВИМ ТЕБЯ ДОМОЙ!» Закончив свою словесную тираду, «Ревун» рассыпался в пепел. Гарри услышал смех в других уголках зала, в основном со стороны Слизерина. В конце гриффиндорского стола Джинни изо всех сил старалась сделать вид, что она не родственница Рона Уизли. — Ну... — Гермиона попыталась откашляться, выглядя немного измотанной. — А чего еще ты ожидал... — Пожалуйста, не говори мне, что я это заслужил. — простонал Рон, закрыв лицо руками. Гарри чувствовал себя ужасно, и завтрак уже не казался ему таким аппетитным. У мистера Уизли были проблемы на работе из-за того, что они с Роном натворили. Вот так он отплатил за щедрость Уизли. Ему было всё равно, что подумают Дурсли о его нарушении правил. Скорее всего, они были разочарованы тем, что Гремучая Ива не смогла его убить. Но мистер и миссис Уизли… он подвёл их самым ужасным образом. Не успел он об этом подумать, как увидел Макгонагалл, которая обходила класс, совершенно не обращая внимания на Ревуна. Она раздала каждому ученику расписание на год. — Посмотрим… — сказал Эд, пробегая глазами по своему расписанию. — Сначала травология, потом трансфигурация. После обеда — защита от тёмных искусств. Гарри застонал. Ему не хотелось сегодня терпеть Локхарта. К его ужасу, Гермиона достала перо и начала ставить сердечки напротив всех уроков защиты в своем расписании. —Серьёзно, Гермион?! — сказал Рон, заметив, что она тоже что-то рисует. — Что ты нашла в этом парне? — Он гениальный. — буркнула Гермиона, пряча расписание. Эд закатил глаза. — Не похоже, что у него есть хоть одна настоящая косточка в теле. — Ты с ним еще даже не знаком! — Не нужно быть с ним знакомым, чтобы понять это. Гермиона покраснела и собрала свои вещи, по-видимому, решив пораньше отправиться на травологию. Пока остальные заканчивали завтрак, Гарри и Рон отправились в теплицы для занятий травологией, которые находились в нескольких минутах ходьбы от ворот замка. Эд пообещал догнать их после того, как закончит с техобслуживанием. В прошлом году они делили время занятий травологией с пуффендуйцами, и в этом году ничего не изменилось. Гарри увидел вдалеке группу однокурсников из Пуффендуя, во главе которых шли двое, в которых он с трудом узнал Эрни Макмиллана и Ханну Эббот. Вскоре все собрались у входа в теплицы в ожидании профессора Спраут. Она появилась через несколько минут с большим рулоном бинтов для растений в руках. К ужасу Гарри, ее сопровождал Локхарт, чья безупречная мантия каким-то образом физически не могла испачкаться. — Доброе утро, ученики! — сказал он с улыбкой. Гарри увидел, как только что вошедший Эд закатил глаза. — Я как раз показывал профессору Спраут, как правильно лечить Гремучую иву! У профессора Спраут было кислое выражение лица, и Гарри было ясно, что она не нуждалась в чьей-либо помощи, чтобы вылечить дерево. Он видел её на холме напротив, несколько её ветвей были перевязаны. — Сегодня у нас третья теплица, ребята. — объявила профессор Спраут. Невилл и Ханна Эбботт обменялись застенчивыми, но решительными улыбками. В прошлом году они оба получили высшие баллы по травологии и, похоже, больше всех хотели поработать с самыми опасными растениями. — Я больше не буду отнимать у вас время! — заявил Локхарт. — Увидимся на моем уроке... — он заметил Гарри, и его улыбка стала шире. — Я давно хотел с тобой поговорить, Гарри. Не возражаете, если я украду его на несколько минут, профессор Спраут? Профессор Спраут выглядела так, будто ей это очень не нравилось, как и самому Гарри. Улыбка Локхарта нервировала. Он сделал шаг к открытой двери теплицы, но Локхарт попытался обнять его за плечи. Гарри почувствовал, как чья-то рука крепко сжала его запястье, и чуть не споткнулся, когда кто-то затащил его в теплицу. Он обернулся и увидел, что Лан Фан отпустила его. Когда все ученики оказались внутри, Спраут повернулась к Локхарту. — Вы можете встретиться с Поттером в свободное время. — строго сказала она. — Если я не ошибаюсь, у вас сейчас урок с шестикурсниками. Не опаздывайте, Гилдерой. На мгновение в глазах Локхарта мелькнуло разочарование, но он быстро взял себя в руки. — Конечно, отличная идея! — сказал он, как будто преподавание было всего лишь предложением, а не обязательным условием. — Тогда я пойду! Спраут закрыла дверь в теплицу и жестом велела ученикам встать по обе стороны длинного садового стола. На столешнице стояли десятки горшков с растениями, из которых виднелись только дрожащие зеленые листья. — Занимайте места, пока я готовлю материалы для урока! — объявила она. — Не трогайте растения, пока я не вернусь! — Предыдущий опыт занятий травологией был для них достаточным предупреждением. Магические растения могут быть опасны, если с ними неправильно обращаться. Гарри и Рон оказались рядом с Лан Фан и ещё одним пуффендуйцем, чьё имя Гарри не мог вспомнить. Гермиона и Эд из-за нехватки места встали рядом с Невиллом и Симусом. — Спасибо, что спасла меня. — Гарри повернулся к Лан Фан. Она кивнула. — Похоже, тебе нужен был повод. — Так и есть. А ты быстро сориентировалась. Лан Фан кивнула. — Лингу не раз приходилось сталкиваться с нежелательными встречами. Одна из моих обязанностей — помогать ему справляться с ними... или, в некоторых случаях, убегать от них. — Не понимаю, почему ты не хочешь с ним разговаривать! — сказал другой мальчик с Пуффендуя. — Локхарт же гений! Знаешь, меня хотели принять в Итон, и мама была разочарована, когда я решил поступить сюда. Она передумала, только когда я показал ей книги Локхарта. Гарри смутно припоминал, что дядя Вернон уже говорил ему об Итоне. Это была престижная школа, но, будь у него выбор, он бы предпочел магию. — Извини, а ты... — Сказал Рон, подыскивая ответ. — Джастин Финч-Флетчли! — сказал парень, протягивая ему руку. — Это была твоя летающая машина, верно? Рон покраснел и отдернул руку. — И, конечно, все знают Гарри Поттера! — продолжил Джастин. — А еще в вашей группе лучшая ученица нашего курса Гермиона Грейнджер, борец с троллями Эдвард Элрик и сын министра Линг Яо! Все они уже многого добились! Из всего, чем мог прославиться Эд, борьба с троллями — это совсем не то, чего ожидал Гарри. С другой стороны, похоже, у Джастина хватило такта не указывать в качестве причины известности Эда то, что «профессор ему ногу ампутировал». — И ты тоже. — Джастин повернулся к Лан Фан, которая вздрогнула от прямого обращения. — Я имею в виду, что ты так опекаешь Яо, что даже сопровождаешь его в коридорах! Гарри вспомнил, как в прошлом году впервые встретился со студентами по обмену в Хогвартс-экспрессе. Лан Фан представилась телохранителем Линга и почти повсюду следовала за ним по пятам. Гарри никогда не задавал ей лишних вопросов. «С каких это пор у сыновей министров есть двенадцатилетние телохранители?» Воспоминание, произнесенное голосом Малфоя, вернулось к нему. Если подумать, это было немного странно. Если Линг был настолько важной персоной у себя на родине, что ему приставили личного телохранителя, то разве этот телохранитель не должен был только начать свое магическое образование? — Каково это — быть телохранителем Линга? — осмелился спросить он, почти не надеясь получить ответ. — Вряд ли она тебе что-нибудь расскажет! — со смехом сказал Джастин, когда лицо Лан Фан покраснело. — Я уже целую вечность ее допрашиваю, но она как воды в рот набрала. Наверное, это государственная тайна! Лан Фан с минуту разглядывала их, а потом вздохнула. — Потому что я не являюсь его охранником... официально. — Так... вы действительно просто друзья? Этот термин ей тоже не очень подходил, но она всё равно кивнула. — Просто... мне так проще себя называть. Рон и Джастин выглядели одинаково озадаченными, и Гарри чувствовал то же самое. Он не мог представить себе мир, в котором проще назваться телохранителем, чем другом. — И на самом деле это не в интересах министра. — продолжила Лан Фан, прищурившись при упоминании их министра магии. Гарри вспомнил о различных скандалах, которыми Линг делился с ним в «Флориш и Блоттс», и стало ясно, что Лан Фан разделяет негативное отношение Линга к его отцу. — Мой дедушка — давний друг его матери, так что мы знакомы с детства. Линг займет должность, которая сделает его... популярным. Я поклялась защищать его, когда дело дойдёт до этого. Гарри не знал, где проходит грань между телохранителем и очень преданным другом, но Лан Фан, казалось, была готова балансировать на этой грани. — Пожалуйста, не распространяйтесь об этом. — с панической настойчивостью сказала Лан Фан. — Чем больше людей будут думать, что это официальная позиция, тем меньше у них будет соблазна что-то предпринять. — Молчу! — поспешно сказал Джастин, выставив руки в защитном жесте. Рон и Гарри тоже кивнули. Хотя они не сомневались, что Лан Фан сможет защитить Линга, если до этого дойдет. Даже несмотря на то, что она училась только на втором курсе, они с Эдом были единственными учениками, которые регулярно устраивали драки, если судить по их физическим состязаниям и спаррингам в прошлом году. Не успели они о чем-то договорить, как вернулась профессор Спраут с лопатками и охапкой наушников. Весь урок они занимались пересадкой мандрагор, не снимая наушников, чтобы не слышать душераздирающие вопли живых растений. Лан Фан действовала очень эффективно и пересадила большинство мандрагор в их группе. К концу урока все они были перепачканы грязью, и у них едва хватило времени, чтобы быстро принять душ перед следующим занятием. Гарри и остальные гриффиндорцы поспешили на трансфигурацию вместе со своими однокурсниками с Когтеврана, а их однокурсники с Пуффендуя пошли на чары вместе со Слизерином. Трансфигурация, как всегда, оказалась непростой задачей: Гарри никак не мог превратить жука в пуговицу. Эд справился с первого раза, как и всегда, когда дело касалось превращения животных. Гермиона тоже сдала с блеском, а Рон в отчаянии стукнул сломанной палочкой по столу, и жук, которого он получил, заметался по столу, пытаясь увернуться от дыма, валившего из кончика палочки. — Тупая… бесполезная… — прошипел Рон себе под нос, едва сдерживая раздражение. Макгонагалл неодобрительно посмотрела на него, и Рон быстро прикрыл сломанную часть палочки рукой, когда она проходила мимо. — Напиши домой, чтобы прислали другую. — предложил Гарри, отступая подальше от вспыхнувших искр. — И получить еще один «Ревун». — нахмурился Рон. — Кроме того… — его лицо покраснело. — После того, что случилось с Локхартом, с деньгами туго. Гарри подумал о деньгах, лежащих в его хранилище. Миссис Уизли велела ему потратить их на себя, но… — А что, если я подарю тебе палочку на Рождество или на твой день рождения? — предложил он. — Я закажу ее заранее, чтобы ты получил ее сейчас, а на праздник ничего не получишь. Рон, казалось, почти согласился, но в конце концов покачал головой. — Ты не должен расплачиваться за мои ошибки. — проворчал он, глядя в сторону. — Это была моя идея — полететь на машине. И всегда говорят, что палочка выбирает волшебника. Вряд ли какая-нибудь старая палочка, заказанная с совой, подойдет. Не совсем верная палочка, конечно, лучше, чем та, что грозилась взорваться при каждом заклинании, но Гарри знал, что в данный момент Рона не переубедить. Тем не менее он отложил эту мысль в долгий ящик, наблюдая за тем, как Уинри пытается справиться с заклинанием. Жук стал более плоским, но его лапки по-прежнему торчали по бокам пуговицы. Эд отпрянул, когда Уинри попыталась исправить заклинание. Прозвенел колокол, созывая студентов на обед. Гермиона оставила себе почти полдюжины трансфигурированных пуговиц на хранение, а Эд отменил заклинание на всех своих жуках и вернул их Макгонагалл. — Чары — это определенно мое. — вздохнула Уинри, когда их компания из пяти человек шла в Большой зал. — А от трансфигурации меня до сих пор в дрожь бросает. — Ты справилась лучше половины класса. — возразила Гермиона, хотя от этих слов Рон еще больше нахмурился. — Если я в чем-то хороша, это не значит, что мне это нравится. — сказала Уинри. — Я нашла свою нишу, так что сосредоточусь на этом. — И что же это? — Пока что — чары. С зельеварением все в порядке, когда Снейп не дышит тебе в затылок. Эти предметы больше всего связаны с медициной. — Жаль, что у них нет курса механики… — сказал Эд. — В этом ты была бы лучшей в школе. В прошлом году Уинри упомянула о своем интересе к сочетанию магии и маггловских технологий, чтобы усовершенствовать методы лечения серьезных травм в волшебном мире. Гарри не мог не взглянуть на ногу Эда. Он упомянул, что Уинри наложила на нее какие-то чары, пока они были в поезде, но, учитывая период восстановления, вряд ли они сработают в ближайшее время. Они вошли в Большой зал. Гарри, Рон и Гермиона заняли свои места, но Эд остался стоять, просто взял тарелку и наложил на нее всего понемногу. — Что ты делаешь? — спросил Рон. — Обед. Помнишь? — А, точно. Вместо того, чтобы сидеть за столами факультетов, Эд и остальные члены межфакультетского квартета предпочитали хотя бы раз в день обедать вместе, собираясь либо на лужайке перед замком, либо в одном из внутренних дворов. Гарри уже видел, как Линг балансирует с тремя тарелками в руках, положив свободную руку на плечо Ала, пока тот накладывал себе еду. — Ал поедет с вами? — А почему бы и нет? — спросил Эд, наконец-то довольный выбранной порцией. Он помахал на прощание и присоединился к Уинри и Лан Фан у входа в Большой зал. — Увидимся на занятиях по защите! Все трое помахали им в ответ, когда Эд, Ал, Уинри, Лан Фан и Линг скрылись за углом. — Похоже, теперь это межфакультетский квинтет… — задумчиво произнесла Гермиона, ковыряясь в еде. Гарри старался наслаждаться обедом и готовиться к неизбежному кошмару, который ждал их на уроке Локхарта. Чем дольше длился обед, тем сильнее ему казалось, что за ним наблюдают. В большей степени, чем обычно. Он поднял глаза и увидел напротив себя нервного первокурсника. Гарри не сразу узнал в нем того самого тихоню, за сортировкой которого он наблюдал. — П-привет, Гарри. — пропищал он. — Меня зовут Колин Криви. Я… я хотел спросить, можно ли тебя сфотографировать. Гарри моргнул. — С…фотографировать? Колин лихорадочно закивал, держа в руках что-то похожее на обычную маггловскую камеру. — Я всё о тебе прочитал, ты просто чудо! Знаешь, я никогда не понимал, что все эти странные вещи, которые происходят вокруг меня, — это магия, пока не получил письмо. Мой папа тоже не понимает, он молочник. Но здесь всё такое чудесное, и кто-то показал мне, как проявлять плёнку, чтобы она двигалась! Вот я и подумал, что смогу сфотографироваться с тобой, и, может быть, ты сможешь… подписать это... —Раздаёшь автографы? — Гарри простонал, когда к нему подошел Малфой в сопровождении Крэбба и Гойла. Он действительно не понимал, как у этой троицы нашлось время на обед, ведь большую часть дня они мучили его. — Стройтесь в очередь, Поттер раздает автографы! Ближайшие к нему гриффиндорцы попятились, пытаясь избежать конфликта. Гарри беспомощно оглянулся на стол преподавателей в поисках поддержки, но, похоже, единственным, кто это заметил, был... — Из-за чего весь этот шум? Кто раздает фотографии с автографами? Улыбка Локхарта не сходила с лица, и он облегченно вздохнул, увидев Колина с камерой, направленной на Гарри. — О, конечно! Мы снова встретились, Гарри. А теперь, юный Криви, как насчет двойного портрета? Мы можем выйти в коридор, чтобы еда не закрывала наши лица. Гарри попытался вывернуться, когда Локхарт потащил его из Большого зала, а Колин бежал за ними по пятам. Локхарт схватил его за плечо. «Где же Лан Фан, когда она так нужна?» — была единственная мысль, которая крутилась у него в голове, пока Колин делал снимок за снимком. — Отлично! — сказал Локхарт после того, как сработала по меньшей мере дюжина вспышек. — Проявите пленку, и мы оба подпишем ее! — Колин энергично закивал, словно ему поручили самое важное задание в жизни. — Пока ты со мной, Гарри, давай прогуляемся и поговорим! — сказал Локхарт, не отпуская руку Гарри. — Я еще не закончил обедать... — Ах, слава… — с сожалением сказал Локхарт, — она не оставляет времени ни на что другое. Я и сам еще не пообедал. Между встречами и уроками нет времени на полноценный обед. Просто не забудь плотно поужинать сегодня вечером. Гарри почувствовал, как его ведут по коридору. Он оглянулся на двери Большого зала. Рон и Гермиона собирались броситься в погоню, но пока отставали. — Честно говоря, именно поэтому я и хотел перехватить тебя до урока травологии. — сказал Локхарт, слегка покачивая головой, словно разочарованный родитель, и повел его в сторону кабинета защиты. — Боюсь, это я внушил тебе эту идею. Жажда славы. Вот почему ты летел на машине в школу! — На самом деле это было не... — Послушай, Гарри, в твоём возрасте слава — это ещё не всё! Я уверен, что, когда ты достигнешь моего уровня, ты будешь скучать по тем временам, когда у тебя было время подписывать фотографии и давать интервью в свободное время. Так что, Гарри, послушай моего совета: не торопись! Не хочу, чтобы люди считали тебя заносчивым, ясно? Гарри чувствовал, как его лицо краснеет все сильнее и сильнее, пока Локхарт вел его по коридору. Несколько учеников обернулись и смотрели на них, а за их спинами раздавался смех. Локхарт отпустил Гарри только тогда, когда они вошли в класс, и тот тут же бросился на заднюю парту, используя коллекцию Локхарта как баррикаду от настоящего профессора. Через несколько минут вошли Рон и Гермиона и сели по обе стороны от него. Гарри бросил на них взгляд, а затем снова посмотрел на Локхарта, который, казалось, был занят укладкой волос. — У тебя красное лицо. — сказала Гермиона, нервно постукивая пальцами. — Лучше бы Колин и Джинни не встречались… — прошептал Рон. — Они могут создать фан-клуб. — Не говори ничего подобного! — настойчиво прошипел Гарри. Он не поднимал головы до конца обеда и перемены, не желая, чтобы Гермиона уделяла «Путешествию с вампирами» еще больше ненужного внимания. Постепенно к ним присоединились остальные гриффиндорцы и слизеринцы. Малфой усмехнулся, увидев Гарри. — Что случилось? — спросил Эд, присаживаясь за соседний стол рядом с Лингом. — Не спрашивай. Как только все расселись и прозвенел последний звонок, Локхарт одарил их лучезарной улыбкой. — Добро пожаловать на урок Гилдероя Локхарта, кавалера ордена Мерлина третьей степени, почетного члена Лиги защиты от темных сил и пятикратного лауреата премии «Еженедельника ведьм» за самую очаровательную улыбку! Гарри посмотрел на Эда, который только что закончил собирать собственную коллекцию книг и теперь хотел только одного — сжечь их в камине в общей гостиной. Линга это тоже не впечатлило, и он, казалось, вообще не слушал. Гермиона ловила каждое слово, но остальные отнеслись к этому как минимум скептически. — Я вижу, у всех есть полный комплект моих книг! — лицо Локхарта на мгновение исказилось от недовольства. — Мистер Яо, где ваши книги? — Он поделится. — не моргнув глазом, сказал Линг, тыча большим пальцем в Эда. Судя по испепеляющему взгляду, который он бросил на Линга, Эд не был в курсе происходящего. — Жадюга. — пробормотал он себе под нос. Локхарт фальшиво рассмеялся. — Как хочешь. Хотя теперь у тебя могут возникнуть проблемы с первым заданием. Локхарт взмахнул волшебной палочкой, и стопка бумаг начала сама расходиться по партам. — Сегодня мы начнем с небольшой викторины, чтобы проверить, насколько хорошо вы запомнили прочитанное. У вас тридцать минут, начинаем! Гарри просматривал стопку бумаг на столе, и с каждой секундой его охватывало все большее возмущение. Там не было ни одного вопроса по защитной магии, только вопросы о личности Локхарта. Это просто не могло быть утвержденной учебной программой! Это была защита от темных искусств, а не Локхартология! Он огляделся, не зная, что делать. Рон выглядел таким же растерянным, с его пера на пергамент капали чернила. Гермиона уже увлеченно строчила. Дин и Симус сидели в первом ряду, склонившись над своими работами и хихикали. Эд сверлил Локхарта убийственным взглядом, его работа была нетронута, а Линг решил, что будет продуктивнее потратить время на то, чтобы превратить свою работу в бумажный самолетик. У Гарри совсем пропал интерес к урокам. Квиррелл был злодеем, но, по крайней мере, его уроки были хоть как-то связаны с реальностью. Локхарт же был совершенно бесполезен. Он записывал свои догадки в ответ на вопросы, даже не пытаясь вспомнить ту единственную главу «Путешествий с троллями», которую ему удалось прочитать. Он просто придумывал самый напыщенный ответ и записывал его. Полчаса пролетели незаметно, и Локхарт собрал их работы, неодобрительно глядя на растущую армию крошечных бумажных самолетиков Линга. Он пролистал ответы на своем столе, разочарованно вздыхая над каждым из них. — Как жаль, что большинству из вас, похоже, нужно внимательнее читать текст. — сказал он, качая головой. — То есть всем, кроме Гермионы Грейнджер. Ей высший балл и десять очков Гриффиндору. Гермиона сияла от гордости. Эд и Рон выглядели так, будто их предали. — Итак! — сказал Локхарт, снова взмахнув палочкой. Из-за его стола вылетел предмет, похожий на птичью клетку, обтянутую бархатом. — Предупреждаю, что моя задача — вооружить вас для борьбы с самыми тёмными существами, известными волшебному миру! В этой комнате вы можете столкнуться со своими самыми страшными страхами. Знайте, что, пока я здесь, вам ничего не угрожает. Поэтому для нашего первого урока я приготовил кое-что особенное. Прошу вас не кричать. Это может их спровоцировать! Он сдернул ткань, открыв клетку, полную крошечных, почти гуманоидных фигурок с голубой кожей и крошечными крыльями колибри. Симус издал хриплый смешок. — Корнуоллские пикси, сэр? — спросил он. -— Разве они не безобидны? — Не будь так уверен! — улыбнулся Локхарт. — Они могут быть дьявольски мелкими негодяями. Линг наклонился и что-то прошептал Эду на ухо, и Гарри увидел озорную ухмылку на лице своего одноклассника. — На первом практическом занятии вы просто будете ловить пикси, когда я их выпущу. — сказал Локхарт, обходя свой стол. — Это будет несложно. В «Годе йети» есть отрывок, в котором подробно описано, как я справился с похожим роем, так что те из вас, у кого хорошая память… — Гермиона выпрямилась. — справятся. Рука Эда взметнулась вверх, как ракета. — Да, мистер Элрик? — Профессор Локхарт, сэр… — сказал Эд с изрядной долей злорадства. — Мы все с нетерпением ждали возможности увидеть вас в деле после прочтения ваших книг. Вы просто потрясающий! Я бы многое отдал,чтобы увидеть вашу практическую демонстрацию! — Я тоже! — эхом отозвался Линг. — Почему бы вам не разобраться с пикси, а мы пока будем записывать? Улыбка Локхарта слегка померкла. Несколько слизеринцев поняли, что задумали Эд и Линг, и отшутились в том же духе, как и Дин Томас с Роном. Это был почти беспрецедентный момент единения. — Было бы здорово, если бы этим занялся профессионал! — решил вмешаться Гарри, и это, похоже, стало решающим аргументом. — Очень хорошо! — сказал Локхарт, откидывая волосы назад. — А теперь почему бы вам всем не встать у дальней стены, чтобы у меня было побольше места? Ученики так и поступили. Гарри заметил, что Эд и Линг заняли стратегически выгодную позицию ближе всего к выходу. Локхарт расправил рукава и взмахнул палочкой, открывая засов, удерживающий пикси. Гарри был рад, что все они отошли в сторону, потому что не хотел оказаться в эпицентре хаоса, который тут же начался. Пикси перевернули все, что не было привинчено к полу, от парт до сумок, которые некоторые ученики по незнанию оставили в классе. Две пикси вцепились в Невилла и попытались утащить его. Симусу, Дину и Салли-Энн Перкс пришлось приложить все усилия, чтобы удержать его на месте. Тем временем Локхарт все больше и больше терял самообладание, а взмахи его волшебной палочки, казалось, лишь забавляли пикси. — Пескиписки Пестерноми… Но одна особенно храбрая пикси выхватила палочку прямо у него из рук и выбросила в окно. Писк Локхарта заглушил звон колокола. — Вот и конец урока! — крикнул Эд, распахивая дверь класса. Ученики хлынули наружу, и Рону пришлось буквально тащить Гермиону за собой, чтобы она не бросилась на помощь Локхарту. — Удачи, профессор! — крикнул Линг, выходя последним, и захлопнул за собой дверь класса. Двадцать учеников стояли у кабинета Защиты от темных искусств, тяжело дыша, хотя и не делали ничего особенного. То, что даже Малфой выглядел довольным результатом, красноречиво свидетельствовало о том, насколько им всем не нравился Локхарт. — Ну как тебе способ избежать нежелательной встречи? — спросил Линг широко улыбнувшись. — Не могу поверить, что мы это сделали! — в ужасе пробормотала Гермиона. — Мы заперли учителя в комнате, полной пикси! — Он справится. — сказала слизеринка, которую Гарри знал только в лицо. Она окинула Эда оценивающим взглядом. — Молодец, Элрик. Эд просто пожал плечами, и теперь Гарри понял, что он имел в виду, когда говорил, что в нем есть что-то от слизеринца.