Третья Астрея

                                                              — Наглый мальчишка!              Хлопок.              Сириус схватился за щеку, которая начала гореть от звонкой пощёчины.              Регулус не лез — знал, что бесполезно. Самому попадёт, что лучше брату не сделает. Поэтому молча наблюдал со стороны, немного, очень осторожно высовываясь из-за угла, чтобы не только слышать, но видеть. Запомнить каждую мелочь, отложить её в памяти, даже не понимая, как в будущем они отразятся на всем его сознании, понимании мира. Наблюдал, как мама отчитывает брата по просьбе их отца за то, что тот снова посмел их опозорить тем, что ляпнул во время ужина, якобы магглы не такие плохие люди и у него даже имеется друг среди них. Зря. Регулус уже тогда понял, что зря Сириус это сказал, упомянул. Знал, что за эти слова последует после ужина, и плевать, что гости лишь посмеялись со старшего из братьев, считая, что он так очень тонко пошутил, будучи неплохо подвешенным на язык в свои девять лет. Отец тоже смеялся — лживо, Регулус знал. Выучил уже, что, когда папа смеётся так только для вида, взгляд его зелёных глаз, тусклых как болото, становится холоднее, острее. Не предвещая ничего хорошего, намекая, что после ужина Сириуса накажут. Опять. Да и он сам словно это знал, но, желая показать своё «я», я которого есть свое мнение, молчать не хотел.              А Регулус не понимал — зачем?              Если можно показывать его тайно.              Незаметно.              Играя.              — Не надоело ещё себя вести так? — продолжала Вальбурга, одетая в чёрное, строгое такое платье, которое, считал Регулус, ей совершенно не шло — она ведь не такая. Ей больше белое к лицу. — Разве сложно понять, что нужно вести себя нормально?              Как это… «нормально»?              Как все?              Сириус не будет — он не такой. Никогда не станет. Даже во благо.              — Я и веду себя нормально, — шикнул Сириус, продолжая голову держать ровно, вскинув подбородок, считая себя абсолютно правым. Всегда считал. И будет. За щеку, которая горела от удара, даже не держался, хотя уже остался красный след от ладони. Сильный. — А вот вы все — идиоты! Особенно отец! Его я больше всех ненавижу!              Отец…              Это тот, кто вспоминает о старшем, чтобы его наказать, а о младшем — когда нужно похвастаться хорошо воспитанным наследником?              Регулус помнил его только в такие моменты.              В остальном — только мама.              Отец.              Такой же морально побитый, как и сам Сириус.              Регулус видел.              Они тут все были сломаны.              Все, до единого.              Даже он сам.              Просто пока не вылезло наружу.              — Повтори, — сквозь зубы процедила Вальбурга, следом поджимая свои губы широкие, точь-в-точь как у Сириуса. Да и выглядели они похоже.              Одинаковые.              Особенно глазами — у обоих серые, как замерший лёд в непогоду, который не проломить. А если удастся, то под ним — дикое речное течение, которое тебя либо убьет, либо, если вытерпишь, перенесёт под льдом в безопасное место, где светит солнце.              Не каждый вытерпит.              И не каждая.              Сириус тем временем молчал — так же гордо, как и до этого, за свои слова, которые, знал он, отец слышал из соседней комнаты, извиняться не собирался. Никогда. Он его всей душой ненавидел, сбегая к дяде Альфарду при любой возможности, которого хотел бы называть отцом и жить у него всегда. Правильно, пусть бежит. Регулус как-то сам справится — он лучше адаптировался к этой среде обитания, чтобы выжить тут. А Сириусу нужна другая, полная любви и взаимопонимания. Ему здесь не место, слишком стойко смотрит на то, как мама поднимает заметно подрагивающую руку с волшебной палочкой, наставляя её конец ему в область груди.              Молчала.              Никогда не скажет это заклинание вслух.              Только невербально.              Словно это — ее опозорит. Не в чужих глазах. В своих.              Впрочем, чтобы понять, что мама сделала, когда Сириус упал плашмя на пол и схватился за голову, Регулусу труда много не стоило. В том заклинании нет ничего страшного, просто наказание для тех, кто хочет выделяться из общей массы Блэков, которые использовали его веками в целях воспитания. До сумасшествия не доведёт, но на место поставит. Да...              Просто.              Воспитание.              Сириус не издаёт ни звука, словно стал немым. Ни единой жалобы, даже малейшего писка. Только сжимает челюсти и терпит. Терпит, терпит и терпит, стискивая голову в ладонях, чтобы переждать. Это самое главное, потом ведь легче. Эта мысль Сириуса всегда утешала, всегда он её говорил после таких наказаний. А Регулуса не особо — понимал, что потом опять повторится. Снова больно будет. Ещё больнее.              Надо не надеяться на то, что боль пройдет.              Надо к ней привыкнуть.              Стать друзьями.              Вот тогда будет легче.              Регулус это очень хорошо запомнил.              — Смотри, Регулус, — тихо прохрипела Вальбурга каким-то не своим голосом, холодным слишком, чужеродным. Он у неё не такой, он у неё ласковый, мягкий. А еще подрагивал слабо, пока говорила. Не хотела. Он чувствовал. — И запоминай. Что будет, если не слушать, а только говорить, — мама опустила палочку и сжала плотно челюсти, глядя на Сириуса, который судорожно выдохнул, облегченно уткнувшись лбом в пол и продолжая беспомощно подрагивать. — Вставай. Боль — учение. В жизни будет ещё больнее.              Вальбурга, несколько секунд глядя на Сириуса, который даже не поднял на неё взгляда, оставляя на полу царапины от ногтей, на секунду прикрыла глаза. Выдохнула, молча разворачиваясь на своих невысоких каблуках, чтобы затем стремительно, словно хотела бегом, сына на полу обойти и выйти из комнаты в коридор, прикрывая за собой дверь. Оттуда сразу стали слышны голоса, но Регулус уже не слушал — медленно, аккуратно подошёл к брату, опускаясь рядом с ним на колени.              — Ты как? — коротко поинтересовался Регулус, помогая Сириусу перевернуться на спину… посмотрел в его лицо: глаза — красные, с лопнувшими капиллярами; на щеке алый след от пощечины, ноздри раздуты от частого дыхания из-за боли, а обкусанные губы плотно сжаты.              Больно.              Ему тоже.              Просто морально.              — Нормально, — прохрипел Сириус, несколько секунд безучастно глядя в потолок, после чего собрал слюну во рту и выплюнул её на пол.              Красная.              — Надо что-то? — уточнил Регулус, вытирая рукавом рубашки одну единственную слезу, которую Сириус позволил себе за все это время, с его щеки.              Жалеть не стал.              Сириус это ненавидел. Так будет только хуже.              Впрочем, сам Сириус вместо ответа, довольно крепко для своего состояния, внезапно схватил Регулуса рукой с поломанными ногтями за ворот рубашки, протягивая к себе поближе. Заглянул ему прямо в глаза, как загнанный в капкан, но собирающийся отсюда сбежать зверь, который даже в таких условиях достоинства не терял.              Блэк же.              Как бы не отрицал.              А им всегда будет.              — Да, надо, Редж, — глядя брату, который его молча слушал, всё так же в глаза, прохрипел совсем тихо Сириус, зная, что в этом доме даже у стен есть уши. Помолчал пару секунд, слегка кривя губы от боли и собирая во рту вязкую слюну с металлическим привкусом, чтобы следом её сглотнуть. — Когда… меня здесь не будет… сделай так, чтобы они все жалели и страдали. Уговор?              Регулус ответил не сразу.              Поиграл со старшим братом несколько секунд в гляделки, потому что ранее Сириус никогда такого не просил — держался как-то, желая лишь того, чтобы Регулус далеко от него не отходил. А в этот раз иначе, словно что-то внутри сломалось, незначительно, но ощутимо. Навсегда, либо до поры, пока кто-то не заменит эту вещь внутри него на новую, сделанную из любви безусловной и заботы. Но пока было так — Сириус хрипел, чтобы Регулус им отомстил и сделал так, чтобы каждый из них мучился.              А разве может он отказаться своему любимому брату и самому близкому человеку?              — Молодец, — Сириус слабо, криво из-за остатка боли внутри тела улыбнулся, когда Регулус уверенно кивнул, а затем с его помощью поднялся на ноги, опираясь о его плечо. Выдохнул сквозь зубы, пока на губах осталась капли крови. — Теперь идём, мой дорогой брат. Залечим мне раны на гадость отцу.              Регулус едва заметно от этих слов улыбнулся, вместе с Сириусом медленно шагая до кровати, чтобы уложить его туда и позвать Кикимера, дабы тот принёс воды.              А еще думая о том, что брату он обещание сдержит.              Просто попозже.              Когда придёт время.                                                                                     — Регулус, ау!              Блэк, прислонившись спиной к стене медленно открыл глаза, коротко озираясь по сторонам: пустой школьный сад на улице, вокруг куча деревьев, каменная лестница… на которой стоял Эван Розье, махая ему книгой в желтой старой обложке, которую держал в руке.              — Задремал, блять, или что? — слегка скривив лицо, поинтересовался Эван, в несколько шагов поднимаясь по последним ступеням лестницы и останавливаясь в двух шагах от него. Сощурил свои глаза, недоверчиво оглядывая Регулуса, который стоял с лицом, выражавшем, по его мнению, буквально ничего.              — Не твоё дело, — сухо ответил Регулус, в пару секунд быстро проморгавшись, чтобы согнать остатки воспоминаний из детства, которые в последнее время, с начала учебного года посещали его слишком часто. — Ты принёс, что я просил?              На такой вопрос Эван, поправив свои светлые, как скандинавский блонд, волосы, лишь хмыкнул, едва ли удивляясь такому поведению Регулуса, после чего ткнул книгой ему в грудь, заставляя взять в руки.              — С тебя должок, — запихнув руки в карманы штанов, скучающе бросил Эван, безразлично наблюдая за тем, как Регулус, открыв книгу сразу на нужной странице, бегло прочёл её содержимое.              — Помню, не тупой, — Регулус едва заметно скривил верхнюю губу, после чего засунул книгу в сумку, желая уже скорее уйти отсюда. Быть должником он ненавидел — слишком невыгодная позиция, где нельзя часто хитрить или лавировать так, как нужно тебе. А вот когда должны были ему, то очень даже, и ему было крайне гадко понимать, что теперь на его «свободе» висит цепь, за которую в любой момент могут потянуть, чтобы заставить что-то сделать.              Гадко.              Но иначе в этот раз было нельзя — уж слишком эта книга была ему нужна.              — Только, блять, одного не понимаю — на кой черт она тебе? — хмыкнул Эван, прекрасно понимая, что Регулусу его общество надоело. Просто хотелось поиздеваться, как обычно. — Это же детский лепет.              — Не лез бы ты не в своё дело, — раздражённо бросил Блэк, жалея, что с людьми нельзя делать так, как ему иногда хочется. Уж слишком странно. Поэтому добавил, чтобы Эван от него точно отвязался, более сухо… — Тебя попросили — ты сделал. Про долг не забуду.              — Еще бы ты забыл... — усмехнулся довольно Розье, а затем наклонил голову вбок, с интересом глядя на Регулуса. — Идёшь ночью в Выручай-комнату? Нам сегодня надо подлатать пару тёмных заклинаний.              — Ты еще громче скажи — Дамблдор в своём кабинете не расслышал, — Блэк закатил глаза и скрестил руки на груди, скрытой под зеленым свитером, после чего оттолкнулся от стены, понимая, что этот бестолковый диалог пора заканчивать. — Не знаю. Посмотрим.              — Точно, забыл, какой-то ты занятой, каюсь, — спускаясь по лестнице следом за Регулусом, проворчал иронично Эван. — Целое эссе по «Защите от Тёмных искусств». Невероятно. Смотри не лопни от перенапряжения… нормальный ответ дай. Да или нет?              Регулус хотел было ответить, только не на вопрос, а сказав кое-что другое, поинтереснее, но уже не успел — заметил, как из-за угла вышла Мэри с кучей книг в руках, которых было так много, что они высокой стопкой доставали ей до самого носа, из-за чего дорогу она видела кое-как. Про Эвана Регулус забыл сразу, в следующий миг резко сворачивая в сторону и начиная идти чуть быстрее, чтобы этой бедняжке помочь, иначе она точно расшибет себе все колени и лицо, за что «спасибо», которое ему было нужно, уже не скажет. Пока Эван на фоне, заметив такую интересную картинку, весело присвистнул…              — М-м, вот и слово «нет» пришло, — усмехнулся коротко, с интересом наблюдая за тем, как Регулус подходит к Мэри ближе, чтобы наконец-то ей помочь.              В этот раз влезать не стал.              В следующий. Надо ещё поглядеть.              — Фух... думала, не донесу, — облегченно выдохнула Мэри, начиная тихонько разминать затекшие от долгого пути руки, когда книги из них забрал Регулус, аккуратно кладя той же стопкой на широкие каменные перила лестницы.              — Мэри… — позвал её по имени Регулус, привлекая к себе тем самым внимание, и недоверчиво посмотрел то на неё, то на огромную стопку книг. — Это что?              — Как «что»? — неловко улыбнувшись, уточнила Мэри, заметив недопонимание на лице друга, да заправила прядку волос за ушко, пожимая плечами. — Я же обещала тебе подарить несколько сказок — вот!.. ну… не нравится?..              — Да нет… все нравится, — заметив неловкость у неё на лице, Регулус постарался улыбнуться мягко, показывая, что все в порядке, из-за чего Мэри расслабленно выдохнула. — Просто… ты говорила про «парочку». На две книги это… похоже мало.              — Ну-у… — протянула Мэри, немного смущенно улыбаясь в ответ, но в то же время с маленькой гордостью оглядывая эту огромную стопку. — Я подумала, что, ну, две будет мало очень. Это же сказки, они очень быстро читаются. И решила… что попрошу маму прислать восемь. Хех… знал бы ты, как Сириус ворчал, когда вчера помогал мне их нести из почты в Хогсмиде в школу!..              Мэри, невольно вспоминая вчерашний день, улыбнулась — уж очень забавно Сириус выглядел, когда, придя с ней на почту в Хогсмиде, узнал, что ему придётся помочь донести ей не небольшую коробку, а целых две, причём довольно тяжёлых. Ворчал-ворчал, при чем так, что Мэри в конце концов сказала, закатывая глаза, что в помощи его не нуждается и донесет все сама. Потянулась уже было к коробкам, чтобы взять их да донести прямиком до школы, а потом смущенно отошла в сторону, когда Сириус, ворча, мол «глупая, ты спину себе надорвешь» взял коробки сам, едва напрягаясь, да пошёл в сторону выхода, обещая Мэри отрезать косички, если в следующий раз не предупредит заранее. Пока сама Мэри, довольно и гордо шагая рядом, улыбалась мило да просила душевное прощение ласково, обещая так больше не делать… Сириус, как-то тяжело сглотнув в тот момент, ей в ответ слабо улыбнулся и сказал, что целиком и полностью верит, особенно когда она так мило извиняется. Правда, робеть долго от таких слов не позволил — поинтересовался, дескать, зачем ей столько книг, тем более все те, которые она уже читала. Ответ пришлось говорить придуманный заранее, мол, хочет обменяться парой книжек с Лили, которая, как оказалось, маггловские сказки просто обожает и с собой взяла в школу как минимум пять. Конечно, Эванс сказки не читала уже давно, но пришлось приврать, заранее договорившись об этой маленькой лжи с ней, чтобы она, в случае вопросов, могла её поддержать. Признаваться Сириусу, что она уже как несколько дней общается и гуляет с его младшим братом, Мэри не решилась, продолжая испытывать волнение по поводу того, что, когда-нибудь, он об этом узнает. Даже думать о последствиях вскрытия такой тайны Мэри очень переживала, особенно из-за недавнего подкрепления этого варианта словами Сириуса и Джеймса, которые они сказали ей давеча… из-за того, что какая-то птичка нашептала им на ушко о том, что она якобы общается с Регулусом, мальчики решили на эту тему с ней поговорить. Нет, конечно же, в эту сплетню они не поверили, не замечая, какая Мэри из-за темы разговора стала бледной, но пошутили, мол, если Регулус к ней полезет, то ему несдобровать. И чтобы она ни в коем случае не велась на его слова, ибо человек он, со слов Сириуса, крайне подлый, и если ты ему чем-то не угодишь, то наживешь себе не друга, а врага… так что признаваться было действительно страшно, особенно от мысли, что с этим Регулусом из-за неё могут сделать, учитывая, что за это время они сблизились пусть и не шибко тесно, но достаточно, чтобы Мэри сама поняла, что половина того, что о нем говорят — просто ложь. Ну, или ей так нравилось считать по причине того, что в нём она видела себя…              — М-м, Сириус тебе помогал? — чуть склонив голову на бок после того, как тихо посмеялся с её слов про целых восемь книг, уточнил Регулус, разглядывая стопку перед собой. Мэри же, едва уловив суть такого уточнения, лишь кивнула. — Мило. Очень. А… что предложишь почитать первым?              Ответила не сразу — заметив в его волосах случайно застрявший в них листик, Мэри аккуратно достала его, случайно задев пальцем кончик его уха… Регулус не повёл и плечом, но коротко на неё покосился, словно пытаясь понять, что она делает.              — Извини… листик застрял, — неловко улыбнувшись, Мэри стряхнула его в сторону, а Блэк, чуть подумав, бегло кивнул. — А насчёт того, что почитать…              Мэри, задумчиво прикусив нижнюю губу, перевела взгляд на стопку книг, быстренько пробегаясь глазками по разноцветным корешкам, даже не замечая, с каким интересом странным Регулус в этот момент за ней наблюдает. Провела пальчиком по одной из книг, бегло читая знакомое название, а затем улыбнулась, ловко вытаскивая её из стопки.              — Вот эту! — довольно заявила Мэри, с гордостью какой-то особенной вручая книгу в руки Регулуса. Рассматривая вместе с ним нежно-голубую обложку с золотыми узорами и того же цветами буквами, которые представляли собой название «Лунный запрет», пока облака на рисунке двигались с помощью заклинания, слегка туманя город и звезды на небе позади себя. — Красивая, правда?.. это какое-то эксклюзивное издание, не знаю, но выполнено невероятно. Даже автограф автора есть!.. правда, я никогда не видела эту книгу в списке его работ… а вообще это детская сказка о мире, где в любви можно признаться только с помощью особенных слов и только в то время, когда луна виднеется в небе. «Луна сегодня такая красивая — так говорит тот, кто признается первым, а чтобы ответить взаимностью, нужно сказать: «Такая красивая, что умереть можно»… сам сюжет говорить не буду, потом мне расскажешь, чтобы я убедилась, что ты её прочел!       — М-м, я должен буду пересказать тебе каждую сказку? — с лёгкой усмешкой поинтересовался Регулус, едва ли такой просьбе удивляясь — скорее, немножко забавляясь.              — Ну… да, — улыбнувшись и поджав уголки губ, кивнула чуть оторопело Мэри, сцепляя руки в замок у себя за спиной. — Ты говорил, что, мол, тоже должен мне что-то подарить, а я ответила, что будет достаточного того, что ты их прочел. А как я узнаю, что ты их прочел, если даже не перескажешь мне каждую, а?              — Мэри… да ты настоящая хитрюга, — Регулус медленно покачал головой, тихо усмехаясь, а затем отложил книгу обратно на стопку. Посмотрел на слегка румяную Мэри, которая лишь пожала плечами... — Ну хорошо. Перескажу. Ты меня обыграла… лиса.              — Кто? — удивившись от такого прозвища, уточнила Мэри, недоверчиво глядя на Блэка. — Это еще почему?              — Тоже хитрая и умная, — спокойно ответил Регулус, замечая, как Мэри отвела взгляд в сторону, скрывая то, как ей понравилась эта характеристика. — Только волос рыжих не хватает. Но, впрочем, лисы бывают не только такого цвета. Бурые, коричневые, белые, чёрные… на любой вкус.              «Ого… — сжимая собственные пальцы на руках от удовольствия из-за того, как ей нравилось это прозвище, подумала Мэри, невольно улыбаясь. — Мило… звучит. Никто так не называл. Даже… Сириус… он меня постоянно вредной кличет. Дурак…»              — Звучит, кхм… интересно, — Мэри повела головой слегка, глядя то на книги, то на Регулуса, который, рассматривая их, ей в ответ слабо, мягко так усмехнулся. А она, понимая, что не знает, что сказать, покашляла коротко в кулак да тему решила свести… — Ты идёшь сегодня в Хогсмид? Я обещала посидеть с девочками и Мародерами, но не думаю, что это надолго. И через еще час… буду свободна целиком.              — Да, — уверено кивнул Регулус, пока Мэри, услышав такой ответ, облегченно выдохнула, после чего взял стопку книг в свои руки, коротко кивая. — Тогда я пойду пока — отнесу это чудо в комнату. Я приду через час, уговор?              — Уговор, мистер Блэк, — Мэри, делая шутливый и забавный книксен, из-за которого с губ Регулуса сорвался короткий, но искренний смешок, усмехнулась довольно, медленно кивая. — Тогда я побежала. Встретимся у почтового отделения!                                                                                                         — Сириус… можно я кое-что спрошу?              Мэри, уловив спустя почти что сорок минут посиделок к баре «Три метлы» момент, когда Джеймс наконец-то оставил их в покое, убежав вместе с Питером в соседний магазинчик, обратилась к рядом сидящему Сириусу аккуратно, словно слегка переживая по поводу своего вопроса. Что Блэк, немного развалившись на стуле, очень хорошо заметил — делая глоток сливочного пива, сощурил слегка глаза, коротко оглядывая немного смущенное лицо Мэри, а затем кивнул.              — Что случилось? — поинтересовался Сириус вдобавок, слизывая с верхней губы пенку от сливочного пива и ехидно улыбаясь. — Нужно ещё тонну книжек донести с почты?              — Иди к черту, — Мэри цокнула, закатывая глаза, ибо уже попросила прощение за то, что удивила Сириуса таким маленьким сюрпризом. Дернула плечом, да скрестила руки на груди, собираясь отвернуться в сторону Марлин, которая вместе с Алисой смеялась над каким-то маггловским женским журналом. — Всё, я передумала спрашивать. Пока.              — Да всё-всё, молчу… — Сириус рассмеялся тихо, но заливисто так, красиво, и в тот же момент взял спинку стула Мэри в руку, чтобы, немного приложив усилий, развернуть его к себе. — Говори, зануда. Я весь во внимании.              Мэри, слегка оторопев от столь интересного жеста, чтобы вернуть её обратно, покраснела опять невольно, мысленно проклиная себя за это и стараясь на Сириуса, который выжидающе и внимательно глядел на неё, смотреть как можно реже. Вздохнула, пытаясь придумать, с каких слов лучше начать разговор, чтобы Блэк не оборвал его сразу словами о том, что он на эту тему говорить не будет… а Мэри было интересно — хотелось понять, верна ли она в своих догадках, над которыми думала уже полторы недели, да и… может быть, так получится узнать и понять Сириуса лучше, чтобы бесил он её чуточку меньше.              — В общем-то… только пообещай, что ответишь на вопрос, а не сведёшь тему, — решила начать с козырей Мэри, немного взволнованно глядя на Сириуса, который, может, и вздохнул, явно не имея наслаждения разбрасываться обещаниями, которые может и не выполнить, но кивнул, давая немое подтверждение. Мэри это успокоило, позволило сесть более свободно — эти слова уже были достижением, ибо раньше Блэк в такие моменты очень сильно вредничал. — Хорошо… ну, вот… ты меня заранее прости, если тебя это обидит, но…              — Мэри, — оборвал её коротко Сириус, на секунду прерываясь, чтобы сделать глоток сливочного пива, глядя ей в глаза. Поставил затем кружку на стол, смахивая со своего красного свитера, который связала еще Юфимия, пылинки. — Просто скажи. Я же не кусаюсь.              — Ну, да… — медленно кивнула Мэри, понимая, что даже если на вопрос Сириус не ответит, то лезть кусаться точно не будет — в конце концов, надеялась на то, что за лето он внезапно совсем чуть-чуть поумнел. Поэтому, с горем пополам вздохнула, глядя Сириусу в глаза, получив на это разрешение, и спросила прямо в лоб: — Так почему ты и Регулус больше не общаетесь?              Услышав этот вопрос, Сириус как-то нервно замер с кружкой у губ, устремив не моргающий взгляд вперёд, словно в эти секунды ступора прокручивал в голове вопрос Мэри раз за разом, пытаясь понять, верно ли он его услышал. То было неудивительно — последний раз на тему того, почему Сириус не хочет общаться со своим младшим, общались с ним еще летом после второго курса, когда волей случая остались на ночь одни, только вдвоем. Гроза, молнии, дикий ливень, которые и поспособствовали тому, что в итоге они оказались в одной комнате и в попытке отвлечься начали говорить на разные темы, лишь бы не думать о другом. Тогда-то Мэри мелочи всей этой ситуации и узнала… дескать, Сириус вернулся после первого курса, а младший брат изменился, как по щелчку пальцев, стал вести себя с ним отстранённо, словно и братьями они никогда не были, хотя раньше в своём доме «выживали» как могли бок о бок, понимая, что кроме друг друга надеяться не на кого. Тогда Сириус много не откровенничал, решив какие-то детали упустить, что Мэри очень хорошо видела по эмоциям на его лице, но уточнять не стала. О чем потом жалела, так как на следующий день они начали ворчать друг на друга так же сильно, как и прежде, и узнать у такой колючки Сириуса какие-то остальные детали жизни у Мэри возможности не было. Да и желания, потому что Сириуса хотелось придушить подушкой во сне от всех этих глупых шуток и того, что он забрал у неё брата… Мэри уже тогда поняла, что в чем-то Сириус ей признался не до конца, но причин лишних узнавать, что именно, не видела. А теперь причины были — и факт того, что Сириус стал вести себя немного лучше, из-за чего сближаться с ним уже не казалось таким странным, да и с учётом того, что она теперь подруга Регулуса, который ещё не стал таким близким для откровений, ей хотелось знать причины сего конфликта. Как минимум для того, чтобы в случае чего проделать махинации всякие за спинами остальных, которые потом позволят ей спокойно признаться Сириусу и Джеймсу в том, что она и Регулус — друзья.              — Мэри… — чуть кривя верхнюю губу и громче прежнего поставив массивную кружку на стол, вздохнул Сириус, недовольно щуря глаза. — Меня это уже напрягать начинает.              — Что… именно? — неловко уточнила Мэри, глядя то на Блэка, который поджал губы и поглядывал на нее, то на подол своей длинной юбки в коричнево-оранжевый цветочный принт, из-под которой выглядывали её коричневые туфли.              — Что сначала мы слышим птичек, которые говорят, что ты дружишь с Регулусом, а потом ты задаёшь такие вопросы, — фыркнул Сириус, подозрительно, но между тем как-то задето, глядя ей в глаза. — Удумала стать подружкой этого дурака?              — Нет... — проворчала Мэри, возмущённо скрещивая руки на груди и понимая, что сейчас говорить правду точно не стоит. — Да даже если и так… что в нем такого плохого?              — Как минимум, с тобой он дружить не будет, потому что твои мама и папа состоят в Ордене Феникса, который мечтает свергнуть его и всей остальной семейки идола, — Сириус хмыкнул, выглядя при этом полностью уверенным в своих словах… Мэри покраснела, но решила пока молчать. — Меня год всего не было дома, чтобы ему за это время все в семье могли успеть промыть мозги. Он под конец учебного года даже… письма мне перестал писать, сечешь, Мэр? У него ума не хватило понять некоторые вещи, чтобы сопротивляться этому. Да и тихий он… он сам с собой любит, понимаешь? Ему никто не всрался, даже родной брат. Вы… не пара. Это точно, — поджал губы странно, на секунду прерываясь, словно одна мысль о том, что Мэри и Регулус действительно каким-то образом могут оказаться вместе, его из себя… выводила. Продолжил дальше, ворчливым тоном… — Да и ему с детства жопу лизали, золотой мальчик. Может, считает остальных не ровней, кто знает? Его ж… из нас двоих всегда любили все. Больше. Поэтому… даже если он предложит — не общайся, окей? Мало ли… что удумает.              Мэри не ответила, да и Сириус не ждал ответа сразу, давая ей по всей видимости времени немного пораскинуть мозгами, чтобы сделать правильные выводы на основе его слов. А вот Мэри кому верить пока не знала, как-то исступленно глядя на пустую кружку сливочного пива и просто… думая. С одной стороны стоило бы верить Сириусу как минимум потому, что знакомы они больше, и обманывать её он не будет, да и зачем? Помешать завести друзей? Тогда бы и про девочек так же говорил, это бессмысленно. А с другой стороны вот именно, что знает она его дольше, чтобы понимать, что он часто воспринимает всё в штыки и некоторые ситуации видит только со своей точки зрения, упорно не замечая от желания быть правым множество мелких деталей. Потому может обманывать неосознанно, сам о том не подозревая, ибо вклинил себе что-то в голову, и решил, что он, безусловно, прав. Ведь и Регулус за время их общения не показал себя с какой-то плохой стороны, даже намёка не подал во время прогулок наедине, лишь улыбался довольно странно, хотя, заметила Мэри, он будто всегда улыбался именно так, и не был особо разговорчивый, но при этом умело задавал ей вопросы, позволяя вести диалог, и всегда отвечал на то, что ей интересно, пусть и коротко. Мэри не верилось, что в свои тринадцать лет тот способен обвести её вокруг пальца ради чего-то плохого, да и ради чего? Они знать друг друга не знали, чтобы он затаил на неё какую-то обиду, только, если, конечно, эта обида не касалась Джеймса и Сириуса, которым через неё можно было сделать больно. Но, опять таки, толку? Регулус не казался глупым парнем, чтобы, по-крайней мере, кому-то мстить именно так.              «Нашла на свою голову проблем... — Мэри обречённо вздохнула, разглядывая носочек своей туфли, которым тихонько двигала из стороны в сторону, закинув нога на ногу. — И кто из них прав?.. черт его знает. Все равно, чтобы понять, нужно сделать выводы самой и посмотреть еще немного. Как все запутанно…»              — Понятно. Жаль, что у вас с ним испортились отношения, — прервала недолгую тишину Мэри, пересекаясь с Сириусом взглядами и замечая, как тот словно печально улыбнулся, глядя ей прямо в глаза, почти не моргая. — Это… грустно.              — Да плевать, — пожал плечами Сириус, всем своим видом, как и обычно, показывая, что ему на происходящее все равно и его никак это не задевает. А затем нахмурился растерянно, заметив, что Мэри, глянув время на своих часах, внезапно поднялась со стула. — Ты обиделась? Я не… это имел ввиду.              — А? Нет… — слегка растерявшись от такого внезапного вопроса с уст Сириуса, покачала головой Мэри, а затем потянулась в карман, чтобы достать несколько сиклей. — Я пойду просто, мне ещё нужно подготовиться к завтрашней проверочной по Зельеварению. Иначе мне точно поставят «Ужаснее некуда».              Признаваться в том, что через пять минут должна будет встретиться с Регулусом, Мэри, конечно, не стала…              — Кхм… тебя… проводить? Уже вечереет, — покашляв коротко, словно чтобы скрыть смущение, предложил Сириус, а заметив, что Мэри положила на стол пять сиклей, дабы расплатиться ими за сливочное пиво, внезапно схватил их в руку да всунул Мэри обратно в карман юбки, начиная ворчать… — Забери, Мерлина ради. Я заплачу. Не обеднею от пяти сиклей.              — Ну… спасибо… — ощущая, как щеки заалели как вишня, застенчиво кивнула Мэри, глядя на Сириуса то ли изумленно, то ли трепетно… покачала отрицательно головой, чувствуя, что после такого отказывать как-то неловко. — Не надо, я… сама дойду. Настроения нет… болтать.              — Окей… — явно смутившись оттого, что его предложение отвергли, слегка отстранённо принял её ответ Сириус… подумал пару секунд, а затем схватил свою джинсовку со спинки стула, всучивая её недоуменной Мэри в руки и сразу отворачиваясь. — На. Холодно. Потом отдашь. Заболеешь а-то, потом мне все мозги вынесешь сопливая и больная.              — Сириус… иди ты к черту, — возмущенно нахмурилась от последних слов Мэри, но при этом из рук Сириуса джинсовку выхватила, специально показательно надевая её прям при нем и улавливая сразу же носом аромат парфюма, состоящий вроде как из нот роз и табака. Что удивительно, но Сириусу он подходил. — Спасибо, Ваше Величество, за Вашу милость! Пока!              С этими словами, под ворчание Сириуса о том, что он, вообще-то, позаботился о ней, Мэри показала ему язык, да пошла стремительно в сторону выхода, уже через несколько секунд оказываясь на улице. А ещё хлопая дверью так громко, что хозяйка паба в лице мадам Розмерты, блондинки стоящей за баром, странно покосилась на нее, ворча себе под нос о том, что подростки совесть совсем потеряли. А Сириус только закатил глаза да отвернулся от двери обратно к столу, пытаясь понять, что Мэри опять не понравилось — правду ведь сказал, что будет ворчать, если заболеет, и обязательно сопливая. Он ведь прекрасно помнил как на каникулах после первого курса она умудрилась простыть после озера, куда всю детвору искупаться повели дядя Чарльз и тётя Дорея. И ворчала, к слову, именно на Сириуса, потому что из-за его слов о том, что она укуталась в кокон, будто они в заснеженной Исландии, она кофту, которую одела после того, как искупалась, сняла. Так что знал Сириус, что ворчать будет, и абсолютно не понимал, на что она обиделась опять, если между прочим он еще и отдал свою джинсовку, чтобы она не замёрзла…              — Я заметил… вы с Мэр сблизились, — внезапно раздался голос Римуса рядом, из-за чего Сириус вздрогнул едва заметно, да покосился в его сторону то ли виновато, словно понимал, что делает ему всем этим больно, а будто и так, что он вообще может делать все, что угодно. Вообще между тем удивился, что Римус сейчас это сказал, так как считал всё это время, что тот занят разговором с Лили… — Ну… в сравнении с тем, как вы общались летом.              — М-м, да нет, — отмахнулся Сириус, как-то неловко глядя на свою кружку со сливочным пивом и очень жалея, что оно не алкогольное. Попробовав осознанно вино этой весной, оно ему ужасно понравилось и ему было абсолютно плевать, что ему всего четырнадцать лет. — Просто… было бы тупо, если бы я ссорился с ней. Учитывая, что ей надо помочь адаптироваться в школе. Да и Джеймс попросил помочь. Кстати, он скоро?              — Сомневаюсь, что они вернутся до закрытия, — обречённо вздохнул Римус, как-то неловко убирая соринку с края своей футболки. — Пока найдут нужные струны для гитары Джеймса в музыкальной лавке, их пинками оттуда уже выгонят. Знаешь ведь, какой он в этом плане придирчивый…              — Ну да… — Сириус улыбнулся слабо, вспоминая рассказ тёти Дореи о том, как они покупали Джеймсу первую гитару в десять лет — он так хотел самую лучшую и нужную, что извел бедного продавца настолько, что тот пару раз отходил отдышаться в кладовую, видимо, в надежде, что маленький музыкальный червь возьмёт да забьёт и купит гитару у кого-нибудь другого. Вздохнул, доставая из кармана галлеон, который небрежно кинул на стол и на сдачу не рассчитывал, следом поднимаясь на ноги и понимая, что единственный способ свести тему, чтобы Римус ничего не понял и считал, что между ними всё так же, как и было (а Сириус очень упорно и сам пытался убедить себя в этом последние три с половиной недели), так это найти Джеймса и Питера и вместе с ними, забрав с собой девочек, пойти обратно в школу. — Идём, Рем? Найдём этих педантов и пойдём все обратно. Все равно… мы с тобой ещё договорились вместе сделать домашнее задание.              Вместо ответа Римус только кивнул, слабо так улыбаясь, и поднялся следом за другом, кивая оставшимся девочкам, чтобы они пошли с ними и… надеясь, что, да, все действительно как раньше.                                          — Идиот… — ворчала себе недовольно под нос Мэри, кутаясь в эту проклятую джинсовку плотнее, ибо осенний вечерний воздух уже неплохо холодил всё тело, из-за чего кончики пальцев слегка онемели. Шагала вперёд по улочкам Хогсмида, на которые постепенно начинала опускаться тень из-за наступившего вечера, из-за чего большинство продавцов с помощью магии начинали постепенно убирать все предметы для продажи обратно в помещение магазинов… и косились на Мэри странно, потому что та, желая слегка выпустить пар, пнула раздражённо камень с дороги куда-то в сторону, очень радуясь, что он не угодил в чье-то окно. — Я! Вынесу мозги! Сопливая, больная!.. он реально идиот. Да чтоб… хоть еще раз… принять хоть одну подачку из его рук!..              — Из чьих?              Мэри, внезапно услышав позади себя чей-то голос, чуть ли не подпрыгнула от испуга на месте, ощущая, как сердце со страху начало биться быстрее, отдавая пульсацией по всему телу, да развернулась стремительно на сто восемьдесят градусов, чтобы понять, кто этот нежданный гость.              — Мерлин, Регулус!.. — Мэри облегченно выдохнула, увидев перед собой друга, который ей в ответ, словно не сделал ничего странного, лишь улыбнулся слабо, приветственно кивая. — Не пугай так!.. я чуть… у меня чуть сердце не остановилось.              — Извини, — немного виновато, совсем слегка, глядя на Мэри, промолвил Регулус, осознав, что ее нехило напугал тем, что так внезапно появился словно из неоткуда. А это, считала она, словно так и было — как минимум его шагов позади себя всю дорогу она не слышала ни разу, даже когда замолчала в своих рассуждениях. — Я не хотел тебя пугать. Я думал, что ты слышала, как я начинаю идти рядом. Ещё пол минуты назад.              — Правда? — слегка растерянно захлопала глазами, не зная, то ли радоваться ей, что она за весь свой монолог ни разу не упомянула Сириуса по имени, то ли печалясь, ибо Регулус мог бы ее так или иначе понять. Заправила прядку волос за ушко, вздыхая… — Чего… не остановил-то?              — Ты так усердно пол минуты назад желала кому-то споткнуться и разбиться всмятку, что я, м-м… — Регулус сделал короткую паузу, а затем слабо улыбнулся, оглядывая Мэри с ног до головы каким-то цепким, заинтересованным взглядом. — И решил не лезть по горячую руку в тот момент. Мало ли, ты обо мне?              — Нет… нет, конечно нет, — Мэри не удержалась, да рассмеялась тихо, понимая, как, наверное, в тот момент глупо выглядела со стороны. Провела ладонями по лицу, пытаясь взять себя в руки и слегка поежилась от холодного ветерка, от всей души благодаря Сириуса за то, что тот отдал ей свою джинсовку. — Не о тебе, это точно… да и вообще неважно. Давай не об этом? Не хочу… и так настроение упало, ещё и холод собачий.              — М-м, может, пойдём тогда обратно? — внезапно предложил Регулус, а Мэри недоверчиво посмотрела на него, пытаясь понять, правду ли он говорит и… зачем вообще пришёл тогда, если они только встретились, а уже так быстро пошли обратно? Регулус же, заметив ее странный взгляд, решил объясниться в довольно мягком, аккуратном тоне. — Все равно уже вечереет, а ты очень легко оделась. Просто пойдём обратно… медленно, но чтобы уйти до полных сумерек прежде, чем ты окончательно замёрзнешь. И поболтаем. Что думаешь?              — М-м… — Мэри, понимая, что Регулус прав, ибо мёрзнуть ей не очень сильно хотелось, огляделась коротко по сторонам, подмечая газетную лавку… кивнула, пожимая плечами. — Да, ты прав. Давай. Только подожди, я куплю сегодняшний выпуск «Ежедневного пророка», а то с утра не читала.              Регулус не противился, а Мэри, кивнув головой в сторону лавки, тем самым намекая ему пойти с ней, зашагала к ней быстренько, понимая, что продавец уже начинает медленно сворачиваться…              — Милая джинсовка, — спустя пару секунд после того, как Мэри попросила новый выпуск газеты и потянулась за деньгами, тихо шепнул Регулус, а она, услышав это, на секунду замерла… — И нашивка здесь красивая.              Блэк, аккуратно коснувшись пальцем нагрудного кармана, указал на рисунок в виде какого-то причудливого персонажа, глаза которого были нарисованы в виде жёлтых звезд, улыбнулся как-то умилительно, словно ему действительно нашивка очень понравилась.              — А… спасибо, но это не моя, — понимая, что врать бестолку, слегка застенчиво кивнула Мэри, в этот момент забирая из рук продавца новый выпуск газеты и следом отходя от лавки, чтобы наконец-то пойти в сторону школы. Вздохнула, невольно улыбаясь в ответ… — Сириус отдал. Ну, чтобы не замёрзла. Хотя из-за него же настроение и испортилось, поэтому к черту… давай не будем. Лучше сюда… посмотри.              Мэри, переглянувшись с Регулусом, который моргнул медленно, показывая, что понял её, вместе с ним перевела напряжённый взгляд на главную страницу газеты, где большим шрифтом было написано...              

«ПОЖИРАТЕЛИ СМЕРТИ ВНОВЬ НАПАЛИ НА СЕМЬЮ МАГГЛОВ. ЕСТЬ ПОГИБШИЕ»

             Вздохнула, вспоминая невольно, совершенно нехотя о Ильверморни, о событиях начала июня, половина из которых может и стёрлась из памяти вследствие защитной реакции, но чувства, оставшиеся после них, не делись никуда. Никогда не денутся. Навечно останутся с ней, медленно пожирая изнутри и подпитывая страх… ей не нужно будет даже вспоминать об этом, чтобы вновь чувствовать себя ужасно. Будет достаточно лишь название «Пожиратели смерти», чтобы Мэри было ясно, что все опять повторяется. Смерти, страх, боль… что будет так же, как раньше, а может даже и хуже. Хотя, казалось бы, куда еще — она и так потеряла близкого человека просто потому, что кому-то захотелось власти. Сама осталась травмированной на всю жизнь. Не физически. Морально. Мэри могла не вспоминать об Ильверморни, но просто знала один факт — то, что случилось там, не забудется никогда. А когда нужно будет, вспомнится вновь. Уже во всех деталях, которые нужны — даже в тех, которые стёрлись на долгий срок.              — Мэри?              Мэри медленно вздохнула, услышав, как Регулус позвал её тихо, по всей видимости заметив, какая странная тень легла на её лицо после прочтения заголовка. Улыбнулась слабо, благодарно как-то, когда ощутила, что он, поначалу не решаясь это сделать, словно попросту не знал как, положил ладонь ей на плечо, слабо сжимая его, и легонько, в знак поддержки, тем самым приобнимая. Конечно, он знал о причине такой странной реакции Мэри — это было очевидно, тем более, все лето главные страницы газет пестрили новостями касательно темы, связанной с нападением Пожирателей смерти на школу, которая находилась на другом континенте. У всех стоял лишь один вопрос — разве Тот-кого-нельзя-называть так глуп, чтобы понять, что нападение на детей его в глазах общественности лучше не сделает? Особенно в другой стране, которая ни коим образом не касалась магической войны в Британии?.. ответ никто не знал — он оставался загадкой до сих пор, магический конгресс Америки принял решение не вступать в войну против Воландеморта, но между тем послал следственный отряд в Лондон с небольшой группой мракоборцев, которые должны были найти виновных в нападении на детей, поймать их и во время суда пустить не только по законам магической Англии, но и по законам магической Америки. Да и помочь между тем в поимке тех самых Пожирателей, из-за которых погибли столько абсолютно невинных, совсем ещё юных учеников…              — Ты в порядке? — осторожно поинтересовался Регулус, продолжая стоять с ней на одном месте. Только если Мэри уперла взгляд в газету, то он — на неё.              Помолчали.              — Да, — уверенно кивнула Мэри, показывая, что, действительно, она в порядке, после чего медленно пошла вперед дальше, слегка виновато глядя на Регулуса. — Извини, что словила морок. Это… случайно вышло.              — Не переживай, — Регулус кивнул, а затем улыбнулся ей, только не так, как обычно — словно более искренне, по-настоящему, чтобы успокоить. Так, как умел, ибо никто его этому почти никогда не учил. — Всё… хорошо. Можешь не стесняться таких моментов. Я всё понимаю.              — Хорошо, — чуть помедлив, кивнула Мэри благодарно, уже, если честно, и позабыв, какого это, когда тебе просто разрешают быть… собой. Выражать свои чувства так, как хочешь ты — это можно было делать только дома, с родителями, тетей или дядей, которые принимали её просто такой, какая она есть. А вот остальные, ещё и столь малознакомые, такое говорили редко… — Просто… это так страшно, на самом деле. Людей… убивают просто за то, кем они родились. За то, что не выбирали, кем родится. Это… гадко. И мерзко. Никому… не пожелаю видеть, как гибнут люди, которые ещё вчера бегали с тобой на занятия.              — Это… правда ужасно, — совсем тихо, словно не решаясь сказать такие слова вслух, промолвил Блэк, из-за чего Мэри на него покосилась коротко, пытаясь понять, есть ли в его словах подтекст… Регулус это заметил. Не дурак. — С моих уст это звучит странно, правда? Думаю, Сириус уже наговорил тебе всякого.              — Да нет…              Мэри коротко пожала плечами и опустила руку с газетой, понимая, что желание читать её отпало после заголовка просто мигом. Вздохнула, задумчиво прикусывая губу… Сириус и правда говорил, что мозги его младшему брату промыли, буквально двадцать минут назад. А сейчас этот самый младший брат говорил, что деяния Пожирателей — вещь ужасная. Спрашивать в лоб? Бесполезно, Регулус может и соврать, хотя Мэри, почему-то, ему верить хотелось. Словно было впечатление, что насчёт этого он её не обманет, да и учитывая, что тогда он в поезде не шибко склонял Северуса на сторону Воландеморта… Мэри понимала, нужно не спрашивать — видеть, замечать, только так получится так или иначе понять, что Регулус не тот, кого из него в общем сознании друзей слепил Сириус.              Поэтому спросить пока решила кое-что иное…              — Слушай… как я знаю, твоим родителям не нравится, что Сириус общается с нами, ведь так? — поинтересовалась Мэри невзначай, а Регулус, немного подумав, кивнул. — Они… так тяжело его отпускают к нам, и то только с помощью тёти Дореи. В общем… если мы с тобой, ну, дальше будем общаться, у тебя… будут сильные проблемы? Потому что Сириус сам по себе… мальчик бунтующий, — Мэри, промолвив это, как-то невольно улыбнулась. — От него можно ожидать что-то подобное… а вот ты…              — М-м, прилежный мальчик, да? — с лёгкой усмешкой на губах договорил за неё Регулус, а Мэри только неловко кивнула, понимая, что это правда. — Да, ты права… проблемы могут быть. Но не думаю, что смертельные. Иногда… мне тоже, если честно, хочется побунтовать. Слегка.              — Тебе? Побунтовать? — Мэри, услышав такое заявление, которое Регулус чуть ли не промурчал, захлопала глазами, а затем внезапно тихо рассмеялась, вместе с Блэком уже идя по тропе, ведущей в школу. — Никогда бы не подумала, что в тебе есть что-то такое.              — Оно в том или ином роде есть у всех Блэков. Проявляется просто по-разному, — слабо улыбнулся Регулус, заметив, как его слова её развеселили и смахнули тень наваждения с лица окончательно.              — Ну да… просто… Сириус рассказывал мне, что сделала ваша тётя Друэлла с Андромедой. Поэтому… я и за Сириуса, и за тебя, если честно, переживаю, — Мэри вздохнула, невольно вжимая голову в плечи в момент, когда подул ветер, который неприятно прошёлся холодом по шее, вынуждая её приобнять себя за плечи да укутаться в джинсовку Сириуса плотнее.              — Ну, и ты ведь не собралась за кого-то из нас выходить замуж, верно? — с лёгкой доброй издевкой сказал Регулус, на что Мэри закатила глаза, да хмыкнула, тем самым своей неоднозначной реакцией дразня в ответ. — Так что не переживай. Будут проблемы — я сам разберусь, а с тобой продолжим спокойно общаться… замёрзла?              — Ну так, слегка, но мы уже скоро дойдём, так что… — договорить Регулус не позволил — внезапно остановил её, осторожно придержав за локоть, а потом, словно тот самый главный герой из романа, стянул с себя слизеринский шарф, в пару движений коротко обматывая его вокруг шеи Мэри так, чтобы холодный ветер больше её не обдул… — Дурак… ты же сам замёрзнешь.               — Не переживай, я редко болею, — коротко улыбнулся Регулус, сразу пресекая возможную попытку Мэри вернуть его шарф обратно тем, что, аккуратно завязав его, кивнул в сторону школы и пошёл дальше. — Тем более, ты мне вчера говорила, что тебе в среду идти на отбор в команду по квиддичу. Из нас двоих тебе больше всего запрещено заболеть.              «Да уж… за один вечер стянула одежду с двух Блэков, — Мэри мысленно усмехнулась, понимая, что выглядит... да и звучит это действительно забавно. — Сначала Сириус… теперь Регулус… м-да».              — Спасибо, — слегка застенчиво поблагодарила Регулуса Мэри, на что тот коротко кивнул. Ощущая, как аромат хвои и чёрного чая, которым отдавал шарф, смешивается с запахом роз и табака. — Кстати… придешь в среду посмотреть? Ну, отбор в команду.              — М-м, если пригласишь, — словно решив немножко поиздеваться, протянул Регулус, замечая, что они уже дошли до школы; сам не понял, как так быстро, ибо обычно путь был длиннее.              — Приглашаю, — уверенно кивнула Мэри, всем своим видом показывая, что, действительно, очень хочет, чтобы он пришёл.              — Тогда да, приду, лиса, — Регулус кивнул, вместе с Мэри аккуратно начиная подниматься по лестнице. — Надо же мне посмотреть на будущего ловца Гриффиндора, с которым я буду бороться за снитч.              — Подожди… ты ловец Слизерина? — изумленно посмотрев на Регулуса, на выдохе уточнила Мэри, в ответ получая кивок, который ввёл её в неловкое смущение. — А почему… не говорил?              — Ты не спрашивала, — тихо усмехнулся Регулус, на что Мэри фыркнула якобы обиженно, скрещивая руки на груди. — Ну ладно… извини. Просто не было повода сказать. Зато теперь знаешь.              — Я, между прочим, была очень хорошим ловцом на третьем курсе Ильверморни, — как бы невзначай упомянула столь горделивый факт Мэри, пожимая плечами и проскальзывая внутрь школы, когда Регулус открыл и придержал ей дверь. — Не думай, что если мы друзья, я буду тебе поддаваться.              — Кто кому еще поддаваться будет, — крайне мило улыбнулся Регулус, перехватив ладонь Мэри ровно в тот момент, когда та, наконец-то начав ощущать себя подле него достаточно комфортно, собралась щипнуть его за бок. — Ладно-ладно. М-м, остановимся на середине — не будем друг другу поддаваться оба.              — Пф, это мы ещё посмотрим, — хмыкнула Мэри, очевидно ну уж очень сильно желая доказать Регулусу, который на ее слова промолчал, но улыбнулся, то, что поддаваться будет именно она. Остановилась посреди безлюдного холла школы, где одна из лестниц вела в башню Гриффиндора, а другая — в подземелье Слизерина. — Да уж… жаль, что так коротко погуляли. Мне… ну… приятно болтать с тобой. Ага.              — Ничего страшного, у нас впереди еще целый год, — Регулус вздохнул, останавливаясь напротив неё. — Правда, не расстраивайся. В следующий раз нужно будет просто встретиться пораньше. Не беда.              — Уговор, — кивнула Мэри, почему-то не сумев сдержать улыбку довольную от мысли, что впереди у них еще достаточно выходных, чтобы погулять друг с другом нормально. — Тогда… заранее спокойной ночи, Регулус-Мэри-будет-поддаваться-мне-во-время-квиддича-Блэк?              — Сладких снов, Мэри-так-и-быть-лучший-ловец-в-истории-Хогвартса-Поттер, — усмехнулся Регулус от её слов, решив в своих тоже не отставать, после чего улыбнулся, кивая в сторону лестниц. — Беги.              Мэри не ответила — показала язык ему довольно за то, как он её назвал, чтобы уже через секунды быстро метнуться на лестницу, желая поскорее оказаться в своей тёплой кровати. Нужно было подумать обо всем… да и настроение, несмотря на некоторые моменты, после прогулки с Регулусом было действительно отменное — грустить ни коим образом не хотелось, а от мысли, что она наконец-то нашла себе друга, где-то внутри грудной клетки… стало по-настоящему тепло, потому что, действительно, это было её маленькой мечтой, чтобы вновь ощущать себя нужной и любимой.              Она не заменила лучшего друга, который погиб в Ильверморни.              Ни за что.              Она нашла нового, совершенно другого.              «Адриан был бы рад, — невольно проскочила мысль в голове Мэри в момент, когда она, назвав Полной Даме пароль, зашла в гостиную Гриффиндора, ощущая, как губы расплываются в тёплой, крайне нежной улыбке… — Он всегда хотел, чтобы у меня были друзья».              Забежав в гостиную, Мэри не удивилась — народу было полно, в том числе и Мародеры, щеки которых после улицы были до сих пор красные, что означало, что они вернулись совсем недавно, может быть, за пять минут до прихода Мэри. Сидели кружочком небольшим за столом, что-то бурно обсуждая… а ещё Лили неподалёку сидела, которая, заметив Мэри, радостно вскочила с кресла и вышла к ней навстречу, по всей видимости, что-то удумав.              — Та-ак… нормально погуляла? Ну… с ним? — Эванс, заранее осведомлённая о том, что Мэри идёт гулять с Регулусом, спросила совсем тихо, чтобы никто не услышал, но затем, стоило подруге только приоткрыть губы, покачала головой. — Нет, потом! В комнате расскажешь. А теперь идём — Марлин предложила попить чай после прогулки, только тебя ждем.              Мэри согласилась быстро — взяла Лили за руку да пошла следом за ней, попутно развязывая шарф, ибо в башне Гриффиндора было довольно жарко. Дошли до входа на лестницу в женское общежитие…              Да вот только…              Сзади, вдогонку, раздался голос Питера:              — Мэр, а почему на тебе слизеринский шарф? Это случайно не Регулуса?              Тишина.              Внутри все сжалось.              «Дура!.. Шарф!..»              Что произошло в следующую секунду, Мэри поняла не сразу — уж очень ловко, слишком быстро Лили стянула с неё зелёно-серебряный шарф буквально за одну секунду, и, сжав его в ладони, развернулась к парням лицом, пряча руку за спиной              — Какой шарф, Питер? — якобы недоуменно спросила Лили, переглядываясь с остальными Мародерами, которые наличие шарфа действительно не увидели и странно покосились на побледневшего Питера.              — Ну… на мне только джинсовка Сириуса… — стараясь через неловкость скрыть маленькую ложь, невольно обняла себя за плечи Мэри… переглянулась с Блэком, который в этот момент, сощурив глаза, внимательно смотрел на нее…              Цепко так.              Словно ревниво.              Мэри взгляд отвела, чувствуя, как стало почему-то стыдно… поэтому когда Лили, попрощавшись с мальчиками, схватила её за руку и вместе с ней скрылась в женском крыле, она абсолютно не противилась, едва ли вспоминая, что Сириусу нужно вернуть джинсовку.              — Но я правда видел… — расстроенно проворчал Питер, с мольбой глядя на Римуса, который, знал он, на Мэри, когда она пришла, смотрел внимательно вместе с ним. — Римус, ты же видел!.. скажи, что я прав!..              — Нет, — сухо ответил Люпин, недовольно глянув на Питера, которому уже казалось, что он сходит с ума.        — Я говорил вам, тогда в столовой, а вы мне не верили! И вот сейчас! — хмыкнул Петтигрю, явно недовольный, что его разоблачение вновь осталось без внимания…              — Питер, да не будет общаться она с ним, успокойся уже, — закатил глаза Джеймс, своими глазами видевший, что никакого шарфа Слизерина на его сестре не было. — Я щас уже начну думать, что ты нас с ней поссорить хочешь, реально, хватит. Не будет она общаться с Регулусом, ей это к черту не надо, ну!              — А даже если бы общалась, тебе какая разница? — внезапно, словно открыв дверь с ноги, крайне холодно поинтересовался Римус у Джеймса, который от такого заявления поначалу даже растерялся… — Ты с ней десять минут в день общаешься. Да и Мэри взрослая девочка, чтобы решить, с кем ей общаться, а с кем нет, без вашей помощи. Подумайте на досуге.              С таким заключением, как-то крайне раздражённо оглядев друзей, Римус поднялся на ноги да схватил свою кофту с кресла, чтобы в следующий момент дойти до входа в мужское общежитие и скрыться там точно так же, как только что сделали это Мэри и Лили.              Сириус следом не пошёл.              Только взглядом проводил, затем вернув его в сторону женского крыла.              И пытаясь понять, почему у него все, как обычно, через одно место.