Raising effect: chains

First Link: The Chain Begins ⛓

             — Я смогу… Это скоро закончится, — пробормотала себе под нос Мелисса, делая ещё один глоток крепкого клубничного Соджу.       Шумный большой клуб — не лучшее место для проведения досуга в одиночку. Но у Мэл проблема. Проблема слишком серьёзная для девушки в её положении. Может, это и не лучший способ, но в её голове он быстрый и точно действенный. Отец оставит её в покое. Ни за кого замуж по-расчёту выходить не придётся.        Жестоко? Да. Это капитально подкосит положение отца и сорвёт его планы. Но зато она будет свободна. Ведь отец и слушать не желает, считая себя уже старым, а дочь несамостоятельной, чтобы существовать без чьего-то покровительства. Поэтому Мелисса зла. Зла на отца, потому что решил позаботиться о дочери, предрешив её судьбу.       У влиятельных людей странные понятия и способы проявлений любви.       Час. Бутылка. Ещё одна.        Пьяная Мелисса с трудом огляделась, выискивая жертву, с кем можно было бы провести ночь.        Её взгляд остановился на мужчине в строгом костюме, сидевшем в VIP-зоне в окружении двух других. Красивый, как бог. Сидит с сигаретой в руке. Его лицо было суровым, аура — опасной. Он явно не был простым смертным. По бокам от него сидели двое то ли подчинённых, то ли коллег, то ли друзей. За спиной компании стояло ещё несколько охранников, зорко следящих за своим лидером.       — Супер. — девушка с большим трудом поднялась с барного стула. — Хоть дитё красивое будет.       Не раздумывая, Мелисса шатающейся и петлявой походкой подошла к их столику. Пьяная и безрассудная, она легко устроилась у мужчины на коленях, заставив его и его друзей застыть в удивлении.       — Ты… опл… оплодотвори меня… — язык и так не слушается, а девушка пытается изъясниться на ломанном корейском, причудливо смешанном с правильным отшлифованным Английским.       Мелисса подняла взгляд, уставившись на его резкие, ничего не выражающие черты лица.       — Какая смелая, маленькая кошечка… — холодно ответил выбранный кандидат, однако его бровь поднялась вверх. — Не говори так с мужчиной, которого только что встретила. Мелкие сошки твоего уровня обитают на танцполе в другой части зала.       — Ну уж нет, — надулась Мелисса, становясь ещё более навязчивой, и этим вызывая смешок одного из присутствующих мужчин. — Я взрослая, независимая… и я не боюсь. Сделай так, чтобы я забеременела… — упрямо повторила она.       — Хёндж, тебе такую выгодную сделку предлагают, а ты отказываешься от инвестиций. — усмехнулся мужчина рядом, взмахнув рукой на охрану жестом ‘свободны’.        Хван улыбнулся, всё же слегка заинтригованный неизвестной девушкой, внезапно севшей к нему на колени. Друзья обменялись развесёлым взглядом, но физически пока вмешиваться не стали.       — Правда? Хочешь, чтобы я тебя оплодотворил? — на уверенный кивок девушки, мужчина издал ехидный смешок и сделал очередную затяжку. — Только пообещай мне, что не упадёшь в обморок посреди процесса, — прошептал он с жестокой ухмылкой. — Боюсь, ты не сможешь ходить целую неделю.       — Тцс, — цокнула пьяная девушка, закатив глаза. — Все так всегда угрожают, а на деле… — Мелисса показала двумя пальчиками маленький размер и хихикнула. Она уже встречалась с несколькими корейцами. Даже для её миниатюрной комплекции члены любовников оставляли желать лучшего.       Глаза Хёнджина опасно сузились при её насмешливом жесте — его гордость была задетой её пренебрежительным тоном. Глянув на друзей, он резко схватил её за запястье и притянул ближе к себе.       — Вот как? — прорычал потенциальный донор низко и угрожающе. — Похоже, ты эксперт по корейским мужчинам. Что ж, думаю, мне стоит показать тебе, насколько ты ошибаешься.       Одним движением он поднялся на ноги и, затушив сигарету в пепельнице, легко подхватил Мелиссу с собой. Она ахнула от неожиданности, но пьяное состояние помешало сопротивляться.        Сговорщический кивок друзьям, которые сразу без слов поняли его намерения.       — Пойдём в более уединённое место, — сказал Хёнджин, не ослабляя хватки на её запястье.       — Ммм… куда ты меня тащишь? — нахмурилась Мелисса, с трудом разбирая пространство вокруг. — Мне просто нужен ребёнок.       Хёнджин мрачно хихикнул, ещё крепче сжав её запястье, пока вёл сквозь толпу.       — Не переживай, кошечка. Ты получишь ровно то, о чём просила. — Он обернулся через плечо на друзей, которые следовали за ними, с усмешками на губах.       Компания дошла до уединённой VIP-комнаты в глубине бара. Тяжёлая дверь с грохотом захлопнулась за ними. В комнате царил полумрак, стояли кожаные диваны, полностью укомплектованный бар, шест с небольшим танцполом и ростовые зеркала на двух стенах. Хёнджин отпустил тонкое запястье, мягко толкнув блондинку на один из диванов.       — Ну что ж, давай посмотрим, насколько ты на самом деле смелая, — презрительно прошипел он, нависая над ней.       Девушка, не очень удачно контролируя своё тело, плюхнулась на диванчик и заулыбалась. В её пьяном мозгу всё происходило вполне удачно. Других мужчин за спиной выбранного она не заметила.       — Я ничего от тебя просить не буду. Просто хочу ребёнка… так что не переживай. Наша встреча сейчас — первая и последняя, — утвердительно кивнула девушка. — А ещё… я никогда так не напивалась… — Мелисса нахмурилась, сама не понимая, зачем рассуждает вслух.       Хёнджин приподнял бровь, развеселенный её пьяной болтовнёй.       — Первая и последняя встреча, да? — мужчина театрально изобразил впечатление и повернулся к старшему мужчине. — Чан, это ещё интересней, чем у Минхо на той неделе. Другой мужчина издал тихий смешок, явно что-то вспомнив. Хван наклонился ближе, его дыхание обжигало ухо девушки. — И не переживай, что ты слишком пьяна. Я позабочусь о том, чтобы ты запомнила каждую секунду.       Ожидающие доселе позади него Минхо и Бан Чан сели по обе стороны дивана. Их взгляды лениво скользнули по телу Мелиссы, полные откровенного интереса. Мужчины переглянулись, предвкушая игру, которую, похоже, затеял Хёнджин.       Его ладонь скользнула по бедру девушки, задирая юбку и рисуя незамысловатые узоры на её мягкой коже.       — Скажи мне, маленькая кошка, — прошептал он, — Чего именно ты хочешь от меня сегодня ночью?       Его пальцы скользнули по внутренней стороне её бедра — дразняще близко к запретному. Голос был низким, соблазнительным. Он играл по своим правилам, и, несмотря на опьянение, Мелисса отреагировала — в животе дрогнуло что-то тёплое, щекочущее, как предвкушение.       Минхо наклонился с другой стороны, его тёплое дыхание защекотало Мелиссе шею.       — Или, может быть, ты хочешь рассказать нам, почему так отчаянно хочешь забеременеть? — прошептал он, его рука присоединилась к руке Хёнджина, медленно исследуя её тело.       Бан Чан молчал, но его пристальный взгляд не покидал лицо девушки. Мужчина изучал её реакции с хищным вниманием. Он подвинулся ближе, его мускулистое тело прижалось к ней сбоку.       Мелисса, всё ещё видя только Хёнджина в центре своего внимания, неосознанно отмахнулась от Минхо у своей шеи. Она запоздало пьянела слишком быстро, но руки на своих ногах почувствовала. И это было ошеломляюще.       — Мне-ее ннадо забеременеть, чтобы папу разозлить. — она отрешенно нахмурилась. Обида на отца пронзила сердце. Выдавать замуж по расчёту, неизвестно за кого, ради своего бизнеса… низко, какие бы благие намерения там ни были. — Это личное… Глааавное, что тебе нечего бояться. Я не создам проблем, — сказала Мелисса Хёнджину, так и не осознавая, что рядом находятся ещё двое мужчин.       Глаза Хёнджина немного сузились при её словах. Его зацепило упоминание об отце. Бунтарка? Видимо, девка — одна из тех, что ещё будучи подростками со средней школы, сбегают по ночам из дома и делают всё на перекор родителям, лишь бы поскорее повзрослеть и отделиться от семьи. Теорию можно было развить, но он отложил эти мысли, сосредоточившись на происходящем.       — Без проблем, да? — прошептал он, продолжая скользить пальцами по её бёдрам. — Посмотрим, как пойдёт.       Минхо, не смутившись её отказом, снова подвинулся ближе, его рука скользнула под блузку Мелиссы и погладила нежную кожу на животе.       — Не переживай, милая, — прошептал он, — мы о тебе позаботимся. Бан Чан наконец заговорил, его глубокий голос прозвучал как глухой рык:       — Хватит болтать.       — Эй, руки убери! Ты чего? Я не шалава… я только с ним догооооворилась, — Мелисса вяло попыталась стряхнуть руку Минхо. Она с опаской взглянула на Чана, только сейчас замечая его присутствие. — Вы крутые… нооо меня к нему потянуло первому. И-иизвините, парни. — Мелисса улыбнулась, её глаза заблестели. Речь становилась всё более невнятной.       Хёнджин тихо рассмеялся, развеселенный её попытками сохранить контроль, несмотря на явное опьянение.       — Ох, маленькая киска, — он снисходительно покачал головой, — ты сейчас не в том положении, чтобы что-то требовать.       Он кивнул Минхо и Бан Чану. Те сразу поняли его безмолвную команду. В мгновение ока Мелисса оказалась зажата между ними, их сильные руки крепко удерживали её запястья над головой.       — Расслабься, — прошептал Минхо ей на ухо. — Мы дадим тебе именно то, чего ты хотела.       Тем временем Бан Чан начал методично стаскивать с Мелиссы одежду, его движения были точными и уверенными.       Девушка и не сопротивлялась. До неё всё доходило с опозданием. Она просто не поспевала за их скоростью.       — Тааак нельзя с ллееди… Я с ним договорилась, — пробормотала Мелисса, найдя взглядом Хёнджина. — Она даже имени его не знала, но почему-то — на уровне инстинкта — выбрала именно его. — Я никогда так не пилааа… Я не умею пить, — продолжала она бормотать, пока кто-то снял с неё блузку, стянув её прямо через голову.       Хёнджин наблюдал за происходящим с самодовольной ухмылкой, пока Минхо и Бан уверенно и слаженно раздевали блондинку, оставляя её уязвимой и полностью обнажённой перед ними. Её протесты были слабыми и невнятными, почти неразличимыми в её состоянии.       — Тсс, маленькая кошка, — прошептал Хван, проводя пальцем по её линии подбородка. — Ты ведь сама этого хотела, помнишь? Ребёнка — родителей разочаровать.       Минхо ехидно усмехнулся, его руки свободно заскользили по голому беспомощному телу.       — А мы будем только рады помочь, — добавил он, сжав один из её сосков пальцами.        Чан, как всегда практичный, молча достал из кармана маленький стеклянный флакончик и открыл его. Поднёс к губам девушки, осторожно наклонив его, чтобы влить содержимое ей в рот.       Пьяная, и без того уже вялая, Мелисса рефлекторно пригубила предложенное. Жидкость оказалась горькой и немного вязкой — девчонка закашлявшись, зашлась в конвульсивном глотке.       — Проглоти всё, — приказал Чан. Голос мужчины не терпел возражений. — Это поможет тебе расслабиться и получить удовольствие.       — Или нам. — усмехнулся Минхо, взглянув на Чана горящими от восторга и предвкушения глазами. — Ей кайфануть вряд ли получится.       Вещество начало действовать почти сразу. Мелисса почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Её чувства начали быстро притупляться. Конечности стали тяжёлыми, а язык — вялым, не слушающимся.       Хёнджин склонился ближе и, не скрывая презрения, прошептал:       — Готова? — на лице отразилась самодовольная улыбка. — А теперь посмотрим, сколько ты выдержишь, детка.       — Не-е-е… чес…но… — вяло пробормотала девушка, пытаясь сфокусировать взгляд на мужчине, которого выбрала ещё с самого начала.       Полностью голое тело Мелиссы неподвижно распласталось перед тремя мужчинами на кожаном диванчике клубной VIP комнаты. Не в силах ни сопротивляться, ни говорить, девушка оказалась целиком и полностью в их распоряжении.       Хёнджин усмехнулся жестоко, наслаждаясь её беспомощным видом.       — Ну как тебе, маленькая киска? Теперь ты наша, как и захотела. — прошептал он, проводя пальцем по её щеке.       Минхо и Бан Чан не теряли времени: их руки свободно блуждали по обнажённому телу девушки. Минхо сосредоточился на её груди, грубо её разминая, а пальцы Бан Чана нетерпеливо скользнули между её ног, исследуя самые интимные места.       Мелисса тихо заскулила, её тело инстинктивно отозвалось на прикосновения, несмотря на опьянение и ещё не полностью подействовавший наркотик.       Хёнджин наблюдал с удовлетворением, его возбуждение быстро росло при виде её покорности.       — Такая милая штучка, — прокомментировал он, прищурившись, как хищник.       Глаза мужчины сверкнули похотью, когда он ещё раз оглядел обнажённое тело Мелиссы, раскинувшееся перед ним, словно пир. Он протянул руку и провёл пальцем по её ключице, опускаясь ниже — между грудей. Девушка, одурманенная алкоголем и препаратом, тихо застонала.       — Такая отзывчивая… — с одобрением пробормотал он. — Интересно, как ты будешь звучать, когда мы действительно начнём.       Минхо зло усмехнулся, продолжая атаковать её грудь своими руками.       — Один способ узнать, — сказал он и наклонился, чтобы захватить её сосок губами.       В ответ на стимуляцию девушка снова издала слабый, но чувственный стон. Её тело осталось почти неподвижным.       Чан тем временем медленно начал поглаживать себя поверх брюк — возбуждение мужчины уже неудержимо упиралось в ткань.       Тяжелое из-за наркотика дыхание девушки было слышно на всю комнату. Пьяная, не сопротивляющаяся, она лишь слабо, но отзывчиво реагировала на каждое касание. Мелисса начала тихо постанывать.        Вернуть время лишь на десять минут назад, она бы никогда не осмелилась подойти к их дьявольской компании, и тем более, дать замечание о размерах членов. Замечание дала, но не подумала, что у самой опыта с большим размером в жизни не было. Будучи маленькой и узкой, смогла ли она безболезненно принять бóльшие размеры?       В ответ на пока ещё приятные ласки, девушка быстро намокла. То ли секса давно не было, то ли сама по себе такая. Но мужчины оценили. Её вульва заблестела почти сразу.       Хёнджин заметил её реакцию тела с довольной ухмылкой:       — Вы только посмотрите. Наша маленькая киска уже с мокрой ‘киской’.       Минхо поднял голову от груди девушки, на его лице расплылась озорная ухмылка:       — Она практически умоляет об этом, — согласился он, его пальцы спустились вниз, чтобы присоединиться к пальцам Чана между её ног.       Чан одобрительно тихо рыкнул, его собственные пальцы работали в тандеме с пальцами Минхо, исследуя скользкие складки Мелиссы.       — Узенькая маленькая штучка, а? — заметил он, просунув палец внутрь поглубже.       Мелисса громко застонала, её бедра невольно слабо дёрнулись навстречу вторжению.       Девушка, закрыла глаза и наивно отдалась ощущению. Одурманенный наркотиком и алкоголем мозг получал удовольствие и наслаждался. Никто раньше так не играл с ней в две руки. Ощущение было новым, хоть и притуплённым. Трезвая бы она умерла от стыда и унижения, а сейчас ей хорошо. Мелисса лишь поморщилась, когда мужчины попытались растянуть её дырочку, разводя пальцы в разные стороны и открывая её им ещё больше. Женское тело странно реагировало выделением большего количества естественной смазки.       Хёнджин с жадностью наблюдал, как друзья работали вместе, чтобы растянуть узкий вход блондинки.       Её тихие стоны и возросшая влажность между ног только подогревали их желание полностью овладеть ею.       — Такая хорошенькая маленькая шлюшка, — пробормотал Хёнджин, наклоняясь, чтобы захватить её губы в грубом, безответном поцелуе. — Тебе понравится каждая секунда этого.       — Ты совсем ебанулся? С хуя ты шлюху целуешь? — Минхо скривился в отвращении.        Целовать залётных цып в компании у них не принято, и с первого дня стало общим правилом. Трахать можно кого угодно, поцелуев достойны только избранные. Эта пьяная шмара — точно не избранная.       — Она не похожа на шлюху. — пробубнил в чужие губы Хван.       — Ну ладно-ладно… Романтик, блять. Женись на ней ещё.       — Иди на хуй. — огрызнулся Джин, и углубил поцелуй, вторгаясь в непослушный рот, отдающий клубничным Соджу.       Минхо и Чан продолжили атаковать уязвимую промежность Мелиссы. Их пальцы входили и выходили из неё с неумолимой скоростью. Не чтобы доставить удовольствие, нет. Им просто нравится чувствовать, как легко женское тело становится податливой оболочкой, если надавить в нужных местах.       Мужчины умело и профессионально массировали чувствительные точки, проходя по всем нужным местам и заставляя ее корчиться от удовольствия.       Наигравшись с согласным ртом, Хёнджин отстранился от поцелуя, на его лице появилась дьявольская ухмылка. Мужчина отступил назад, позволив Минхо и Чану занять центральное место.       От лишней одежды все избавились в абсолютной тишине. Процесс рутинный, почти ритуальный. Обнажив свои впечатляющие телосложения и твёрдые как камень эрекции, мужчины почти не смотрели друг на друга. Тоже внегласное. Повелось так. Некая дань уважения, несмотря на общее увлечение… пусть и порочное. У них было правило — делить женщин, но не взгляды. Их совместные утехи давно перешли рамки нормы, но между ними по-прежнему оставалось пространство — мужское, неприкасаемое, негласное. Минхо расположился между ног Мелиссы, потирая кончик своего члена о её скользкий вход.       — Готова к настоящему, милая? — спросил он полным похоти голосом.       Блондинка уже не понимала обращенной к ней речи. Всё трое это знали, но общаться со своей игрушкой интереснее, представляя, что она действительно участвует в процессе.       Одним мощным толчком Минхо вонзился в девушку, погрузившись до основания.       Мелисса приглушённо вскрикнула, её спина непроизвольно выгнулась на диване. Заполнение было абсолютным.       Старший мужчина — Бан, не желая оставаться в стороне, двинулся, чтобы оседлать полусонное лицо, подставив свой налитый член к её губам.       — Откройся шире, малышка.       Уже капитально отъехавшая, девушка покорно послушалась, открывая рот, и впуская член, который еле поместился.       Размер Минхо был меньше двух других мужчин, но был больше обычного всё равно. Поэтому он всегда брал жертву первым. После Чана и Хёнджина всё растянуто. Не так интересно…       Мелисса вяло вытянулась и застонала, заглушаемая напором члена во рту. Оба мужчины были ей по размеру буквально впритык. Она не уверена, что хотела так. Слишком отключилось восприятие и сознание, чтобы понять, что действительно происходит. Возможно, она пыталась отвернуться и освободиться, но мужчин это не заботило.       Хёнджин с садистским ликованием наблюдал, как молодая женщина изо всех сил пыталась вместить большой член Чана в свой рот. Это зрелище только усиливало его собственное возбуждение. Однако, когда её горло непристойно выперло вокруг обхвата друга, наступило волнение.       — Отличная куколка на вечер подвернулась. Давай, красотка, прими всё, как хорошая шлюха, — прорычал Бан, сжимая её волосы в кулаке и заставляя её голову насадиться ещё глубже на ствол.       Буквально несколько жёстких фрикций.       — Чан, мать твою, еби аккуратней, — прошипел Хван, увидев, как подбородок девчонки окрасился в розовый цвет. Мужчина нахмурился и резко отдёрнул Чана за плечо. — Слюна с кровью! Не убей её к хуям, понял?       Чан недовольно цыкнул, но слегка отступил, делая толчки меньшей амплитуды.       — У неё горло узкое, — пробурчал он с явным недовольством. — Была бы девка поопытнее…       — ‘Поопытнее’ тебе бы сама отсосала, а эта в ‘отключке’. Так что следи, чтоб ещё и не задохнулась.       Старший мужчина не ответил на замечание, продолжив насиловать податливый рот, но движения уже были более сдержанными.       Минхо же задал жестокий темп, вбиваясь в тесноту девушки с животным пылом. Влажные хлюпающие звуки их соития заполнили комнату, смешиваясь с приглушенными стонами и рвотными позывами вокруг члена Бан Чана.       — Блять, она такая узкая, — проворчал Минхо, его бёдра неумолимо дёрнулись вперёд. — Я не думаю, что она сможет выдержать ещё больше.       Хёнджин ухмыльнулся на комментарий друга, в его глазах появился злой блеск.       — О, я думаю, наша куколка может выдержать гораздо больше, чем ты ей приписываешь, — сказал он, его голос сочился жестоким весельем.       Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, Хёнджин наклонился, его пальцы нашли клитор Мелиссы и потёрли его плотными кругами. В то же время он кивнул Бану, который начал толкать бёдрами, трахая лицо девушки хоть и неглубоко, но с беспощадной интенсивностью. Совместная стимуляция оказалась слишком сильной для перегруженных чувств молодой женщины. Ослабленные руки бесконтрольно взмахивали в воздухе, не донося необходимого посыла. Она то ли пыталась оттолкнуть, то ли прижать. Движения были смазаны, без настоящего смысла.       Девушку жёстко трахали с двух сторон. Её несоответствующие толчкам жалобные стоны постоянно заглушались вторгающимся членом Чана. Он больше не пролазил глубже, но он и не старался. Убить её, порвав ей горло, у него действительно интереса не было. Она и так брала явно больше своих возможностей. Слёзы лились, несмотря на ослабленное, почти неподвижное тело.       Глаза Хёнджина потемнели от похоти, когда он увидел, как слезы блондинки смешиваются со слюной, вытекающей из уголков её растянутого рта. Сдавленные, похожие на рыдания вздохи и редкие, но отчаянные взмахи рук, снова падающих на подушки дивана, только подстегнули его.       — Малышка получила, что хотела? — жестоко издевался он, продолжая свою беспощадную атаку на её чувствительный клитор. — Твои слезы делают это ещё слаще.       Минхо, потерявшийся в собственном удовольствии, схватил бёдра блондинки до синяков, преследуя своё освобождение. Его толчки стали беспорядочными, он начал входить в неё короткими, резкими толчками.       — Я щас кончу, — прошипел он, его яйца напряглись, доставляя невыносимое чувство предоргазменной эйфории. — Куда ты хочешь, шлюха?       — Она от меня ребёнка хотела. — напомнил Хёнджин другу с ухмылкой. Вопрос стоял лишь с том, послушаться ли по совести, или кончить в неё всем троим и смешать в ней сперму на ребёнка-сюрприза? — На живот ей кончи. — Глаза Хвана сверкнули злобным весельем. Он наклонился ближе, его губы грязно коснулись заплаканной щеки Мелиссы, когда он прошептал ей на ухо. — Ты слышала его, кошечка? Где ты хочешь нашу сперму? В этой узкой маленькой пизде, или разрисуем по твоей красивой мордашке и сиськам?       Его рука собственнически скользнула по её животу, словно представляя, что он увеличился от ребёнка — его ребенка, или, возможно, восхитительной тайны, созданной всеми тремя.       Минхо вдохнул воздух через стиснутые зубы и застонал. Его бёдра затряслись от напряжения в попытке сдержать свой надвигающийся оргазм.       — Блядь, я не могу... Я щас… — он резко вытащил свой пульсирующий член, обхватив ладонью и додрачивая себя быстрыми толчками.       Жестокий смех Хёнджина разнёсся по комнате, пока он наблюдал, как Минхо раскрашивает белым живот и грудь девушки толстыми нитями своего семени. Развратное зрелище только подогрело темные желания Хвана.       — Ммм, похоже, наша маленькая любовница упустила приятный тёплый заряд изнутри, - поддразнил он, размазывая сперму Минхо по коже Мелиссы пальцами. — Но не волнуйся, то, откуда она пришла, её еще много.       Повернувшись к Чану, Хёнджин едва заметно кивнул, давая ему знак вытащить свой член тоже. Бан подчинился, вынув орган из измученного рта с грязным мокрым чпоком. Его увесистый член мощно подпрыгнул вверх, покрытый слюной и предэякулятом.       Хёнджин расположился между ног Мелиссы, нависнув над ней на напряжённых руках. Кончик его огромного члена прижался к её припухшему, от предыдущего использования входу.       — Подожди, щас войду, потом продолжишь. А-то откусит нахуй.       Сказал Хёнджин Чану, напрягая бёрда и пытаясь проникнуть в узкое отверстие влагалища.       Попытка. Другая. Чуть приподнял её ногу, меняя угол наклона.       Не получается.       Слишком узкая. А хотела большой член... хотела и не может принять…       Хван нахмурился:       — Давненько такого не было… Придётся раздолбать дырочку.       — Пфф… — Чан язвительно хмыкнул. — Потерпит. Всё равно ж рожать собралась.       Хёнджин, одержимый потребностью трахнуть, не вслушиваясь в смысл слов друга, с силой начал вдавливаться во вход влагалища головкой, чувствуя, как мягкие ткани девушки растягиваются, несмотря на естественное сопротивление, и, кажется, рвутся. Словно лишаясь заново девственности, Мелисса, даже в одурманенном алкоголем и наркотиками состоянии, взвыла в голос и задёргалась от боли в хаотичных конвульсиях.       Хёнджин проигнорировал болезненные крики девушки, сосредоточившись на том, чтобы втиснуть свой огромный член в её невероятно узкое тело. Пыхтя и хрюкая от усилий, он наконец прорвался в поврежденный вход. С мерзким ‘скрипом’ головка его члена проскочила в напряженное отверстие.       — Готово! — победно прорычал он, наслаждаясь изысканным ощущением её тугих рельефных стенок, растягивающихся вокруг него. — Ну? Как тебе, маленькая сучка? Это то, чего ты хотела, а?       Он начал продвигаться вперёд, сантиметр за мучительным сантиметром, его толстый ствол фактически разорвал её. Мелисса выла в голос, её тело содрогалось в пьяной агонии, пытаясь вынуждено вместить его огромные размеры. Слёзы текли по её лицу, смешиваясь с потом, стекающим по её коже.       Мелисса рыдала, пытаясь высказаться и умолять, но язык не слушался, а тело фактически не реагировало на мышечные команды, делая её беспомощной куклой в руках живодёров. Как же она пожалеет потом о том, что посмела дать замечание о маленьких членах корейцев. Теперь оказалось наоборот. Это она маленькая. Только вот, никто не жаловался, кроме её самой.       Чан нетерпеливо ждал, надрачивая себе и терясь головкой о её лицо. Хёнджин же по-настоящему кайфовал от этой аномальной узости. Это извращённое ощущение всегда приятно. Но редко. Ему обычно приходится выбирать женщин постарше и опытнее. А эта явно ещё толком нетронутая как положено.       Хёнджин наслаждался мучительными криками Мелиссы. Её плотное тепло окутывало его, унося в астрал удовольствия. Он знал, что причиняет ей боль, растягивая её больше, чем могло выдержать её хрупкое тело, но изысканные ощущения перевешивали любую крупицу милосердия, которая у него могла быть.       Хёнджин изредка замедлялся, наслаждаясь тискообразной хваткой повреждённого прохода девушки вокруг его чудовищной длины.       Жертвенная кровь измазала его ствол и диван в яркий красный. Страшное доказательство того, что её разорванная плоть изо всех сил пыталась приспособиться к его неестественной толщине. Бан Чан рядом мрачно хихикал, ритмично ударяя своим тяжелым членом по залитому слезами лицу молодой женщины.       — Вот это настоящее корейское гостеприимство, — усмехнулся Минхо, жадно наблюдая из-за дивана. Его полустоячий член снова дёрнулся в предвкушении. Одного захода всегда мало. Мужчина уже привычно приготовился вернуть себе своё место. — Надо было дважды подумать, прежде чем оскорблять наше мужское достоинство, европейская шлюха.       Хван задал просто карающий быстрый темп. Каждый толчок отдавался глухой болью в самом конце — он упирался прямо в шейку, не оставляя ей ни сантиметра свободы. Удары были такой силы, что по инерции сдвигался даже диван.        Чан же продолжал дразнить лицо Мелиссы своей мощной эрекцией, размазывая преякулят по её щекам и губам:       — Откройся, малышка.       Сохраняя железный контроль, Хёнджин медленно выходил, оставляя внутри только налитую головку. А затем, без предупреждения, снова вонзался с силой, обрушивая весь вес тела, упираясь в её шейку матки.       Мелисса вяло дёргалась, пронзая комнату неосознанными вскрикиваниями. Это было слишком. Боль, жжение и давление изнутри были невыносимы даже через пелену наркотика.       Чан же, ловко воспользовавшись одним из моментов, загнал свой ствол в её приоткрытый в муках рот.       — Хёндж, помягче, а то вообще её бесплодной сделаешь. И так — малявка, дунь — развалится, — сказал Чан Хёнджину, но при этом сам не смог отказаться от кайфа вдавить головку своего хуя ей поглубже. У мужчины аж глаза закатились от блаженства.       Хёнджин хмыкнул в ответ на предостерегающий совет друга, немного замедлив свои толчки, но сохраняя брутальный темп. Он чувствовал, как тело молодой женщины поддается, формируя себя вокруг его инвазивного присутствия.       — Не притворяйся, что тебя заботит её благополучие, Хён, — прорычал он, подчёркивая каждое слово особенно брутальным толчком. — Тебе это нравится так же, как и мне.       Действительно, глаза Бана закатывались от блаженства, когда он трахал рот и горло девушки неглубокими, но резкими толчками, смакуя тугое тепло, окутывающее его горячий ствол. Слюни обильно текли из уголков её растянутых губ, делая картинку ещё более грязной и извращённой. Её окровавленная промежность должна была внушать страх, но для этих мужчин это было очередным завоёванным символом их власти и привычной безнаказанности.       Темп Хёнджина снова ускорился, его контроль ослабевал под гнётом первобытного инстинкта размножения. Он чувствовал, как тугое, раздолбанное его размером влагалище больше не сопротивляется, а, припухшее и чувствительное, обволакивает его член ещё бóльшим теплом и трением.       — Блять, я близко, — прорычал он, вбиваясь в девушку с новой большей яростью. Мокрое хлюпанье её измученной плоти заполнило комнату, сопровождаемое рвотными звуками, исходящими из ее горла, когда Чан подстраивался под ритм Хёнджина.       Минхо, оправившись от недавнего оргазма, приблизился к развратной сцене с озорной ухмылкой.       Он схватил Мелиссу за лодыжки и приподнял её ноги, раздвигая их шире, чтобы дать Хвану ещё более глубокий доступ.       Глаза Хёнджина расширились от удивления, когда действия Минхо позволили ему еще глубже погрузиться в измученную глубь девушки. Ощущение того, как ее шейка матки трётся о его налитую кровью головку, вызвало волны удовольствия, пробежавшие по его телу.       — О, чёрт! — выдохнул он, его бёдра двигались почти автономно, пока он преследовал свой быстро приближающийся оргазм. — Я почти! Оооо… — низкое прерывистое пыхтение. — Залью эту дырку до отказа.       — Вместе. — прохрипел, Бан, также уже на грани и вытащил свой член из её рта. Яростно надрачивая свой пульсирующий ствол, он направил его прямо в её заплаканное полусонное лицо.       — Получи, европейская шлюха.       С гортанным рёвом Хёнджин погрузился в разоренное влагалище Мелиссы по самую рукоятку. Упираясь с силой в самую шейку матки, массивный член обильно извёргся потоком его мужской сущности. Струя за струей мощное горячее семя затопило изувеченное влагалище, окрасив его внутренности в белый цвет, который тут же стал розовым.       — Просьба исполнена, малышка! — прорычал он, прижимаясь своим тазом к её , чтобы обеспечить максимальное проникновение. — Залью так, что будешь несколько дней моей спермой истекать.       Хриплый стон Чана последовал вслед за другом. Его собственный оргазм обрушился так же мощно. Густые струи липкой ароматной спермы брызнули на лицо Мелиссы, покрыв ее нежные черты маской унижения.       Когда послеоргазменная волна Хёнджина прошла, он медленно отстранился от распухшей надорванной плоти, любуясь нанесенным им ущербом. Её некогда узкая, еле открывающаяся дырочка непристойно зияла, а из её измученных глубин сочился обильный поток крови и спермы.       — Чёрт, посмотри на этот беспорядок, — прокомментировал Минхо, его глаза сверкали извращённым очарованием. — Думаешь, она сможет ходить сразу после этого?       Хёнджин мрачно усмехнулся, вытирая свой обмякший член о бедро девушки.       — Сомнительно. Но это не наша проблема, не так ли?       Чан, тяжело дыша после собственного физического освобождения, рухнул на диван рядом с безвольным телом Мелиссы.       Хван встал, осматривая сцену с удовлетворенной ухмылкой. Девушка неподвижно лежала на диване, её тело было покрыто синяками, засосами, следами укусов и мокрыми доказательствами их общей похоти. Сперма капала из её зияющего отверстия, собираясь под ней на кожаной поверхности.       — Ну, господа, — сказал он, застёгивая штаны, — Я бы сказал, что это была хорошо проделанная работа. Наша маленькая навязавшаяся волонтёрша не забудет эту ночь в ближайшее время.       Минхо и Бан обменялись понимающими взглядами, их собственный посткоитальный туман начал рассеиваться.       — И что нам теперь с ней делать? — спросил Минхо, указывая на бессознательное измученное тело.       Хёнджин на мгновение задумался, его разум лихорадочно перебирал возможности.       Его губы изогнулись в жестокой улыбке, когда он размышлял о судьбе незнакомки. Она была для них всего лишь игрушкой, сосудом для удовлетворения их самых тёмных желаний. А теперь, сломленная и осквернённая, она послужит совершенно другой цели, и их это уже вообще никак не касается.       — Оставим её здесь, — холодно сказал он, отворачиваясь от разрушительного зрелища. — Пусть проснётся одна, покрытая нашей грязью. Это будет суровым напоминанием о последствиях перехода нам дороги.       Минхо и Чан кивнули в знак согласия, собирая свою сброшенную одежду и готовясь уйти.       Когда друзья привел себя в порядок и вышли из комнаты, Хёнджин бросил последний взгляд на распростертую фигуру Мелиссы.       — Сладких снов, кошечка, — отсалютовал он, его голос был пронизан надменным ядом.

⛓️

      Мелисса очнулась от спасительного наркотического сна спустя несколько часов. Измученное тело болело и ныло. Когда сознание вернулось почти полностью, вернулись и воспоминания о событиях ночи — алкоголь, наркотик, жестокое насилие со стороны незнакомца и его сообщников. На неё накатила волна тошноты, когда она осознала масштаб своих травм и позора.       Покрытая синяками и истекающая кровью, девушка с трудом попыталась сесть прямо, морщась от боли, исходящей из горла и нижней части тела. Липкие остатки засохшей вонючей спермы поганым тошнотворным напоминанием прилипли к её коже.       Слёзы навернулись на глаза Мелиссы, когда вся осознанная тяжесть её положения опустилась на неё тонной кирпичей.       Мелисса хотела позвать на помощь. Вызвать скорую. Это было необходимо. Но очень быстро дошло — это не поможет. Она сама напросилась. Сама стала инициатором. Неудачно нарвалась на того, кто оказался мразью. И она теперь одна. Одна со своим выбором, своей болью и своим позором. В попытке выбраться из жизненной ловушки, она угодила прямиком в бездонную яму, вырытую собственными руками.       С огромным трудом девушка медленно сползла с кожаного грязного дивана. Ей понадобилось больше сорока минут, чтобы вытереться влажными салфетками (благо они тут были) и одеться. Она плакала, руки тряслись. Ей было плохо. Тошнило. Но она всё-таки смогла выйти из злощастной VIP-комнаты, оставив позади гору окровавленных салфеток и диван, залитый спермой и кровью. Вот уборщик охренеет… Хотя, врятли… В мире таких тварей подобное — норма. И в этом заведении данная комната видала и похуже, Мэл даже не сомневается.       С трудом идя по почти опустевшему залу, девушка держалась за живот и оглядывалась. Она знала, была уверена, что их тут больше нет, но вселившийся под кожу страх не отпускал. Каждый шаг был подвигом.        Через приложение Мелисса вызвала такси.       Нужно домой. Где безопасно. Хоть на пару дней. Спрятаться. От людей. От отца. От себя…       Телефон завибрировал: такси прибыло. Стиснув зубы от боли, Мелисса вышла на прохладную улицу. Каждый шаг отдавался новой волной мучения. Свежий воздух не помог.       Поездка до дома прошла как в тумане. Водитель косился на неё в зеркало, но, благо, молчал. Мелисса чувствовала его взгляд, отворачивалась. Ей было стыдно. Она знала, что мужчина понимает. А как не понять? Подобрать у клуба пьяную, помятую девку под утро… стыдно…       Когда приехали, Мелисса расплатилась наличкой и быстро, насколько это было возможно, нырнула внутрь подъезда, лишь бы скрыться от чужих глаз.       Ближайшие дни, к счастью, отец, занятый своими делами и бизнесом, даже не заметил её отсутствия. Мелисса чувствовала себя отвратительно. Выглядела соответствующе.