kikiriki

      «Только не влюбляйся, я прошу тебя!».

𓅓

      Head in the clouds, but my gravity's centered.

𓅓

      Япония, 2019 год, весна. Вид из окна застыл в нирване оранжевого рассвета: лучи солнца лезвиями разрезали туман, заливая комнату утренней прохладой. Дом ещё дремал, и единственным звуком были сонные вдохи Муичиро. Мир вокруг замирал в нежном полумраке, воздух перешёптывался между собой.       Два брата всегда оставались вместе посреди бурь, туманов их жизни: ни время, ни обстоятельства не смогли разлучить их навсегда. Их детство это длинная борьба сквозь серые стены приютов, запылённых улиц.       Характер Юичиро Токито, то бишь старшего, был вспыльчивым, резким. Он мог создавать нарочно конфликты, что приводило к их временному разлучению. Токито-старший хотел защитить брата, сам того не понимая делал ровно наоборот. Надежда будто перестала существовать в один момент, в году 2018, их перекидывали как игрушечный мячик, приёмные семьи были хуже детских домов.       Но сегодня мир им слегка улыбнулся.       Всю предыдущую неделю они носили ощущение надвигающихся перемен: крохотная квартирка на первом этаже с выходом в общий сад стала их новым домом, благодаря заботе местного коменданта и усилиям властей. Мало, но зато своё, и без тварей в лице приёмных «родителей». Ещё вот-вот откроются двери Академии Кимецу, впереди только обычная школьная жизнь.       Это событие стало для братьев маленькой победой.       Море эмоций кропотливо утихало внутри — оно лишь приберегало свою пронзительную гамму для тех особых моментов, которые обязательно наступят.       Эта академия была совершенно «новой и современной» согласно брошюре, с собственными «семейными» правилами и уникальным подходом к обучению, к ученикам. Учителя узнали о том, что двое братьев, оставшихся без родителей, ступают на порог их школы, и пообещали сделать «всё», чтобы их адаптация была как можно более комфортной (по крайне мере они так заявляли).

𓅓

      Первое утро перед новой школой было наполнено нервозностью для Юичиро.       Он приготовил бенто, аккуратно погладил их вещи и беспокоился о будущем. Токито-младший, с другой стороны, вечером до витал в облаках о том, как это будет… Учиться с обычными детьми, ведь ранее они обучались только с другими сиротами, и отношение к ним всегда было «‎особенным»‎. Не из разряда благосклонности, добра и прочего — наоборот, даже как-то хуже.       Это можно было почувствовать в воздухе, тонким невидимым слоем, но который так резко может взобраться в ноздри. Учителя либо стремительно жёсткие с ними, либо же нарочно нежные. От таких качелей у обоих болели виски, так что надеялись они на самую обычную атмосферу. Братья думали (и хотели так думать), что здесь не будет никакого «особенного внимания» к их прошлому.

𓅓

      — Просыпайся, чёрт возьми! — рявкнул Токито-старший, бросив в брата подушку.       Муичиро медленно распахнул мятные глазки. В них отражались беспорядочные волосы старшего брата.       — Если мы опоздаем из-за тебя, я тебя убью.       Муичиро лишь мягко улыбнулся. Эта угроза, произнесённая полушёпотом, для него давно стала рутиной.       — Понял…       Вот всегда-всегда был таким Токито-старший.       Как типичный старший брат, хоть и старше всего на пару минуток, всегда-всегда следивший за правилами, которые сам негласно устанавливал. И если что-то шло не по плану: устраивал настоящий скандал, что внутри себя, так и другим. Черта такая, вот такого сложного характера. Но Токито-младший никогда не будет на него обижаться. Ведь братец это, свой, родной.       Муичиро неохотно вынырнул из сладкого тепла постели и медленно направился умываться. Ритм личности второго близнеца был куда плавнее, чем у старшего. Волнения поменьше, лишь тонкие-тонкие нитки, которые кололи, но он никогда не показывал.       А вот Юичиро, уже был во всеоружии и нетерпеливо тыкал его в плечо, когда тот начал одеваться.       — Давай, давай!       Опять-таки: Муичиро никогда не вступал в конфликты со своим старшим братом, да и зачем? Иногда его могла напрягать агрессивность и жёсткость Юичиро, но он понимал, что это делается не для забавы точно, да и не для самоутверждения. Просто его братец… такой. Ни раз такой характер им доставлял и бед, и спасения.       — Так, я всё приготовил. Бенто? Да, есть. Ключи? У меня есть. У тебя есть запасные? Всё есть. Обувайся! — Юичиро поспешно вышел из дома, не оставляя времени брату.

𓅓

      — Так, брат, не забываем, что мы здесь не для развлечений. Следуем расписанию, внимательно слушаем, не витаем в облаках, если что-то спрашивают — не теряемся. Дружбу со всеми сразу не заводим! Быть внимательным, внимательным и ещё раз внимательным!       — Хорошо, — послушно молвил Муичиро.       — И да, девчонки здесь могут быть совсем не такими, как ты думаешь, слишком доставучими. Не обращаем внимания на них!       — Ладно.       Юичиро наконец выдохнул.       — Отлично. — он одобрительно кивнул, но затем вновь хмуро добавил: — Так… а где твоя сменка?!       Токито-младший улыбнулся, оставляя его в своей кондиций.

𓅓

      На входе они встретили мужчину в спортивной форме с иссиня-тёмными глазами, словно дно океана. Он стоял у забора и в его руках была слегка угрожающая палка. Мужчина смотрел на каждого с таким ярким вниманием, что могло неловко стошнить. И держа учеников уже в очереди, он пропускал каждого лишь после тщательного досмотра школьной формы.       — Доброе утро! — Юичиро подошёл первым, собираясь оставить первое впечатление. Не зря же пол ночи гладил рубашки.       — Следующий. — сказал мужчина, оглядевший Токито-старшего лишь на пару секунд.       «Хм, строгий, уже хорошо» — подумал Юичиро. Муичиро же спокойно прошёл мимо, но заметил блондина, который казался немного напуганным.       — Ваши имена? — с трепетом в голосе спросил блондин.       — Муичиро и Юичиро Токито, — ответили братья в один голос.       — Понятно, вы те новенькие!       — Не болтай, Зеницу. — Зеницу сразу замолчал, испуганный. Да, казалось, что этот человек в спортивках вызывал искренний страх. Или держал блондина в заложниках.       На подходе к главному входу школы, их встретил улыбчивый мальчик с огненными глазками. Он махал им как те показались около забора (неловко однако). Токито-старший стал щуриться, чтобы разглядеть этого мальчика, но зрение подводило.       — Доброе утро! Меня зовут Танджиро Камадо, я ваш одноклассник и староста класса «‎бамбук‎», по совместительству ваш класс тоже. Сегодня я проведу с вами весь день, чтобы вы не потерялись! Надеюсь вам понравится в нашей академии! — он говорил достаточно громко.       — Спасибо, я Юичиро, а это — мой брат Муичиро, — представил Токито-старший. Слегка твёрдо, что на долю секунды Камадо занервничал.       — Ого, вы так похожи, как бы не спутать! — Танджиро мягко улыбнулся.       — Не путай.       — Оу… понял. Ну, пойдёмте!       Зайдя в академию, они не могли не заметить прекрасный ремонт и белоснежные аккуратные стены. Танджиро проводил их по корпусу, показывая разные места: раздевалку, классы и указывая какие предметы где проводятся. Всё это казалось кусочком рая с «люксовым-vip-pro» ремонтом — контраст на фоне старых обшарпанных стен приюта создавался знатный.       «Не все дети этой «Академии Кимецу» и вовсе осознавали, как им повезло».       Муичиро сразу же подметил про себя, что обивка на диванчиках в коридорах абсолютно новая, а Юичиро удивился, что эти диванчики вообще есть… Что шкафчики есть для всех, а не только для избранных. И что, пока они шли по коридору, никто не косился на них недобро, а даже наоборот… улыбались и здоровались.       Много-много говорил, что Токито-младший мысленно заснул после второго кабинета. Юичиро же очень внимательно слушал каждое его слово.       — Сейчас у нас первый урок — история. У нас очень хорошие преподаватели, надеюсь, у вас не возникнет трудностей! Наш классный руководитель — Химеджима Гёмей-сан, — объявил Танджиро, немного нервничая. Да, Токито-старший умел сделать напряженную ауру.       — А что, у кого-то бывают? — спросил Юичиро, и Танджиро застыл на месте, был удивлён таким вопросом.       — Ну, не совсем… Всё дело в том, что… — начал было объяснять Камадо, но Юичиро передумал узнавать это.       — Поняли, будем стараться.       Между тем, Токито-младший, несколько рассеянный, осматривался вокруг, оценивая новое место. Время от времени он получал толчок в бок от брата, который напоминал ему, что нужно сосредотачиваться на рассказе Танджиро. Но через пару секунд он снова возвращался к окну с облаками.       — Ну что же, столовую, спортзал, библиотеку и компьютерные классы я покажу вам на обеде. А пока идём урок! — закончил Камадо, направляя их вперёд, на их первый урок.       «Тут есть компьютеры?..» — Юичиро был в шоке, но вида не подал.

𓅓

      Зайдя в класс, они невольно обратили внимание на то, что многие ученики уже готовились к уроку, а атмосфера была куда спокойнее, чем перед Академией (вспомнить хотя бы того человека в спортивках…). Не все обернулись на новеньких персон в классе, что значительно успокоило Муичиро. Учитель истории оказался высоким и крепким блондином, с волосами, словно пламя. Он стоял у доски и что-то писал, но мгновенно обернулся на приветствие Танджиро.       — Здравствуй, Камадо, мальчик мой! Ты привёл к нам наших новеньких! — улыбнулся сенсей, его голос звучал очень громко и увлечённо.       — Да, это Муичиро и Юичиро Токито!       — Доброе утро! — сказали братья, слегка поклонившись.       — Здорово! Меня зовут Кёджуро Ренгоку. Присаживайтесь, скоро начнётся урок, — пригласил сенсей, и братья заняли свои новые места, готовые к новым знаниям и приключениям в этой непривычной, но достаточно интригующей академии.       «Семейная академия» — тут так говорят.

𓅓

      Урок истории оказался захватывающим и интересным, благодаря человеку, который точно отдавал своему предмету сто десять процентов энергий (и честь). Ренгоку-сенсей не только оживлённо рассказывал материал, но и поддерживал приятную атмосферу в классе. Он никогда не ругал учеников за разговоры, предпочитая обращаться к ним как «‎мальчик мой»‎ и «‎‎девочка моя»‎.       Это придавало уроку необычный шарм и забаву, хоть и было слегка странным.       Юичиро старался активно участвовать на уроке, поднимая руку, чтобы отвечать на вопросы. Однако в этом классе практически все ученики выкрикивали ответ сразу, не ожидая разрешения учителя. С попытки десятой, Токито-старший понял, что бесполезно её поднимать.       Муичиро смотрел в окно, слегка растворяясь в медленном течении улицы. Перед ним сидел брат, чуть выше справа — Танджиро. А рядом — настолько близко, насколько это было возможно — сидела маленькая леди с небрежно собранными низкими косичками. Чёрные волосы мягко выбивались волнистыми прядками и касались щёк, как тень.       Она не была приметной с первого взгляда — может быть, «чуть темнее» остальных. Но вот что сразу же бросалось в глазки, если хотя бы раз взглянуть на неё ближе: на её школьной жилетке сияла крошечная, но изящная брошь-луна. Солнечный луч искажался под этим изделием, оставляя после себя сияние, словно крохотный осколок света. И в этот момент Муичиро поднял взгляд чуть выше. Оказалось, эта брошь подчёркивала не только вкус и тонкость…       Глазки. Багровые глазки.       Красные, как тёмная кровь, но холодные. Они были прикованы всего к одной точке: тетради. Лицо её оставалось неподвижным, без дрожи, без единого намёка на эмоцию.       Нового соседа она не удостоила ни словом, ни взглядом. Муичиро, не отрываясь, стал глядеть на неё, анализировать. В воздухе сладко дрожал запах вишни, и этот запах прилип к его памяти сильнее, чем любые слова Ренгоку-сенсея.       Он думал, напоминала ли она кого-то ему, или это чувство возникло из пустоты. Токито-младшему хватало лишь мгновения, чтобы зависнуть в точке и не отпускать её. Даже тогда, когда это стало неприличным (минуты через две). Когда же урок закончился, Танджиро подошёл к братьям, чтобы вместе перейти на следующий, и в классе осталась лёгкая загадка в виде этой девочки.

𓅓

      Камадо всё ещё говорил о традициях школы: о праздниках, конкурсах и о часах, когда каждый может «показать себя». Его слова текли светло и ровно, пока вдруг не прорезал тишину спокойный голос этой леди.       — Какой следующий урок?       Танджиро замер на миг, он не ожидал услышать её.       — Ой… привет, Цукимори-сан. Сейчас у нас биология, — сказал он, чуть растерявшись, и улыбнулся.       Она только кивнула и тут же ушла.       — Это Цукимори Иошико, наша одноклассница, — пояснил Танджиро, возвращаясь к братьям. — На обеде познакомлю вас с остальными.       — Понятно, такая же забывчивая, как… — начал Юичиро, но, заметив взгляд Муичиро, осёкся.       Токито-младший всё ещё смотрел на уходящую спину, мысли стали цепляться за образ, который он «нарисовал» ещё на уроке, и Токито-старшему пришлось положить ладонь на плечо брата, возвращая его в реальность.

𓅓

      День тёк спокойно, растягиваясь между звонками.       Юичиро был впечатлён учителем биологии: нежнейшая Канаэ Кочо. а Муичиро подметил, что их классный руководитель оказался очень хорошим человеком (и большим). Действительно огромный человек, но с сердцем не меньше. Слепой, но чувствующий вещи и людей лучше, чем зрячие.       К обеду братья вышли во дворик с бенто.       Там Танджиро подвёл их к столику, где уже сидел знакомый блондин.       — Привет! — Зеницу едва не подавился, пытаясь говорить и жевать одновременно.       Лёгкие смешки раздались вокруг, и Муичиро подумал: этот мальчик то ли местный заводила, то ли «просто смешной». Камадо представил их сразу младшей сестре, тоже молчаливой девочке Незуко, чьи глазки смотрели мягко, но прямо. А затем познакомил с Иноске. Очень-очень шумным парнем с расстёгнутой рубашкой, которого было слышно ещё до того, как он вообще появился.       Токито-младший чувствовал тихую радость от новых знакомств. Юичиро же смотрел на ребят настороженно: Иноске казался ему чересчур диким, а Зеницу излишне нелепым (не сильно оценил). Вопросы сыпались один за другим: откуда они, сколько им лет, какие предметы нравятся. Юичиро отвечал, Муичиро лишь кивал — старший любил держать инициативный руль, а младший не спорить.       И тут Муичиро краем глаза заметил входящую группу учеников. И среди них — ту девочку с брошью.       Она шла в паре с девочкой, у которой было два хвостика, и выглядела она не сильно радостной, даже едва спокойной… Когда они подошли к столику, девочка с хвостиками начала активно здороваться со всеми, а потом обратила свой молчаливый гневный взгляд на Хашибиру. Даже руку убрала, показывая, что здороваться с ним не будет.       — Чего это они? — удивился Зеницу.       — Ах… Иноске-кун порвал ей блузку на перемене, — смущённо пояснил Танджиро. — Цукимори-сан, садись, — сказал он и показал место напротив Муичиро.       Она присела без лишних слов. Токито-младший снова оценил её: в анфас брошь выглядела лучше. Юичиро снова взял слово первым.       — Приятного аппетита, я — Юичиро Токито, — сказал он, стараясь разрядить обстановку.       Камадо спохватился:       — Ах да! Простите, я же вас не познакомил, — он слегка поклонился. У Танджиро была странная привычка всё время извиняться, или кланяться. Иногда он делал и то, и другое вместе.       — Это братья Токито, Муичиро и Юичиро, — продолжил он. — А это Иошико-сан. А девочка, что спорит с Иноске, — Аой.       Иошико кивнула, продолжая молча есть. Воздух между ними стал густым от неловкости.       — У нас, кстати, потом физкультура, — сказал Танджиро, но его перебил вскрик Зеницу:       — Нет, только не это!       — Что не так? — удивился Юичиро.       Танджиро тихо вздохнул:       — Сенсей у нас иногда строгий. Это тот мужчина у входа… проверяет форму.              Токито-старший сглотнул, но затем сказал:       — Ну, ничего, вряд ли он монстр.

𓅓

      — Он монстр! — Юичиро был на грани изнеможения, когда преодолевал тринадцатый круг ада бега, а другие ученики выполняли отжимания. Зеницу в момент слабости даже тихо ругался.       Муичиро, с другой стороны, не испытывал сложностей с физическими упражнениями, так как в свободное время в приёмных семьях посвящал себя спорту. И всё же, одним из различий между братьями Токито было то, что Муичиро был спортивнее и, возможно, сильнее.       Звучный свист разорвал воздух, и Томиока-сенсей громко приказал:       — В пары! Мальчик и девочка! Парни, разминка! — Зеницу быстро прибежал к Незуко и, упав к её ногам от усталости, попросил быть его партнёром. Она с радостью согласилась.       Все встали в свои привычные пары, но Муичиро и Юичиро остались без пары, так как им не было известно, к кому подойти, тем более к противоположному полу. В итоге Томиока-сенсей прошёлся по ряду и крикнул:       — Новенький! Сюда! А ты туда, — указывая на место рядом с Цукимори.       — Вы в паре! — объявил он, и снова прозвучал свист.       — Начинайте!       Муичиро было неловко, и он даже немного замешкался, когда сел перед ней. Он редко общался с девочками ранее, если вообще общался, и чувствовал себя очень неуверенно.       — Так… кто первый? — спросил он, не зная, с чего начать.       Её пристальный взгляд с этими багровыми глазками пугал до мурашек.       Она посмотрела на него и сказала: «Ты». Затем слегка толкнула и удержала его ноги, чтобы он начал выполнять отжимания. Токито-младший этого точно не ожидал, и удивился такому развитию событий.       Он начал выполнять отжимания и встречался с ней взглядом.       Её красно-багровые глазки неизбежно вызывали у него либо острое чувство дежавю, либо напряжения (скорее второе), что делало его состояние ещё более смущённым. Он хотел подружиться со многими здесь, включая её, но слово «‎ты»‎ было единственным, что она произнесла в его адрес.       Когда же он закончил, они поменялись местами, и теперь отжималась она.       Муичиро продолжал считать, и когда количество отжиманий перевалило за тридцать, он удивился. Не то чтобы он считал девушек слабыми, вовсе нет. Просто это действительно впечатляло. В его жизни вообще было мало девочек, а уж спортивных и вовсе почти не встречалось.       «Занимается где-то?» — подумал он.       Прозвучал громкий свист, и Томиока-сенсей объявил окончание урока. Зеницу стал кричать их маленькой компании что-то, и Муичиро, не подумав, перестал удерживать её ноги, и она, не ожидавшая этого, упала головой назад…       — О боги! Прости, прости! Я случайно! — Токито-младший поспешно встал и протянул руки, стал сильно тянуть её, чтобы поднять на ноги.       — Не больно? А здесь есть медпункт? — стал от стыда стряхивать с её плеча пыль, потом поправлять волосы, что создало ещё более неловкую ситуацию. Она потёрла затылок и немного прищурилась.       К ним подбежал Юичиро.       — Что случилось?       — Я случайно… — начал было Муичиро, но девочка прервала его.       — Всё нормально. — сказала она, выставив большой палец вверх перед ними.       Однако её лицо не выражало вообще никаких эмоций, и было неясно, правда ли всё хорошо… Она пошла в сторону раздевалки, и Токито-старший тяжело вздохнул, обратившись к брату:       — Вот и о чём мы говорили утром? Быть внимательнее и ещё раз внимательнее!       — Прости, я правда случайно.       — Извинись нормально потом. Пошли переодеваться, наконец-то домой можно идти.

𓅓

      Когда они вышли во двор, к ним почти сразу подошла их новая маленькая компания. Танджиро, Зеницу и Иноске держались вместе так естественно, видимо между ними давно сложился собственный ритм.       — Ребята, не хотите с нами перекусить? Тут рядом есть хорошая кофейня, — предложил Камадо.       Юичиро бросил взгляд на брата. Хотя ему и хотелось скорее домой, в постель, но он кивнул.       — Хорошо. Муичиро?       — Да… я не против, — ответил тот.       — Тогда подождём Аой, Иошико и Канао, — добавил Танджиро.       Они разговорились.       Агацума торопливо жаловался на усталость после Томиоки-сенсея, Иноске громко жевал чужой обед (отобрал у ребёнка), а Танджиро слушал каждого с вниманием. Близнецы смотрели на это и чувствовали: их тандем им нравится, правда нравится. Но на их фоне казалось, что они, возможно пока что, лишние. Муичиро в глубине души надеялся, что это ощущение временное.       Вскоре вышли Аой и Канао — девочка с боковым хвостиком и фиалковыми глазами. Танджиро приобнял её, и этот жест внёс лёгкую неловкость.       — А где Иошико-сан? — спросил Зеницу.       — У неё болит голова, — ответила Аой. — Она пошла домой.       Муичиро вспыхнул, руки машинально потянулись к затылку. Его мятные глаза забегали, испытывая вину.       — Что-то не так? — тихо поинтересовался Камадо.       — Он не удержал её на разминке, и она ударилась, — тяжело вздохнул Юичиро.       — О божечки… всё ли с ней в порядке, Аой? — встревожился Танджиро.       — Я думала, она просто устала, — ответила та. — Не упоминала такое…       Муичиро опустил голову.       — Мне правда очень-очень-очень стыдно…       Танджиро подошёл ближе, положил ладонь на его плечо и даже слегка сжал.       — Всё будет хорошо, — сказал он мягко. — Ты же не хотел этого. Напишем ей или завтра зайдём вместе, извинимся, узнаем, как она.       Уже было понятно, что из них троих — парень с огненными глазками был самый добрый. И наверное самый воспитанный. Он успокоил слегка сердце Токито-младшего, да и старшего… Муичиро выдохнул, но это было не от облегчения, а скорее от тяжести вины, которая легла по его душу.

𓅓

      Кофейня оказалась укрытием от шумного дня. Воздух внутри пах корицей и выпечкой, столы сияли чистотой, а витрина ломилась от десертов. Огромные порции круассанов выглядели так, будто могли утешить любой стресс.       Хозяйка, женщина с густыми розовыми косами, встретила их с улыбкой, словно знала каждого лично. В её движениях было что-то материнское: мягкость, внимание, лёгкая забота. Бариста заведения, напротив, стоял в медицинской маске за стойкой, и его настроение было иным. Настороженным и недобрым. Может, муж хозяйки, может, просто офицер этого места. Но его взгляд оставлял мурашки.              Ребята разошлись, а братья Токито отправились домой.       — Почти хороший день, если бы не тот бариста… ну и твой косяк, — сказал Юичиро, кивая на брата.       Токито-младший тут же опустил грустно глазки.       — Я пошутил, — добавил старший, мягче. — Всё окей будет. — он похлопал брата по плечу и ушёл в свою комнату.       Муичиро остался в тишине коридора, слушая, как сердечко бьётся чуть быстрее, чем хотелось бы.

𓅓

      Он несколько раз прошёлся по дому, шаги его пытались заглушить тяжёлую вину перед леди. Но тревога лишь крепче вплеталась в дыхание. Чтобы не утонуть в этом, он обратился к привычному спасению — цветной бумаге.       Красные листы лежали во второй тумбочке, потому что туда Юичиро почти не заглядывал. Муичиро опустился за стол, и его пальцы двигались медленно, на ощупь, почти ритуально. Лист за листом, складка за складкой и в ладонях рождалась объёмная луна: аккуратная, хрупкая, сотканная из его извинений.       Время тянулось вязко, как вечерний чай, но с каждой новой линией становилось легче. Когда луна же окончательно собралась, Токито-младший позволил себе выдохнуть.       Он подошёл к окну. Закат оставлял на небе длинный розово-оранжевый след, и бумажная луна мягко светилась в его руках. В этот момент дисплей телефона включился. На экране уведомление: «Танджиро добавил вас в беседу «Бамбуковые ребята». Он пролистал список участников, и взгляд споткнулся о ник «Yoshiko».       Аватарка с котом, пустой профиль и социальная тишина. Но он всё же нажал «добавить в друзья». Минуты текли, часы на стене тикали безжалостно.       Ответа её на заявку не было.

𓅓

      Спустя «долгий» час ожидания Муичиро начал думать, что молчание Иошико могло иметь десятки причин. Может быть, она и вправду редко заглядывала в социальные сети. Может быть, после инцидента на физкультуре ей не хотелось такого друга в лице Токито, даже онлайн.       А может, всё это была лишь игра его собственной драматичности и тревожности.       Но главное оставалось неизменным: завтра. Завтрашний день подарит ему шанс сказать то, что не получилось сегодня. Искреннее «извини, молю, прости».