The Disorder of the Phoenix

— Вы встречались с ним, Нарцисса, — повторил Лорд Волан-де-Морт. — Да, мой Лорд, — произнесла Нарцисса. Она ненавидела говорить на этих собраниях. Она никогда не принимала Тёмную метку, никогда не хотела быть Пожирателем смерти и никогда добровольно не приглашала этого монстра в свой дом. — Что он рассказал? — спросил Лорд Волан-де-Морт. — Мы побеседовали, — ответила она, балансируя на грани упрямства. Люциус потянулся за её рукой под столом. Ей хотелось оттолкнуть его. — Побеседовали. О чём же вы побеседовали? — его каденцию было неприятно слушать. — О его работе. Он был профессором Защиты от Тёмных искусств и сказал, что мы проиграли войну. — Вот как? — поиздевался Лорд Волан-де-Морт. — И он сказал, как именно? — Нет. — Что-нибудь ещё важное? И чем вы занимались во время этой беседы? — Мы вместе пили чай, и он преподавал в Ильверморни, а не в Хогвартсе. — Он отправился в Штаты, любопытно, — размышлял вслух Лорд Волан-де-Морт. — Что насчёт его сына? — спросил Хвост. Нарцисса едва сдержалась, чтобы не зарычать на него, ведь Тедди был её племянником. Мысль о том, что они с Дромедой могли бы восстановить общение, пустила корни в её разуме. Она сохранила бесстрастное выражение лица, но вонзила ногти в руку Люциуса. — Ему семь, — только и смогла сказать она. — Слабость, — произнес Лорд Волан-де-Морт с варварской улыбкой. — Вовсе нет, — отрезала Нарцисса. Тёмный Лорд повернулся к ней, и впервые за этот вечер она полностью завладела его вниманием. Она говорила и раньше, но до этого он был сосредоточен на её муже. — Ребёнок — это всегда самая большая слабость его родителей. — Это была угроза жизни Драко, и на мгновение ослепительно-белая ярость пронзила её разум. — Вы едва справились с Поттером, когда тот был ребёнком. Теперь он взрослый, состоявшийся волшебник. Если вы пойдёте против его сына, он перевернёт рай и ад, чтобы уничтожить вас, — выплюнула Нарцисса. Заклятие Круциатус обрушилось без предупреждения, без милосердия. Всякая боль относительна, всякое страдание когда-нибудь закончится. Но в те мгновения, в те часы, когда оно владеет тобой, боль — это император, навязывающий свою власть твоим мыслям, твоему существованию. Нарцисса очнулась, её тело сотрясала неконтролируемая дрожь. Она находилась в тёплой ванне, пар сладко пах, а вода выплескивалась из купели, пока женщина заново училась управлять своим телом. Люциус был в ванне вместе с ней, обнимая её. Он молчал. Она прижалась к его груди, он поцеловал её в висок. Её горло саднило от крика. Нарцисса дала волю слезам, пока муж держал её в руках. Они были беспомощны, и единственная надежда Нарциссы заключалась в том, что Гарри Поттер найдёт способ убить Тёмного Лорда прежде, чем Тёмный Лорд уничтожит всё, что она любила. Собрание Ордена затянулось до утра, Гарри помалкивал о крестражах, но описал убийство Амелии Боунс, пропавших без вести людей и побег из Азкабана. Гарри обнаружил, что вопросы, которые задавали ему члены Ордена, позволяли давать наиболее глубокие и развернутые ответы. Гарри не провёл последние семь лет, бесконечно анализируя войну, напротив, Гарри делал всё возможное, цеплялся за любое отвлекающее занятие, чтобы у него не оставалось ни единой свободной минуты для мыслей о войне. Каждую ночь он засыпал от полного физического и ментального истощения. Кингсли, Грюм и Северус были тремя самыми важными людьми, сидевшими за столом, не считая Андромеды и Гарри. — О, и Тед, — сказал Гарри, вспомнив, — кто-то в больнице Святого Мунго дарит пациенту горшок с Дьявольскими силками. — Прошу прощения? — переспросил Тед, выпрямляясь. Он слушал, но накануне работал, а в четыре часа утра человек способен переварить лишь ограниченное количество кошмаров, прежде чем в него просочится усталость. — Дьявольские силки, больница Святого Мунго, кого-то убьют. И какой-то целитель нашёл способ вернуть Лонгботтомов. Тед теперь окончательно проснулся: — Как? — Вы добавляете 1 грамм лунного камня и лепестки асфоделя, по лепестку за каждый год, в старящее зелье. Оно омолаживает разум так же, как и тело. Какая-то старая ведьма изобрела его, пытаясь снова сделать себя молодой, — сказал Гарри. — И у неё получилось? — спросил Тед. — Не так, как она хотела. Омолодив мозг, она потеряла все свои воспоминания, а когда проснулась, не смогла понять, куда делась её семья. Полагаю, что-то вроде путешествия во времени в будущее. Ей было сто четырнадцать лет. Она умерла от естественных причин, хотя физически её телу нельзя было дать больше тридцати, — объяснил Гарри. — То есть, если Лонгботтомы примут это зелье, они словно очнутся в 1981 году? — спросил Сириус. — Похоже, именно это и произошло, но даже если их тела будут чувствоваться молодыми, они всё равно потеряют эти четырнадцать лет, — сказал Гарри. — За возвращение рассудка это небольшая цена, Гарри, — произнёс Тед, и его взгляд стал отрешённым. — Я могу помочь вам сварить это зелье, — предложил Снейп. — Сначала вы кладёте лунный камень, тончайшего помола, а лепестки добавляете в самую последнюю очередь. По одному полному обороту против часовой стрелки после каждого лепестка, — проинструктировал Гарри. — Какая температура? — спросил Снейп. — Такая же, как и у оригинального старящего зелья. Если после лепестков помешать по часовой стрелке, это вызовет старение, и у человека, принявшего его, начнутся судороги. Если не дать этому человеку правильное омолаживающее зелье, через двадцать четыре часа он будет мёртв. Разум не способен переварить год времени без воспоминаний или сна. Какой-то волшебник жахнул по своей жене Оглушающим заклятием, пока пытался заставить её помочь, это дало ей лишние несколько часов, — сказал Гарри. — Ты говоришь так, будто сам это видел, — заметил Сириус. — Омолаживающее зелье, Сириус, в погоне за красотой и жизненными силами многие люди пытались варить его дома. Очень многие погибли. Правительства объявили его вне закона, за исключением таких случаев, как с Лонгботтомами. На самом деле, думаю, будет лучше, если вы тайно пронесёте им это зелье. Славы вы не получите, но зато вас и не обвинят в том, что кучка пятидесятилетних женщин пытается покончить с собой, чтобы вернуть свои двадцать. Тед и Снейп согласно кивнули на это. Андромеда предложила отравить Беллатрису через тюремную еду. — Я не могу быть тем, кто его сварит, — с сожалением произнёс Снейп. — Мои окклюменционные щиты непроницаемы, но я не думаю, что смог бы стоять за её смертью и не допустить ни единого вздоха... удовлетворения. — Она не всегда была такой сумасшедшей, — сказала Дромеда. — Дромс, Белла всегда была сумасшедшей, — отозвался Сириус. — Но она не была злой, пока не вышла замуж за Лестрейнджа. Сириус отвёл взгляд. — Я должен был быть там, чтобы остановить этот брак. — Мы ничего не могли сделать, — произнесла Андромеда. — Она была полна решимости выйти замуж. — Он сломал её. — Мы можем убить и этого ублюдка тоже? — спросила Андромеда у Кингсли. Кингсли задумался над этим. — Беллатриса находится в самой верхней башне. Мы могли бы пробиваться сверху вниз. Единственная проблема заключается в том, что после побега Крауча всех проверяют на наличие зелий. Я не уверен, что смогу тайно пронести яд на остров. — Мы могли бы доставить его, — предложил Гарри. — Я доставлю его, — отрезала Андромеда, не желая, чтобы Гарри приближался к дементорам даже близко. — Я справлюсь с ветрами. Ты слишком мал, чтобы выдержать такие порывы. Гарри скрестил руки на груди и шутливо сердито уставился на неё. — Я перелечу твою крапчатую задницу в любой день недели. — Задница моей жены не крапчатая, — вставил Тед. Она покашляла. — Ну, в том обличье она именно такая. Но я крупнее Гарри и смогла бы перенести падение в воду. — Тебя с большей вероятностью заметят, — заспорил Гарри. — Я белая, серая и серовато-голубая. А твоя задница — ярко-оранжевая. — О чём, во имя всего святого, вы двое лепечете? — спросила Гестия Джонс. — Вы анимаги, — догадалась Минерва. — Птицы? — Мы оба соколы, — ответил Гарри. — Да ладно? — спросил Сириус, расплываясь в улыбке при виде своего крестника. — Мы рассудили, что если уж Хвост смог это сделать, то сможет кто угодно. Улыбка Сириуса дрогнула. — Это помогало, когда мы брали Тедди побегать в лесу, — добавил Гарри. — Я американская пустельга. — А пустельги — это самая мелкая порода соколов, — с усмешкой сказала Андромеда. — Я сапсан. И вопреки тому, что думает Гарри, я самая быстрая птица из всех существующих. Мою скорость засекли на отметке в двести миль в час. — Ага, — отозвался Гарри, — пока ты не врезалась в древесный сук. Это была весёлая поездка в больницу. — Это было не весело, — отрезала она. — Тедди решил, что это уморительно. — Нет, он просто подумал, что твой смех звучит забавно, осёл ты гогочущий. — Итак, Андромеда доставит мне зелье по воздуху, — сказал Кингсли, перехватывая нить разговора. — Да, — ответила она. — Отлично, — произнёс Кингсли. — Мы запланируем это на среду, как раз когда у меня по графику проверка тюрьмы. Тед и Снейп могут заняться возвращением Лонгботтомов. Гестия заберёт шкаф из Лютного переулка и уничтожит его. Гарри, не мог бы ты прийти в понедельник, чтобы поговорить с Амелией Боунс? Гарри кивнул. — Думаю, это было бы разумно. Фадж и гоблины уже уладили вопрос с путешествием во времени, но было бы вежливо переговорить с ней. Объяснить ей некоторые вещи лично. — Как ты планируешь убить Волан-де-Морта? — Альбус заговорил впервые за несколько часов. — Я думал сбросить бомбу ему на голову, — ответил Гарри. — Магловское оружие даёт сбои в присутствии магии, — нахмурившись, произнёс Альбус. — Я же не серьёзно, — сказал Гарри. — Потому что Сириус — это я, — вставил Сириус. Уголок рта Гарри дёрнулся, но он по-прежнему удерживал взгляд на Альбусе. — Знаете, я этого никогда не понимал, ведь какое-то магловское оружие просто обязано работать. Но как бы то ни было, сначала мне нужно сделать его смертным. На это может уйти несколько недель. А после... ну, всё будет зависеть от того, что предпримет Том. Вероятно, я мог бы одолеть его в дуэли, но, честно говоря, я бы предпочёл тайно устранить этого монстра, чем давать ему ещё один спортивный шанс убить меня. Но сейчас мне нужно держать Тедди в безопасности. Том будет охотиться за ним, чтобы добраться до меня. — Он может остаться со мной, — предложил Сириус. Гарри покачал головой. — Мне жаль, Сириус, но я не могу оставить его, когда вернусь в Хогвартс. — В Хогвартсе должно быть достаточно безопасно, — произнёс Снейп. — По крайней мере, пока что. Гарри вздохнул, но кивнул. — Я больше не буду брать его с собой в Лондон или Хогсмид. Нам, вероятно, следует приглядывать также за Роном и Гермионой. Возможно, в будущем мы и не станем близкими друзьями, но я бы никогда не пожелал никому из них зла. И когда Хагрид вернётся после визита к великанам? — Неужели ты знаешь вообще всё? — спросил Альбус. — Если бы я знал всё, Альбус, я бы не задавал вопросов. Кроме того, я обожаю Хагрида, но если вы хотите сохранить что-то в тайне, вовлекать Хагрида — далеко не самое мудрое ваше решение. Снейп усмехнулся на это. — Это напоминает мне, Сириус, могу я забрать Кричера? — Зачем тебе сдался Кричер? — с отвращением спросил Сириус. — Потому что в прошлый раз, когда ты прикрикнул на Кричера «убирайся отсюда», он воспринял это как лазейку, чтобы выбраться из дома и сбежать к Беллатрисе. Он помог тебя убить. — Оу, — вырвалось у Сириуса. Он позвал: — Кричер! Раздался хлопок. — Хозяин зовёт, — произнёс эльф, заламывая руки. Затем он мрачно забормотал: — Грязь в доме Блэков. Ох, что бы сделала госпожа с бедным Кричером? — Слушай сюда, — отрезал Сириус. — Я, Лорд Блэк, настоящим передаю тебя Лорду Поттеру, дабы ты служил ему и признавал его Хозяином. Произошла небольшая вспышка силы, когда верность эльфа переключилась на Гарри. Гарри быстро проговорил: — Я, Лорд Поттер, объявляю тебя своим слугой, Кричер. Я приказываю тебе не покидать это жилище. Я приказываю, чтобы ничто из того, что ты знаешь, чему был свидетелем или о чём узнаешь, ты не смел передавать ни обычными, ни магическими средствами кому бы то ни было без моего прямого разрешения. Кричер поклонился. — Как прикажет хозяин Поттер. Отребье. — Иди убирай дом, но оставь Тедди в покое, тебе запрещено входить в комнату, где он находится. — Да, хозяин. — Хлопок. — Ты же понимаешь, что он не станет убирать дом, верно? — спросил Сириус. Гарри пожал плечами. — Я буду по возможности избегать фраз вроде «ты свободен» или «можешь идти». — Есть ли что-то ещё, что нам нужно обсудить? — спросил Грюм. — Вероятно, — ответил Гарри, — но ничего, что сейчас приходит мне в голову. — Он посмотрел на часы. — Тедди проснётся меньше чем через час. Я приготовлю завтрак, если кто-то захочет остаться. — Он поднялся и направился к кладовой. Молли заполнила её до отказа. — Думаю, мне лучше пойти, — произнёс Альбус, поднимаясь, чтобы уйти. Грюм последовал за ним, все остальные остались. Гарри был слишком интересен, чтобы они ушли прямо сейчас. К тому же, это было воскресенье. — Я могу приготовить, Гарри, — сказала Молли, вставая. — Глупости, — произнесла Андромеда, положив руку на запястье Молли и жестом показывая ей сесть обратно. — Позволь мужчине хоть раз приготовить для тебя. Это его успокаивает. — Он кажется довольно спокойным, — заметил Артур. — У него терпение и выдержка как у святого, — сказала Андромеда. — И ровно столько же секса в его праведной жизни. Гарри швырнул банку с разрыхлителем ей в голову. Которую она поймала и запустила обратно в него. Он перехватил её одной рукой и вернулся к готовке. Тед наблюдал за своей женой, осознавая, насколько близки были эти двое. Молли тут же ухватилась за эту тему для расспросов. — Ты ни с кем не встречаешься? — Я слишком занят, чтобы встречаться, — ответил Гарри, взмахнув палочкой, чтобы подготовить воду и чашки для чая. — Это не оправдание, Билл вот встречается с Флёр, — произнесла Молли. Чарли улыбнулся в кулак — Билл не смог прийти сегодня вечером, или это было прошлым вечером? — Ты же ненавидишь Флёр, — бросил Гарри, не поворачиваясь к ней лицом. — Нет, это не так. Но я уверена, что мы сможем найти тебе кого-нибудь в твоей возрастной категории. Люсинда Тулкамун училась на курс старше Билла. Она была капитаном команды по квиддичу, а сейчас, кажется, работает в министерстве. — Я в порядке, в любом случае спасибо, Молли. — Тебе нравится быть отцом? — спросила Молли, меняя тактику. — Молли, — предостерегающе произнёс Артур. Она невинно посмотрела на мужа. Артур закатил глаза. — Да, я люблю быть отцом, — ответил Гарри, не заметив ловушки. — Разве ты не хочешь ещё детей? Гарри едва не полоснул себя по пальцу, когда резал яблоки. Андромеда рассмеялась. — Хочет. Гарри повернулся, наставив нож на Андромеду. — Заткнись. — Тебе нужна подруга, если ты хочешь ещё детей, — настаивала Молли. — Можно подумать, для этого нужна жена, а не просто партнерша по постели, — огрызнулся в ответ Гарри. Именно в этот момент защитные чары Гарри отозвались на его запястье — почувствовал это только он. Несколько мгновений спустя в кухню влетел Тедди, на полной скорости врезавшись в ноги Гарри. — Я обогнал тебя, мамочка! — крикнул он. — Нимфадора не замужем, — произнесла Дромеда как раз в тот момент, когда её дочь вбежала в кухню, едва не потеряв сознание от удара о дверной косяк. Гарри вернулся к готовке, его лицо стало свекольно-красным. Сириус так и покатился со смеху. — Что здесь смешного? — спросила Дора, занимая свободное место между Сириусом и Кингсли. Кингсли тихо рассмеялся, и Чарли к нему присоединился. — Да что случилось? — спросила она, переводя взгляд с одного на другого. — Папа, а что ты готовишь? — спросил Тедди, совершенно игнорируя толпу людей. — Блины с черникой и яблочные оладьи, — ответил Гарри. Это побудило Гестию сказать: — Если ты не станешь с ним встречаться, маленький мракоборец, это сделаю я. — Ты хочешь встречаться с Римусом? — растерянно спросила Дора. Гестия покачала головой и указала на мужчину у плиты, который болтал с семилетним ребёнком, пока готовил еду с самым чудесным ароматом по эту сторону небес. Взгляд Доры переместился на высокую фигуру Гарри, на чёткую линию его широких плеч, переходящую в узкую талию и длинные ноги. Её щеки вспыхнули, и на них, точно крупинки перца, проступили веснушки.