Аукцион.

— Ладно, ладно, сделаем мы тебе репутацию! — Поттер, обычно это приносит только проблемы! Только попробуй что-то учудить в моём облике! Рейн подписался на это только потому, что Поттер и правда был намного сильнее и опытнее. Хоть тому и всего двадцать один, но полгода назад он умудрился схватить артефактора, который торговал в Лютном проклятыми вещами. И не каким-нибудь мелким хламом, а Рукой Славы — величайшей реликвией одного из чистокровных родов Совета. Потом была сеть шантажистов. Целая свора придурков, державшая на крючке половину английского правительства. Поттер не просто их поймал — он посадил их всех. То, что теперь сам мог шантажировать этих людей не хуже прежних хозяев компромата, уже никого особо не волновало. Зато теперь ему почти никогда не отказывали. Вообще… А потом этот ненормальный каким-то образом влез в реформы. За три года службы успел вместе со своей подругой Грейнджер протащить через Министерство целую кучу новых законов, от которых старые чистокровные до сих пор скрипели зубами. Но больше всего Рейна впечатляла история с Краучами. Поттер в одиночку пробрался в их родовое поместье — место, которое считалось едва ли не неприступным. Дом был напичкан защитой настолько, что туда боялись соваться даже опытные авроры. А Крауч к тому моменту окончательно слетел с катушек и едва не убил наследника Олливандеров. Поттер вытащил его живым. Теперь у него была совершенно новая палочка, сделанная тем самым наследником. И, если верить слухам, молодой Олливандер уже превосходил в мастерстве собственного отца. Если подумать, на фоне всего этого Рейн вообще не понимал, почему Поттеру понадобилась его помощь. Короче, Поттер стал почти неприкосновенен. Красив, молод, богат, знаменит и ещё куча всего. Только вот шило в одном месте никуда не делось, и нашему невероятно красивому блондину Рейну приходилось с ним нянчиться. Правда, он уже раз пять подавал документы на увольнение. Не получилось. Отчасти потому, что Поттер был его начальником. Отчасти потому, что лучшим и близким другом, которого бросать совершенно не хотелось. Вот и сейчас он замахнулся на очередное... очень громкое дело. А мордашку его и так каждый знает. Точнее — вообще все знают. Вот он и провёл ритуал. На сутки внешность полностью меняется. Самим собой он из-за этого быть не перестаёт, но блондину, который и без того предпочитал не светиться и обычно ходил в маске, уже приходилось отваживать какого-то кретина, признавшегося ему в вечной любви. Что поделать? Когда Гарри впервые увидел Рейна, то сразу предложил ему переспать. И ему, в общем-то, было плевать, что тот вроде как пришёл на собеседование. Парень тогда с гадкой ухмылкой его послал. Мило так. Гарри до сих пор иногда пересматривал это воспоминание. « Мистер Очарование. Я уверен, что эта тактика работает в девяноста девяти процентах случаев с соискателями. Поздравляю, я тот самый один процент, у которого есть мозги и справка о вменяемости. Помогите себе рукой или отрежьте то, что чешется. Судя по вашему положению, кресло заместителя начальника вы получили тем же способом, который предлагаете мне?» Гарри тогда ответил, что в его деле написано: он потрясающий стратег. Намекая на совершенно обратное. Ну вот кто в здравом уме говорит такое потенциальному начальнику? Тогда парень снова его послал. Примерно на край земли, пойти убиться и больше не отсвечивать. И Гарри, как самый нормальный и цивилизованный человек, взял его на работу. Вот время-то было... Они ругались почти каждый день. Парень только привыкал к работе, а уже подал первое заявление на увольнение. Он хоть и огрызался в ответ, но жить в такой обстановке на постоянной основе совершенно не хотел. А Гарри, как всегда, не желал отпускать от себя такую красивую задницу. Так что общение у них как-то не складывалось. А потом Поттер взял его на настоящее задание. И вот тогда всё изменилось. Поттер был буквально как сама магия. Невероятный, безумный, невозможный. Конечно, это всё ещё не давало ему доступа к красивой заднице Рейна, но зато давало шанс на нормальное отношение. Тогда Рейн перестал дерзить по каждому поводу. Только иногда отвечал на подколки, которые со временем сошли на нет, а потом и вовсе стали дружескими. Так что да. Он бухтел. Выпускал колючки. Закатывал глаза. Но на подобные авантюры всё равно соглашался. Тем более когда на кону стояли жизни. И далеко не одна. На этот раз Поттер раскопал просто омерзительное дело. Он шёл под прикрытием туда, где торговали живыми существами. Существами в этом месте считались все, кто мог говорить, ходить, колдовать, иметь эльфийские уши или просто быть достаточно красивым, чтобы за него хорошо заплатили. Моральных терзаний там, кажется, не существовало вовсе. И когда Гарри не смог спасти одного мальчика... Всё стало только хуже. Тот был полувейлой и обладал элементальной магией. Палочка его не слушалась, зато стихии подчинялись беспрекословно. Ему было всего четырнадцать. Гарри нашёл его тело на третий день после исчезновения. На руке. Точнее, на том, что от неё осталось. Там было выжжено клеймо. Терновник. Чёрные ветви будто вцепились в кожу мёртвой хваткой, оплетая запястье шипами. Такие ставили каждому, кто попадал туда в качестве товара. Шипы были не просто рисунком. Они становились вполне материальными, если человек противился хозяину. Впивались глубже. Рвали кожу. Ломали. Кожа вокруг шрама оставалась воспалённой и красной, а из-под колючек текла густая, почти чёрная кровь. Тогда Гарри разгромил весь кабинет. Не просто разозлился. Его накрыла ярость. Та самая, от которой становится страшно даже тем, кто стоит рядом. С каждым днём исчезновений становилось всё больше. С каждым днём он всё сильнее сходил с ума от собственного бессилия. Стёкла в кабинете уже который раз взрывались от выбросов магии. Руки начинало потряхивать, а случайные прикосновения превращали вещи в пыль. Неделя ушла на то, чтобы найти хоть какую-то зацепку. Ещё неделя — чтобы понять, что за этим стоит не просто сеть торговцев. Аукцион. Настоящий аукцион. Где продавали людей. Прошла ещё неделя, прежде чем Гарри наконец нашёл упоминание о месте сбора этих тварей. Ещё день ушёл на то, чтобы прорыть себе вход. И вот сегодня, ровно в полночь, аукцион должен был начаться. Гарри уже стоял перед зеркалом, переодетый в совершенно тёмно-синий костюм. Длинный пиджак был расшит камнями разных оттенков синего. На плечах белоснежными каскадами лежали крылья, спускающиеся почти до локтей. Между перьями поблёскивали голубые камни, похожие на застывшие капли воды. Ботинки почти сливались с тьмой, отливая глубоким синим цветом, а приталенная рубашка подчёркивала фигуру. Золотые камни на ней складывались в узоры, напоминающие солнце. Всё было готово. Настал черёд заклинания. Гарри взял Рейна за руки, и они одновременно начали шептать древние слова. Золотые нити окутали их тела.  Магия потекла по коже, переплетаясь между пальцами и растворяясь в воздухе. Лицо Гарри начало меняться. Черты стали мягче и изящнее. Кожа приобрела почти фарфоровую бледность. Глаза засияли яркой синевой драгоценных камней, а волосы вспыхнули оттенком светлого золота и легли короткими мягкими локонами. Через несколько секунд от Гарри Поттера почти ничего не осталось. Именно так ему и нужно было выглядеть, чтобы попасть на аукцион живым. — Только попробуй не вернуться. Маску не забудь. — Рейн нервно похлопал теперь уже блондина по плечу и, взяв со стола маску, протянул ему. — Наши уже на позициях. Они окружили замок. Мы будем ждать твоего сигнала... — Не плачь, Ри. — Гарри ослепительно улыбнулся. — Сегодня их последний день на свободе. — А потом враз посерьёзнел и почти зашипел: — Они будут кровью плеваться. Гарри надел белоснежную маску, скрывающую почти всё лицо. Она жутко напоминала пожирательский кошмар из школьных времён. Портключ. Сжав его, он оказался у арки, под ночным небом и свежим воздухом. Вокруг не было ни души. Дверь начала медленно приоткрываться, стоило ему подойти ближе. Шагнув в полную темноту, он начал спускаться. Замок находился под землёй. К нему вело бесчисленное множество таких неприметных арок, разбросанных по всей Англии. Открывались они только при помощи специальных портключей, в которые был встроен механизм, распознаваемый дверями. Спускаться пришлось долго. Когда впереди замаячили ещё одни двери, рядом появилась небольшая коробочка. Гарри положил туда ключ и маску. Маска засветилась, по белой поверхности побежали золотые спиральные узоры, а ключ просто исчез. Глубокий вдох. Анонимность. Двери со скрипом распахнулись. Перед глазами предстал огромный круглый зал. Уши почти заложило от музыки и гула голосов. Воздух был пропитан запахом старой крови, шерсти, металла и бесчисленного количества дорогих духов. Магические факелы горели почти на каждом шагу. Вдоль стен виднелось двенадцать таких же дверей. Между ними располагались углублённые клетки. Все зоны с диванами и столами закручивались в спираль и постепенно спускались к центру. Туда, где находилась обсидиановая арена. Вокруг неё пульсировали багровые руны, переплетённые терновыми шипами. Всё это носило почти символическое название — «Двенадцать Рассветов». Гарри же хотел отправить их всех в закат. Да так, чтобы они забыли, что такое солнце, навсегда. Но вместо этого ему приходилось сохранять непринуждённый вид и смешиваться с толпой. Отвращение вызывал почти каждый разговор, в котором приходилось участвовать. Нужно было обойти весь зал до начала аукциона. Проблема заключалась в том, что сюда невозможно было просто ворваться. Куче авроров — точно. Даже специально сформированному отряду из лучших — тоже. Поэтому Гарри месяцами сидел над артефактом. Небольшим синим камнем, который легко терялся среди остальных украшений его костюма. Именно он позволял перенести сюда оперативников. Сколько нервов ушло на его создание, уже никто не считал. Сейчас Гарри скорее надеялся, что их не засекут артефакты, которыми были увешаны стены, чем действительно был в этом уверен. Оставалось только разместить камни в нужных местах. Их было двенадцать. Поэтому Поттер старательно делал вид, что его не тошнит от происходящего. Благо маска скрывала лицо. Только глаза иногда выдавали его. Особенно когда он проходил мимо клеток. С людьми. С существами с ушами. С хвостами. С чешуёй. В одной из клеток сидела девочка лет семи. Именно тогда сердце болезненно сжалось. Он отвернулся и почти с остервенением продолжил раскладывать камни. Где-то в тенях слышался сухой шелест галеонов. Сдавленный смех. Голоса тех, кто привык покупать чужие жизни на развес. Диверсия проходила успешно. С ледяным спокойствием. Потому что по-другому было нельзя. А потом всё внезапно затихло. В зале стало настолько темно, что видна осталась только арена. Резкий рывок. И Гарри оказался на чём-то мягком. Маска служила ещё и переносчиком к заранее зарезервированному месту. Сцена медленно пришла в движение. На ней появился организатор в кроваво-красном костюме и маске ворона. Гарри завертел головой, пытаясь понять, в какой части зала оказался. Но арена вращалась. И создавалось ощущение, будто движется он сам. Осталось всего два камня... — Добро пожаловать! В место, где цена — лишь цифра, а мораль — забытое слово! Сегодня мы предлагаем вам то, что Министерство боится даже назвать! Лоты готовы. Ваши кошельки полны. Ваша совесть... Впрочем, оставим шутки! По залу прокатились аплодисменты. — Добро пожаловать в «Двенадцать Рассветов»! Торги начались. На арену выкатилась первая клетка. Почти полностью покрытая льдом. Внутри металось светло-синее существо. Его руки были укрыты синими цветами, а вместо ног тянулись семь длинных щупалец. Там, где они касались пола, мгновенно появлялась изморозь. Существо было невероятно красивым. И невероятно опасным. Между лепестками и ледяными узорами виднелись острые шипы, а на шее темнело терновое клеймо. Гарри почувствовал, как внутри всё холодеет. Точка высадки ещё не готова. Существо сейчас продадут. И плевать, что оно не говорит. Плевать, что выглядит иначе. Оно было живым. Оно билось о прутья клетки и издавало жалобные, почти детские звуки. Гарри осторожно поднялся. Только бы никто не заметил. Тихий шёпот заклинания. Зрение стало немного чётче. Но магия работала плохо. Скорее всего, по всему комплексу стояли магические заглушки. Он быстро оглядел зал. Камни. Один. Другой. Третий. Все уже лежали на своих местах. Ещё один можно было установить совсем рядом. Гарри сделал это почти незаметно. И в этот момент начались ставки. — Десять тысяч галеонов за прекрасного арктического ламиана! Его цветы готовы вам служить, господин под номером девять. Желаю прекрасных экспериментов! А мы переходим... — Двадцать тысяч. Голос Гарри разнёсся по всему залу. По рядам прокатился удивлённый шёпот. Так здесь не делали. У него даже номера не было. — Двадцать пять тысяч, — отозвался номер девять. Гарри шагнул ближе к арене. Ещё шаг. И ещё. Он продолжал поднимать ставку. Охрана пока не вмешивалась. Для них он выглядел просто очередным богачом, решившим покрасоваться. Но дело было не только в существе. Ему нужен был последний камень. Последний. Гарри успел коснуться края арены. Камень скользнул вниз и исчез за складками чёрного шёлка. Готово. — Каков ваш номер, мистер?.. Магия подхватила его раньше, чем он успел отступить. Через секунду он уже стоял на сцене. Перед всеми. — Называйте меня тем, кто платит больше всех. Он бросил мешочек с золотом к ногам ведущего. По залу пронёсся смешок. — Что ж, вы заплатили сорок тысяч за этот прекрасный экземпляр. Мы всегда рады новым гостям... Гарри почти дотянулся до артефакта на поясе. Ещё немного. Осталось только активировать камни. Всего одно движение. И вдруг воздух вокруг него начал сжиматься. Резко. Жёстко. Будто кто-то сомкнул невидимые пальцы на его горле. Гарри попытался вдохнуть. Не получилось. Маска сорвалась сама собой. Руки дёрнулись. И тут же их стянули цепи. Ноги тоже. По залу прокатился восторженный гул. — Рады! Очень рады приветствовать вас! Вот только не в качестве покупателя! Смех. Аплодисменты. — Вы будете прекрасным дополнением к сегодняшним лотам! Гарри замер. Чёрт… Чёрт. Чёрт! — Итак! Стартовая цена — сто тысяч галеонов! Кто желает приобрести личного аврора? Гарантирую, его воля сломается меньше чем за неделю. А протоколы защиты Министерства бесценны! Вы только посмотрите на это фарфоровое личико! А какая фигура! Зал взорвался голосами. Ставки посыпались одна за другой. А Гарри почувствовал жжение. Сначала на шее. Потом глубже. Будто раскалённый металл вплавляли прямо под кожу. Он зашипел от боли. По шее потекло что-то тёплое. Кровь. Терновник появился почти мгновенно. Белые шипы обвили шею, выглядя почти как изящная татуировка. Почти. Если не считать крови. И того, что это был рабский ошейник. В ушах стоял гул. Перед глазами всё расплывалось. Последнюю ставку он уже почти не услышал. Колени подогнулись. Гарри рухнул на арену. К нему направлялся человек под номером три. Каждый его шаг отдавался эхом в голове. Но прежде чем сознание окончательно поплыло, Гарри всё-таки сжал артефакт. Активировал. На секунду мир замер. А потом зал взорвался. Бокалы лопнули один за другим. Воздух озарился десятками вспышек.Повсюду начали появляться авроры. Крики. Паника. Ругань. Кто-то пытался бежать. Кто-то атаковал. Кто-то просто орал. Муравейник. В который плеснули кипятком. Кажется, ведущий успел ударить его по лицу. Кажется, кричал что-то про медленную смерть. Кажется, потом его самого впечатало в стену. Гарри уже почти ничего не слышал. Только хаос вокруг. Огонь. Вспышки заклинаний. Треск ломающегося камня. И сквозь весь этот шум прорезался знакомый бархатный голос. Совершенно спокойный. — Провёл сюда авроров прямо под носом. — Короткая пауза. — Впечатляет...