Принятие

Ближе к концу декабря Крис объявил о традиционной предновогодней ночевке у него дома. План был классическим: гора пиццы, настольные игры, глупые комедии и сон прямо на полу в гостиной. Когда вся пятерка собралась у Криса, атмосфера была шумной и веселой. Все уже переоделись в домашнюю одежду. Ноэль, Эмили, Крис и Рина сидели в круг на ковре, раскладывая карточки для игры. Итан вышел в коридор, чтобы переодеться в ванной. Ноэль краем глаза поглядывал на дверь, внутренне немного беспокоясь. Когда дверь ванной открылась и Итан вернулся в комнату, в гостиной на мгновение стало тише. Итан был одет в обычные домашние штаны и простую черную футболку с коротким рукавом. Впервые за все время знакомства его руки были полностью открыты. На его бледных предплечьях отчетливо выделялись старые, глубокие белесые шрамы. Они давно затянулись, но их рельеф ясно говорил о том, через какой личный ад этому парню пришлось пройти в прошлом. Итан остановился у порога. Он слегка прижал локти к бокам, его пальцы нервно дрогнули, а на щеках выступил румянец неловкости. Он очень боялся их реакции, но взгляд его был решительным. Он посмотрел на друзей. Первым среагировал Крис. Он на секунду завис, глядя на руки друга, но в его глазах не было ни капли брезгливости или осуждения — только внезапная, взрослая серьезность и понимание. Он поднялся, подошел к Итану и сгреб его в короткое, но крепкое объятие, хлопнув по спине. — Рад, что ты нам доверяешь, чувак — негромко сказал Крис, возвращаясь на свое место. — Садись давай, без тебя не начинали. Эмили мягко и грустно улыбнулась. Она ничего не сказала, но подвинулась, освобождая Итану самое удобное место на диване у подушек. Рина перевела быстрый взгляд с рук Итана на лицо Ноэля. Ноэль сидел замерев. В его глазах читалась такая смесь гордости за смелость Итана и бесконечной нежности, что у Рины перехватило дыхание. Сам Ноэль едва заметно, ободряюще кивнул Итану. Этот короткий взгляд между ними стал для Итана главной опорой — плечи парня наконец расслабились, и он сел рядом с друзьями. Никто не стал задавать лишних вопросов, не полез с расспросами и не начал неуместно жалеть. Компания приняла его шрамы и его прошлое так, будто в этом не было ничего, что могло бы изменить их дружбу. Позже ночью, когда Крис и Эмили уже вовсю сопели в своих спальниках, а Рина тихо спала, свернувшись калачиком на кресле, Ноэль и Итан остались сидеть у окна. Гостиную освещал только мягкий свет гирлянды на елке. Итан сидел, подтянув колени к груди, его открытые руки покоились на коленях. Ему больше не хотелось их прятать. — Спасибо, — очень тихо прошептал Итан, глядя на падающий за окном снег. — За то, что был рядом. И за то, что они… не стал осуждать. Мне никогда не было так легко. Ноэль сидел на расстоянии вытянутой руки. На нем были теплые перчатки-митенки без пальцев. Он медленно протянул руку и опустил ее на ковер между ними, ладонью вверх. Итан повернул голову, посмотрел на его руку, а затем медленно опустил свою ладонь сверху. Их пальцы не переплелись, они не обнялись, но это прикосновение кожи к коже в полумраке комнаты ощущалось интимнее любого поцелуя. Ноэль понимал, что этот парень пустил его в самую глубь своей души. Они сидели так в полной тишине до самого рассвета, согревая ладони друг друга и слушая разговоры своих друзей.