Сказание о чете Вэй

— Браааат! Ну я не хочу! И снова над Нечистой Юдолью разнеслись вопли и причитания молодого господина Не. Глава Ордена Цинхэ Не, Не Минцзюэ, уже оставил попытки догнать младшего брата, схватить за шкирку, вытащить из укрытия и силком отправить на обучение в другой орден. В Лань Лин Цзинь тот ехать не хотел из-за вспыльчивости сверстников, в Гу Су — из-за немыслимого количества правил, а в Юньмэн сам напросился, потому что там «весело». Не Минцзюэ стоял у Храма Предков и издали наблюдал, как Не Хуайсан мечется по тренировочной площадке, словно загнанный зверь, спасаясь от преследования, которого нет. Хуайсан, наконец, заметил это и неловко почесал веером затылок. — Брат… Ну… — Хуайсан! — как обычно, вспылил глава Не. — Ты отправишься в И Лин и пикнуть не смей! Иначе я сожгу все твои безделушки дотла! Эта угроза всегда действовала безотказно: Не Хуайсану даже в кошмарах не могло привидеться, как старший брат безжалостно уничтожает плоды его кропотливого труда. А ведь он вполне мог это сделать. Злить главу Не дальше было смерти подобно. Больно было бы держать в руках пепел от любимой бумаги с изящными рисунками и собственноручно расписанных вееров — эти вещи были ему слишком дороги. Он взмолился: — Нет! Брат, умоляю! Я поеду! Поеду! Только не сжигай! Не Минцзюэ победоносно ухмыльнулся. — Вот это уже другое дело. — Мгновенно мрачнея лицом, он добавил: — Смотри у меня, не опозорься, как в Гу Су. Глава Вэй, может, и не конфликтный, но постарайся не создавать проблем. Чтобы хоть раз в жизни я услышал похвалу в твой адрес, а не упрёки, как от учителя Ланя за бесстыдное списывание. Понял меня? — Д-да, брат. — Задумавшись, Не Хуайсан продолжил неуверенно, почти трусливо, словно стесняясь собственного вопроса: — Брат, а глава Вэй ничего не говорил о безопасности учеников? Вдруг… ну, мертвецы нападут? Глаза Не Минцзюэ налились кровью, а взгляд стал свирепым. Рванувшись с места, он снова пустился в погоню, ворча на ходу: — Вот для чего я заставлял тебя тренироваться! Не был бы ты таким лентяем, смог бы сам постоять за себя в схватке со злобными тварями! И ты, бездельник, смеешь спрашивать меня о безопасности?! Хуайсан! С сегодняшнего дня и до самой поездки время твоих тренировок утроится! Не Хуайсан, подражая старшему брату, не забывал вопить в ответ, хотя слабые лёгкие и хилое тело не позволяли ему выразить своё возмущение в полную силу. — Браааат! Прошу, не надооо!

***

Безночный Город. Поздний вечер. Мужчина с отстранёнными, но красивыми чертами лица лениво восседал на высоком троне. Лишь изредка левая ступня отбивала ритм по полу, словно время от времени его что-то раздражало или даже заставляло нервничать. Полуприкрыв глаза, мужчина своим низким, басистым голосом, удивительно спокойным и одновременно раздражённым, повторил сказанную ранее фразу: — Что вам двоим непонятно? Он обращался к двум молодым заклинателям, что застыли вдали от него. Те, преисполненные страха, сохраняли благопристойную позу, вытянув вперёд руки и соединив белые рукава с пылающими на них узорами в единый символ солнца — отличительный знак Ордена Цишань Вэнь. Склонившись ещё ниже, один из них, очевидно, старший, боязливо подал голос: — Ваши слова, отец, ясны как день. У сыновей больше нет вопросов. Вэнь Сюй искоса взглянул на брата, ожидая подтверждения. Сглотнув, Вэнь Чжао выдавил: — Вопросов нет, отец! Довольно улыбнувшись, глава Ордена Вэнь махнул рукой и тихо, но отчётливо произнёс: — Можете идти. — С минуту подумав, он добавил громче: — Вэнь Чжао, задержись. Вэнь Чжао бросил на старшего брата молящий взгляд, словно взывал о помощи, но Вэнь Сюй лишь пожал плечами и спешно покинул огромный зал. Замявшись, Вэнь Чжао вернулся на прежнее место и, прежде чем успел что-либо сказать, услышал ласковый голос отца — впервые в жизни. — Ближе, дитя моё, ближе. Эта непривычная мягкость напугала молодого господина сильнее, чем моменты, когда глава Ордена Вэнь был зол, как бес из преисподней. Нерешительно шагая по длинным ступеням к трону, он наконец остановился рядом с престолом, погружённый в раздумья… Голос отца отвлёк его от мыслей о троне. — Сын, я знаю тебя прекрасно. Я знаю твой нрав и твои… увлечения, — сделав загадочную паузу, Вэнь Жо Хань подпёр голову рукой и с непонятной улыбкой закончил: — Надеюсь, ты оправдаешь мои ожидания от обучения в Ордене Вэй. Вэнь Чжао поспешно поклонился. — Я вас не подведу, отец! — Помолчав, он, словно мышь, приблизился к главе Вэнь и полушёпотом спросил: — Постойте, а каких именно «ожиданий»? Вэнь Чжао чуть ли не с рождения считался в глазах окружающих самодовольным выскочкой и позором семьи Вэнь. На его фоне и родной брат, и дальняя родственница — Вэнь Цин (которую он считал не больше, чем пылью под ногами) — казались куда более достойными. Он ни к чему не стремился, кроме красивых женщин и проведённых с ними ночей, поэтому старательным учеником его назвать было никак нельзя. Отсюда и возник вопрос. Вэнь Жо Хань снова удивил его… просто рассмеявшись. — Просто веди себя как обычно. Постарайся сделать так, чтобы глава Вэй в тебе разочаровался. Брови молодого господина взлетели вверх. В глазах читался вопрос «Что?», но изо рта вырвалось лишь: — Я вас понял. Не подведу!

***

Ночь нигде не бывает темнее и беспросветнее, чем ночь, спускающаяся на горы И Лин. Тёмное время суток всегда было благом для каждой ночной твари: издалека отчётливо слышался гулкий вой разномастных навок и оборотней, а также весёлые гуляния обычных для этих мест демонов. Мужчина, чьё лицо освещал тусклый свет единственной свечи на столе, мягко улыбнулся, замер на мгновение и медленно вскинул голову… словно мысленно обращался к кому-то. Из неглубоких раздумий его вывел тихий шорох ткани по полу. Обыкновенные человеческие уши мужчины мгновенно исчезли, и на самой макушке беловолосой головы появились звериные уши, настороженно приподнявшись. Разомкнув блестящие в полумраке серые глаза, мужчина улыбнулся шире, и его мягкий, тёплый, почти пьянящий голос тихо произнёс: — А-Ин? Юноша, нарушивший чужой покой, с грохотом опустился у противоположного края стола, подпёр голову рукой и навеселе спросил: — Может, наконец, расскажешь, кто к нам приходил? И почему не предупредил, что у нас будут гости? Ты же знаешь, это редкое явление. Мужчина приглушённо хихикнул, удерживая между длинными, заострёнными пальцами деревянную фигурку. Лишь тогда он заметил, что застыл над игрой в сянци. Загадочно хмыкнув, он заново расставил фигуры на доске и хитро взглянул на юношу. — Если А-Ин сыграет со мной партию, я отвечу на все вопросы по ходу игры. Что скажешь? Юноша хихикнул и устроился поудобнее на подушке, протягивая руку и делая первый ход. Мужчина не замедлил с ответом, совершая ход весьма ловко и замысловато уже в начале игры. По ходу игры он говорил: — Я и сам не знал, что к нам кто-то придёт. Это были главы Орденов из Лань Лина, Гу Су, Юньмэна, Цинхэ и Цишань. — Отчётливо называя каждый клан, он сопровождал речь характерными щелчками опускаемых на доску фигур сянци. Однако при упоминании Цишань юноша сморщился, словно ему было противно слышать об этом Ордене. — Ты, кстати, разогнал тех мертвецов? Всех? — *Hahaa… Не отвлекай. — Пробормотал юноша, но ответил: — Да. Было трудновато, злобы было мало, и флейта едва справлялась, но я выгнал их оттуда. — Спасибо, А-Ин. — Мужчина продолжил, словно ничего не случилось: — Так вот. Явились все пятеро с просьбой. — О! С просьбой? В наш Орден? — Удивился юноша. — Я тоже удивился. Они настояли на… обучении своих детей и прочих молодых заклинателей. Последняя фигура сянци с силой опустилась на доску, чуть не перевернув её — это был решающий ход в игре, и лицо мужчины озарила хищная ухмылка, а одно из звериных ушей пару раз судорожно дёрнулось. Опьянённый победой в обычной игре, мужчина не сразу заметил, как изменилось лицо юноши. Серые, как у него самого, глаза загорелись ярким огнём в полумраке комнаты, тонкие брови взметнулись вверх, а широкая улыбка обнажила весь ряд зубов. Уши уловили ещё один шуршащий звук по полу. Слегка наклонив голову, мужчина усмехнулся при виде пушистого чёрного хвоста за спиной юноши, интенсивно виляющего из стороны в сторону. Ударив руками по столу и приподнявшись, молодой человек, всё так же размахивая хвостом, едва не вскричал от восторга: — Правда? К нам правда приедут ученики из других Орденов? А когда? Сколько их будет? Какие они? У них тоже есть клановые одежды? Они умелые? С ними можно будет пойти на ночную охоту? Чему они будут учиться здесь? Неужели наш Орден наконец-то признали и решили дать шанс? Haha, не молчи, прошу! Скажи, скажи, скажи! И от града вопросов и заразительной радости мальчишки мужчина больше не мог сдерживаться и, разразившись смехом, рухнул на пол, обхватив живот руками. Из-за неудержимого хохота он едва мог что-то сказать. Не дожидаясь ответа, юноша, чьи черты внезапно изменились, ловко перепрыгнул через стол и на четвереньках опустился рядом с мужчиной. Подёргивая плечами под чёрным ханьфу, чьи руки превратились в мохнатые чёрные лапы, мальчишка изо всех сил начал причитать: — Ну хватит смеяться! Скажи же что-нибудь, иначе я тебе спать спокойно не дам! Сквозь чужой смех он услышал прерывистое: — Ты. Пхаха! На протяжении. Хихихи! 15 лет на давал мне спокойно спать! Хахаха! Меня этим не напугать. Хахаха! Надув губы и видя, как надрывается от смеха лежачий мужчина, парень сердито парировал: — Скажу в твоем понимании слов! Как говорил мой покойный отец: «Прикрой лавочку и выкладывай всё, как есть»! Казалось, фраза каким-то странным образом подействовала на мужчину. Смех, эхом разносившийся по всему зданию, внезапно стих. Выпрямившись, тот с невозмутимым видом навострил белоснежные уши и произнёс так, словно и не предавался смеху: — И он оказался как всегда прав. — откашлявшись, продолжил, — А-Ин. Юноша также навострил чёрные уши с белыми кончиками, жадно внимая каждому слову. Но не успел он глазом моргнуть, как чёрная фигура с белыми волосами стремительно, но плавно перепрыгнула через него и грациозно опустилась на четвереньки вдали. Ноги и руки мужчины обернулись белоснежными звериными лапами, а в разрезе ханьфу задорно покачивался тонкий белый хвост. Подергав ухом, мужчина кивнул в сторону распахнутых дверей и весело то ли пригрозил, то ли заинтриговал: — Если А-Ин догонит меня, то, так уж и быть, потрачу хоть всю ночь, отвечая на все вопросы! Юноша усмехнулся, словно этот вызов ничего для него не значил. Внезапно сорвавшись с места, он увидел, что противник уже успел выбежать на улицу, где вовсю царствовала ночь и бродили тёмные твари.