kikiriki

      Он вспоминал тот день с маленькой леди снова и снова, как страницу из книги, где каждая деталька была особенно ему важна. В тот момент она казалась ему чем-то невероятно нежным и хрупким, как куколка из фарфора, из которой слово можно было выдавить лишь упорством и терпением. И ему нравилось «трудиться» для этого.       Она была как книга, которую не всем дано понять, но, прочитав первую страницу однажды, никогда не захочешь её закрыть. Луноликая маленькая госпожа, до которой также далеко, как до луны.       Всего лишь два раза одарила его улыбкой, всего лишь чёртовых два раза, но этого хватило, чтобы он стал молча наблюдать за ней, пытаться заговорить с ней больше.       Ему казалось, что после оригами они станут друзьями, однако Цукимори-сан продолжала быть лишь с собой.

𓅓

      Со временем недели превращались в месяцы, летний зной достиг пика, а Иошико продолжала проявлять интерес к оригами уже без него, а возможно и перестала вовсе, кто ж её знает. Токито-младший был очень опечален этим фактом. Ведь по-сути, эта «маленькая деталь» и хобби скрещивали их на один вечер, как он сам надеялся — будет и дальше.       Но нет.       Почему ей перестало быть интересно с ним? И больше он не нужен? Она перестала спрашивать у него за оригами, начала справляться самостоятельно.       Значит, он был ей нужен только из-за оригами? Спрашивал он себя, но не мог найти ответа. Однако он успокаивал себя мыслью, что хотя бы с ним она иногда разговаривает, и это делало его немного счастливее. Всё равно ей, видимо, нужна была определённая точка восприятия, чтобы начать общение с кем-либо, а подарок и вправду порадовал. Иногда у него появлялась тень гордости за это, но эти чувства были непостоянными, как ветер времени.       Это правда льстит, если есть очень закрытый человек, но с вами он ведет себя иначе. Как это может быть не приятно?

𓅓

      Утро было ясным, и солнце медленно поднималось над горизонтом, одаривая всё вокруг летним теплом. Юичиро и Муичиро, одетые в лёгкую школьную форму, направлялись в сторону академии, чуть подняв головы, чтобы впитать первые лучи солнца. Они не спеша шли в школу, так как осталось совсем чуть-чуть до каникул, и можно было расслабиться. Да и ветер будто бы им говорил — скоро отдых.       Юичиро смотрел на своего младшего брата, заметив, что тот сегодня какой-то рассеянный намного больше, чем обычно.       Да и вообще в последние месяцы. Раньше он всегда был тихим, но весёлым утром, улыбался хотя бы, по вечерам болтал, но сейчас стал чаще время проводить в своей комнате. И сегодня он шёл молча, взгляд его устремлён вдаль, словно он размышлял над чем-то глубоким. Или снова думал ни о чём, а взгляд завис на облачках.       Токито-старший наконец решил прервать молчание:       — Ты в порядке, Муичиро? Ты какой-то странный сегодня. И не только сегодня.       Токито-младший медленно обернулся к брату, вернувшись из своих мыслей на землю.       — Да, всё в порядке, просто думал. — ответил он, но в его глазках всё ещё читалась загадка.       — О чём? — Токито-старший нахмурил брови, и если это опять из-за какой-то ерунды, то кому-то не сдобровать.       — Об… — он задумался.       Юичиро необязательно знать, о чём он думает. Точнее, о ком.       — Об академии. Просто забавно, мы здесь всего несколько месяцев, а как будто вечность…       — Эм, я так не думаю.       — Ну… ладно.       И они пошли молча.

𓅓

      Братья Токито вошли в класс, который уже начал наполняться учениками. Они сели на свои места, и Муичиро, как всегда, неосознанно бросил взгляд на Иошико.       Маленькая традиция — оценить свою соседку.       Обычно она просто смотрела в тетрадь или прямо перед собой. Она была пунктуальна, лишь изредка могла опоздать минуток на пять, но при этом никогда не выглядела торопливой. Она не выглядела как человек, который излишне следит за своим внешним видом — не в смысле несобранности, а скорее будто усилий было приложено минимум, а «на выходе вышел максимум». Косички были собраны всегда одинаково: слегка выбившиеся пряди, неспеша стянутые, и не до конца, оставляя «хвостик» подлиннее. Никаких лаков, никаких дополнительных процедур, чтобы волосы были «прилизаны». Глазки её еле подчеркнуты — и то замечал это, кажется, только Токито-младший. Форма поглажена, без особых складок, слегка больше её размера. Всё всегда было как обычно.       Однако в этот раз кое-что изменилось…       Небрежный, но аккуратный кудрявый пучок. Муичиро не мог не заметить этого изменения. Он продолжал смотреть на неё, словно пытаясь что-то понять, собрать пазлик, который сам же и придумал. Передние пряди были собраны в задний пучок, а нижняя часть волос просто лежала на плечах, мягкими волнами.       Токито-старший, заметив «тупой» взгляд брата, смутился и пошёл дальше:       — Что ты так смотришь?       Тот вздохнул.       — Ну, причёска… Она обычно носит волосы по-другому.       Юичиро мысленно закатил глаза.       — Возможно, у неё просто изменилось настроение. Не так уж и важно, как она укладывает волосы, верно?       Он согласился с братом, но его внимание оставалось сосредоточенным на ней, и он чувствовал, что что-то в этой изменённой прическе скрывается. Ну или он, как обычно, драматизирует.       Токито-старший уже стал напрягаться из-за Цукимори, так что Токито-младший просто соглашался со всем, что он скажет. И хотя, да, причёска роли не играет, но одно ясно — изменение настроения. Как и сказал брат.       Однако, Иошико-сан и изменение настроения? У неё вообще есть настроение? Забавно, обычно «тихушники» мало привлекали людей, но и сам Токито-младший был, скажем так, не душа компании, поэтому это его по-своему это завораживало в людях. Какая-то то ли сдержанность, то ли попытка быть более скрытным.       Лёгкая романтизация анонимности привлекала его. Даже его любимый творец в мире искусства и бумаг был анонимной личностью.

𓅓

      Прозвенел звонок, и Ренгоку-сенсей начал свой рассказ, попутно озвучивая имена на проверку домашнего задания, а также поздравляя тех, кто скорее всего успешно закончит первую часть года.       Муичиро попытался сконцентрироваться на уроке, отвлекаясь от размышлений о причёске Иошико, в целом о ней. Но эти навязчивые вопросы и мысли, будто бабочки, продолжали витать над ним. Сам того не замечая, он засмотрелся в окно и думал. Легонько и лишь иногда возвращаясь глазками к маленькой леди, да и так, что та даже не почувствует.       Юичиро, напротив, активно участвовал в уроке, поднимал руку и отвечал на вопросы сенсея, ярко демонстрируя, как он готовился к уроку. И хоть он точно будет отличником по историй в этом семестре, он нуждался в одобрении Ренгоку-сенсея (который одабривает — всех).       В классе царила всегда дружелюбная атмосфера, поэтому Муичиро наслаждался уроками истории. Тем более, это был единственный урок, на котором располагались они так, что Иошико-сан была совсем-совсем рядышком. Не то что бы он пытался быть ближе, он просто очень очарован тем, что она хотя бы иногда обращает на него внимание.       В его жизни не все так поступали.

𓅓

      По окончании урока, когда ученики готовились к следующему занятию, Танджиро подошёл к братьям Токито. Как всегда, огненный и добрый Камадо, и его очаровательная улыбка. Муичиро искренне считал, что Камадо ему друг или станет им.       — Как вам урок? Пообедаем после? — спросил он, улыбаясь.       — Отлично, — ответил Юичиро. — Да, пошлите.       Токито-младший лишь кивнул в знак согласия, но его взгляд упал на соседку, которая продолжала сидеть молча, не обращая внимания ни на кого. Она медленно открывала тетрадь, и пара рисунков бросились ему в глаза. А потом она поднялась со своего места, видимо, почувствовав взгляд на себе, и посмотрела прямо на Муичиро.       А ведь Токито не здоровался ещё, поэтому он помахал ей. Она кивнула ему.       — Чего ты? — Юичиро убрал его руку.       — Что?.. Я просто здороваюсь…       — Понятно.       Токито-старший быстро вышел из класса. Усиленно стал думать. Он посмотрел вбок, увидел как Танджиро шёл по коридору к следующему уроку. Ускоряя к нему шаг, схватил его несильно за локоть, что тот аж вздрогнул.       — Танджиро. — Камадо быстро перевёл взгляд к нему.       — Да, Муичиро?       — Юичиро. — грозно посмотрев на него, сказал он.       — Ой! Прости! Что такое, могу чем-то помочь?       — Да. Расскажи мне о Иошико.       — Цукимори-сан?       — Да. И почему «‎сан»? Она наша ровесница…       — Ну… её оджи-сан владеет святым храмом, он очень уважаемый человек. Она наследница храма, конечно, мы её уважаем и обращаемся на…       — Ладно, я понял. Храм? Какой?       — Юичиро-кун… Мы сейчас на урок опоздаем, давай, я тебе на обеде расскажу?

𓅓

      Когда наступило время обеда, они направились в столовую вместе с Танджиро, где их ожидали другие одноклассники. Зеницу и Иноске даже удалось завести разговор с другими девушками, хоть и Аой была не особо рада этому. Старалась этого не показывать, но по ней было видно. Юичиро хмурил брови, когда разговаривал с Камадо, и говорил с ним слабым-слабым шёпотом.       Их стол был украшен яркими узорами и картинами, как и вся столовая. Середина лета, солнце и праздники. И так академия поздравляла победителей конкурса, что был недавно. Под столами стояли стулья в разных ярких цветах. Муичиро взял себе свежий фруктовый салат и долго рассматривал яркие кусочки фруктов, пока Танджиро и другие продолжали беседу.       Он, сидя за столом, внимательно наблюдал за окружающими.       Каждый казался занятым своими мыслями и делами. Но это было мило. Кажется, великая троица — Зеницу, Иноске и Танджиро, действительно были почти родными. По белому завидовали им, а многие даже хотели в их свиту. Это Токито-младший подмечал про себя, собирал свои тихие факты.       Несмотря на общий разговор, Иошико, которая присоединилась позже остальных, молчала и не принимала участия в беседе. Остальные одноклассники, смеясь и общаясь, создавали приятную атмосферу, живую, но Цукимори-сан всегда оставалась в стороне. Муичиро не мог понять, что происходит в её душе, и чувствовал себя беспомощным.       Ему было грустно, что она часто бывает, хоть и со всеми, но одна. Да, её поведение завораживает, но, с другой стороны, больно как-то за неё. Может, она хотела бы больше общаться с другими?

𓅓

      Обед проходил в своём уже привычном темпе, и Токито-младший старался развеселить Иошико, хотя он был не лучшим шутником. «Великая троица» смеялись, пытаясь так поддержать Муичиро, делились историями и шутками, стараясь вовлечь Цукимори-сан в общий разговор.       Но она как стена, тарань-не-тарань — непробиваемая.       Она не была изгоем для всего общества — с ней никто никогда не конфликтовал, но и по‑настоящему близко не дружил. Иногда предпринимались попытки вовлечь её в разговор, как, например, сейчас, но они всегда были безуспешные. Она слушала и кивала, хотя порой казалось, что лишь делала вид, что слушает… Муичиро был расстроен: его попытку не заметили. Танджиро же мысленно передавал ему: «не расстраивайся, дружище».       Юичиро хотел показать Камадо свои тетради, так как тот был старостой и отличником класса, и вскоре их должны были сдать на проверку для подтверждения наличия всех записей. Аой что-то крикнула Иошико, но та лишь повернулась и кивнула, оставаясь за столом.       Оставался всего один урок, кстати, самый нелюбимый — химия.       Поэтому Цукимори-сан ковыряла свой салат до последней ложки, медленно и без аппетита. Муичиро, сидевший напротив, поднял свой взгляд с её тарелки на неё и сказал:       — Тебе идёт!       Она вопросительно на него посмотрела и Токито-младший смутился.       — Ну… волосы!       Она неосознанно коснулась своих волос.       Муичиро стал постукивать пальцами по столу. Обстановка была не самой лёгкой, поэтому он тихонько поднялся и спросил:       — Не хочешь пойти на урок?       Маленькая леди посмотрела на него, а потом вдаль, задумываясь, и ответила:       — Нет.       — Нет?.. Почему?       — Не хочу.       — Ты прогулять хочешь?..       — Да. — твёрдо сказала она, а Муичиро не ожидал.       Вообще, его вопрос был приглашением пойти вместе на урок… Она выкинула содержимое тарелки в урну, а потом обратилась к нему.       — Парк. Ты можешь пойти со мной. — и ткнула в его грудь пальцами. Может быть, ей просто захотелось, но для Токито-младшего это стало ещё более неловко.       Он, редко имевший возможность поболтать с ней, стал перебирать варианты. Урок химии был важным, и если он просто не появится, это вызовет вопросы со стороны сенсея. А после парка начнётся кипиш с его братом…       Ему нужно было грамотно составить план. Прогуливать было очень страшно, особенно учитывая, что он никогда раньше этого не делал…       Муичиро решил написать сообщение брату, объяснив ситуацию. Может быть, это не был самый лучший план, но он не видел другого выхода.       Что ж, была не была.

𓅓

      Он согласился и она пошла оставлять свои вещи, пока тот нервно печатал сообщение брату.       • Чё? Из-за салата? — Юичиро мгновенно ответил.       • Да, я домой наверное пойду.        • Ты что, в туалете?       • Нет, выхожу из школы.       • Ясно. Я скажу Танджиро.       План сработал!       Теперь оставалось только следить за временем, чтобы успеть вернуться домой, иначе Муичиро действительно получит по шапке от брата. А допросы со стороны Токито-старшего не были чем-то, что ему хотелось бы пережить.

𓅓

      Прогулка до парка была неловкой.       Масаёши-сан поднялась на бордюр и молча шла, словно ограждая себя от остального мира. Токито-младший чувствовал, как его сердце колотилось громче, чем обычно. Он постоянно беспокойно поглядывал на часы, думая о том, что у него остаётся всё меньше времени, чтобы вернуться домой до прихода брата.       Глазки фиксировали в памяти время, чтобы план не провалился.       Мысли кружились в его голове, он пытался придумать идеальное объяснение на случай худшего исхода. Но в глубине души он знал, что это точно-точно стоит того.       Да, пока они шли молча, Муичиро пытался придумать, как же начать разговор. Его сердце билось быстрее, и он знал, что должен сделать что-то, чтобы разбить эту стену между ними. Тоненькую стену её молчаливого характера, чтобы можно официально назвать их друзьями.       Наконец, он решился и сказал:       — Цукимори-сан, а ты хорошо проводишь время в школе? Тебе нравятся ребята?       Она повернула голову и посмотрела на него с некоторым удивлением. Её красно-багровые глазки были полны загадки, и Муичиро понял, что он только что нарушил её привычный мир молчания.       Она ответила негромко:       — Да.       Муичиро улыбнулся, чувствуя, как его напряжение начинает отступать.       — Это хорошо. Я тоже думаю, что у нас в классе здоровская атмосфера. Все очень дружелюбные, мне это очень нравится. А тебе?       Иошико кивнула и продолжила молчать. Просто повернулась и пошла дальше. Он решил не нарушать её мир снова и просто наслаждаться прогулкой до парка, пока у него ещё есть время.

𓅓

      Путь продолжился, как вы понимаете, молча.       Время тянулось, и каждая минута становилась драгоценной. Странные контрасты заливали сердце Токито, в нём была неловкость этой маленькой прогулки, страх за себя после неё и совсем немножко приятного возбуждения. Ожидания, что он сможет разговорить эту непробиваемую женщину.       Иошико медленно шла, она не спешила никуда. Её багровые глазки были освещены лучами уже почти закатного солнца, оранжевый и розовый заполнял улицы, и она выглядела как идеальная фигура композиций. Медленно вдыхая воздух, она убрала руки за спину, лишь изредка поглядывая на Токито-младшего.       Муичиро продолжал думать о том, как бы её удержать в разговоре, но он страшно не хотел навязываться.

𓅓

      Наконец же, они достигли парка.       Он вздохнул с облегчением, понимая, что они успели. Есть ещё время, он сможет посидеть вместе с ней и потом: пулей домой. И пока это время есть, пора делать что-нибудь, говорить уже что-нибудь.       Они сели на уединённой лавочке в парке.       Она начала рыться в своей сумке и неожиданно извлекла небольшую коллекцию оригами. В небольшой жёлтой коробочке, сложились как пазлик фигурки. Перед ними появились котики и несколько кубиков, сделанных из бумаги. Фигурки были невероятно тонкими и детальными, каждая из них была создана с особой кропотливостью. Почти идеальны.       Он удивлённо посмотрел на эту коллекцию, и его глазки блеснули интересом.       Токито-младший, с восхищением взял в руки фигуры оригами, созданные ею, перед этим утвердившись разрешением. Он осторожно рассматривал, словно вдыхая её терпение, заложенного в каждом изгибе бумаги. Они были такими тонкими и красиво сделанными, что Муичиро чувствовал, как они приносят радость и умиротворение.       Вырисовывал в голове картинку, как она сидела за столом, возможно поздно ночью и делала оригами-фигурки. Значит… Эти месяцы она не избегала его, или не забивала? А копила оригами!       Все они были красными, как и первые котики, поэтому он спросил:       — Цукимори-сан, это здорово! Твой любимый цвет красный? А… тут просто только красненький. И только котики… — сказал он и стал думать.       Она умеет лишь две фигурки: ту, что они делали вместе, и классическую форму куба, с которой начинают все новички. Может, ему стоит показать ей больше?.. Это ведь хороший повод, чтобы провести с ней ещё немного времени. Забавно: она просто сделала много-много котиков. Идентичных. Точно таких, каких показывал Токито-младший.       Она поглядела на него секунду, а потом ответила спокойно:       — Нет. — она стала опять рыться в сумке и, наконец, достала оригами облако и протянула ему.       — Вау! У тебя действительно здорово получается… — сказал он, улыбаясь. Она кивнула, а затем тихо добавила:       — Тебе.       Он был удивлен.       — Что? — он указал пальцем на облако, — мне?..       Она кивнула, подтверждая.       — Спасибо большое, я не ожидал!.. — он положил аккуратно подарок в сумку. Осторожно, что руки слегка подрагивали.       — Цукимори-сан, а почему ты всегда молчишь, когда с нами? — вернул к ней глазки, унимая сердце. Ему так давно хотелось задать этот вопрос.       Она посмотрела в небо и ответила:       — Просто.       — Ты стесняешься? — продолжал он.       — Нет.       — Оу, если ты не хочешь говорить, хорошо, я пойму…       — Я наблюдаю.       Муичиро посмотрел на неё, и она повернулась в его сторону, дистанция между ними сократилась.       — А мне кажется, что волосы у тебя красивее. — она сжала локон Токито, погладила большим пальцем и отпустила.       Такое твёрдое и прямое действие. Он густо забагровел, она просто сказала это, без всякого контекста. Просто сказала…       — Мои волосы?.. — переспросил он.       — Они длинные и красивые.       — Ох, спасибо большое, но твои тоже очень красивые!       — Жёлтый. — сказала она и отвернулась.       — Жёлтый? — не понял он.       — Не красный.

𓅓

      Они ещё немного прошлись по парку, и на входе маленькая леди попрощалась с ним.       Муичиро неспешно шёл домой, утопая в размышлениях, а потом внезапная вибрация телефона вызвала в нём острую панику. Он совсем не следил за временем. С тревогой в сердце он взял телефон в руки и увидел пропущенный звонок от Юичиро. Испугавшись, он сразу же побежал домой.       Аккуратно заходя домой, еле дыша, он услышал громкие шаги, и Токито-старший сразу же оказался в коридоре.       — Ты где был?! — спросил тот его с обеспокоенным видом. Муичиро стал неловко снимать обувь, повернувшись к брату спиной.       — Меня тошнило, поэтому я пошёл прогуляться и подышать свежим воздухом…       Юичиро строго посмотрел на брата.       — В школьной форме? Ты что, домой не возвращался?       — Возвращался, но мне стало плохо в помещении.       Токито-старший снял пиджак и продолжал волноваться:       — Тебе нужно что-то в аптеке?       Муичиро покачал головой.       — Нет, но спасибо!..

𓅓

      Он продолжил свою тихую деятельность в комнате, а брат занялся приготовлением ужина. Готовкой и бытом в основном занимался Токито-старший, потому что, внедряя младшего в дела, неизбежно раздражался и бурчал со словами: «Правильно говорят, лучше самому сделать!». Не то чтобы Муичиро был безнадёжен или становился бытовым инвалидом — вовсе нет, таким он не был. Просто для Юичиро важно, чтобы всё было идеально. А младший делал просто… нормально.       В общем, так молча и условились: на Юичиро — как на домохозяйке — и дом, и бюджет, и отпуски. А Муичиро… главное, чтобы не мешал.       Время от времени он также оглядывался, чтобы удостовериться, что его брат всё ещё находится дома.       Муичиро, беспокойно бродивший по комнате, решил отвлечься от своих тревожных мыслей, что он лгун. Он достал оригами облако, которое Иошико сделала для него, и аккуратно поставил его на стол. Затем он взял свой телефон и сфотографировал это изделие. Снимок получился удачным, но из-за нервозности Муичиро отправил его несколько раз, чтобы удостовериться, что Цукимори точно его получит. После этого он остался ожидать ответа, постоянно оглядываясь на телефон. Несколько раз его мозг шутил с ним: он думал, что заветное уведомление пришло, но его не было.       Всё же, через несколько минут раздался звук уведомления, и Токито-младший с улыбкой (и скоростью) открыл сообщение.       Там был лишь эмоджи палец вверх‎. Короткий момент.

𓅓

      Муичиро глядел на сообщение от леди и чувствовал, как его сердце стучит слегка сильнее. Он часто думал о ней в последнее время. Таинственная и нежная девочка, которая всегда-всегда оставалась в тени, но при этом проявляла свою индивидуальность через жесты.       Он задавал себе вопросы о ней.       Что она думает? Что чувствует? Есть ли у неё какие-то особенные интересы… страхи? Ему хотелось бы узнать о ней больше, но он чувствовал себя слишком неуклюжим. Она не общалась с ним в сети, и на любые сообщения отвечала лишь реакциями или эмодзи. Не любит переписываться? Или не любит переписываться с ним?… Или это он опять накручивал себя — в сотый раз.       Токито-младший размышлял о том, как бы проводить больше времени с Иошико, чтобы научиться понимать её лучше и узнать ответы на свои многочисленные вопросы. Его волнение росло с каждым днем.       Он захотел сделать ей какой-нибудь ответный подарок.       Ему приходили в голову разные идеи: оригами (оригинально, Муичиро, сам придумал?), спросить, не хотела бы она провести время вместе в каком-нибудь интересном месте, или просто начать чаще общаться и задавать больше вопросов, чтобы узнать, где она любит находиться, к примеру. Раз, оригами-котики — не единственное, что она умеет, то можно было попробовать другое. Или… он сам уже показал ей своё хобби, может, узнать про её любимое хобби? Маленький обмен.       Муичиро понимал, что это будет очень непросто, ведь маленькая леди была довольно скрытной и робкой (как его любимый артист). Он должен был находить баланс между тем, чтобы быть немножко настойчивым, но при этом не навязчивым, но он никогда не имел опыта общения с такими людьми.       Идеи мелькали в его голове: открытка, может быть, книга, которую он считал интересной, или даже небольшой букет цветов, так как увидел пару раз видел в её тетради рисунки цветочков.

𓅓

      Всё же, Муичиро был приятно удивлен тем, что сегодня он узнал о Иошико кое-что новое.       Её любимый цвет был не красный, как он предполагал, а жёлтый.