Искушение

Через день, вечером, отчаянно краснея Армин стоял перед дверью рабочего кабинета командующего. Ему было невероятно стыдно, насколько стыдно, что он решил прикинуться, что ничего не помнит. Это как будто бы решало часть проблем. Глубоко вздохнув и задержав воздух в груди рядовой Арлерт постучался в страшную дверь.  -Войдите, - раздался равнодушный ответ. Армин выдохнул, снова набрал в легкие воздух, дернул ручку двери и вошел в кабинет, снова закрыл дверь и прислонился к ней всей спиной, словно надеясь, что будет падать - дверь спасет. -РядовойАрлертприбыл, - на одном выдохе произнес он. Эрвин даже не удостоил его взглядом и кивнул на стул рядом с собой. Он не давал себе воли показать, но тоже дико нервничал. Он явно позволил себе лишнего в их прошлую встречу, и было совершенно не понятно, что из этого помнит Армин и как будет себя вести. Стало некомфортно, как будто в воротничке что-то жало, но конечно, ничего не жало. Просто неприятное чувство где-то в горле. Искоса посмотрев на робкого и сложившего руки между крепко сведенных коленей Армина Эрвин решил играть «доброго полицейского».  -Как ты себя чувствуешь, Армин? Займемся картами, как обычно, да? - разведка боем. -Командующий, я должен вам признаться, - шепот, от которого по спине Эрвина стекла капля холодного пота, - Дело в том, что… Армин замирает, Эрвин превращается в статую. -Что я совсемнепомнюнашупредыдущую встречу, - на одном дыхании выпаливает Армин. Ставки приняты, ставок больше нет. Вскрываемся, господа.  Эрвин задерживает выдох облегчения. Святая Сина, обошлось. -Армин, ты что-то..покурил и вероятно из-за этого все забыл. Очередь пугаться Армину. От испуга он начал заикаться. -И-и ч-что бы-бы-ло? -Ох, пришлось держать тебя на этом самом диване, пока не попустит, – и ведь ни слова лжи! Просто утаивание некоторых фактов. Армин шумно выдыхает. Пронесло. Вечер проходит как раньше, без инцидентов.

***

Через неделю, как раз перед тем, как Армин должен прийти и снова сесть за карты и отчеты, которыми в прошлый раз его нагрузил командующий, Жан зовет Армина в душ. Само такое предложение должно было смутить, все разошлись, скоро отбой – и только у рядового Арлерта и офицеров да еще дежурных есть право быть за пределами казармы. А времени осталось совсем мало – так что же им делать в помещении, где все уже давно помылись и даже теплая вода скорее всего закончилась? Но Армин соглашается, лишенный своей собственной воли, как будто у него нет ни малейшего шанса отказаться. Сначала все идет как обычно – Жан весело что-то вещает, раздевается, кидает вопросительные взгляды на Армина, который медлит, но тоже раздевается и зачарованно следует за Жаном в самый дальний край душевых, подальше от входа, от раздевалки. В глубине души Армин уже знает, что там будет, но не может никак решить – хочет он этого или нет. Он просто следует за Жаном, веря в то, что тот не имеет злого умысла. От вида голого товарища и сладкого предчувствия член Армина начинает оживать. Ему неловко, стыдно, но член опадать не собирается. Жан все также весело что-то говорит, но останавливается на полуслове и оборачивается к Армину. Он видит, что происходит и удивлен и рад и смущен. -Я... выходит, я нравлюсь тебе? Армин теряется от такого вывода. Он не думал под таким углом. Он неловко пожимает плечами, но набухающий член требует руку или что угодно другое. Жан протягивает руки к Армину, желая его обнять. Армин неловко ускользает и включает воду. -Мы же пришли мыться, – констатирует он. Сейчас вода холодная, это решит проблему его упорно не желающего падать члена. Но вода какой-то магией оказывается теплая, даже слишком. Армин поворачивается к Жану. Жан коварно улыбается, он переводит взгляд вниз, где Армин пытается скрыть рукой эрекцию. Жан ухмыляется, его член начинает оживать. Мгновение – и Армин оказывается прижат к стенке, которая успела уже нагреться от воды. К нему тесно прижимается Жан, на чьих губах играет пугающая ухмылка. -Хочешь же, я же вижу. Армину остается только проблеять в ответ что-то похожее на да. Он все еще не может ничего решить, но тело действует отдельно от него, тем более, что Жан гладит его, ласкает его соски и заставляет себя обнять. Армину определенно нравится. Они плавно перетекают в объятия, Жан жадно дышит в шею Армину, но целовать не решается. Вместо этого он чуть отстраняется и начинает ласкать соски уже губами, прикусывая их даже слишком сильно и из одного из них – того самого, что уколол когда-то Эрвин даже начинает идти кровь. Но Армину нравится, и он не может сдержать стон. Жан ухмыляется, продолжает целовать тело Армина, все еще избегая губ, потом опускается на колени. -Сначала я, потом – ты, – предлагает он. Армин не понимает, о чем идет речь, но кивает. Вода все еще горячая, около него на коленях Жан, по его волосам стекают струи воды, и это ох, ох как нравится Армину. Жан ласково берет в рот член Армина, тот вздрагивает всем телом. Так вот что чувствовал командующий. От теплого, ласкового рта Армин сходит с ума. Колени дрожат, стоять он не может, а когда палец Жана скользит в анус, ноги подкашиваются, и Армин медленно сползает по теплой стене. Вокруг уже клубы пара от горячей воды, он лежит на полу, весь мокрый, а над ним старается своим неумелым ртом Жан, погружая на сухую палец, разве что вода пытается смягчить трение. Жан продолжает свои ласки и через некоторое время бедра Армина начинают непроизвольно двигаться. Он подмахивает в такт и долго не протягивает с глухим стоном изливаясь в рот Жана. Жан отплевывается, полощет рот водой, что продолжает стекать на них сверху. У Армина кружится голова, он садится на пол, рукой взъерошивая мокрые волосы. -Теперь ты, – шепчет горячо ему в ухо Жан. Теперь до Армина доходит, в чем заключалось предложение. Но ему не впервой, он сразу же хватает член Жана и подтягивается к нему. Теперь Жан полулежит на полу, а Армин старательно выводит узоры языком на его члене. Он пытается быть нежным, но Жану это не подходит. Он по-хозяйски кладет руку на голову Армина и резко насаживает его на свой член. Размер негромадный, но Армин все равно давится, его тошнит, он чувствует позывы, глотает и все равно пытается победить рвотный рефлекс. Ему не особо удается, но Жан не дает отстраниться. Он буквально жестко трахает Армина в рот. Армину уже не нравится затея, но его держат крепко, он продолжает, положение уже безвыходное. Наконец Жан кончает, заставляет Армина все проглотить. Где-то Армин уже это проходил. Не смертельно. Проще, чем титаны. Да и потом – ему было приятно, хотя чувство гадливости таки проявляется. Они молча ополаскиваются, наспех вытирают волосы и одеваются. На прощание Жан жарко шепчет в ухо Армину, что он бы повторил. Армин кивает, как-то получается, что все его сексуальные отношения не зависят от его воли. Или зависят, просто он не может ее озвучить? Уже на полпути к казарме Армин вспоминает, что его ждут. Он громко ойкает и бежит к кабинету командующего. Похоже, что ночка будет еще та.

***

Когда Армин неловко стучится в кабинет командующего, Эрвин уже успевает забыть, что ждет сегодня Арлерта. Но тот прилежно приходит, и получает очередной отчет на выверку. От столбцов цифр немного рябит в глазах, их активность уже больше походит на то, что Эрвин нашел себе секретаря, но никто не жалуется. Пока Армин замечает на себе тяжелый взгляд, Эрвин внимательно смотрит на него уже минут семь как. Армин поеживается и замирает. -Почему волосы мокрые? – тон командующего суров, не предвещает ничего хорошего. -Мы... были в ду-душевых, – Армина застали врасплох. -Мы? – брови командующего взлетаю вверх от невинного, казалось бы, ответа. -Я и Жан, – Армин действительно не видит в этом ничего зазорного. Ах, Жан. Эрвин уже успел забыть про него. «Чертов гомик,» – мысленно ругается он. В прошлый раз именно Жан стал источником всех бед и слабостей Эрвина. Жан получил свою долю наказания и дополнительных тренировок, но нельзя же вечно истязать парня. Выходит – нужно. -И что Жан? Что вы там делали? – тон командующего строг, взгляд пронзителен. Армин теряется, как школьник. Его охватывает страх, что сейчас за неуставные отношения его сошлют на поля. Он хватает воздух ртом как рыба на суше. -Мы, мы... – выходит только блеяние, но красные щеки и потерянный взгляд рассказывают Эрвину больше, чем любые слова. Если тринадцатый главнокомандующий разведкорпусом умеет держать свое лицо в любой ситуации, то подросток Арлерт – нет. Эрвин открывает один из ящиков стола и достает темную бутылку, стакан и наливает. В их условиях крепкий алкоголь – необходимость, а не блажь. -Пей, – он не терпит возражений. Армин чувствует, как тепло разливается по телу от первого глотка. Он храбро делает еще и еще, пока его прыть не останавливает Эрвин. Сначала из Армина выливаются пьяные слезы. Он не может говорить, с трудом понимает, как оказывается на злосчастном диване рядом с командующим – слишком близко, рука Эрвина ласково поглаживает его плечи. И тут из Армина начинает выливаться поток слов – он рассказывает, что произошло, сначала общими словами, потом все более и более вдаваясь в детали. Глаза Эрвина темнеют, «задушу подлеца,» – думает он. Посягнуть на то, что лев считает своим – тяжкий грех, Жан об этом скоро узнает на себе. -Тебе понравилось? – это главный вопрос, который терзает сейчас Эрвина. -Я не зна-знаю, – шмыгает носом Армин. -А еще, еще, – поток признаний уже не остановить, – я все отлично помню про тот вечер. Мне так никогда, никогда не было хорошо! Я столько раз трогал себя, представляя это снова и снова, я... Армин захлебывается словами, когда понимает, что что-то лишнее все же сказал. Однако реакция Эрвина его поражает. -Я рад, что тебе понравилось. Но давай договоримся – либо тебе нравится со мной, либо с Жаном. Иного не дано. Армин краснеет. -А с вами...можно? – его что, только что допустили до тела главнокомандующего? Эрвин кивает и обнимает мальца. -С вами, – шепчет в объятия Армин даже не задумываясь, что ему сказать Жану. Эрвину ответ нравится, никто же не обещал, что он сам будет верен только Армину – да и у Армина не хватит смелости попросить. Эрвин целует Армина в губы – по-взрослому, так словно Арлерт не неопытный подросток, а искушенный любовник. Они целуются, потом Эрвин закрывает дверь, оставляет в качестве света одну свечу и берет из ящика стола масло. Ему потребуется, Армин совсем малыш для его, хм, достоинства. Ночь продолжает удивлять. Армина развозит от алкоголя в крови. Эрвин ласково раздевает и его и себя, понимая, что от парня сейчас ждать инициативы рановато. Член Армина полувстает, но вот агрегат командующего очень даже готов. Однако не это блюдо готовит Эрвин сегодня. Переворачивая на четвереньки Армина, Эрвин начинает мягкий процесс растяжки. Сначала Армин ойкает от боли и пытается отстраниться, но постепенно даже начинает сам насаживаться. Стоя в такой позе он не видит, насколько огромная штука собирается в него попасть. Эрвин терпелив и палец за пальцем тратит масло и готовит парня. Навряд ли ему понравится, но без подготовки он точно попадет в лазарет. Отмазывай его потом от вопросов происхождения травмы. Даже в кровати Эрвин продолжает мыслить прагматично – ему пока не снесло голову от маленького зада, хрупкой талии и еле слышных стонов его партнера. Со спины Арлерта можно при желании и за девочку принять. На четвертом пальце в Эрвине просыпается азарт. Ждать больше он не намерен и приставляет к входу головку. Армин стонет в голос, не понятно – ему больно или приятно, или приятно от боли. Эрвин все еще терпелив, но уже готов сорваться, вот Леви бы от такого уже вертел задом как ненормальный, пытаясь насадиться. Но Армин еще невинен, не готов, поэтому Эрвин плавно таки втискивается в Армина и застывает, нависая над парнем сверху. Армин дышит через раз. Эрвин же не может отказать себе в удовольствии погладить живот Армина – и чувствует то, что давно уже не испытывал – живот Армина выпирает, распираемый огромным членом внутри. Это заводит ужасно, и Эрвин начинает двигаться. Армин охает, и слезы невольно катятся со щек. -Больно? – ласково спрашивает Эрвин. Армин кивает, Эрвин останавливается. Он все еще терпелив, но через какое-то время Армин сам начинает ерзать на его члене. Где-то тут происходит чудо – при слабом движении задевается чувствительная точка в недрах Армина. Это так приятно, что Армин откидывает голову и начинает буквально тереться. Голову Эрвина сносит – он ритмично начинает двигаться, крепко схватив парня за бедра. Он то гладит между лопаток партнера, то оттягивает за волосы его голову назад, то снова и снова проводит рукой по наполненному животу. Последнее доставляет ему столько забытого удовольствия, что мелькает мысль не отпускать малыша на тренировки, а трахать и трахать дни напролет. Армин трясется всем телом, у него снова встал, но стоило его рукам потянуться для разрядки, как Эрвин шлепнул по ним. -Кончишь только по разрешению. Теряющий сознание от кайфа и алкоголя Армин послушно убирает руку. Долбежка-долбежка-долбежка, и малыш сдается первым – он кончает от пары ловких движений Эрвина, когда только тот успел положить руку? Эрвин продолжает трахать его, ослабшего и повисшего в его руках, такого беззащитного и уязвимого, полностью находящегося в его власти, такого нежного и послушного, готового буквально на все, что ему скажут губы главнокомандующего. С глухим стоном Эрвин выходит и по-джентльменски кончает на спину малыша. Тот без сил падает на диван. Эрвин усмехается. Почему-то ему так хочется спеть оду дивану – сколько ж тот всего видел в этом маленьком тесном кабинете. Вообще хочется петь, словно юный любовник отдал часть сил ему. Эрвин протирает себя, Армина, убирает не только сперму, но и пот. Армин еле шевелится. Эрвин усмехается, накрывает его пледом – придется вычистить его, Леви не будет доволен запахам другого мужчины, – собирает разбросанную одежду. -Спать будешь тут, я приду до рассвета, – он одевается и информирует Армина без особой надежды быть понятым. Армин погружается в тяжелый алкогольный сон еще до того, как за командующим закрывается на ключ дверь. Ночь действительно выдалась удивительной.