Мой Старый Друг

Рассвет. Небо только начало переливать яркими красками, птицы пробуждались после долгого сна и пели своим ласковым голосом на деревьях. Лето было особенно душным, из-за чего приходилось держать окна постоянно открытыми. Сидя за письменным столом, Дженна заканчивала письмо, изредка обращая внимание на шаги за дверью. Она почти не спала. Обрушившиеся обстоятельства, которые нельзя было решить в силу ее возраста, давали о себе знать. Но ей казалось, что их может решить кто-то другой, одновременно близкий и далекий ей человек. Сегодня похороны. — Разве это не прекрасная возможность сбежать отсюда, братец? — обращаясь к самой себе, она окинула взглядом закрытую дверь, за которой изредка слышались голоса. Дженна знала, сегодня в эту комнату никто не зайдет. Прибудут гости, что захотят почтить память дядюшки и тетушки, но мало кто захочет в последний раз увидеть их. Как страшное воспоминание, оно будет приходить в ее сны. Матушка была уверена, что, попрощавшись как положено, Дженна отпустит все обиды на родственников и станет сильнее, как человек, уже повидавший смерть. Но она не учла, что предстоящая картина будет настолько жуткой для девятилетней девочки: фиолетовая кожа, покрытая крапинками, была истерзана, лишь местами оставляя живое место, шейный позвоночник, что торчал наружу, свидетельствовал о неоднократной попытке обезглавливания, голова же расположилась на их изрубленных руках. Дженну вывернуло. Она не видела их лица, но знала точно, что на них изображен ужас. Прошел день, когда она смогла прийти в себя, но так и не смогла заставить себя испытывать к ним чувство жалости. «Про мертвых плохого не говорят, но они заслужили это», — думала Дженн, да и в чем смысл о них говорить вообще, если хорошего в близких родственниках никогда не было. Закончив письмо, она вложила его в черный конверт, написав в графе получателя лишь одно слово: «Брату». К этому времени голоса становились громче, а шагов больше. — Время пришло, — шепотом пробормотала Дженн. Собрав свои длинные темные волосы в тугой хвост, она подошла к железной небольшой клетке, что находилась на ее прикроватной тумбе. Белоснежная сова тут же попыталась распахнуть свои крылья, давая сигнал о готовности. — Доброе утро, дорогой! — обратилась к птице девочка, — У нас с тобой важная миссия, но с начала мы должны выбраться отсюда. — Дядя Альфард! — в унисон прокричали двое мальчишек, сбегая с лестницы. Статный мужчина стоял посреди мрачной гостиной, выделяясь своей добродушной улыбкой и озорными, как лучи солнца, глазами. Со старых картин то и дело перешептывались давно умершие родственники и бросали злые, полные отвращения, взгляды. Очевидно, здесь его никто не ждал, кроме двух дорогих ему племянников, которые бросились в крепкие объятия. Женщина, все это время стоявшая рядом с мужчиной, скривила лицо от сентиментальности своих детей. — Где ваше воспитание? — вполголоса, но с тяжелым оскалом, она дала понять, что им нужно немедленно прекратить этот спектакль. Этого хватило, братья тут же отлипли от дядюшки и, подобно оловянным солдатам, встали, выпрямив спину, как и полагается настоящим аристократам. — Не нужно, Вальбурга, они всего лишь дети… — Они наследники рода Блэк, Альфард. В этом доме нет места фамильярности. — Это очень прискорбно, сестра. — Не учи меня воспитывать детей, я звала тебя не для этого. — Вальбурга окинула презрительным взглядом мужчину, — Мы с Орионом вынуждены уехать, нас не будет вплоть до следующего понедельника. Тебе выпала возможность провести время с племянниками, воспользуйся ею… Альфард слушал слова сестры вполуха, все его внимание было устремлено на мальчишек. Ох, как ему их было жаль! Сириус, старший племянник, продолжал бросать укоризненные взгляды на свою мать. У него был чересчур бойкий характер, который не принесет ему в этой семье ничего хорошего — считал Альфард. Регулус, что младше Сириуса всего на год, стоял спокойно, не желая сильнее выводить маменьку. Для своего малого возраста, он быстро научился надевать маску безразличия, скрывая, как и положительные, так и отрицательные эмоции. Но со всем этим, им было легче управлять, нежели старшим. Регулус старался делать все в угоду родным, дабы не разочаровывать их. Альфард боялся, что однажды он станет безвольной марионеткой среди беспощадных кукловодов. Но что он мог для их благополучия? Ничего. Поэтому, раз в году, когда им удавалось провести вместе время, он вкладывал в эти короткие дни как можно больше свободы и беззаботности, что так не хватало племянникам. — Я все понял, Вальбурга, благодарю тебя за возможность. — грустная улыбка скользнула по его лицу. «Почему он терпит такое отношение к себе? Дядя Альфард самый нормальный человек этого семейства!», — негодовал Сириус, но все же проглотил внезапный прилив защитить гордость своего дядюшки. Взяв за руку Регулуса, они направились следом за мужчиной. — Здесь невероятно, дядя! — воскликнул Регулус. Так оно и было. Овраг, на который они прибыли, играл невероятными красками. Поле было усыпано полевыми цветами, вокруг которых летали золотистые бабочки, играясь с феями. Лес, находившийся неподалеку, излучал невероятное тепло своими цветами. На деревьях виднелись болтрушайки, что внимательно вслушивались в каждое слово мальчишек. Сама впадина была величественна, длинна и глубока, но, несмотря на это, виднелась река, что протекала внизу. — Это самое волшебное место, которое мне доводилось увидеть! — вторил брату Сириус, продолжая осматривать местность. — Как оно называется? — Название говорит само за себя, мой дорогой племянник. Когда-то давно, во времена Мерлина, дюжину магов из Бразилии занесло сюда путем неправильной трансгрессии… — Они попали не туда, куда нужно было? — уточнил Сириус, внимательно слушая рассказ дяди. — Верно. Красота этого места пленила их и завораживала. Не хотя больше никогда уходить отсюда, они обустроились прямо на краю оврага. На утро второго дня их пребывания, они заметили пропажу четверых товарищей и послали еще двух в глубокий лес на поиски. Наступил вечер, а никто так и не вернулся, шесть оставшихся магов решили собраться вместе и отправиться изучать это место… Но, неожиданно для самих бразильцев, явился Мерлин и сообщил, что им нужно немедленно убираться отсюда, так как место проклято. — Они его послушали? — спросил Регулус, сгорая от любопытства. — Только один… Его звали Хосе Сантос. Остальные насмехались над Мерлином, ведь как это прекрасное место может быть проклятым? — Я бы тоже не поверил. — Как можно не поверить Мерлину, Сириус? — Регулус непонимающе посмотрел на брата. — Вот и пропал бы ты также без вести, как и все бразильцы. Ведь они все же отправились в этот лес, вслед за золотыми бабочками, в надежде, что те приведут их к остальным товарищам. По сей день нет ни одной догадки на то, куда они могли пропасть. А тот, что решил послушать Великого Мерлина, спасся, рассказав эту историю всем в Магической Британии и Бразилии, и, в благодарность за спасение, Хосе назвал это место «Овраг Мерлина». — закончил свою историю Альфард, наблюдая за восхищением в лицах племянников. Гуляя по местности, они еще долго обсуждали эту невероятную историю. Регулус был вдохновлен ею больше брата, рассуждая вслух и строя теории о исчезновении магов. Неожиданно для мальчишек, Альфард остановился, направляя свой взор на опушку леса. — Там девочка! — вспылил Сириус, — Вот дура, кто один ходит в проклятый лес? Регулус заметил ее самый последний. И правда, девочка, на вид его ровесница, сидела у дерева и непрерывно бормотала. Сложилось впечатление, что она разговаривает сама с собой, размахивая руками, тем самым пародируя полет. — Сейчас и узнаем. — ответил Альфард на комментарий Сириуса и направился в ее сторону. Братья в спешке переглянулись друг с другом и побежали за дядей. Чем ближе они были, тем понятнее для Регулуса была картина. «Она разговаривала с совой, а не сама с собой… Но это все равно странно», — подумал младший Блэк. — Здравствуй, юная леди. — обратился Альфард, подходя ближе. Девочка подняла голову и внимательно изучала взглядом, как считала, нежданных гостей. Не посчитав их опасными или агрессивными, она встала на ноги, слегка поклонившись в знак приветствия. — Добрый день. — Как Вас зовут? И где ваши родные, милая барышня? — мужчина присел на корточки, показывая свои благосклонные намерения в ее сторону. — Дженна, сэр, я здесь одна. — Что ты забыла в проклятом месте? — осмелев, Сириус вышел из-за спины дяди. — Ничего он не проклят! Только глупцы так считают. — топнув ногой, заявила Дженн. — А вот и проклят! — вторил Сириус. Девочка усмехнулась, решив не продолжать этот бессмысленный спор, вернула внимание на сову. Альфард сделал то же самое и, заметив лежащий конверт рядом с ней, сразу понял, в чем дело. — Сова капризничает, не так ли? — Да… — чуть пристыжено ответила Дженн. — Есть много причин, почему они не хотят лететь. Мы поможем тебе. — Альфард поймал ее взгляд. Легкий кивок головы, и Дженна расплылась в улыбке. — Можешь называть меня Дядя Альфард. — Меня Сириус! — довольно резко выпалил мальчишка, — А это Регулус. — он указал пальцем на стоявшего сзади мужчины мальчика. Услышав свое имя, он робко, будто опасаясь чего-то, вышел к брату, давая рассмотреть себя новой знакомой. — Регулус — слишком сложное имя, оно сокращается? — беззаботно спросила Дженн, на что Дядя Альфард глухо засмеялся. — Я долго пытался его сократить, но выходила всякая всячина! — ответил за брата Сириус. — Значит, придется называть его полным именем. — Регулус непонимающе смотрел на них. Он всегда считал, что только Сириус имеет право обращаться с ним в столь беззаботной форме. Еще больше он не понимал пылкого нрава брата подружиться с ней. Очевидно же, что, когда приедут родители, они больше никогда не смогут увидеться. — Так что ты здесь делаешь, Дженна? — обратился вновь Альфард. Он взял в руки конверт, будто изначально знал причину каприза птицы. — Я жду брата, он должен забрать меня, а для этого нужно отправить ему письмо, чтобы он знал, где меня искать, но сова не хочет отправлять его… — Что же, думаю, она не понимает, кому адресовано письмо. — посмотрев вновь на конверт, он безобидно посмеялся, прочитав неровным почерком адресат, — Несмотря на то, что почтовые совы являются самыми умными птицами, порой все же приходится уточнять им некоторые детали. Как зовут твоего брата? — Кай Бораго! — гордо, будто произнося имя Министра Магии, ответила Дженн. Альфард же сразу поник в лице, переводя взгляд на юную леди. Почему же он сразу не понял? «Черные, словно уголь, волосы и невероятно глубокие синие глаза… Конечно же, это дочь Гаррольда Бораго» — Мне очень жаль… — искренне произнес мужчина. — А мне нет. — твердо заявила Дженн, — Они не те люди, которых нужно жалеть. Дядя Альфард ничего не ответил на ее слова. Слухи, что распространили по всей Британии, дошли и до него, Дженна понимала это. Ей так хотелось опровергнуть их, так хотелось защитить светлое имя своего брата, но она не могла… Потому что не хотела врать этому ласковому и милому мужчине, что вызывал в ней доверие больше, чем все взрослые вместе взятые. Так не произнеся и слово, Регулус молча стоял и анализировал происходящее, не понимая, стоит ли вообще лезть во все это. Дженна Бораго… Да, он определенно слышал это имя на одном из торжеств, что устраивали родители. В каком контексте, он не помнил, но был уверен точно, что мамань интересовалась ею больше, чем самим праздником. Сириус же сгорал от любопытства, но понимал, что сейчас не лучшее время лезть с вопросами. Он строил множество теорий, решив, что спросит об этом дядю позже. Альфард подписал конверт и привязал его к лапке совы, та, не раздумывая, полетела в свой дальний путь. Счастью Дженны не было предела, Сириус захлопал в ладоши, радуясь триумфу Дяди. Гордость овладела им, когда все подхватили этот жест, даже Регулус не смог удержать трепетный смех от происходящего. — Дядя, можно мы поиграем, пока еще есть время? — Конечно, Сириус. Вплоть до заката они бегали по всему оврагу, дурачились и играли в некую сценку, где Регулус спасается от нападавшего неизведанного монстра, чью роль взяла на себя Дженн, а Сириус — Великий и Могучий Мерлин, что пытался защитить своего товарища. Дядя Альфард уселся под ближайшее дерево, где до этого негодующе сидела девочка. Он спокойно наблюдал за детьми, всем сердцем радуясь их беззаботности и смеясь, когда Дженн нападала на Сириуса, пытаясь повалить его на землю, тем самым доказывая свою точку зрения. И, ох, как Регулус пытался разнять их, получая в этот момент сразу от обоих. Он мог поклясться, что наблюдать за беспечным детством своих племянников — лучшее, что он мог себе позволить. Время подходило к концу, ребята вот-вот должны были разойтись по домам. Наслаждаясь мгновением, они лежали на траве, наблюдая за появляющимися звездами. Легкость, что сейчас ощущал каждый из них, явилась как спасательный круг на бренную душу детей, окутывая в теплое одеяло. — Мы еще встретимся? — прервал безмятежную тишину Регулус. Он принимал участие в играх меньше, чем его брат, но, несмотря на излишнюю осторожность и скованность, смог проникнуться моментом и привязаться к этой бесшабашной девочке. Ему нравилась ее стойкость и нрав, он начал понимать, почему Сириус так загорелся желанием провести с ней как можно больше времени. Они были чертовски похожи своим боевым характером. Оба шли наперекор друг другу, упираясь, как бараны. Регулус ощущал себя их родителем, который каждый раз старается найти компромисс для процветания их дружеских отношений. Он чувствовал себя как никогда нужным и значимым. — Конечно, Регулус, мы ведь друзья! Я буду приходить сюда каждый день, пока меня не заберет брат, и вы приходите тоже. Каждый день будет как сегодня. Сириус напрягся, ему совсем не хотелось, чтобы ее забирали. Ему очень…очень хотелось, чтобы они проводили время втроем так, как сказала Дженн, каждый день. Казалось, будто она единственная, кто сможет понять его порой безумные поступки. Они не знали друг о друге ничего, но каждый из них хотел оставаться рядом друг с другом как можно дольше. — Что будет… когда он заберет тебя? — наконец озвучил вопрос вслух Сириус. — Мы обязательно что-нибудь придумаем. — твердо заявила Дженн.