Веснеет

- Дядя Вова, а вы куда? - спросила Ася, соседская девочка лет десяти, но, увидев в руках мужчины цветы, с понимающим видом протянула: - Значит, опять в гости к другу идёте. Только зонтик взять не забудьте! А то дожди обещают. Мужчина слегка улыбнулся и потрепал её по голове: - Я ненадолго. Дядя Вова переехал в их дом совсем недавно, и девочке сразу понравился. Он редко улыбался, но когда улыбка все же появлялась на его суровом лице, то выглядел он довольно добрым, и даже всегда холодные глаза немного теплели (по крайней мере, так казалось Асе). Но иногда в них была такая глубокая тоска, что у девочки по спине бежали противные мурашки. Она не понимала, почему дядя Вова грустит, а мама на все расспросы отвечала: - Ему просто одиноко. - Но ведь у него есть друг! - не унималась девочка, - Он к нему постоянно в гости ходит. На этот аргумент мама молча качала головой, оставляя Асю теряться в догадках.

***

Владимир неспеша шагал по знакомой тропинке, петляя мимо памятников и крестов. За столько лет хождения по этому маршруту он мог с закрытыми глазами дойти до нужного места: одинокой березки вокруг которой цвёл пятачок пахучего вереска. Могила находилась на окраине, немного в отдалении от остальных, но была ухоженнее всех. - Привет, Серёж, - Репин слабо улыбнулся и, положив букет незабудок, уже привычно сел рядом, оперевшись спиной на надгробие. Теплый весенний ветер приятно обдувал лицо, разнося по всему кладбищу запах цветущей природы. Прошло уже много лет с тех пор, как случился один из самых страшных дней в жизни Владимира. О смерти Мончинского он узнал почти последним, и то случайно. Сергей несколько дней не выходил на связь, что было совсем на него не похоже, поэтому Репин решил прийти к нему домой и узнать, в чем дело. Он бы предпочел не знать этого никогда. Простояв под дверью минут пятнадцать, Владимир хотел уже уйти, но его окликнула соседка Мончинских, она же и рассказала о смерти Сережи. В этот момент у Репина буквально земля ушла из-под ног, а сердце рухнуло куда-то вниз. Наскоро поблагодарив женщину, он выбежал из парадной, не разбирая дороги, сам не зная куда и зачем. Потом были бесчисленные звонки в больницу, общим знакомым и Елене Николаевне, матери Сережи, но попытки узнать хоть что-то не увенчались успехом. Просто "умер от тяжелой болезни, так бывает, соболезную вам". И всё. На похоронах Владимир даже не прослезился, чем вызвал косые взгляды коллег из управления, шептавшихся у него за спиной: - Тоже мне, лучший друг называется. Хоть бы слезинку проронил. - Когда он с задания не вернулся, Сергей себе места не находил от тревоги, а этот вон, стоит как изваяние. Репин прекрасно их слышал, но даже внимания не обратил. Для него всё было как в тумане, он не мог до конца осознать происходящее. Почему плачет Елена Николаевна и Женя Меньшова? Кто эти люди вокруг и почему они здесь? А он сам что вообще здесь делает? Перед глазами всё плыло, а ноги подкашивались. Только придя домой, Владимир позволил себе выплеснуть эмоции, накрывшие его с головой. Последний раз он так рыдал, когда похоронил отца, и считал, что пережил это только благодаря какому-то чуду. Смерть Мончинского его буквально по стенке размазала, из Репина словно кусок плоти вырвали, из-за чего в груди зияла огромная дыра. Ему приходилось учиться жить заново, без Серёжи (что было ужасно тяжело), хотя, казалось бы, справлялся же он как-то раньше. Шли годы, и со временем боль утихла, но легче не стало от слова совсем. Он просто привык, впрочем, как и всегда. Владимир чувствовал себя немного лучше, только когда приходил на могилу к Сереже. Каждый раз он садился рядом и разговаривал с ним, как будто мог услышать ответ, но даже эта тишина была лучше, чем бесконечная пустота внутри, не дававшая уснуть по ночам. - Знаешь, Сереж, я недавно на старый сборник стихов наткнулся, когда шкаф перебирал. Помню, тебе нравилось, как я читал по-немецки. Хочешь, я сейчас прочту? Словно отвечая ему, зашелестела береза, покачиваясь на ветру. Владимир улыбнулся и прикрыл глаза.

Mein Leben ist wie leise See:

(Моя жизнь похожа на тихое море,)

Wohnt in den Uferhäusern das Weh,

(В прибрежных домах живёт вечное горе,)

wagt sich nicht aus den Höfen.

(Но двор свой покинуть боится.)

Nur manchmal zittert ein Nahn und Fliehn:

(И только желаний тревожная стая,)

Aufgestörte Wünsche ziehn

(Как чайки, крылом серебристым махая,)

Darüber wie silberne Möwen.

(Над морем порою кружится.)

Und dann ist alles wieder still...

(Потом всё опять очень быстро стихает...)

Und weißt du was mein Leben will,

(Ты знаешь, чего моё сердце желает)

hast du es schon verstanden?

(По-прежнему ты без понятия?)

Wie eine Welle im Morgenmeer

(Хочу я с тяжёлой ракушкой морскою)

Will es, rauschend und muschelschwer,

(Упасть лучезарной солёной волною)

An deiner Seele landen.

(В души твоей чистой объятия.)