Ветер в её волосах

***

– Вот так... – Айро вздохнул, аккуратно отложив баночку с травяной мазью на основе масел на прикроватную тумбочку в комнате, после чего критически осмотрел свою работу. Юки, сидящая напротив него на краю своей кровати с обмазанными зеленой субстанцией щеками, наконец смогла раскрыть глаза. Она и сама не понимала, отчего именно вдруг решила зажмуриться.       После напряженного завтрака в компании всей царской четы прошло уже несколько часов. Послеобеденное время наступило незаметно: огромный солнечный блин наконец выплыл в самый центр неба, освещая все вокруг. За окном стоял самый настоящий зной: в стране огня, из-за того, что столица находилась буквально внутри огромного, давно спящего вулкана, температура всегда была чуть выше среднего, особенно летом, и девочка, с ее-то обожженными щеками, на улицу пока выходить не торопилась. Откуда-то со стороны дворцового сада слышалось деловитое кряканье уткочерепах - скорее всего, мать наставляла свой выводок о том, как лучше и милее выглядеть в глазах людей, чтобы те чаще приносили еду. Им вторили насвистывающие какую-то незамысловатую мелодию птички. Одна из них, небольшая, размером с воробья и с ярко-желтым оперением, вспорхнула на подоконник единственного окна в комнате. Пару минут она с любопытством разглядывала Дракона запада и его воспитанницу, насвистывая и чирикая что-то непонятное, а затем, поняв, что здесь явно ловить нечего, с громким и недовольным «чирик!» улетела прочь.       Юки проводила ее взглядом своих серебристых глаз и тихо вздохнула. По словам Айро, на Угольный остров они должны были отправиться сегодня же после обеда, как только все соберут свои вещи и будут готовы отправляться в путь, который, к слову, был далеко не близким. Сначала им предстояло пару часов ехать в паланкине до порта, а после этого перегрузить все вещи на корабль и еще несколько часов плыть по морю прямо к курортному острову. И не то чтобы девочка сильно переживала о длительности пути или о том, что именно из вещей взять с собой. Нет, она прекрасно осознавала, что, скорее всего, весь путь в паланкине она благополучно проспит, на корабле будет читать в своей каюте, если не получится уснуть, а насчет вещей же беспокоиться и вовсе не приходилось, так как прямо сейчас две служанки в бордовых одеждах суетились вокруг них с генералом, собирая вещи его воспитанницы в небольшой расписанный золотом сундук. Ее беспокоило другое...       Море. Какое оно? Из книг, позаимствованных из королевской библиотеки, Юки имела, пусть и не самое четкое, но неплохое представление о том, что это такое и с чем его едят, однако ни одна книга и свиток с описанием моря не могли заменить собственный жизненный опыт, которого, к сожалению, у нее было катастрофически мало, учитывая, что выезжала она за пределы огненной столицы примерно никогда. К тому же, большинство из прочитанных ею книг и свитков были без картинок, а потому представить себе огромную поверхность, полностью покрытую водой, девочке было довольно сложно. Чаще всего воспитанница Дракона запада представляла себе эдакую огромную чашу, наполненную водой до самых краев, по сравнению с которой люди казались маленькими песчинками. И вот теперь, совсем скоро, ей предстоит мало того, что впервые выбраться за пределы королевского города Кальдеры, но еще и отправиться в путешествие на корабле. Юки съедало волнение, которое, точно те травяные мази, казалось, пропитало ее всю насквозь: от головы до кончиков пальцев. И она совершенно не знала, как его унять, а потому постоянно ерзала и с каким-то непрекращающимся трепетом следила за всем, что двигалось вокруг нее, будь то Айро, обрабатывающий ее щеки мазью, которую посоветовал лекарь, или служанки, которые бережно складывали каждый предмет одежды девочки внутрь открытого сундука.       Генерал, заметив явное волнение своей воспитанницы, невольно улыбнулся. – Волнуешься перед поездкой на Угольный остров, Юки? – Она подняла на него свои почти бесцветные глаза и, подумав пару минут, все же медленно кивнула, смущенно опустив взгляд. Айро тихо засмеялся, поднимаясь с колен и аккуратно присаживаясь рядом с девочкой на край кровати. – Не переживай, милая, с тобой поедем я и Лу Тен. В последнее время ему легчает, так что я надеюсь, что морской свежий воздух и теплая погода окончательно помогут ему выздороветь. Да и твои щеки, смотри, как быстро заживают... – Мужчина поднял руку, ласково пригладив выбившийся из косички светлый пушок на макушке Юки.       Ожоги на щеках девочки действительно заживали на удивление быстро. Еще вчера она, казалось, ощущала нестерпимую боль на своих скулах и вокруг нее, пытаясь помочь, суетились лекари, а уже сегодня ночью, когда она очнулась, ожоги покрылись прочной коричневой корочкой, которую только и оставалось, что мазать мазями до полного заживления. И это было удивительно, учитывая, насколько кожа Юки была чувствительна к огню и солнечному жару. Обычно, чтобы добиться даже такого результата, воспитаннице Айро требовалось провести минимум месяц не высовываясь из помещения на солнце, не контактируя с огнем и обмазываясь всевозможными маслами и мазями, из-за чего от нее постоянно шел травяной аромат, будто она все эти штуки и готовила, хотя на деле едва могла отличить мяту от крапивы. А тут такой результат за одну ночь, еще и такой хороший... Генерал списывал это все на постепенно совершенствующуюся медицину Огненной нации, однако сама Юки была не уверена, что ей помогли только лишь лекари, которые, хоть и сделали львиную долю того, что могло ей помочь, но все же не обладали даром исцеления, как, например, те же маги воды, о которых она прочитала довольно много книг. Ей вообще было интересно абсолютно все, что было связано с культурой других народов.       Девочка подняла голову, встретившись взглядом с Драконом запада и, подняв руки, изобразила жестами сначала корону на голове, потом указала на Айро, а потом обвела их обоих рукой. Мужчина пару минут вглядывался в свою воспитанницу, пытаясь перевести в голове показанные ему жесты на обычный язык, а потом, когда это все же не получилось, вздохнув, подозвал одну из служанок и мягко попросил принести чистый лист бумаги и тонкий угольный грифель. Та кивнула и через несколько минут вернулась, сжимая их в руках, после чего протянула их Юки. Она приняла предметы, придвинулась к прикроватной тумбочке ближе, чтобы положить бумагу на твердую поверхность, и принялась сосредоточенно писать. Иногда, когда ей нужно было сказать или выразить какое-то сложное предложение, она использовала для этого бумагу, особенно тогда, когда выразить свои мысли или вопросы жестами было сложнее всего. Именно поэтому читать и писать ее начали учить намного раньше всех наследников, ведь для девочки это был не только вопрос грамотности, но и возможности контактировать с внешним миром немного свободнее, особенно учитывая, что не все люди будут пытаться угадать ее мысли по жестам.       Закончив писать, она отложила угольный грифель на тумбочку и, взяв лист с надписью перепачканными углем руками, подняла его перед собой, показывая Айро. – «А Зуко поедет вместе с нами в одном паланкине?» – Прочитав вопрос, Дракон запада невольно улыбнулся. Он был рад, что Юки смогла так быстро сблизиться с младшим принцем, хоть это его отчасти и удивляло, учитывая, насколько она была робкой, когда дело касалось новых знакомств. Подумав примерно с минуту он со вздохом покачал головой. – Скорее всего, этого устроить не получится, милая. Принц Зуко должен будет поехать со своей семьей, как и принцесса Азула. – Его воспитанница слегка нахмурилась. Юки не совсем понимала суть всех правил, однако то, что мальчик не сможет поехать с ними, ее немного расстроило. Ей хотелось поговорить с Зуко на счет Угольного острова, чтобы хоть немного унять свое волнение, и, хотя она могла бы сделать это и с Лу Теном, всё-таки племянник Айро выигрывал в ее глазах чуточку больше, ведь был ее ровесником в отличие от ее названного брата, который был младше них обоих на пять лет. – Принц Айро, мы выполнили ваши указания, – из задумчивого созерцания листка бумаги с написанным на нем углем вопросом девочку вырвал мягкий голос одной из служанок. Подняв голову, она обнаружила, что они действительно уже закончили собирать ее вещи и теперь сундук с ними стоял закрытый. Генерал, издав легкое кряхтение, встал, удовлетворенно кивая. – Хорошо. Будьте добры, отнесите сундук к нашим остальным вещам. – Он оглянулся на свою воспитанницу, которая, отложив лист бумаги на прикроватную тумбочку, тоже встала с кровати. – Пора отправляться.

***

      Сколько принц Айро себя помнил, в порту никогда не было совсем тихо при солнечном свете. День здесь начинался с первых лучей солнца, когда докеры и грузчики уже торопились к причалам под ритмичный звон молотов с верфей, разгружая уголь и военные припасы с могучих кораблей; к полудню здесь и вовсе царила невероятная суета - торговцы с острыми пирожками и пряным чаем зазывали рабочих к себе, предлагая купить их товар и восполнить силы перед тем, как вновь приступить к работе. Воздух был пропитан жаром металла и дымом с легким привкусом морской соли, а над площадью иногда гремел военный оркестр, возвещая о параде. Где-то над кораблями кричали что-то на своем какие-то морские птицы, отдаленно напоминающие чаек, однако более крупного размера и с загнутыми, точно у коршунов, клювами.       И только после обеда, когда солнце становилось просто невыносимым, порт ненадолго, казалось, затихал. Он пребывая в легкой полудреме, когда королевские паланкины въехали на территорию причалов, скрываясь в тени стальных кранов. – Юки, милая, – Мужчина мягко положил свою огромную шершавую ладонь на острое плечико девочки, которая мирно сопела под его боком, свернувшись в сонливый ком объятий вместе с Лу Теном. При взгляде на них, пока еще невинных, маленьких детей, у генерала всегда что-то щемило в грудной клетке. – Лу Тен, просыпайтесь. – Он тихо засмеялся, мягко гладя обеих сонных, ворочающихся с боку на бок, детей по спинам. Тех явно разморило при послеобеденном зное внутри паланкина и просыпаться они пока не спешили. – Пора садиться на корабль.       Юки не без труда разлепила заспанные бесцветные глаза и тут же поспешила выпрямиться и сесть. Белые взъерошенные волосы с выбивающимися прядями после сна делали ее похожей на диковинную птичку с торчащими в разные стороны перьями и она машинально пригладила их руками. Лу Тен ворочался рядом с ней, все еще пытаясь вынырнуть из теплых объятий сна, протирая руками заспанные, точно у котенка, глаза.       Девочка пришла в себя довольно быстро, так как при словах Айро в кровь тут же хлынул адреналин, подпитываемый ее ярким любопытством. Она завертела головой, оглядываясь по сторонам своими по-детски наивными глазами, а после обернулась к генералу, который тем временем помогал сыну полностью проснуться и привести себя в порядок. Мужчина улыбнулся уголками губ, заметив выжидающий, нетерпеливый взгляд своей воспитанницы. – Можешь идти вперед нас, милая. Мы тебя догоним, главное - не отходи далеко от паланкинов. – Юки просияла и, активно закивав головой, поправила пышную красную юбку поверх свободных коричневых штанов и решительно подползла к шторам из алой ткани, отделяющих внутреннее пространство паланкина от остального мира.       Медленно, нерешительно покинув паланкин, воспитанница Айро ступила ногами, одетыми в кожаные сандалии, на землю и замерла, разглядывая окружающий ее мир с неподдельным интересом. Порт поначалу показался ей огромным: он встречал королевских гостей суровой и величественной красотой. Большие чёрные причалы из вулканического камня уходили в дымчатую воду гавани, где покачивались боевые корабли с изогнутыми палубами, в глазах ребенка похожие на стальных зверей. Над ними возвышались багровые и золотые крыши складов и верфей, чьи острые силуэты напоминали Юки языки пламени, застывшие в камне. А позади, на фоне пепельного неба, дышал жерлом спящий вулкан, чьи склоны были прорезаны множеством мостов и лестниц, уходящих к королевскому городу Кальдеры. Воздух пах чем-то странным, по-своему непередаваемо приятным, от чего хотелось вдыхать навеваемый свежим морским ветром бриз снова и снова полной грудью так, чтобы внутри не осталось ни одной частички, не заполненной этим новыми для девочки запахами. Багровые знамёна трепетали на ветру, всюду - в отблесках воды, в ржавчине кранов, в медных трубах факелов - жило и пульсировало горячее, жаркое дыхание огненной нации.       Однако больше всего внимание девочки привлекли не корабли и многочисленные склады, а море. Юки, замерев, уставилась на бесконечную, покрытую легкой дымкой тумана водную гладь, уходящую далеко вперед, туда, где на горизонте виднелись великие врата Азулона. То, что она видела, не шло ни в какое сравнение с тем, что она себе представляла, когда читала о море. Все малейшие фантазии, которые она только имела о том, как оно может выглядеть, блекли по сравнению с яркой, ни с чем не сравнимой реальностью, от которой захватывало дух.       Ветер с легким запахом соли подул в лицо Юки, запустив по спине впечатленной девчушки табуны мурашек. – Юки, все хорошо? – Она слегка вздрогнула, резко обернувшись. Воспитанница Дракона запада настолько засмотрелась на бесконечную водную гладь, что совершенно забыла о том, зачем они сюда приехали. К тому времени уже вся королевская чета успела покинуть паланкины и ждали, пока их вещи погрузят на корабль. Зуко же стоял рядом с Юки, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, заложив обе руки за спину и вопросительно глядя то на девочку, то в ту сторону, куда она смотрела. Она невольно моргнула и поспешила покивать головой, слегка смутившись от собственного долгого молчания в ответ на его вопрос. – «Все хорошо,» – Она обернулась махнув руками в сторону моря и широко обводя пространство перед собой ладонями. – «Море такое большое!» – Принц в ответ невольно фыркнул. Казалось, он не видел в огромном водном пространстве перед собой ничего удивительного, что было закономерно, ведь в отличие от воспитанницы своего дяди мальчик ездил на Угольный остров почти каждый год. – Подумаешь, море... На пляже намного красивее. И там замки из песка строить можно, а здесь только побегать разве что...       Девочка, слегка смутившись от столь пренебрежительного отношения брата Азулы к красоте, окружавшей их, невольно насупилась, скрестив руки на груди. Конечно, принц Зуко видел море каждый год, а она видела его впервые! Естественно их реакция отличалась. Подняв руки, она указала на него, потом на море и потом обвела в воздухе полный круг, чем ввела Зуко в явный ступор. Принц застыл, стоило ей закончить показывать жестами то, что она хотела сказать и так долго сверлил ее взглядом, что щеки Юки покрылись невольным румянцем даже под заживающей корочкой ранок. Она и сама не понимала, от чего ей неловко больше: от того, что ее целенаправленно рассматривают, точно жука на ладони, или от того, что племянник Айро будто целенаправленно не мог понять, что она хотела до него донести. И с одной стороны она понимала, что злиться на него за это вроде как и не стоит: Зуко ведь не виноват, что она не может говорить в силу физических особенностей. Однако с другой стороны, боже, как же ей хотелось взбеситься от досады, что иногда ее попросту не могут понять.       Развернувшись, воспитанница Айро хотела было пойти к генералу, чтобы жестами попросить у него лист бумаги и угольный грифель, чтобы через письменное послание донести свои мысли до принца, однако он остановил ее. Не успела Юки сделать и пары шагов в сторону, как мальчик перехватил ее руку, останавливая. Она тут же встала как вкопанная и обернулась, окинув Зуко вопросительным взглядом. Брат Азулы на мгновение замялся, а после отпустил ее руку. – Подожди...я могу попробовать прочитать по губам. – Белоснежные тонкие брови девочки невольно взлетели вверх.       Конечно, она пробовала самые разнообразные способы коммуникации с окружающим ее миром: и посредством письма, и жестов, и даже несколько раз пробовала одними губами говорить слова без звуков. Однако все же два первых способа явно были эффективнее прочих в силу того, что читать по губам для людей, окружающих ее, было довольно сложно. Даже Айро, который являлся ее опекуном с рождения, с трудом мог понять беззвучную речь по губам, хотя в большинстве случаев по жестам он читал просто великолепно. Поэтому предложение Зуко вызвало у нее некоторые сомнения. Точно ли он сможет? Юки взволнованно переступила с ноги на ногу, на что принц тихо вздохнул, упрямо сведя черные соболиные брови к переносице. – Давай хотя бы попробуем. Если не получится - будешь продолжать говорить со мной на жестах, хотя мне иногда трудновато понимать, чего именно ты от меня хочешь. – Отступать не попробовав племянник Айро явно не собирался, а потому Юки, тяжело вздохнув, сдалась. Всё-таки, если у него не получится, то что это изменит? Она явно от этого ничего не потеряет и в любом случае у нее останется еще как минимум два способа объяснять ему свои мысли. Пусть и не такие уж простые, как иногда хотелось бы.       Воспитанница Дракона запада пару минут стояла молча, сверля своими белоснежными с голубой каймой глазами морской горизонт, к которому уже потихоньку начинало клонится солнце. Поджав губы, она перевела взгляд на принца и, собравшись с духом, открыла рот, шевеля губами, будто хотела произнести слова, но не издавая ни звука. Закончив, она сложила руки перед собой, сцепив их в замок и задумчиво перекатилась с пятки на носок, теребя краешек ткани рукава своего алого с золотой росписью топа. Зуко вновь на пару минут завис, обрабатывая полученную глазами информацию и, когда уже девочка решила было, что ничего не получилось и хотела вновь развернуться, чтобы пойти к Айро за бумагой и грифелем, ее остановил его осторожный голос. – Ты сказала «Ты ездишь на Угольный остров каждый год, поэтому море тебя не удивляет», верно? – Юки резко обернулась обратно, встретившись взглядом с карими глазами друга, который смотрел на нее как-то пытливо, с легкими нотками интереса, смог он угадать, или же нет. Воспитанница Дракона запада пару минут ошарашенно глядела на младшего принца, а затем медленно, точно выходя из транса, кивнула, отчего мальчик невольно просиял. – Юки, принц Зуко, нам пора! – Дети почти синхронно обернулись на голос генерала и, переглянувшись, поспешили взойти по трапу на корабль.       А в душе девочки тем временем разгорался мягкий, трепетный огонь осознания произошедшего, ведь Зуко не просто понял, что она хотела сказать.       Он повторил ее фразу слово в слово.