Принятие иррационального

Несколько дней спустя. Квартира Шейна. Вечер. Они закончили ужинать. Илья убирал со стола, чтобы загрузить посудомоечную машину. Шейн все еще сидел на месте и сжимал в руке салфетку. — Илья, — сказал он. — М? — Нам нужно поговорить. Илья повернулся к нему. Шейн смотрел в стол. — О чем? — О нас. О сексе. Илья молчал. Ждал. — Мы спим в одной кровати, — продолжал Шейн. — Мы целуемся. Но мы не… — он замолк, подбирая слово. — Не переходим дальше. Я знаю, что ты ждешь. Я не знаю, как сказать, что я… Он встал, дошел до журнального столика и взял оттуда блокнот. Не тот, старый, с фактами про Илью, а новый — тонкий, с белыми страницами. Сел на диван и похлопал рядом с собой. — Я составил список, — сказал он. — Не инструкцию. А… я. Когда Илья сел, Шейн протянул ему блокнот. На первой странице аккуратным почерком: • Даже если мы уже все обсудили. Спрашивай каждый раз, все ли в порядке. • Мне не нравится, когда трогают мою шею сзади. Это вызывает панику. • Я не хочу, чтобы мы делали все, что «принято». Я хочу только то, что мы оба хотим. • Если я молчу — это не значит, что мне нравится. Это значит, что я не знаю, как сказать. Спроси меня. • Мне нравится, когда ты целуешь меня первым. • Мне нравится, когда мы оба сверху одеяла или без одеяла вообще. • Я не хочу, чтобы ты сравнивал меня с кем-то. Даже в мыслях. Илья закрыл блокнот. — Ты составил этот список для меня? — Для нас, — ответил Шейн. — Чтобы я не молчал. Чтобы ты не догадывался. Чтобы если я замолчу — ты знал, что спросить. — А если я сам захочу что-то добавить? — Тогда добавь. Это твой список. — Шейн помолчал. — Мы можем составить общий. Илья усмехнулся. — Общий список сексуальных предпочтений. Только ты мог до такого додуматься. — Это эффективно, — сказал Шейн. — Люди годами мучаются, потому что не говорят. А мы напишем и будем знать. — Хорошо, — Илья положил блокнот на журнальный столик. — Я подумаю и добавлю. — Ты не обижаешься? Что я не сказал сразу, а написал? — Нет. Ты так устроен. Я знал это с первого курса. Шейн выдохнул. — Я боялся, что ты скажешь «это странно». — Это странно, — сказал Илья. — Мне это нравится. Он взял Шейна за руку. — А теперь давай посмотрим твой список ещё раз. Вместе. Шейн кивнул. Они прочитали его по пунктам. Илья задавал вопросы. Шейн отвечал — иногда коротко, иногда сбивчиво, но честно. Потом Илья сказал: — А что тебе нравится? Не из того, чего не делать. А то, что делать. Шейн задумался. — Мне нравится, когда ты целуешь меня в лоб. И когда ты говоришь, что любишь меня. Даже если мы просто лежим и ничего не делаем. — Это я могу, — сказал Илья. Он поцеловал Шейна в лоб. — Я люблю тебя. Шейн покраснел и почти улыбнулся. — Илья. — М? — Спасибо, что не смеешься. — Я никогда не смеюсь над твоими списками. — Знаю. Поэтому я тебя и люблю. Илья сжал его руку. — Это тоже добавь в список. Пункт «Шейн говорит, что любит меня». — Я не буду это записывать. Это не правило. Это факт. — Тогда ладно. Они сидели на диване, держась за руки. Список лежал на столе. Через некоторое время Шейн сказал: — Ты правда добавишь свои пункты? — Обязательно. — Напишешь сегодня? — Напишу. Но потом. Сейчас я хочу просто сидеть. Шейн кивнул. Через минуту Илья тихо сказал: — Шейн. — М? — Мне нравится, когда ты говоришь, чего хочешь. Даже если это список из ста пунктов. — У меня нет ста пунктов, — сказал Шейн. — Пока. Илья засмеялся. — Не смейся, — сказал Шейн. — Я серьезно. — Я знаю. Поэтому и смеюсь. Шейн вздохнул, но руку не убрал. Илья перестал смеяться. Просто сидел рядом. Список лежал на столе. Пустые страницы ждали.