Chamelion

— Милая, я ничего не понял, — голос Абрама, прозвучавший на неизвестном языке, почти сразу привлёк внимание, заставляя Аарона и Кевина переглянуться. Веснински лишь хмыкнул на удивление друга — да, на тагальском языке он тоже разговаривает, только писать не умеет совершенно и не всегда понимает быструю речь. По правде говоря, тот же самый японский ему дался намного тяжелее, чем этот, хотя японский он учил с самого детства. — Повтори ещё раз. — Я говорила с Кэт. Джей отдал приказ и оставил кучу следов, как Мэл и просил, я лишь звоню, чтобы отчитаться, что всё идёт по плану, — устало повторила девушка. Абрам утвердительно промычал в ответ, сидя на подоконнике и игнорируя прожигающий взгляд Эндрю. Он ввалился к ним в комнату примерно час назад, сразу после последней тренировки, чтобы как можно дольше избегать Рико. Кевин с радостью составил ему компанию, делая вид, что он тут чисто в качестве поддержки, и никак не ради Аарона, рядом с которым сейчас сидит и пытается вникнуть в биологию, которую ненавидит. Ну-ну. — Круто? От меня что требуется? Вы умнички, сами всегда со всем справляетесь, я в вас верю. — Абрам.., — она безнадёжно вздохнула, прежде чем тихо рассмеяться. — Не говори, что ты совсем ничего не знаешь? Он не мог просто взять и ничего не объяснить. — Ну, знаешь, именно это он и сделал, Чарли, — при упоминание этого имени, в глазах Эндрю мелькнуло понимание, которое почти сразу рассыпалось об новую стену безразличия. Всё, выводы сделаны, интерес потерян, дальше слушать скучно. Абрам, в знак протеста, залез с ногами на подоконник, поджимая колени к груди и слегка высовываясь спиной на свежий воздух. — Ладно, — девушка легко сдаётся. — Значит, объясню я. У вас завтра игра, после которой будет осенний банкет. Помнишь об этом? — Да, помню, — Кевин вслушивался в слова, стараясь определить, о чем и с кем Абрам может говорить таким спокойным голосом. В голову почти никто не приходил, поэтому он лишь продолжил на него смотреть. Это может быть опасным? Стоит рассказать Рико или Жану? Стоит вмешаться? Обычно, разговоры с иностранцами заканчиваются тем, что он ловит странные гиперфиксации, с попытками уехать за границу. Сейчас же он выглядел странно спокойно, расслабленно даже. На мгновение Кевин останавливает свой мозговой процесс, когда чувствует тяжесть на своём колене. Опускает глаза вниз, чтобы убедиться, что Аарон держит его, а затем поднимает голову, чтобы встретиться с ним глазами и улыбнуться. – Забей, — легко произносит он. Эндрю бросает в их сторону ленивый взгляд, но ничего не говорит, даже жестами не угрожает, что уже становится неожиданностью. Он сегодня вообще странный какой-то, задумчивый и спокойный, словно потерялся где-то в своих мыслях. Кевин может считать, что его приняли? Или пока не стоит так наглеть? — Не хочешь прогуляться? — он слегка склоняется голову на бок, смотря с интересом. Аарон на мгновение задумывается, рассматривая сначала конспекты, а потом губы Кевина и хмурится. — Я не пойду на корт, просто предупреждаю. — Куда хочешь? — Кевин? — он крупно вздрагивает и оборачивается на свое имя, наблюдая за тем, как Абрам начинает быстро и сбивчиво тараторить на другом языке. Затем останавливается и оборачивается на Дэя, в попытке что-то оценить и сделать выводы. Далее его голос звучит уже более спокойно и ровно и он отмахивается, словно его выкрик ничего и не значил. — Сразу говори: я умру или есть шанс выжить? — на всякий случай, на французском, интересуется он. На французском, чтобы не пугать Аарона раньше времени, вот только тому и язык знать не надо, чтобы возмущено ущипнуть его за бедро, да посильнее, чтоб оставить синяк. Кевин почти сразу вскрикнул и дернулся, возмущено зашипев. — Да, хэй! Я же ничего не сделал! — В этой комнате говорят на языке, который мы понимаем, — Аарон скрестил руки на груди, вызывающе изогнув бровь. Не заметив понимания в зелёных глазах, он крепче стиснул в руке карандаш и ткнул им парню между рёбер. — Эй, это не справедливо! Почему ему можно, а мне — нет? — Он не в комнате, — насмешливо пояснил Эндрю, привлекая к себе внимание. Судя по всему, выражение боли на лице Дэя его позабавило, раз настроение стало лучше. — Он на грани падения с окна. — Я не собираюсь с него падать, — возразил Абрам, отвлекаясь от телефона. Он слегка прищурился, рассматривая Эндрю. — Я столкну тебя вниз. — Рискни, и я потащу тебя за собой, — они ещё несколько мгновений смотрят друг на друга, прежде чем он снова отвлекается на телефон и начинает лепетать на другом языке. В какой-то момент на его мелькает раздражение или тревога, в какой-то — задумчивость или осознание, но в основном он спокоен и сосредоточен. — Не знал, что ты знаешь филиппинский. — Тагальский, — автоматически поправляет он, прежде чем качнуть головой и отмахнуться. Аарон склоняет голову в бок, смотря то на брата, то на Веснински. — Одинаковая херня, забей. Нет, Чар... Да-да, я... Да стой, я помню чем отличается филиппинский и тагальский, прекрати! Всё. — Она с Филиппин? — лениво уточняет Эндрю, находя это интересным. Кевин на мгновение хмурится, озадаченный, видимо, вспоминая о ком речь. Следом резко оборачивается на Абрама, с широкими глазами смотря на него. — Она из глубин ада, почему-то, любящая только моих альтеров. Абсолютно несправедливо, — театрально вздыхает он, отвечая на русском языке. У Эндрю уходит несколько секунд на мысленный перевод этой фразы. За это время русский язык он учил больше самостоятельно, но Веснински никогда не отказывал ему в практике, иногда даже подбрасывая книги — русская классика XIX века в оригинале. Что самое интересное, это был уход от ответа. Эндрю размышляет о том, чтобы узнать больше про Чарли и Нила Джостена, особенно про второго. Их явно связывала интересная история. Эндрю уже понял, что имя Нил — то имя, под которыми Натаниэль, Абрам и Мэл занимались чем-то нелегальным: гонки, мафия, пытки, группировки, съемка в порно. Однако есть ещё огромное количество вопросов, касательно этого. Его рука невольно ложится на флешку в кармане и он прищуривается, когда дверь с грохотом открывается. Рико, как обычно, стучать не умеет. Абрам бодро вскакивает на ноги, стоя на подоконнике и упрекающе направляет на Морияма палец, продолжая прижимать телефон к уху и выслушивать подругу или, правильнее сказать, подчинённую. — Я спрыгну, ясно? — на всякий случай уточняет он, однако почти сразу же морщится, когда понимает, что в телефоне его тоже услышали. — Так, нет, Чарли, я не... Нет, я всё понял и запомнил, давай, до завтра, всего хорошего. Сбросив звонок, он сел на корточки, готовый вывалиться прямо из окна в любой момент. Эндрю скептически осмотрел их, Кевин застыл, явно в ужасе, а Аарон с интересом уставился на горе-манипулятора. — Нет, ты этого не сделаешь, — Рико сделал несколько шагов вперед, но остановился, понимая, что Абрам действительно может прыгнуть. — Третий этаж, придурок. Максимум, сломаешь себе что-то. Может быть, шею или ноги и будешь в инвалидном кресле, тогда вообще от меня не избавишься. — Прыгай, — неожиданно произносит Эндрю. Абрам оборачивается на него, прикинув что-то в голове и с интересом смотрит на откровенную провокацию. Миньярд, словно дорвался до шоу, наклоняется вперед и хищно скалится, вызывающе. — Давай, Абрам. Шаг назад. — Думаешь, не сделаю это? — Так сделай. — Я прыгну, если захочу. — Пры-гай, — по слогам повторил он. Рико на мгновение обернулся, окинув Миньярда внимательным взглядом, а затем перевёл внимание на побледневшего Кевина и Аарона, который явно получал удовольствие от этого шоу. Вопреки всему, он просто рухнул на пол, садясь в позу лотоса и уверено поднял голову, смотря на Абрама. — Поговорим, значит, так, — абсолютно спокойно произнёс он, словно чужое присутствие не было для него проблемой. Веснински на мгновение замер, его глаза расширились, этого он точно не ожидал. А вот остальные, к слову, не против. Так спокойнее — эта парочка, обычно, как пороховая бочка, и лучше наблюдать за тем, чтобы они не подрались, не потрахались, не напились и никто из них не решил резко убежать. А так, все под присмотром, ничего не случится. — Никаких иностранных языков в этой комнате, Морияма, — предупредил Аарон, чисто принципиально, потому что ему нужно это всё услышать. Он соскучился по сплетням, ему нечего обсудить с Кейтлин, кроме не-отношений с Кевином. А так, хоть что-то интересное! К тому же, кажется, Абрам неплохо общался с ней? Может, удастся взять его на совместную прогулку и вытащить пару подробностей? О, Аарон точно знает, чем займётся. Он обязан знать, что у этого придурка на уме, в конце концов, хотя-бы ради брата. Брату об этом можно и не говорить. — Ладно, — на удивление, Рико сдаётся быстро. Скрещивает руки на груди и гордо вздергивает подбородок вверх. Очевидно, Абрам рассчитывает на чужое чувство стыда, поэтому всё ещё не верит, но японец лишь увереннее продолжает говорить. — В тебя стреляли. Кто? — Люди Ичиро. Они, кстати, пытались напасть и на других членов нашей команды. Твой брат — отстой, Рико. Разговор закончен? — Нет, — коротко возразил он. Эндрю переглянулся с близнецов, который ему подмигнул. Конечно, паршивец специально решил остаться и оставить их тут, чтобы погреть уши. Судя по напряжённой позе Кевина, тот вообще в любой момент сорвётся за Жаном или побежит их разнимать. Лишь бы сам в окно не прыгнул, хотя Эндрю бы на это тоже посмотрел. Свита, не ставшая воронами, всё же возомнила себя птицами и вылетела в окно. Красиво было бы. — Ладно. Игра в правду, по часовой стрелке. Кто согласен? — Кевин поднимает руку первый, плотно стиснув зубы и устремляя на Абрама злобный взгляд. Следом, немного подумав, руку поднимает и Аарон. Рико фыркает, однако предложение это принимает и тянет руку следом. Эндрю сначала окидывает их всех ленивым и безразличным взглядом, прежде чем столкнуться глазами с Абрамом. — Меня интересует Джостен. Потом? — ровным тоном уточняет он. В глазах Веснински мелькает изумление и растерянность, и он опять начинает смотреть так. В прошлый раз, когда Ники смотрел их дерьмо-стримы, Абрам смотрел с таким обожанием на Рико. Эндрю не хочет, чтобы сейчас он так смотрел на него. Судя по взгляду близнеца, это заметно. Что ж, заткнись, Аарон, твоя псина смотрит примерно так же на тебя и мячик для экси. — Потом, — соглашается парень. Эндрю пожимает плечами, так и не подняв руку, ему тогда не интересно играть. А вот послушать — очень даже.— Итак, сейчас я! Кев, ты бы отомстил Морияма за свою мать, если будет такая возможность? — Рико невольно вздрогнул, реагируя на свою фамилию почти враждебно. Весь сжался, прежде чем перевести взгляд на Кевина, в ожидание. Тот сначала бросил взгляд на друга и отрицательно качнул головой, призывая не винить себя, а затем переключился на Абрама. — Я могу узнать, почему ты спрашиваешь и что я должен сделать? — М-м, вопрос состоялся в другом, ты не умеешь играть, — Абрам хмыкнул, поворачиваясь и свешивая одну ногу из окна на улицу, вниз. — Пока ничего. Так ты хочешь мести? — Кев~? Подумай, — Аарон тыкает ему указательным пальцем в щеку, привлекая внимание. Эндрю демонстративно изображает рвотный рефлекс, в то время как Абрам хмыкнул в ответ, призывая продолжить. Рико обернулся через плечо, впиваясь в Миньярда презрительным, явно ревнивым, взглядом. — Ты хочешь мести или хочешь оставить это? — Это моя мама. Если есть возможность отомстить за неё, я готов сделать это. Но я не собираюсь рисковать из-за этого жизнью близких, Ниэль, — Веснински кивнул ему. — Так что ты опять задумал? — Позже, Кев. Я так понимаю, тут у людей куча вопросов, и все для меня. Аарон? — Миньярд бросает изучающий взгляд сначала на близнеца, стараясь понять список безопасных тем, а затем на Рико. Чисто принципиально он хотел задать вопрос ему, чтобы Веснински не сильно зазнавался. — Какого это — жить в мире мафии? — Привыкаешь. Думаю, самый опасный и жестокий человек, которого я видел, сейчас сидит в нашей комнате, — голос Морияма прозвучал уверено, когда он перевёл взгляд на Абрама. Лицо того почти сразу исказилось, если раньше там было веселье, то сейчас появилось что-то между болью и осознанием. — Хотя, твой блядский дедушка мог бы с тобой посоревноваться в этом. — Не смей его трогать, ты даже не знал его, — почти сразу в его глазах мелькает ярость. Он бросает взгляд в окно, на улицу, окидывая обстановку внимательным взглядом, прежде чем снова уставиться на Рико. — У тебя нет причин его ненавидеть. — Мне достаточно того, что я слышал от твоей матери. Он был настоящим жестоким ублюдком, который похитил тебя, напоил наркотой и пытался продать в маниакальной фазе, когда тебе было всего семь. Вау, кажется все проблемы начались с него, скажи? И биполярку передал, и своим самоубийством тебе личность расколол — святой человек, однако! А потом ещё и повесился, прежде чем твой отец бы до него добрался. — О, брось, тебя настолько взбесило, что Нат попросил Эндрю остаться с ним в доме у озера? — Кевин хмурится, бросая косые взгляды на улицу, видя, как Абрам странно двигается. Остаётся лишь надеяться, что ему просто кажется — если Дэй сейчас сорвётся с места, то придурок просто спрыгнет. А так, может быть, даже успеет план составить. — Напоминаю: ты обещал Мэлу, что сможешь дать шанс этому испанскому ублюдку, так может пойдёшь и позвонишь ему? — Ох, а может ты закроешь пасть и спокойно, блять, объяснишь, что с тобой происходит? С вами тремя, между прочим! – Знаешь, нет, иди нахер, — брови Эндрю всё же ползут вверх, когда Абрам ловко перекидывает вторую ногу на улицу и спрыгивает с окна, исчезая. Рико подскакивает мгновенно, бросаясь следом и впиваясь пальцами в подоконник, ещё чувствуя на нем тепло. — Я не буду больше зашивать ему плечо, — только и сказал Аарон. Он почти уверен, что этот идиот — живучий, как таракан. Кевин уже стоял рядом с Рико, широкими глазами смотря на улицу, видимо, проблема не просто выжила, а успела что-то натворить. — Ну что там ещё? — Спрыгнул на грузовик с сеном, — озадаченно пробормотал Кевин. — Откуда в городе блядский грузовик с сеном? — Аарон невольно подскочил следом, наблюдая за тем, как парень действительно лежит в куче сена и показывает им средний палец. — Блять, и по каким, говорите, штатам его искать? — Там за рулём его подружка ебнутая, — Рико сругнулся под нос, доставая телефон и набирая номер. — Какая из? — интереса ради поинтересовался Эндрю, склонив голову на бок. Рико впился в него недовольным взглядом, прежде чем вздохнуть. — Из Ищеек, на голову отбитая. Когда мы к ним в прошлый раз подъехали, она со второго этажа спрыгнула прямо в руки Мэлу, — Эндрю хмыкнул. Чарли, значит. — Брат и сестра в мелочах, да, Кевин? — Дэй схватился за волосы и тихо завыл, на радость Эндрю. Аарон вопросительно кивнул, призывая близнеца к объяснениям. — Чарли Джостен. У Абрама фальшивое имя — Нил Джостен, они в одно время прикидывались братом и сестрой. Доброе утро, неужели вы не знали? Как так, Рико? — Завались, меня не интересовало его окружение в ищейках, — ворчливо огрызнулся тот. — Лучше помоги с поисками. — Назови причину, по которой мне должно быть не плевать, Ри-чан? — скрипнув зубами, Рико обернулся на Кевина и кивнул тому в сторону выхода, проигнорировав это прозвище. Эндрю лишь проводил их взглядами, явно довольный, что снова вывел парня на ревность. Черт, это действительно забавно. Интересно только, почему Рико так и не попытался ввязаться в драку? Мог ли Веснински взаранее нацепить на него поводок? — Ты бы к Рико лучше присмотрелся, — Аарон хмыкнул, падая обратно на стул. — Он тоже с мафией связан, богатый, умный, король экси, а главное, голова на плечах одна, а не три. — Фу. Твой экси-дрочер заразил тебя тупостью, — Аарон рассмеялся, бросая взгляд на улицу. Тележка с сеном уже скрылась, так что остаётся пожелать удачи его охране и свите. — Не пойдёшь его искать? — Сам найдётся, — он лениво отмахнулся. — Где Ники? — Должен был быть у старших, а значит.., – дверь снова распахнулась и Ники уставился на кузенов с широкими глазами, прежде чем броситься к окну, словно ожидая увидеть там кровавые останки Веснински. — А вот и он. Мороженое и сериал? — У вас Абрам из окна выпрыгнул, какое мороженое?! — Ники понял, что от Аарона поддержки не дождётся и переключился на Эндрю. Тот скептически уставился на него. — Ванильное с шоколадной крошкой, — казалось, это всё же поумерило его пыл. Хэммик озадачен осмотрелся, прежде чем сесть на стул рядом с Аароном, где ранее сидел Кевин, и уставиться на младшего в ожидание. — Ники, Аарон — это не телевизор. Это всего лишь моя неудачная копия, привет. Где сериал? — Вы меня в могилу сведете, — пробурчал юноша, однако к телевизору направился, включая нужную серию. Аарон хмыкнул и пошёл за мороженым, решая позволить близнецу отбросить мысли с одного рыжего на другого. Да-да, Эндрю, Аарон прекрасно видел, как вы с Ники пялились на задницу Йена. Это отвратительно. *** — Нам нужно сообщить тренеру, или..! — Дэн ходила кругами по комнате, явно шокированная произошедшим. Рене перехватила её взгляд и улыбнулась, отрицательно качнув головой. — Что с ним вообще не так? Выпрыгнуть из окна в сеновозку? Черт возьми, где он в Пальметто вообще достал сеновозку?! – Это ебанько, — Сэт хмыкнул, словно ничего из ряда вон и не произошло. — Я не удивлюсь, если он вернётся на вертолёте, который угонит. — Он хочет угнать вертолет?! — девушка ахнула, падая рядом с Мэттом, на что Сэт звонко рассмеялся, тут же получая толчок в бок от Элисон. — Дэн, забей. Небольшие капризы, он вернётся. С ним девчонка, которая точно проследит за тем, чтобы он не двинул кони, — Рейнольдс подула на ногти, которые только что подпиливала, а затем перевела взгляд на Рене. — Как там её? Джостен? — Да, Чарли позаботится о нём, — Уокер согласно кивнула, продолжая вязать. — У Абрама бывает такое, когда он не хочет разговаривать с Рико. — Он мог послать его к черту, но не выпрыгивать в окно? – возмутился Мэтт. — Он мог пораниться! В него буквально недавно стреляли, что, если швы разойдутся? Или пыль от сена попадёт в рану и она загноится? — Ебанько, — по слогам повторил Сэт, приобнимая свою девушку за талию. Та положила голову ему на плечо, откладывая пилочку в сторону и в подтверждение кивнула. — Надо с ним как-то выпить, а-то скучно в последнее время. — Завтра банкет и встреча с Воронами. Вот там и повеселишься, сразу после игры, — лениво протянула Элисон. — Вы можете объяснить, что с ним не так? Он же буквально недавно ходил спокойный, он пьёт таблетки, неужели опять маниакальная фаза? — Дэн выпрямилась и обвела всех взглядом. Рене снова покачала головой, не желая рассказывать, а Элисон отмахнулась от неё. — Мы работаем в одной команде, мы должны знать, с чем связываемся. Что за Чарли? Почему его так переключает? — У него, помимо биполярки, раздвоение личности, — подал голос Сэт. Элисон тут же обернулась на него, возмущенная, а Уокер впилась укоризненным взглядом. — Дамы, она права так-то. Мы в одной команде, ничего не изменится, если они узнают. По сути, только они и не знают — ну и Ники, наверное, тоже. — Нату это не понравится, — Рене поджала губы, откладывая спицы в сторону. — Вам не стоит поднимать эту тему с ним. — А тебе не стоит его слушать, — возмутилась Рейнольдс. — Знаю, что у вас там своя история, но эта история в прошлом. Он хотел, чтобы ты начала жить заново, без того дерьма — а значит, и его приказы примерно там же. Хватит беспокоиться за его реакцию. — Я не могу, пока Жан всё ещё работает на их семью, — холодно отрезала девушка. В глазах мелькнуло недовольство, которое она поспешно спрятала. Голос начал звучать спокойнее и мягче. — Мы многое прошли с ним, с каждым из его личностей. И я не могу просто выбросить из жизни то, что нас связывало. В первую очередь — это касается безопасности, в том числе вашей. Сейчас прошлое слишком наступает на пятки и я должна быть готова, чтобы поддержать его. — Рене, милая, у тебя был один приказ — сиди и не высовывайся, — хмыкнул Сэт, тут же снова получив локтем в бок. — Сказал тот, кого на днях чуть не прибили в клубе, — огрызнулась Элисон. Мэтт, вспоминая этот день, поёжился. — Натаниэль раньше состоял в бандах, вместе с Рене. Кем-то на лидирующей позиции, он помог ей выбраться. Он немного замкнутый и отстраненный, вы и сами видели, сможете сложить картинку. Абрам более социально активен, что так же заметно. – Если подходите к нему, а на вас смотрят, как на кусок дерьма и чуть ли не шипят, кутаясь в плед или одеяло — это Натаниэль, лучше отойдите. Можете водой ещё брызнуть на него, как на кота, если он сильно агрессивный, — Сэт тихо засмеялся, а Элисон прыснула. — Только аккуратно, ещё руку откусит. Ну а если вокруг вас бегает ураган и создаёт проблемы и кучу шума, то это Абрам. Можете в него тоже водой брызнуть, может бесов изгоните. — Это может быть опасным? — подала голос Дэн, анализируя новую информацию. Элисон задумалась, Рене снова поджала губы, а Сэт демонстративно фыркнул. — Для кого? Для твоей психики? Ну я как-то видел, как в маниакальной фазе Натаниэль словил глюки и почти час спорил вслух с Абрамом. Это было достаточно травмирующее событие, — Гордон пожал плечами, всё ещё ухмыляясь. — Он же сейчас на таблетках и с Бэтси занимается, ничего не сделает. Максимум, опять с Рико сойдётся и я их двоих с крыши сброшу. — Думаю, он и сам неплохо справляется, — Мэтт хмыкнул, откидываясь на спинку дивана. — С ним вообще нельзя об этом говорить? Впервые встречаю людей с ДРИ. Хотелось бы узнать у него побольше. — Нат тебя нахер пошлёт, даже не пытайся, — Элисон отмахнулась, а затем задумалась. — А Абрам, кстати, не знаю. Может и расскажет что-то. — Что-то из разряда: «Блядский Натаниэль, знает же, что я ненавижу ловить пули, ну вот какого хера?» — предположила Дэн. Сэт громко захохотал и щёлкнул пальцами, направляя указательный на неё и начиная агрессивно качать головой в знак согласия. — Это как в фильмах? Один хороший, а другой психопат-убийца? — Ну, Нату до психопата далеко, — привлекла к себе внимание Элисон, заметив, как напряглась Рене. Сэт криво ухмыльнулся в ответ, подтверждая её слова. Про Мэла они знали достаточно, чтобы прятать его как можно дольше от остальных. Благо, тот особо отсвечивать и не любил, предпочитая сон, пока не увидит что-то интересное или без особой необходимости. В прошлый раз интересным казался Морияма, а сейчас, к их огромному сожалению, Мэл зациклился на Миньярде. «Два монстра нашли друг друга,» — часто фыркала Элисон, но прекрасно видела, что их союз гармонирует, что было странно. Эндрю прекратил кидаться на всех с ножом, а Мэл стал намного стабильнее. Виной тому терапия, или просто они сошлись на почве жестокости и безумия — сложно сказать. Она и не пытается, стараясь вообще держаться от них подальше, хотя и знает, что Мэл не станет вредить никому из приближенных к Натаниэлю. — Личности только две? — голос Дэн прозвучал ровно, когда она впилась взглядом в Элисон. Та усмехнулась, закатывая глаза. — А тебе двух мало? Иди, скажи, в следующую маниакальную фазу побежит третью создавать, — хмыкнул Сэт. Элисон снова закатила глаза. — Интереса ради, а они типа размножаются? Каким образом? — вопрос Мэтта окончательно поставил их в тупик. Рене моргнула и схватилась за крестик, видимо, предположив, что бы сделал Натаниэль, услышав этот вопрос. Дэн медленно обернулась на своего парня, неожиданно тоже думая над этим, а Сэт звонко захохотал. — Воздушно-капельным путем, передаётся по воздуху, — Элисон неожиданно выдала громкий визг, размахивая руками, чудом не ударяя парня, а потом наклонилась к его уху, начиная что-то активно шептать. Глаза того с каждой секундой начали расширяться, прежде чем он отодвинулся и уставился на неё. Девушка энергично кивала головой, чтобы убедить в правдивости своих слов. — Да ты гонишь... — Нет! Я серьёзно абсолютно, я совсем забыла об этом, — Дэн не была уверена в том, что хочет это знать, как и Рене, глаз которой нервно дёрнулся а рука на кресте сжалась сильнее. Мэтт, напротив, уставился на них с живым интересом. — Прикинь? — Как Нат их не прибил? — он понизил голос до шепота, чтобы слышала только она. — Типа ебанько и ебанько, серьёзно? Они..? Как вообще? — Абрам в мании был и напился, — она тоже понизила голос, шепча ему на самое ухо. — Я так понимаю, это один из моментов, когда Мэл окончательно крышей едет. Я так и не узнала деталей, потому что на утро Абрам был в ахуе, но то-ли Мэл перехватил частично контроль над телом и подрочил ему, то-ли ещё что. Это же реально пиздец! — Блять, зачем ты мне это рассказала, — Сэт закрыл лицо руками, стараясь выбросить из головы картинки, которые подбрасывал мозг. — Я же, блять, представил это. Твою мать, Элисон! — Да ну, а я о чем? — она захихикала, ударяя его по спине и обернулась, поняв, что они собрали все взгляды в этой комнате. — Не-не, ребят, вы продолжайте, продолжайте. — Не хочу знать.., — озадаченно проговорила Дэн. — Я хочу, — подал голос Мэтт. — Не хочешь.., — прохрипел Сэт и отрицательно покачал головой. — Мне как теперь с ними общаться? — Он сосал Рико в душевой, а тебя сейчас это беспокоит? — возмутилась Рейнольдс. Дэн подавилась, Рене прикрыла лицо рукой, а Мэтт просто замер с широкими глазами. — Он сосал Рико в душевой?! — Гордон подскочил с места, начиная ходить по комнате вместо Дэн. – Почему я всё узнаю последним? А что у него с Эндрю? Давай, добей меня, красивая женщина! — Про Эндрю не знаю, — девушка снизила голос до лукавого и ухмыльнулась. — Но Кевин и Аарон начали встречаться. Как минимум, Ники говорит, что они стали намного ближе и у них периодически есть засосы на шеях, — Сэт закрыл лицо руками и что-то простонал. — У нас из первокурсников вообще есть гетеро?! — Получается, Жан? — Дэн устало покачала головой, не готовая к таким откровениям. Конкретно с лгбт у неё никаких проблем не было, однако чужая сексуальная жизнь её удивила. Почти сразу, вспомнив о чем-то, девушка прищурилась. — Погодите, а разве Аарон не с Кейтлин? Девочка из лисичек, рыжая такая. — Так она с бариста из кафе мутит, которое на углу тут. Как её... Элизабет, вроде? — подал голос Мэтт. Теперь все взгляды были устремлены на него. — Я частенько туда захожу, там кофе хороший. Она до начала учёбы подрабатывала там, они постоянно вместе. Вы не знали? — Я думала они подруги, — Дэн озадаченно уставилась на своего парня, на что тот пожал плечами. — Подруги так себя не ведут, они как-то из подсобки обе растрепанные выскочили, с размазанный помадой. Я, конечно, может чего-то и не понимаю в женской дружбе, но вы, вроде, так не делали. — Делала, — возразила Элисон. Сэт скептически приподнял бровь. — Мне нужно было взбесить родителей, они притащили какую-то семью на светский ужин и я поцеловала их дочь. Это стоило того, чтобы видеть, как они бесились, — девушка захихикала. — Подруги иногда целуются. Мы, кстати, с ней всё ещё общаемся. — Только общаетесь? — на всякий случай уточнил Гордон. — К великому сожалению, мне не нравятся девушки. — К сожалению?! *** Свет едва пробивался сквозь заколоченные окна, освещая пыль, которая весела в воздухе. Запах плесени, сырости и чего-то старого, разлагающегося. Рико с омерзением перешагнул через труп крысы, который и распространял аромат падали и осмотрелся. Высокие потолки покрывал узор из трещин и паутины, штукатурка сыпалась, грозясь вот-вот рухнуть крупными кусками прямо на голову. Старая разваленая церковь, разумеется, где ещё искать этого идиота? Портреты святых, нарисованные на стенах сотню лет назад, сейчас почти стёрлись — краска облупилась и потускнела, едва ли в них вообще можно различить чьи-то лица или человеческую фигуру. Выглядели они жутко, словно прожигали своим мёртвым взглядом и готовились вцепиться, стоит лишь отвернуться на мгновение. Деревянные скамейки сгнили, многие из них были сломаны или перевернуты, а в центре зала стоял алтарь — или то, что от него осталось. Веснински сидел прямо на столе, закинув ногу на ногу, в руке тлела сигарета, но затяжек он не делал. Лишь с улыбкой наблюдал за приближающимся парнем, безумно сверкая глазами. На мгновения в голову мелькнула мысль, что Абрам вполне мог подготовить ему ловушку, и главное, Рико бы с готовностью в неё попался, влетая с разбегу. Он бы сделал это миллион раз, если бы знал, что это приведёт к их встрече. Впрочем, именно это он и сделал, верно? — Меня не веселит ничто в тебе, Природа: Ни хлебные поля, ни отзвук золотой Пастушеских рогов, ни утренней порой Заря, ни красота печального захода, — Морияма остановился примерно в метре от парня, изучая его взглядом. Он не сильно любил французскую поэзию, по правде говоря, с этим следовало обращаться к Жану. Однако этот стих он узнал сразу же, как и его автора. — Поль Верлен, «Тоска»? — он уточняет спокойно, стараясь не создать Абраму новых поводов для побега. Тот лишь склоняет голову к плечу и во взгляде мелькает игривость, когда он продолжает рассказывать вслух, чаруя своим голосом. — Смешно искусство мне, и Человек, и ода, И песенка, и храм, и башни вековой Стремленье гордое в небесный свод пустой. Что мне добро и зло, и рабство, и свобода! Его голос звучал плавно и мелодично, и Рико делает ещё несколько шагов навстречу, внимательно наблюдая за каждым жестом, на всякий случай готовясь ловить беглеца. Тот, однако, выглядел спокойно, лишь нотки веселья мелькали в глазах. Рико пришлось напрячь свою память, чтобы вспомнить текст хотя-бы примерно. Он слышал этот стих миллионы раз, по правде говоря, это был один из любимых стихов Натаниэля и, разумеется, он знал его наизусть. Когда-то, года три назад, он упрашивал Жана, чтобы выучить этот стих в оригинале — Моро оскорбился произношением после первой строчки и отправил учить его английский аналог, не позволив коверкать свой язык. Поэтому, Рико решает продолжить самостоятельно, видя, как в глазах напротив мелькает удовлетворение от этого жеста. — Не верю в Бога я, не обольщаюсь вновь Наукою, а древняя ирония, Любовь, Давно бегу её в презренье молчаливом, — он подходит ближе, касаясь чужого лица и улыбается. Абрам на мгновение прислоняется щекой к его руке и прикрывает глаза, разве что не мурчит, как довольный кот. — Устал я жить, и смерть меня страшит. Как чёлн, Забытый, зыблемый приливом и отливом, Моя душа скользит по воле бурных волн, — тихо произнёс он, заканчивая на этом и открывая глаза снова. Морияма наклонился, прижимаясь своим лбом к его, тут же чувствуя, как его обнимают. — Опять играешь? — в его голосе нет упрека или обвинения, лишь сухие факты, но Абрам всё равно тихо смеётся, прижимаясь ближе. — Я скучал по тебе... — Я тоже, — он раздвигает ноги, давая возможность парню встать между ними, чтобы крепче обняться и просто замирает в этих ощущениях, позволяя себе расслабиться. — Я устал и мне страшно, Рико. Я хочу исчезнуть и раствориться, бросить их всех и никогда больше не видеть. Абрам замолкает, сосредотачиваясь на руках Морияма, которые оглаживают его по спине, путают волосы и крепко прижимают к себе, успокаивая и заземляя. Затем плавно отстраняется и нежно перехватывает его за запястье, поднимая рукав водолазки. Смотрит на порезы, которые ещё свежие и хорошо видны, коснуться их не решается — пыльно и грязно здесь, поэтому лишь натягивает рукав обратно и тянутся к чужому лицу, положив руку на щеку и проводя большим пальцем по скуле. — Ты тоже устал.., — звучит, словно приговор. Они несколько секунд смотрят друг на друга, слишком искренне, возможно слишком больно. — Я научил тебя дерьмовым привычкам. — Ты и есть моя дерьмовая привычка, — фыркает Рико, накрывая его руку своей. Затем тихо смеётся, слишком горько. — Генри, возможно, не так плох. А что у тебя с Миньярдом? — Просто заткнись, – Абрам чувствует, как всё сжимается внутри и, игнорируя боль в плече, притягивает его к себе ближе, утыкаясь лицом в груди и всхлипывая. Втягивает воздух носом и настолько сильно держится, словно боится, что тот исчезнет. — Я такая сволочь, я просто... Черт возьми, мне так жаль, Рико, так жаль, что я... Я сделал это с тобой, я слишком тянул, я... Я должен был отпустить тебя намного раньше... — Абрам.., — его голос звучит тише, ласковее. Он медленно опускает руки на чужие плечи, осторожно, чтобы не повредить швы и прижимает к себе, нежно и плавно. — Всё хорошо. — Катись ты к черту. Ничего, блять, не хорошо, — уходит несколько секунд на то, чтобы понять, что парня в его руках трясёт. — Я не должен был делать всё это, я не должен был изменять тебе, не должен был тебя мучить и мне так чертовски жаль. Я сделал так много дерьма, и всё оно отражалось на тебе. Я всегда думал, что ты будешь рядом, что никогда не исчезнешь, но правда в том, что я так боялся потерять тебя, что пытался избавиться. Я боялся, что ты бросишь меня, оставишь в прошлом, и сейчас... Я действительно жалею, что ты не сделал этого раньше, Рико. Когда всё было ещё иначе. — Абрам, послушай. — Я не хочу, чтобы ты уходил, и это так эгоистично и отвратительно. Мне так страшно, что ты исчезнешь, что я больше никогда тебя не увижу... — Веснински, — его голос звучит чётче и громче, без прошлой нежности. — Я не ухожу. Мы просто идём разными дорогами, но в одном направлении, слышишь? Я всё ещё рядом с тобой и я буду рядом, пока ты позволяешь. — Я не заслуживаю тебя. Никогда не заслуживал, — он шепчет едва слышно, впиваясь пальцами в ткань, и просто замирая в такой позе, прижимаясь ближе. – Это не тебе решать, — он позволяет мягкости снова проникнуть в свой голос и наклоняется, чтобы коснуться губами виска. — Я тоже не думаю, что заслужил тебя. — Дерьмовые новости, кажется, мы заслужили друг друга, или даже кого-то хуже, — он нервно усмехнулся, чувствуя, как напряжение медленно покидает его плечи. — Заберёшь меня отсюда? — Значит, сегодня осквернять заброшенные храмы не будем? — съязвил он, отстраняясь и протягивая руку. Абрам осмотрелся, раздумывая над этим предложением. — Хэй, я пошутил, Абри. Никакого секса рядом с дохлыми крысами. А в нашем случае, мы вообще просто друзья, даже без привилегий. — Ты останешься рядом? — он поднимает глаза, похожие на бушующий океан и Рико понимает, что просто не может отвести взгляд. Лишь кивает, завороженный ясным голубым цветом. Они несколько секунд просто смотрят друг на друга, прежде чем Абрам тянется первый, обнимает здоровой рукой за шею и касается губ. Нежно и едва ощутимо сминает их, словно прощаясь, прижимается и Рико понимает, что с каждой секундой ему всё сложнее его отпустить. Он не отвечает на поцелуй, буквально на одной силе воли заставляя себя замереть, не двигаться, и Абрам отстраняется первым, печально наблюдая за ним. — Мне жаль. — Я знаю. — Тебе нужно было убить меня ещё тогда, в гнезде, когда я встал между тобой и свитой. — И где бы я тогда был? — Рико улыбнулся, но улыбка вышла натянутой — того глядишь, одно неловкое движение и точно треснет. — Точно не со мной, — Веснински криво ухмыльнулся в ответ, отходя на шаг назад. — Обещаешь больше не резаться? — Только если ты тоже. — Ты не можешь использовать мою же тактику против меня, — Абрам покачал головой, на мгновение зацепив свой взгляд за чужую руку. Это только его вина, верно? — Обещаю. — Обещаю. *** — Эндрю, два часа ночи, — Аарон зевнул, закрывая тетрадь с конспектами и откладывая их в сторону. Поняв, что на него не отреагировали, он уставился на близнеца в ожидание, но это тоже не помогло, так что пришлось задать следующий вопрос. — Ты спать собираешься? — Ложись, — Эндрю сидел на своей кровати, с ноутбуком на коленях и с пустым взглядом рассматривал там что-то. Аарон склонил голову на бок, раздумывая над тем, можно ему вмешиваться или нет, но почему-то закрытая поза брата явно говорила, что он на диалог не настроен и делиться информацией тоже не собирается. — Что-то связанное с Веснински? — Личное, — отрезал он. — Не пойми меня неправильно, но он не выглядит как человек, который делится чем-то настолько личным. Если я правильно понял, Абрама тщательно контролируют, тогда откуда у тебя это? Чем бы оно не было, — младший встал и потянулся, бросая взгляд на мирно спящего кузена, чтобы убедиться, что он говорит достаточно тихо. — Карточка болезни. — Я могу взглянуть? Врачебная тайна, всё такое. Ты же знаешь, со мной это уйдёт в могилу. — Ты не психиатр. И даже не врач ещё. — Может, я пойду в нейрохирургию? — Ты в ней разбираешься? — он поднял глаза от экрана, впиваясь в брата пристальным взглядом. Сложно сказать, виновато освещение, информация которую он изучал, или просто злился он на глупые вопросы, но выглядел так, словно был готов нападать. — Пока нет? — Ложись спать, Аарон. У нас ранний подъем и игра завтра. Твой благоверный устроит панику, если ты проебешься на корте, — его тон пропитан ледяным спокойствием и Аарон решает уступить, просто кивая и направляясь к своей кровати. — Тебе тоже нужно лечь, Эндрю. Доброй ночи, — ему, ожидаемо, не отвечают. Старший слишком занят тем, чтобы снова уткнуться в монитор, чем тратить слова в пустую. Пациент: Натаниэль Абрам Веснински. Возраст: 15 лет. Пол: мужской. Диагноз: Диссоциативное расстройство идентичности (раздвоение личности); биполярное расстройство I типа. Количество альтер-эго: два. Цель: устранить субличность. Методы терапии: гипнотерапия, экспозиционная терапия, механизированная психотерапия, электросудорожная терапия, когнитивно-поведенческая терапия (КПТ). Лечащий врач: доктор Пруст. Он лениво изучает каждый из экспериментов, каждый отчёт о проведение терапии и то, чем она закончилась. Особенно становится до смешного злобно, когда он видит комментарии о том, что пациент отказывается идти на контакт, проявляет агрессию или пытается навредить себе. Интересно, блять, по какой причине? Самое увлекательное, что Пруст так и не смог избавиться от Абрама, и пытался, в итоге, отключить обе личности, чтобы искусственно создать третью. Зато, стала понятна реакция Натаниэля в том доме, когда его глючило этим уебком и почему он с таким ужасом реагировал на имя «Нил». Это то единственное, до чего Пруст не смог добраться, по какой-то причине, даже не додумался до этого имени. Зато дал ему новое. Хамелеон. Когда понял, что новая личность подстраивается под остальные, притворяясь Абрамом или Натаниэлем, и становится намного более агрессивной с каждым новым приёмом. Особенно его обрадовала последняя сработка, написаная уже другим доктором. Самая последняя страница. «Доктор Пруст не справился с полномочиями и мы пришли к выводу, что его работа не корректна. Имя, которое он дал субличности — провоцировало на открытую агрессию, из-за чего пациент становился неконтролируемым. Люди Веснински узнали о происходящем и доктор Пруст был устранен. Все полученные сведения удалены и отправлены вам на почту в единственном экземпляре. Благодарю вас за сотрудничество, Тетцудзи Морияма. С уважением, Маргарет Рэйдом.» Тетцудзи Морияма. Не Ичиро. Эндрю закрывает лицо рукой, чтобы подавить тихий смешок. А рыжий уебок продолжает преподносить сюрпризы, не так ли? Он не уверен в том, что Мэл знал об этом — судя по специфике работы Лины, именно она достала эти документы. Неизвестно, хотел ли он, чтобы Эндрю узнал правду, или просто не доглядел. Эндрю сомневается, что такой, как Мэл мог настолько просчитаться. Сученыш просто пытается поссорить братьев Морияма, да? Какое занимательное зрелище. И он буквально подложил ему билет, прямо в первый ряд, пригласил на представление. Взгляд невольно натыкается на вторую флешку, которую он забрал из Балтимора. Честно говоря, он искренне удивлён тому, что она вообще в рабочем состояние. Сколько ей? Лет восемь? Десять? На флешке всего одно видео и Эндрю с ходу подключает наушники, включая его. А затем позволяет себе застыть, видя десятилетнего мальчик, истекающего кровью там, где Эндрю совершенно недавно покрывал его тело татуировками. Истекающего и смеющегося в истерике.