Вечерняя смена у плиты

Из-за тяжелой и нервной работы на миссиях, бывали дни, когда тебе казалось будто тебя кто-то зовёт, голос вдалеке. Иногда боковым зрением невзначай ловила чей-то силуэт, но если пыталась его рассмотреть — ничего не было. Или никого. Частенько ты списывала это на общую усталость, не хотелось считать себя сумасшедшей. И сейчас, замазавшись по локти в тесте и муке, хотелось просто прогнать очередную галлюцинацию, а не обернувшись, чётко видеть своего полковника. «Почему именно сейчас и со мной?» Хотелось быстро придумать оправдание для ситуации, но как оно могло бы звучать? «Извините, мне дали приказ накормить пустую столовую в 21:00?» или «Представляете, проводила ревизию и обнаружила излишки, занимаюсь ликвидацией?». Долго таращиться и виснуть тебе не дал сам Кёниг. — Объяснись, что ты делаешь на кухне в такое время? Почему я об этом ничего не знаю? Antwort. — голос мужчины жестко отчеканил каждый вопрос. Несмотря на неформальную форму одежды полковника: серые спортивные штаны, чёрная футболка и неизменный снайперский капюшон с подтёками под глазницами — ты стала натянутой как струна, будто готовишься сдавать рапорт. Он плавно отодвинулся от стены у дверного проёма и размеренным шагом направился в твою сторону. — Извините, полковник. Я просто готовлю. — сержант старалась контролировать себя, скрывая своё смущение. — Кто дал разрешение? — Кёниг окончательно подошел к девушке, сложил руки на груди смотря на неё сверху вниз. Враньё в этот момент казалось ещё более страшным, чем просто признаться, да и по правде — врать ты не особо умела. — Никто, сэр. — подавленно ответила сержант. Всё это время ты мужественно старалась выдерживать зрительный контакт, соблюдать устав общения с вышестоящими лицами, но вспыхнувший румянец выдал тебя с потрохами. Щёки залило краской, тело невольно расслабилось и глаза опустились в пол, рассматривая носки тёмных ботинок. Кёниг готов был ожидать чего угодно, но не того, что видит сейчас перед собой. Когда ты осторожно прошмыгнула в столовую в его голове мелькали мысли о краже еды, клептомании, о возможной романтической встрече с кем-то из других солдат на базе. Для каждого пункта был план как наказать пойманных подчинённых. Но увидеть тебя замешивающую тесто, напевающую себе под нос мотивчик какой-то незамысловатой мелодии. Он сам немного опешил. Однако, растерянности брать над собой верх не дал. Мужчина последний раз окинул взглядом кухонную поверхность, тебя и собирался с мыслями. — Смотри мне в глаза. Verdammt. Ты же понимаешь, что скрывание действий на базе караются от технических работ до объяснительной на столе, с возможностью отчисления. — голос был хриплым, вечерним. Собрав всю силу воли в кулак, ты робко подняла голову и умоляюще стала смотреть в глаза Кёнигу, пытаясь отыскать в них благосклонность. — Да, сэр, простите. Мне просто хотелось немного вспомнить гражданскую жизнь. Дома я любила готовить, это отвлекает меня, поток мыслей в голове. Пожалуйста, не разрывайте мой контракт, я правда не хотела скрыв… — девушка стала тараторить и местами заикаться, пытаясь обуздать всё, что нужно было сказать. Нечестная игра. Полковник искренне старался слушать поток мыслей, только твой взгляд и выражение лица выбили из него всю суровость. В твоих глазах не было ни капли вранья, ты ничего не пыталась утаивать и это подкупило его. Как мужчину. Да, он был требовательным командиром, но это не отменяло его мужское начало. Твои кроткие придыхания между словами, ресницы заблестели от влаги и эта прядка волос обрамляющая овал лица. Что-то внутри него дрогнуло. — Отставить оправдания. Ситуация неприятная, из-за этого я не буду хлопотать о твоём отчислении. Я хочу быть осведомленным обо всём, что происходит на базе. Ничего не будет за моей спиной. — тембр голоса полковника стал спокойнее, мягче. Ты не знала как вести себя, выговор не сделан, одобрения действиям нет, развернуться и продолжить? Не по себе. Кёниг немного постоял возле тебя, одаривая томным взглядом голубых глаз и громким молчанием. Может вы бы простояли так вечность, если бы полковник не взял и уселся за одну из стоек, с любопытством наблюдая, что же ты будешь делать дальше. Тебе нужен был приказ, он это понял по твоему растерянному лицу. — Ну, если правда любишь — можешь продолжать, мне в детстве нравилось смотреть как готовит мать — я тоже хочу поностальгировать. Продолжай, не смущайся, Schatzi. Полковник тяжело оперся локтем о стол и подпер голову рукой, приняв непринужденную позу. Испуг отступил и его место занял присущая для тебя лёгкость, недосказанности больше нет, можно выдыхать. Ты стала подбирать нужный ключик коммуникации к этому огромному мужчине. Всё шло вполне успешно — ты рассказала что готовишь, немного о традициях семьи и местности где выросла, одну забавную историю, как однажды кошка стащила парочку пирогов, пока все домашние были заняты своими хлопотами. Местами Кёниг задавал уточняющие вопросы, что грело сердце — он правда слушал тебя. Вероятно, что все рассказы были для того, чтобы тебе самой не было так неловко от тишины — но ты зря переживала. Атмосфера между вами стала дружеской, такой себе тандем молчаливого здоровяка и маленькой щебетуньи. Спустя время, ты поставила на стол плоскую тарелку с ароматными лепёшками. — Угощайтесь, полковник, приятного аппетита. — ты присела напротив Кёнига и принялась уплетать самую остывшую лепёшку. — Зови меня Килгор. — смотря на тебя ответил полковник. Снова подлый румянец прилил к твоему лицу. Он доверился и назвал своё имя, стены больше нет. Для прохожего человека в этом нет ничего такого, ну назвался, похлопать в ладошки на радостях? Тебе же стало понятно, что ты одна из немногих кто вхожий в его близкий круг. Особенно смущал факт, интимности ситуации. Словно вы давние друзья, что мило проводят время после долгих лет разлуки. Нет, не то. Скорее как супружеская пара, что собралась поворковать поздним вечером, обмениваясь новостям о прошедшем дне и строя планы на совместное будущее. — Хорошо, всегда? — чуть не поперхнувшись ты быстро заморгала, будто не сразу смогла осознать сказанное. По взгляду Кёнига стало ясно, что он по доброму улыбнулся и легко хмыкнул, взял пирог, приподнял снайперский капюшон и начал не спеша есть. — Хотела бы всегда, meine Süße? — глаза мужчины игриво сверкнули, отвечая вопросом на вопрос. Полковник медленно встал из-за стола, отложил несъеденный кусок ароматной выпечки, осторожно направился твою сторону. Подойдя непрофессионально близко, он наклонился над тобой, накрыл твои пальцы своей ладонью, а второй — взялся за твой затылок и нежно приблизился к твоим губам. Когда воздух между вами стал общим, он на пару секунд задержался, давая тебе возможность отстраниться. Ты этого не сделала.