Мой Старый Друг

      Каждый учебный год в Кастелобрушу начинался одинаково: посвящение на последующий курс, новая программа обучения и всё те же нарекания об итоговых экзаменах, которые сдадут далеко не все. Обычно это раздражало юную Бораго, так как профессора любили выделять её фамилию в списке тех, кому стоит учиться более усердно.       В этом же году всё было по другому.       Готовая поглотить упущенные знания, Дженна неотрывно сидела в библиотеке, а на уроках заставляла себя слушать нудный голос профессора. Поток мыслей то и дело уходил на Овраг Мерлина, из-за чего приходилось больно щипать свои руки, которые к концу первой недели были все в синяках. Но бОльшее количество мучений выпало на душу Мэттью. Из-за постоянной несобранности Дженны ему приходилось объяснять ей каждый учебный материал по несколько раз, а над домашним заданием по зельеварению они вовсе сидели до ночи. Помимо этого, все возмущения, истерики и даже слезы выпадали именно в его присутствие. Мэттью быстро научился возвращать Дженне мотивацию, хоть порою и приходилось из-за этого терпеть боль от её «легких» ударов кулаком по плечу. Третий курс оказался действительно сложным для них, как и проповедовали профессора.       Вторая неделя обучения сломила Дженну с самого начала.       Ранним утром понедельника её вытащили из комнаты женского общежития прямо в пижаме. Лицо Кая казалось таким строгим, что все возмущения приходилось проглатывать вместе со слюной. Проходя по коридору замка, мимо панорамных окон, она заглядывала во тьму джунглей, мечтая скрыться за кустарниками и дать себе волю поспать ещё пару часов. — Ещё даже не рассвет... — вырвалось у Дженны после протяжного зевания. Кай остановился на месте и медленно повернулся к ней лицом. Во мраке синие глаза брата жутко выделялись, предупреждая об опасности. Дженна прижала к груди подушку, которую зачем-то взяла с собой и безнадежно проговорила: — Если я умру от усталости, то пожертвуй моё тело кайпора на съедение. — В июле отдохнешь. — Кай слегка расслабился и положил свою руку на плечо Дженны, подталкивая к нужному месту. — Обещаешь? — Всё будет зависеть от того, как ты обучишься моему предмету. — Защите от Темных Искусств? — Круче... — таинственно улыбнувшись, Кай взмахом руки раскрыл большие деревянные двери.       Дженна раньше никогда не была здесь, хоть тысячу раз проходила мимо. Дуэльный зал был абсолютно пуст. Ни стульев, ни шкафов. Только неширокая вытянутая сцена посреди комнаты, на которой сидел Мэттью, уткнувшись в книгу. Факелы, горевшие ярким красным цветом, были расположены так высоко, что невольно оставляли на потолке черную дымку. — Но разве дуэли не начинают практиковать с шестого курса? — Дженна с отвращением оглядывала пустой зал. Понимание, что помимо зельеварения ей предстоит обуздать ещё один предмет, пробралось резкой тревожностью в её разум. — Это только выглядит страшно. — отозвался Мэттью, спрыгнув со сцены. — Тебе понравится, я обещаю. — прошептал Кай прямо в ухо сестры.       Но их обнадеживающие слова не успокаивали. Осознание полностью вытолкнуло её из полусонного состояния. А множество догадок завертелись торнадом в голове. — К чему мы готовимся? — спросила Дженна и нахмурила брови. — Дораду будет требовать от тебя знаний по школьной программе выше среднего. Со мной же тебе придется достигнуть максимум умений по защите от мудаков. — Кай, но этого не будет в экзамене. — Дженна напряглась. Она ненавидела, когда брат увиливает от ответов. В эти моменты ей сильнее всего хотелось закричать. Не от злости, а от безнадежности. Кай постоянно забывал, что Дженна знает всё о его планах. — Это персональный экзамен, рассчитанный только на тебя и Мэттью. Мне плевать на остальных детей. Но если именно вы хотите вернуться в Британию, то должны уметь самостоятельно защитить себя. — Защитить от кого? Разве Хогвартс не безопаснее Кастелобрушу? — раздражение полностью захватило нутро Дженны. Стоя в дверях дуэльного зала, она наблюдала, как Кай мечется от одного конца комнаты к другому, как назло скрывая своё лицо. Он всегда так делал, когда не хотел давать четкого ответа. — В скорое время таким не будет. — Кай остановился напротив сцены, достав из рюкзака Мэттью свою палочку. Потёртая временем древесина отозвалась вибрацией на прикосновение хозяина. Ровная, без единой выемки и узора. Всё, что её отличает – это черный наконечник, выделяющийся среди белого цвета. Он так долго не держал её в руке, что позабыл, как это бывает приятно. В Уагаду их учили исключительной магии, где палочка является всего лишь полезным инструментом. Настоящая магия внутри волшебника, поэтому если ты не можешь колдовать без неё, то не обуздал самого себя. Столько было пройдено лет, и вот наконец Кай нашел повод взять её в руки, отчего ощутил невероятную силу. — К чему мы готовимся, Кай? — повторила свой вопрос Дженна, теряя терпение. — К началу. — тихо ответил Кай и повернулся к сестре. Уголки губ непроизвольно поднимались от предвкушения, а легкая вибрация палочки придавала уверенности в действиях. Он знал, что всё делает правильно. И утвердился в этом, когда увидел те же эмоции в усталом лице сестры. — Значит учимся нападать.

***

— Проводи Регулуса, я сам справлюсь. — Сириус мечтал скорее оказаться в долгожданном поезде и встретиться со всеми друзьями. Этим летом ему так и не удалось получить хотя бы одно письмо, а уж все попытки отправить пергаменты со строчками: «ПОМОГИТЕ! Я В ПЛЕНУ!» — сжигались прямо на глазах руками мамань. — Нет. — ответила Вальбурга более чем сдержанно и сухо, из-за чего Сириус пнул ближайший камень.       Вокзал Кингс-Росс как всегда был наполнен студентами разных факультетов. Счастливый смех и горькие слезы слышались отовсюду, заполняя пространство суматохой. Семья Блэк среди всего этого отличалась своим отсутствием эмоций. Прохожие то и дело оглядывались, удивляясь и восхищаясь Вальбургой. Весь её вид был утонченным и внушал авторитет. Черное длинное платье с корсетом выделяло безупречную для своих лет фигуру, а собранный тугой пучок на голове ни на единый волосок не выбивался. Сириус старался найти изъян в её внешнем виде, но ни царапин на руках, ни морщин, ни даже маленькой ниточке на платье не было. Это раздражало его настолько, что он пару раз подумывал специально закинуть ей маленькую соринку на спину, но руки так и не доходили. — До скорого, маменька. — Регулус аккуратно поцеловал её в щеку, после чего слегка поклонился. — Учись безупречно. — Как и всегда. — Регулус улыбнулся и направился внутрь поезда, напоследок кинув в брата предупреждающий серьезный взгляд.       Сириус же от этого поморщился. Им оставались считанные минуты, проведенные вместе с мамань, так что он справится и не всколыхнёт посреди вокзала. — Ну что же... Теперь твоя очередь. — проговорила Вальбурга, поворачиваясь к сыну. — Сириус! — знакомый счастливый возглас донёсся слишком близко. И слишком быстро на него с объятьями накинулся Джеймс, чуть не сбивая с ног. — Я думал, что ты сдох! Ни одного письма, я их сотнями тебе слал!       Глаза Сириуса округлились, а в голове произошел буран из предположений о том, что будет происходить дальше. Ещё на первом курсе они договорись не попадаться на глаза его мамань, чтобы избежать дополнительных нервотрепок и осуждающих фраз. Сириусу совсем не хотелось падать в глазах друзей из-за старомодных взглядов родных. Их встреча считалась для него одной роковой ошибкой. Он не успел подать ему сигнала, да и вообще ничего не успел, так как был прижат к его телу. По одному выражению лица Джеймс бы понял, что совершил ужасную вещь. — Это твой друг? — чересчур спокойным голосом спросила Вальбурга, наблюдая за картиной.       Джеймс замер, услышав голос. Осознание резко впилось в его мозг, из-за чего он мечтал надеть на себя мантию невидимку и скрыться отсюда как можно скорее. — Вы всегда так долго...приветствуете друг друга? — Вальбурга еле слышно усмехнулась и наклонила голову вбок. Она привыкла к излишней эмоциональности сына, но ей всегда было интересно его взаимоотношение с друзьями и то, почему у них такая сильная привязанность. Теперь она понимала, что он видит в них себя.       Джеймс отпрянул от Сириуса, выражение лица которого ни капли не изменилось и, чтобы хоть как-нибудь уладить ситуацию, решил взять всё в свои руки. — Извините меня, это было чересчур. — поклонившись Вальбурге, Джеймс пнул Сириуса по ноге, чтобы тот очухался. — Эм...да, это Джеймс. — проговорил всё ещё взволнованный Сириус. — Ох, Джеймс! Куда ты так умчался? —где-то изо спины Вальбурги выбежала женщина. — Мы с папой еле тебя нашли!       Сириус не видел женщин милее, чем она. Её добродушная улыбка и нежные карие глаза заставили позабыть обо всех плохих вещах. Руками она ласково прижала кудрявую голову Джеймса к себе, из-за чего он смог разглядеть её тонкую кожу и выделяющиеся вены. Небольшие морщинки на лбу передавали то беспокойство, которое она ощутила во время потери сына. Все её мимолетные действия Сириус считывал и удивлялся. Столько искренности он не видел ни в одном человеке. — Юфимия, аккуратнее, придушишь сына! — высокий мужчина в очках появился следом за ней, проталкивая сквозь людей тяжелую тележку. Сириус подметил для себя, как сильно они похожи с Джеймсом. — Ох, миссис Блэк, добрый день. — Здравствуй, Флимонт. Провожаешь сына в Хогвартс? — Вальбурга чуть напряглась, но всё же смогла удержать улыбку на лице. — Да, четвертый год подряд. А Орион в министерстве? — Конечно. В магическом мире такой переполох, что до выходных нет дела. — А по мне так, самое время провести дни с семьей. — с улыбкой ответила Юфимия, отрываясь от сына. — А это же Сириус! — бесцеремонно обняв юношу на глазах Вальбурги, она не задумывалась о реакции окружающих. — Джеймс столько о тебе рассказывал, какой красивый мальчик.       Флимонт с Джеймсом одновременно взъерошили свои кудри и переглянулись друг с другом. Натянутая улыбка Вальбурги выдавала напряжение и явное недовольство происходящим, но Сириусу было плевать. Ласковые объятья женщины предназначались именно ему, отчего сердце забилось в разы сильнее. Поэтому невзирая на тяжелый взгляд мамань, он позволил себе ответить на этот доброжелательный жест. — Здравствуйте, миссис Поттер! — с искренней улыбкой произнес Сириус. И когда их с Юфимией глаза встретились, он засиял ярче прежнего. — Я рад наконец встретиться с Вами...то есть, с родителями Джеймса. Он постоянно говорит, как скучает по вам.       На этих словах поезд издал гудок о готовности отправиться в путь. Толпы студентов засуетились сильнее, стараясь успеть занять хорошие места в вагонах. — Вам пора. — спокойным тоном проговорила Вальбурга, наблюдая за реакцией сына. — Да, точно... Миссис Поттер, мистер Поттер, мне было очень приятно познакомиться с вами! — Сириус подошел к Вальбурге и осторожно поцеловал её в щеку, неотрывно наблюдая за стеклянными глазами. Понизив голос, он прошептал: — Буду стараться. — Как и всегда. — ответила Вальбурга и слегка склонила голову в знак одобрения. — Ведите себя хорошо! — прощалась Юфимия, напоследок махая рукой. — Пошли, Сириус, мне ещё нужна будет твоя помощь. — подталкивая тележку к рейсам, Джеймс параллельно тащил за руку друга, чтобы тот наконец перестал оглядываться назад. — С чем? — напоследок взглянув в нежные карие глаза, Сириус мысленно попрощался с семьей Джеймса. Тоска и непонятная ему зависть кольнули сердце. Он всегда мечтал именно о таких родителях. Чтобы его любили не за успехи, мировоззрение и поступки, а просто за то, что он есть. Сириус называл это «безусловная любовь», на которую сам не знал способен ли. — С цветным телевизором. — Чем?!

***

— Я не доверяю Снейпу. — оскаленно ответил Регулус.       Их небольшой кружок по изучению темных искусств стал довольно известным среди слизеринцев, а особенно после последних новостей из Ежедневного Пророка. Нападение волшебников-бандитов — так их называет министерство, — на обычных маглов вызвало интерес у общественности. И какими бы не были страшными их действия, репортеров больше интересовали кровавые надписи на стенах: «Чистая кровь» и «Магия наша сила». Некоторые местные зеваки клялись, что видели в небе странный зеленый силуэт черепа со змеей, но министерство всё отрицает. Регулус бы сам не поверил в эти надуманные слухи журналистов, если бы не кузина. Её слова всё ещё вертелись в голове, но поговорить об этом он ни с кем не мог. — Мы и друг другу особо не доверяем, Блэк. — ответил Эван Розье.       Поезд Хогвартс-Экспресс уже прошел половину пути, и солнце начало медленно уходить за горизонт. Убаюкивающие стуки колес об рельсы становились тише, как и сама атмосфера внутри вагонов. Суматоха наконец закончилась, и теперь все студенты ждали прибытия в школу.       Регулус внимательно осмотрел сокурсника, прежде чем ответить. За одно лето он успел обрести более острые черты, но, несмотря на палящее солнце, его кожа оставалась бледной. Светлые прямые волосы чуть отрасли, но куда более притягательным казались глаза. Синие, как и у его давнего друга. Регулус отвернулся, предпочтя наблюдать за Барти, который беспорядочно искал что-то в своей сумке. — Вы проверены временем, а он был на наших занятиях всего пару раз и успел разболтать об этом Эйвери. — А ты что думаешь об этом, Крауч? — Мне плевать. — безучастно ответил Барти, достав нужный ему свиток. — Мне куда интереснее это. — разложив на коленях пергамент, он победно усмехнулся. — Что это? — спросил Регулус, наклоняясь к свитку. — Распоряжение, подписанное Дамблдором и Министром. В этом учебном году к нам поступает дюжина студентов по обмену из разных континентов. Представьте, сколько всего мы сможем у них узнать. — Не думаю, что они притащат с собой книги по темным искусствам. — усмехнулся Эван. — Мысли шире. Из Дурмстранга к нам поступает двое шестикурсников, а они уж точно разбираются в этом получше нашего. — Откуда ты его взял? — Регулус нахмурился, забирая свиток с колен Барти. — Стащил у отца. — О-о-о, тебе влетит. — рассмеялся Эван.       Регулус перестал слушать их перепалку, найдя нужные для себя строки. «Кастелобрушу – 1 взрослый; 1 ребенок. Негодно.»       Он знал, что среди них нет нужного человека, но ему требовалось это напоминание о её существовании. Как бы он не пытался выкинуть Дженну из головы, всё всегда приходило к одному и тому же. Своим личным успехом Регулус считал то, что перестал при этом что-либо чувствовать. Он больше не скучал по ней. И трепета в сердце никакого не было. Всё, что у него осталось – это яркий образ в голове, который нужно забыть. — Что значит негодно? — спросил Регулус. — А, ты про Кастелобрушу? — Барти забрал свиток обратно, глядя на четко выведенные буквы. — В этом году Хогвартс планировал принять около шести студентов из их школы. Но директриса перенесла сроки или типо того...в общем, на следующий год. — В следующем году нас захватят зельевары? — пошутил Эван, глядя в окно. Это бесконечное обсуждение других школ его ни капли не интересовала. — Не говори так. — Барти с раздражением повернулся к Эвану. — Мы каждый год отправляем более десятка учеников в Кастелобрушу. Попасть туда – большая привилегия. — Тоже хочешь? — Не отрицаю. — Нам достаточно Снейпа. — добавил своё слово Регулус. — Так значит ты не против? — самодовольно ухмыльнувшись, Эван откинул спину и расправил плечи. Он знал, что уговаривать Регулуса долго не придется и был рад итоговому результату. — Он может пригодится. — сухо ответил Регулус, но легкая улыбка все же показалась на его лице.       Если он хочет принять правильную сторону, то одних темных искусств будет недостаточно. Более того, Регулус желал стать лучшим во всем.  И быть может тогда слова Беллатрисы перестанут звучать громом в его голове.       «Он борется! Борется за тебя, меня и всех нас...»

***

      Всё тело Дженны ныло от усталости, но она как никогда была вдохновлена происходящим. Помимо скорой встречи с братьями Блэк, её мотивировало само участие в масштабных планах брата. Его лицо тем ранним утром мерещилось везде: ужасающе уверенное и готовое ко всем преградам судьбы. Она верила в Кая, она верила в их семью. Завороженная его идеями, Дженна стала куда более собранной на занятиях, а во время утренних дуэлей против заколдованного манекена старалась отточить свои умения. Как оказалось, Мэттью посещал эти внеклассные уроки с Каем ещё в прошлом году, отчего преуспел на несколько голов выше Дженны, но отчаиваться времени не было. Желание вернуться в родную Британию пересиливало все дурные мысли . — Чем бы вы не занимались, я хочу с вами! — Лукас остановил Дженну прямо посреди коридора, растопырив руки по обе стороны. Его белоснежные волосы намокли от пота и весь вид говорил о том, что он пробежал несколько километров, прежде чем настигнуть подругу. — Что? — Дженна нахмурилась и рассмеялся одновременно. — Ты о чем? — Я знаю, что вы с Мэттью что-то делаете, но не говорите! — Ты сошел с ума. — Дженна покрутила палец вокруг виска и попыталась обойти Лукаса, но тот вновь её остановил, размахивая руками. — Вы постоянно чем-то заняты! Обычно вы везде, но в этом году ниже воды, тише травы... — Тише воды, ниже травы. — исправила Дженна, перебив. — Мне плевать! — закричал Лукас на весь пустой коридор. Утром воскресенья все студенты предпочитали отсыпаться в своих кроватях и это значило, что можно было посвятить больше времени дуэльному залу. Никто, кроме Дораду, не должен был знать, что они там обучаются, от этого терзания их снежного друга были мучительны. — Вчера я искал вас по всей школе, а нашел в библиотеке! Дженна, ты ненавидишь учиться! — Полюбила. — спокойно ответила Дженна. — НЕТ! — Лукас закричал это с такой силой, что случайно прыснул слюной на изумрудную мантию Дженны. — Ой, извини... — Спроси у Мэттью, он тебе всё объяснит. — Это он послал меня к тебе! — Вот идиот... — Дженна прикусила губу. Они с Мэттью выпали из школьной жизни и совершенно позабыли о существовании других людей, а взаимодействовать с ними попросту не было времени. Оказалось, семьи достаточно для того, чтобы восполнять свою потребность в общении. И вот, когда перед её глазами цель, уже стал неважен школьный статус и мнение сокурсников.       Дженна наклонила голову вбок, обдумывая происходящее. Оглядываясь на прошлое, она как-будто поняла, что всё это время занималась совершенно ненужными вещами, которые приносили ей временное удовольствие. Ведь настоящее счастье всегда было где-то впереди. И теперь она видит себя настоящей. Видит, что ещё чуть-чуть и сможет собрать только самое лучшее в будущем. Семья и двое британских принцев. Но входит ли в это будущее Лукас? Мальчишка, который попросту был рядом в самые безмятежные времена. — Всё в порядке? — Кай неожиданно появился прямо перед ней.       Вздрогнув, Дженна наконец смогла выбраться из своих мыслей. Всё это время она не замечала ни встревоженное от её молчания лицо Лукаса, ни приход брата. — Да, Лукас хочет поехать с нами по обмену в Хогвартс. — как ни в чем не бывало ответила Дженна с улыбкой на лице. У Лукаса же округлились от удивления глаза. — О, правда? — Кай довольно улыбнулся и легонько ударил Лукаса бумажным конвертом по затылку. — Подтяни учебу и в путь. Если нужна будет помощь, не обращайся. — С-спасибо... — промолвил Лукас, глядя на Кая испуганными глазами. — Я отлучусь на пару дней, нужно встретиться с другом. — Кай обнял сестру за плечи и резко поцеловал в макушку головы, отчего та поморщилась. — С дядюшкой Альфардом? — Именно. — Правда?! — Дженна подпрыгнула на месте и воодушевилась. — Передай ему огромный привет и скажи, что я скучаю! — Нет. — Пожалуйста! — Посмотрим. — Кай посмотрел на обиженное лицо Дженны и рассмеялся. — Ладно-ладно! К моему возвращению отточи то, что мы проходили. До идеального состояния. — А можно попробовать что-то новое? — Нет. — Ты скучный. — Так нужно, моя любовь. — напоследок сжав её плечи, Кай обратился в филина. Его перья стали изящнее прежнего, а крылья своей шириной могли затмить половину школьного коридора.       Дженна улыбнулась, вспоминая проведенные с ним дни в старом доме, когда он был Ханком. Она любила его во всех перевоплощениях, и это являлось самым важным в её жизни. — Будь аккуратен! — прокричала Дженна на прощание улетающему филину. — Так значит...Хогвартс?! — закричал Лукас, стоило Каю затеряться за джунглями.

***

      Первая неделя четвертого курса прошла для Сириуса в прекрасном забвении. Он наконец встретился с друзьями, по которым успел сильно соскучиться за месяцы дома. Но больше всего он был рад ежедневной суматохе. К учебе Сириус относился нейтрально. Все предметы давались ему довольно легко, поэтому он не переживал ни за оценки, ни за экзамены. Само нахождение на уроках среди студентов приносило удовольствие. Неважно, чем он занят: слушает учителя или смеется вместе с Джеймсом. Сириус был счастлив в Хогвартсе. Одинокая комната на Гриммо преследовала его только в кошмарном сне.       В первое воскресенье обучения проходил набор в команду по квиддичу. Новым капитаном Гриффиндора стал шестикурсник Сэм Джонсон, занимающий роль охотника. Джеймс тоже метил на это место и ни капли не переживал за свой успех, в отличие от Сириуса. Тренироваться летом он никак не мог, а неделя бессвязных летаний на поле не давали должного результата. Всё, что у него было — это желание надрать зад своему брату, как он и обещал. — Эй, Блэк! — Джонсон встретил его с очаровательной улыбкой. Темная кожа чуть сверкала на солнце, а от самого капитана исходила аура уверенности. Сириус считал его очень красивым для обычного волшебника. Но больше всего ему нравилось то, как он доброжелательно относится к окружающим. — Тоже хочешь быть охотником? — Загонщиком. — хитро улыбнувшись, Сириус подмигнул Джеймсу, который вовсю развлекался с метлой, проделывая опасные трюки в воздухе. — Вот так команда! – рассмеялся Джонсон. — Будешь отбивать от Джеймса бладжеры? — Буду отбивать их в соперников. — Правилами не запрещено. — легкая хрипота в его смехе успокаивала Сириуса. Он мог не притворяться послушным мальчиком, как это было с прошлым капитаном. Да и сам Джонсон несколько раз отзывался положительно об их проделках. — Гидеон и Фабиан много мне о вас рассказывали. Даже пригрозили сжечь мой дом, если я не приму в команду. Так что не подведите меня. — Мой дом от этого не пострадает, а жаль. — усмехнулся Сириус. — Эй! Я правда надеюсь на вас. Посмотри туда. — Джонсон указал рукой на столпившихся возле входа второкурсников. Они раскрывали рты и с восхищением наблюдали за пируэтами Джеймса. — Бездари, это видно сразу. А вот вы должны были попасть к нам ещё в прошлом году. — Этот придурок... — Да, знаю. – перебил Джонсон. — Он никому не нравился, поверь мне. А теперь покажи, что ты умеешь.       Сириус крепче схватился за метлу. Короткий разговор с капитаном воодушевил его, отчего все переживания испарились. Уверенность сама проснулась в нем, стоило только взлететь в воздух. Краем глаза он заметил на трибунах Римуса и Питера. Эта поддержка многое значило для Сириуса и облажаться у них на глазах не было права.       Джонсон поделил игроков. В каждой команде было по шесть участников, где вратари уже состоявшие в сборной Гриффиндора студенты. Так они могли с точностью рассмотреть каждого новенького. Сам капитан наблюдал за ними с трибун. Задача довольна проста — набрать как можно больше очков. Ловцов не было, поэтому всё зависело только от них. Сириус был рад, что Джонсон не разделил его с Джеймсом, и теперь они могли показать настоящую сплоченную команду.       Прозвучал свист. Мячи были выпущены. Игра началась.       Джеймс собрался за секунду, схватив квоффл. Его маневры поражали всех на поле, а точная отдача паса говорила о профессионализме. Никаких сомнений, только игра. Но второй новенький охотник не смог попасть в ворота, а мяч был передан вражеской команде. Подмигнув Джеймсу, Сириус отыскал в воздухе бладжер, который пристал к их игроку. Они действовали быстрее мыслей в голове, а зародившийся план передался друг другу моментально. Очутившись на месте, Сириус сильным взмахом биты направил бладжер в сторону игрока с квоффлом в руках. Это был второкурсник небольшого роста, который падал с метлы от неожиданного удара в спину. Жалеть его не было времени, а оказавшийся рядом Джеймс перехватил мяч и бросил в ворота, заработав первые десять очков для команды. Противни засуетились от жесткой игры. — Ничего личного! — рассмеялся Сириус в лицо странной девчонки, которая бросала на него гневный взгляд.       Никто не знал на каком моменте Джонсон решит закончить игру, но с каждым разом в команде противника оставалось всё меньше игроков. Сам вратарь начал опасаться Сириуса и его тактики. Один раз он чуть было не попал бладжером по Джеймсу, но тот успел увернуться, из-за чего странной девочке пришлось полететь, вниз следом за второкурсником. Спустя час игры счет составлял 90:00. Вратарь вражеской команды совсем выдохся и с тоской начал смотреть на землю. Помимо постоянных попыток Джеймса забить квоффл, ему приходилось изворачиваться от атак Сириуса. Им было плевать на остальных игроков, — они словно мухи летали в округе, но не мешались. Только второй охотник приносил пользу и с радостью передавал Джеймсу мяч, проносясь среди противников. Сириус внимательно следил за ним и его игрой. Казалось, того тоже никто из команды не интересует. Он просто наслаждался происходящим зрелищем. Довольно твердый телосложением и легкий на действия юноша быстро завоевал доверие в игре. — Идиот, аккуратнее! — закричал Сириус, отбив бладжер рядом с его лицом. — Можно просто Нил. — раскрыв все зубы, он улыбнулся и подмигнул. — Спасибо, Сириус! — Нил умчался так же быстро, как и оказался рядом с бладжером.       Сириус усмехнулся. Этот парень не был так прост, но его спокойное отношение к происходящему вызывало восторг.       Игра закончилась стоило Нилу забить в ворота. Джеймс спешил вернуться на землю, чтобы услышать восторг в словах от Джонсона. Семь попаданий из десяти были его. Результат казался очевидным. Остальные игроки медленно передвигались по воздуху, точно зная, что в этом году их не примут. Сириус же, стоило ему ступить на землю, похлопал друга по плечу, совершенно не интересуясь подведением итогов. Гордость за их союз захватило всё его тело. Это была только их игра. И она превзошла все ожидания. — Поттер и Белл, поздравляю, вы мои новые охотники! — радостно воскликнул Джонсон. — Это было нечто! — Мерлина ботильоны, Блэк! — вратарь вражеской команды спустился на землю последний, отбросив метлу как можно дальше от себя. — Что это было?! — его лицо покраснело, а руки тряслись от адреналина. — Тише, Бойл. — Джонсон подбежал к вратарю и схватил за плечи, после чего направил к ребятам. — Он меня чуть не убил раз десять! — А по мне... — Нил оказался позади Сириуса неожиданно. — Это было прекрасно. — Белл? — Джеймс протянул Нилу руку, а тот с радостью её пожал. — Можно просто Нил. — Блэк, по поводу тебя... — продолжил Джонсон, дотащив вратаря до собравшихся учеников. — Он в деле! — на этих словах Бойл повалился на траву, напоследок издав настоящий рёв. — Идеальный загонщик! — С твоей агрессией определенно стоит работать, но она нам только на руку. Поздравляю, загонщик. — подарив Сириусу свою великолепную улыбку, Джонсон пожал руку каждому новому игроку сборной Гриффиндора.       Остальных ждал четкий отказ и вежливые пояснения того, что им стоит практиковать до следующего года. Сириуса это не интересовало. Он чувствовал себя как никогда живым. Легким не хватало воздуха, а раскрасневшиеся щёки выдавали приятную усталость. Они с Джеймсом сделали это. И в подтверждение с трибун слышался радостный свист от Римуса и Питера. Друзья гордились ими. И само мгновение было прекрасно.       Столкнувшись взглядом с Джеймсом, Сириус понял, что тот ощущает то же. Его глаза слегка слезились, а по вискам скатывались капли пота. — Ты загонщик, Сириус! — Джеймс рассмеялся, глядя на лицо друга. — А ты охотник! — поддержав смех, Сириус без сил обнял Джеймса. — Молодец...

***

      Сентябрьский ветер бил по окнам замка, пытаясь ворваться внутрь. День близился к концу, и об этом свидетельствовало тускневшее небо. Регулус стоял напротив окна в коридоре несколько минут, наслаждаясь тишиной. Весь день была пасмурная погода. Каждый мог сказать точно, что к ночи пойдет дождь, но это только убаюкивало сознание учеников. Деревья запретного леса качались из стороны в сторону, а протяжный, пугающий вой доносился вплоть до Хогвартса. Сегодня полнолуние. Умиротворение витало в воздухе, поглощая Регулуса с головой. Он знал, что произойдет этой ночью, поэтому не стал оборачиваться в сторону проходящего мимо Римуса с Миневрой. Только тихо поздоровался с профессором, не отрываясь от красивого пейзажа. В тишине таится истина, и он пытался ею овладеть. Только спустя некоторое время нашел в себе сил отойти от окна.       Стук твердой подошвы об пол эхом проносился по темным коридорам. Почти все студенты уже затаились в комнатах, занимаясь вечерней рутиной. Это было любимое время для Регулуса, ведь он мог наконец побыть наедине с самим собой. В этом учебном году Розье стал неконтролируемо близок с ними. На занятиях, на обеде и во время свободных часов. Если Барти было всё равно, то Регулус сильно уставал от постоянного общества других людей. Закрыться в своём мире не удавалось, а от вечных разговоров улетали важные мысли. Поэтому каждый вечер он бродил по замку в гордом одиночестве.       Регулус спускался вниз по лестнице в холле, задумываясь о новой книге, которую отыскал Барти на полках отца. Это был довольно сложный материал, но ему нравилось изучать неизведанное, а особенно, когда для этого нужно было прикладывать усилия. Идея засесть за книгу по прибытию в комнату отозвалась легкой улыбкой на лице. Но, к сожалению, заколдованная лестница и двое незнакомцев решили немного отложить этот момент. — Я не понимаю! — закричал на весь холл юноша, хватаясь за голову. Это был студент по обмену из Дурмстранга, Регулус сразу его узнал. Короткостриженые волосы и квадратное слишком мужественное лицо. Он сильно отличался от британцев своим акцентом и резкостью, из-за чего вызывал раздражение и восхищение одновременно. — Это какой-то бред... — рассматривая свиток, проговорил стоящий рядом с ним другой юноша. Его Регулус тоже узнал. Мулат со светлыми волосами — довольно странное сочетание, которое вызывало смешинку. Студент из Кастелобрушу с феминными движениями и миловидным лицо. Довольно странно, что столь разные люди сейчас стояли рядом друг с другом.       Желание избежать неловкости боролось с желанием помочь, из-за чего некоторое время Регулус маячил на ступеньках, потирая свои руки об мантию. Наконец определившись, он аккуратными шагами направился в их сторону. — Прошу прощение, вам нужна помощь? — Регулус внимательно осмотрел обеспокоенные лица. Сейчас они были похожи на первокурсников, потерявшие старосту. — Да! — встав прямо, студент из Дурмстранга протянул Регулусу руку. — Николай. — Регулус. — ответив на рукопожатие, он слегка прищурился от сильного напора. — Извини, лестница поменяла направление, и мы уже час не можем найти отсюда выход. — объяснил студент из Кастелобрушу. — Я о кровати мечтаю больше, чем о золоте. — Когтевран, верно? — спросил Регулус. — Да. — ответил Николай. — Я вас провожу. Студенты всегда первое время теряются здесь, но через месяц вы привыкнете. Пойдемте за мной.       Башня Когтеврана находилась напротив от винтовой лестницы, поэтому идти было быстро. Регулусу не было сложно помочь студентам, наоборот, он нашел в этом некую возможность для сближения с ребятами, которые могут им в будущем пригодится. Особенно приезжий из Дурмстранга. Шанс того, что он бы мог поделиться с ним чем-нибудь интересным — маловероятен, но не равен нулю. — Если бы не ты, то мы бы ночевали на этой лестнице. — отшутился студент из Кастелобрушу. — Извини за невежду, но как я могу к тебе обращаться? — спросил Регулус, одарив их беззаботной улыбкой. — Мигель Алвес, а...а ты? Извини, когда я на стрессе, то ничего не запоминаю. — Регулус Блэк. — слегка рассмеявшись, он поклонился. — Николай, Блэк! — похлопав по груди друга, Мигель радостно улыбнулся. — Я же говорил тебе! — Точно. — ответил Николай, никак не обращая внимание на действия сокурсника. — Что-то не так? — Регулус чуть сощурился, не улавливая суть диалога. Казаться глупым он не хотел, но и странная реакция на его фамилию заинтриговала. — Профессор из моей школы говорил, что за помощью мы всегда можем обратиться к братьям Блэк, которые учатся здесь. — пояснил Мигель, радостно хлопнув в ладоши. — Регулус и Сириус, верно? — Да, но... — А вот и вход! — перебил Мигель, поднявшись вверх по винтовой лестнице.       Сплошное полотно из старинного дерева и бронзовый молоток в форме орла оказались прямо перед ними. Регулус горько пожалел, что гостиная Когтеврана была так близка к ним. Оставлять после диалога странное послевкусие не хотелось, поэтому, прежде чем они успели коснуться дверного молотка, он чуть смущенно спросил: — Какой профессор...?       На ум приходила только величественная женщина, которую они успели встретить на суде. Её строгий и пронзающий взгляд ещё долго не выходил из головы Регулуса. Она была единственной, помимо Барти Крауча старшего, кто смотрел на происходящее без призмы жалости. — Профессор Бораго, конечно же! Он говорил, что вы друзья. — как ни в чем не бывало ответил Мигель, а у Регулуса сжалось сердце от произнесенной фамилии.       Слишком острая реакция, за которую он себя корил. Нельзя так чувствовать. Нельзя так много чувствовать. Если бы никого не было рядом, то он бы схватился за свою левую грудь и отшатнулся на стену, не в силах выдержать резкий скачок адреналина. Но он стоял прямо, вежливо улыбаясь, пока внутри него всё загоралось. — Д-да, друзья. — чуть запнувшись, ответил Регулус. — Не знаю, сожалеть тебе или завидовать. Профессор Бораго тот ещё безумец, но как пример для подражания... Знаешь, неважно. Вот так совпадение, что именно ты сегодня нам помог! В любом случае, спасибо тебе, Регулус Блэк. – с улыбкой проговорил Мигель и взял в руки дверной молоток. — Спасибо, друг. — поблагодарил Николай и довольно резко обнял Регулуса, после чего они оба скрылись за полотном, оставив его наедине со своими эмоциями.       Он смог сделать то, что хотел изначально. Холодная стена показалась для него спасательным кругом. В глазах помутнело, а тишина стала давящей. Одно дело слышать упоминания в голове, а другое из чужих уст. Нет, он не желал признавать факт своих чувств. Столько времени Регулус их тушил, столько было потрачено сил, чтобы забыть. И всё разрушила одна фраза.       Не стоило помогать этим ученикам.       Не стоило, ведь он всё ещё любил.