Принятие

Декабрь начался с сильных заморозков, и компания всё чаще собиралась дома у кого-то из ребят. Ноэль, который после разговора с Риной наконец примирился со своими чувствами, теперь подсознательно искал Итана взглядом в любой толпе. Именно эта обострившаяся внимательность и помогла ему заметить то, что остальные пропускали мимо ушей. Итан почти не ел в его присутствии. Когда Крис заказывал на всю компанию огромные пиццы, Итан брал один кусочек, долго крутил его в руках, увлеченно поддерживая разговор, а потом незаметно перекладывал в тарелку Криса со смехом: «Доедай, атлет, тебе нужнее». В кафе он заказывал только горький черный кофе.Сначала Ноэль думал, что Итан просто экономит или плотно обедает дома. Но парень таял на глазах. Его лицо осунулось, под глазами залегли серые тени. Он постоянно мерз, даже в теплых помещениях, и часто потирал бледные руки. В один из пятничных вечеров они сидели впятером в уютном антикафе. Рина и Крис шумно спорили из-за настольной игры, Эмили вела подсчет очков. Итан сидел рядом с Ноэлем, вяло улыбаясь. Крис настоял на том, чтобы заказать сет из бургеров и картошки фри. Ноэль заметил, как Итан буквально заставил себя съесть половину бургера под пристальным взглядом Криса. Но как только Крис отвернулся, Итан быстро взял стакан воды и выпил его залпом. Ноэль сидел рядом. Его взгляд случайно упал на то, как Итан, внезапно побледнев, судорожно схватил стакан и в несколько глотков до дна выпил всю воду. Парень резко поднялся со своего места и, стараясь не привлекать внимания спящих друзей, быстро вышел в туалет, тихо прикрыв за собой дверь. Ноэль нахмурился. Внутри него шевельнулось нехорошее предчувствие. Он подождал около десяти минут, пока Итан наконец не вернулся. Парень выглядел изможденным, его глаза слегка слезились, а дыхание было прерывистым. Когда Итан снова сел на ковер (ковёр, т.к. это антикафе и там нет столов) у окна и устало опустил руки на колени, Ноэль замер. В неярком свете ламп на костяшках указательного и среднего пальцев правой руки Итана отчетливо выделялся свежий, резко покрасневший след — характерная ссадина от зубов. Ноэля словно ударило током. Он много читал о расстройствах пищевого поведения и сразу понял, что это за отметка. Это был знак, немой и страшный свидетель того, что Итан только что намеренно вызвал у себя рвоту. Осознание того, какую жестокую, разрушительную войну этот хрупкий парень ведет с собственным телом втайне от всех, отозвалось в сердце Ноэля острой, режущей болью. Итан заметил его взгляд. Он испуганно дернул рукой, пытаясь спрятать ладонь, но Ноэль не позволил ему закрыться. Без лишних слов Ноэль медленно протянул руку и аккуратно, одними кончиками пальцев, коснулся руки Итана. Затем он бережно перевернул его кисть ладонью вниз, открывая покрасневшие костяшки. Ноэль не стал задавать вопросов, не начал читать нотации и не позвал остальных. Он лишь поднял глаза и посмотрел на Итана — без капли осуждения или брезгливости, с одной лишь безграничной, защищающей нежностью и немым обещанием: «Я здесь. Теперь ты не один». Итан судорожно выдохнул, его плечи опустились, и он позволил Ноэлю держать себя за руку. В эту ночь Ноэль стал хранителем его самой темной тайны, а доверие между ними стало еще больше.