Не трогай меня (без тебя холодно) / Убери руки! (Пожалуйста, держи меня)

Прозвучала сирена, возвещающая об окончании второй четверти. Стадион снова взорвался криками — «Сент-Джуд» уверенно вели в счёте, и игра шла ровно по тому вектору, который просчитал Калеб. Тренер Миллер, сияя от гордости, поспешил к группе попечителей, чтобы обсудить «блестящую стратегию», а Калеб, воспользовавшись моментом, закрыл планшет. — Пойду спущусь вниз, — негромко сказал он Бену, который уже наполовину развернулся к нему. — Нужно передать Мэтту пару правок по защите, пока он не ушёл в раздевалку. Бен кивнул, провожая его взглядом. Он видел, как Калеб уверенно лавирует сквозь толпу в VIP-секторе и выходит на галерею, ведущую к полю. Бенджамин помешкал секунду, отложил блокнот и, словно повинуясь импульсу, последовал за ним, держась на небольшом расстоянии. Калеб нашёл Мэтта у самого края площадки. Тот был мокрый насквозь, тяжело дышал, но буквально светился от адреналина. Увидев друга, Мэтт широко заулыбался и хотел было хлопнуть Калеба по плечу, но тот вовремя уклонился. — Даже не думай, Мэтт. Твой пот не входит в мой сегодняшний имидж. — Да ладно тебе, Кел! Ты видел это? Видел, как я проскочил под кольцо? — Видел, — Калеб прищурился, поправляя рукав рубашки под пуловером. — Но ты снова проваливаешь левый угол. Если их тренер не идиот, в третьей четверти они зажмут тебя там вдвоём. Двигайся шире, понял? — Понял, босс! — Мэтт хохотнул и вдруг понизил голос, кивнув в сторону лестницы. — Эй, а что ты делал в ложе для шишек? И почему на тебя так пялится тот красавчик в светлой рубашке? Калеб даже не обернулся. Он и так знал, что Бен стоит в нескольких метрах позади, делая вид, что рассматривает табло со счётом. — Это просто поручение тренера, Мэтт. Иди в раздевалку, пока он не нашёл тебя и не задушил в объятиях. Мэтт убежал, а Калеб наконец развернулся. Он столкнулся взглядом с Беном, который теперь уже не скрывал, что подошёл специально. — У вас интересные отношения, — заметил Бенджамин, подходя ближе. — Ты его критикуешь после того, как он провёл свою лучшую игру в сезоне? — Если не говорить ему о его ошибках, он решит, что он безупречен. А это самый быстрый путь к поражению, — Калеб прислонился спиной к перилам, глядя на пустеющее поле. — Ты что-то хотел спросить, Бен? Или просто решил проверить, существую ли я за пределами кресла в вип-зоне? Бенджамин рассмеялся, и в этом смехе было что-то обезоруживающе искреннее. — Честно? Второе. Ты кажешься слишком… выверенным. Как будто у тебя на каждый случай есть готовый сценарий. Калеб на мгновение замер. Эти слова ударили слишком близко к цели. Но он лишь медленно выдохнул, глядя куда-то вдаль. — В этом мире слишком много хаоса, Бен. Сценарии помогают не сойти с ума. Хочешь кофе? Здесь внизу он ужасный, но это единственное, что помогает дожить до конца матча. — Кофе — это отлично, — Бен улыбнулся, явно довольный тем, что контакт завязался. — Идём. Расскажешь мне, какой «сценарий» ты приготовил для второй половины игры.

_______________________

Очередь за кофе была небольшой. Калеб стоял, засунув руки в карманы брюк, и с деланным равнодушием наблюдал за тем, как коричневая жижа наполняет бумажный стаканчик. Бен стоял рядом, непринуждённо прислонившись плечом к стене. В этой обстановке он выглядел как заморский принц, случайно оказавшийся на вокзале, но, что странно, его это совершенно не смущало. — Ты всегда такой… бескомпромиссный? — спросил Бен, с любопытством разглядывая своего спутника. — Кромсаешь чужие иллюзии направо и налево. Калеб взял стаканчик, игнорируя то, как обжигающий пластик коснулся пальцев. — Мэтт — мой лучший друг. А лучшие друзья не должны кормить тебя дешёвыми комплиментами, когда ты косячишь. Для этого у него есть фанатки в первом ряду. Ему нужен результат, а не похвала. — Справедливо, — Бен взял свой кофе и осторожно отхлебнул, тут же слегка поморщившись. — Ух… Ты был прав, он действительно ужасен. Словно пережжённая резина. — Добро пожаловать в реальный мир, Бенджамин, — Калеб позволил себе тень усмешки. — Здесь не всё подают на серебряном блюде. Иногда приходится довольствоваться пережжённой резиной. Бен внимательно посмотрел на него поверх стакана. Его взгляд стал более глубоким, изучающим. — Ты специально это делаешь? Постоянно напоминаешь мне, что я «из другого мира»? Калеб на секунду задержал стакан у губ. Бен оказался сообразительнее, чем казалось по его безупречным фотографиям в прессе. Он явно уловил этот тонкий укол, но Калеб даже бровью не повёл, сохраняя абсолютное внешнее спокойствие. — Я просто констатирую факты, — выдержанно ответил Калеб, глядя Бенджамину прямо в глаза. — Твоя фамилия на табличке спортзала, моя — в списке тех, кто записывает статистику, чтобы тренер не вылетел с работы. Мы смотрим на одну и ту же игру, но видим разные вещи. Это не упрёк, Бен. Это просто координатная сетка. — А если я скажу, что мне не очень нравятся мои координаты? — вдруг тихо произнёс Бен. — Иногда кажется, что всё, что я вижу — это только то, что мне позволяют увидеть. Все улыбаются, все соглашаются, все пытаются быть «своими». Калеб почувствовал, как внутри шевельнулось что-то похожее на азарт охотника. Вот оно. Брешь в броне. — Тогда тебе стоит чаще спускаться за плохим кофе, — Калеб отпил глоток, подавляя желание поморщиться. — Здесь людям плевать, кто ты, пока ты стоишь в очереди и не задерживаешь остальных. Бен неожиданно улыбнулся — на этот раз не той вежливой улыбкой для фото, а по-настоящему, чуть виновато. — Знаешь, Калеб Вайс… Мне кажется, ты первый человек за сегодня, который не попытался мне что-то продать или попросить пожертвование. «О, ты даже не представляешь, как дорого я тебе продаю своё равнодушие», — пронеслось в голове у Калеба, но вслух он сказал другое: — Возможно, мне просто ничего от тебя не нужно. Пойдём, перерыв заканчивается. Если я пропущу начало третьей четверти, тренер решит, что я сбежал, бросив его. Они двинулись обратно к лестнице. Бен шёл рядом, и Калеб чувствовал, что дистанция между ними сократилась. Теперь они не были просто «попечителем» и «ассистентом». Они были двумя парнями, которые вместе пили отвратительный кофе и обсуждали «настоящую» жизнь.

_______________________

Когда они вернулись, сектор попечителей уже гудел. Тренер Миллер, чей пропуск явно придал ему лишней храбрости, сидел в первом ряду, почти прилипнув носом к панорамному стеклу. — Давай, Мэтт! Руки! Руки выше! — приглушённо кричал он, ударяя ладонью по подлокотнику при каждом удачном манёвре. — Калеб, ты видел это? Записывай, записывай фол сороковому! Калеб молча кивнул и сел во второй ряд, открывая планшет. К его удивлению — хотя на самом деле это было частью его негласного прогноза — Бен не вернулся на своё прежнее место. Он сел рядом, в соседнее кресло во втором ряду, оправдывая это тем, что «отсюда лучше видна общая перспектива». — Твой прогноз пока сбывается с точностью до миллиметра, — негромко заметил Бен, не оборачиваясь, но заметно наклонившись в сторону Калеба. — Мэтт реально расширил зону. Смотри, он снова увёл двоих. — Система инерционна, — отозвался Калеб, быстро вбивая данные. Его пальцы летали по экрану. — Тренер противника не перестроился в перерыве, значит, он надеется на индивидуальное мастерство своего лидера. Глупая затея против командной тактики. Бен усмехнулся, глядя на поле. — Ты всегда так говоришь? «Инерционна», «вероятность», «тактика»? Ты хоть раз в жизни просто кричал «Да-а!» при метком трёхочковом? Калеб на мгновение замер. Интонация Бена была искренней, и Калеб понял: пора немного сбавить обороты и показать человеческую сторону, чтобы Белмонт не решил, будто говорит с бездушным роботом. Слишком глухая стена могла отпугнуть объект, а ему нужно было доверие. Он чуть повернул голову и посмотрел на Бена — теперь они были так близко, что он мог различить золотистые искры в глазах Белмонта. — Кричать — значит тратить энергию, которая нужна для анализа, — Калеб позволил себе едва заметную, мягкую улыбку. — Но признаю, этот бросок был… достойным. Мэтт тренировал его всё лето в гараже. — В гараже? — Бен зацепился за эту деталь. — Расскажешь? — Да нечего рассказывать. Старое кольцо, битый асфальт и бесконечные споры о том, кто пойдёт за водой, — Калеб быстро вернулся к планшету, прерывая возникшую душевность. — Извини, Мэтт только что сделал перехват, мне нужно отметить время владения. Миллер впереди подпрыгнул, едва не опрокинув столик с напитками. — Да-а! Красавец! Вайс, ты видел? Это в учебники надо! — Внёс в протокол, тренер, — сухо отозвался Калеб. Бен наблюдал за этой сценой с нескрываемым удовольствием. Его явно забавлял этот контраст: бушующий эмоциями тренер и ледяной подросток-аналитик. — Знаешь, — Бен снова заговорил тише, когда шум на трибунах немного утих. — Я начинаю думать, что твоя «незаинтересованность» — это просто щит. Слишком уж хорошо ты понимаешь игру для того, кому на неё плевать. Может, ты тайно влюблён в баскетбол? Калеб воспринял этот выпад абсолютно спокойно. Он даже не оторвался от планшета, лишь уголок его губ слегка дрогнул в ироничном жесте. — А я начинаю думать, Бен, что ты слишком привык искать двойное дно там, где его нет, — Калеб закрыл одну из вкладок в планшете и посмотрел на него в упор. — Иногда скука — это просто скука. Но если тебе так хочется верить в мою «тайную страсть» к баскетболу — я не буду тебя переубеждать. Это добавит мне загадочности, верно? Бенджамин рассмеялся, откидываясь на спинку кресла. — О да. Загадочности у тебя хоть отбавляй. Калеб закрыл планшет, так как прозвучала сирена об окончании четверти, и устало потёр переносицу. — Почти финал. Девять очков разницы. Мой прогноз сбывается. Бен посмотрел на табло, потом на Калеба, и в его взгляде появилось что-то новое — уважение пополам с азартом. — Ты чёртов гений, Калеб Вайс. У тебя есть планы после матча? Мэтт наверняка потащит всех праздновать.

_______________________

Последние секунды матча превратились в сплошной гул. Когда мяч в последний раз коснулся дужки кольца и провалился в сетку одновременно с финальной сиреной, стадион буквально содрогнулся. Тысячи людей в едином порыве вскочили с мест. Рёв трибун был настолько мощным, что вибрация ощущалась даже за панорамным стеклом сектора попечителей. Калеб медленно поднялся вслед за остальными. Пока тренер Миллер исступлённо колотил по стеклу, а попечители обменивались энергичными рукопожатиями, Вайс стоял прямо, сохраняя на лице лишь тень вежливого одобрения. Он несколько раз сухо хлопнул в ладоши — ровно столько, сколько требовали приличия, — и сразу же выключил планшет. Бенджамин, стоявший рядом, выглядел по-настоящему живым. Он аплодировал искренне, с азартом наблюдая за тем, как на поле команда свалила Мэтта в кучу мала. Но стоило ему повернуться к Калебу, как его пыл немного остыл, сменившись тем самым изучающим интересом. — Девять очков, — Бен покачал головой, пытаясь перекричать затихающий, но всё ещё плотный шум. — Ты всё-таки чертовски точен в прогнозах. — Математика не подводит, — Калеб спокойно убрал планшет в сумку и перекинул ремень через плечо. — Игра окончена. Пойду спущусь вниз, нужно дождаться Мэтта. — Решил поздравить героя дня? — Бен последовал за ним к выходу, ловко лавируя между возбуждёнными спонсорами. — Скорее, решил убедиться, что он не забудет свои вещи в раздевалке на радостях, — отозвался Калеб. — Тренеру сейчас явно не до проверки шкафчиков, а Мэтту тем более. — Я составлю тебе компанию? — Бен сказал это легко, но в глазах читался вызов. Ему не хотелось заканчивать этот разговор. — Всё равно должен передать поздравления команде от попечительского совета. Отец ценит «личный контакт». Они спустились к техническому выходу для игроков. Здесь, в бетонном коридоре, крики фанатов доносились глухо, зато явственно ощущался запах победы: смесь пота, влажного бетона и адреналина. Из-за закрытых дверей раздевалок доносились победные крики и шум воды. Калеб прислонился к бетонной колонне, Бенджамин встал напротив, скрестив руки на груди. — И часто ты вот так его ждёшь? — Бен прислонился к стене, глядя на закрытую дверь раздевалки. — Работаешь его «заземлением» после триумфа? — У каждого триумфатора должен быть кто-то, кто напомнит ему о земном притяжении, — Калеб посмотрел на часы. — Иначе они улетают слишком высоко и больно падают на следующей же тренировке. — Ты рассуждаешь так, будто сам являешься их тренером. — отозвался Бен. — Так куда вы обычно ходите после такого? В «Золотой стандарт» или в ту закусочную на углу, где подают бургеры размером с голову? — Мэтт предпочитает бургеры, — ответил Калеб. — Там шумно, жирно и часто делают скидки участникам матчей. Сомневаюсь, что это место в твоём вкусе. — Ты снова это делаешь, Вайс, — Бен усмехнулся, глядя на Калеба с интересом. — Решаешь за меня. А вдруг я обожаю жирные бургеры и шумные забегаловки? В этот момент дверь распахнулась, и наружу вывалилась часть команды. Мэтт шёл в центре — мокрый, взъерошенный, с накинутым на плечи полотенцем. Увидев Калеба, он победно вскинул кулак. — Кел! Мы их сделали! Ты видел?! — Видел, Мэтт. Трёхочковый в конце был статистически неоправданным риском, но эффектным, — Калеб слегка улыбнулся, и в этой улыбке впервые проскользнуло что-то тёплое, предназначенное только для друга. — Иди мойся. Я жду у выхода. Мэтт только сейчас заметил Бена и чуть притормозил, узнав лицо с плакатов в холле школы. — О, привет. Ты же из тех ребят, что сидели с тренером? — Бенджамин Белмонт, — Бен шагнул вперёд и пожал Мэтту руку. — Отличная работа. Я здесь, чтобы официально поблагодарить команду от попечителей. Но, честно говоря, я просто хотел лично сказать, что твой проход в третьей четверти — это было лучшее, что я видел в этом сезоне. Мэтт, не привыкший к комплиментам от «высшей лиги», на секунду даже смутился. — О... круто. Спасибо! Слушай, мы тут через полчаса собираемся в «У Джо»... Кел, ты же едешь? Калеб кивнул. Мэтт перевёл взгляд на Бена, в нём проснулось типичное для него гостеприимство: — Слушай, если тебе не нужно на какой-нибудь званый ужин с лобстерами... погнали с нами? Там будет вся команда. Бенджамин на мгновение задумался, глядя на Калеба, который всем своим видом показывал, что ему всё равно, каким будет ответ. — Лобстеры подождут. Я за. — Бен улыбнулся Мэтту, но взгляд его остался на Калебе. — Только я отпустил водителя. Вайс, подбросишь «официальное лицо» до закусочной? Мой статус в этом городе не позволяет мне ездить на такси в одиночку после таких матчей — завалят вопросами о спонсорстве. Калеб медленно выдохнул, поправляя сумку. — У меня старый «Форд», Бенджамин. Боюсь, твой статус может пострадать от отсутствия кожаного салона и климат-контроля. — Переживу как-нибудь, — азартно парировал Бен.

_______________________

Парковка у стадиона тонула в сумерках и свете фар разъезжающихся машин. Калеб уверенно вёл Бена мимо сверкающих внедорожников к своему «Форду». Машина была не новой, но ухоженной — матовый кузов, отсутствие лишних наклеек и та самая «функциональность», о которой Калеб всегда заботился. Бенджамин сел на пассажирское сиденье, и салон тут же заполнился ароматом его дорогого парфюма, который странно, но гармонично смешался с запахом старой кожи и металла, исходящим от Калеба. — А здесь уютно, — заметил Бен, пристёгиваясь. — И, к твоему сведению, отсутствие климат-контроля компенсируется тем, что я наконец-то могу слышать собственные мысли, а не гул кондиционеров в VIP-зоне. Калеб завёл мотор. Двигатель отозвался ровным, глубоким ворчанием. — Мои мысли обычно гораздо шумнее кондиционеров, — заметил он, выезжая с парковки. — Куда делся твой водитель, Бен? Неужели Белмонты практикуют такие «побеги» в реальный мир регулярно? Бен откинулся на спинку сиденья и посмотрел в окно на проплывающие мимо огни школы. — Водитель поехал готовить машину для отца. А насчёт побегов... — он помолчал. — Иногда это просто необходимость. Понимаешь, когда твоя жизнь расписана на три года вперёд, начинаешь ценить моменты, которые не входят в график. Например, поездку в старом «Форде» с парнем, который считает баскетбол скучным. Калеб плавно переключил передачу. Он чувствовал, как Бен пытается нащупать почву для более личного разговора. — Расписание — это удобно. По крайней мере, ты всегда знаешь, когда у тебя следующий кризис среднего возраста, — иронично заметил Калеб. — А у тебя? — Бен резко повернул голову к нему. — Какое расписание у Калеба Вайса? Кроме ведения статистики для тренера и спасения Мэтта от звёздной болезни, чем ты живёшь? Калеб выдержал паузу. Он не хотел давать прямых ответов. — Я люблю системы, Бен. Сложные механизмы, где каждая деталь на своём месте. Иногда это схемы на баскетбольном поле, иногда — чертежи двигателей. Мне нравится понимать, как вещи работают изнутри. Люди в этом плане слишком непредсказуемы, чтобы включать их в расписание. — Значит, я для тебя — непредсказуемый элемент системы? — в голосе Бена послышалась улыбка. — Ты — элемент, который случайно оказался в моём секторе обзора, — Калеб на мгновение отвёл взгляд от дороги и посмотрел на Бена. — И пока я ещё не понял, какую функцию ты выполняешь в этом уравнении. Бенджамин рассмеялся — тихо и как-то очень по-доброму. — Может, я здесь просто для того, чтобы ты наконец-то перестал всё просчитывать? Хотя бы на один вечер. Скажи, Калеб... у тебя есть место, где ты не «аналитик»? Где ты просто парень, которому шестнадцать? Калеб въехал на мост, за которым уже виднелись неоновые вывески закусочных. — Есть. Но там обычно никого нет, кроме меня. А вот и «У Джо». Готов к лучшему худшему ужину в твоей жизни и крикам Мэтта о том, как он крут? — После разговора с тобой — абсолютно, — Бен поправил воротник рубашки, и в этом жесте было что-то почти мальчишеское. — Показывай свою систему в действии, Вайс.

_______________________

Закусочная «У Джо» встретила их облаком пара от гриля, звоном дешёвых столовых приборов и оглушительным хохотом. Команда уже заняла три сдвинутых стола в самом центре, превратив это место в свой штаб. Над входом колокольчик звякнул почти незаметно, когда Калеб и Бен вошли внутрь. В помещении было тесно. Спортивные куртки «Сент-Джуд» мелькали повсюду, смешиваясь с запахом жареного бекона. Когда игроки заметили вошедших, поднялся одобрительный гул, но направлен он был в первую очередь на саму ситуацию: их «мозг» Калеб притащил в эту дыру самого Белмонта. — О-о-о! Глядите, кто пришёл! — Мэтт, уже успевший заказать гору бургеров, вскочил и замахал рукой. — Кел, я уже думал, твой «Форд» испугался такого веса в салоне и заглох по дороге! Калеб лишь усмехнулся, ловко лавируя между спинками стульев. — Мой «Форд» надёжнее твоих штрафных бросков, Мэтт. Подвинься. Они сели с края стола. Бенджамин оказался зажат между Калебом и запасным нападающим, который в этот момент увлечённо рассказывал, как он «почти» забил сверху в конце второй четверти. К удивлению Калеба, Бен не выглядел растерянным. Он вежливо кивал, вставлял уместные реплики и даже умудрился завязать разговор с защитником о качестве покрытия на их стадионе. — Вот, держи, — Мэтт пододвинул Бену поднос, на котором сиротливо лежал внушительный бургер, обёрнутый в промасленную бумагу. — Подарок от команды. Ешь, пока горячее, а то наш защитник его быстро приватизирует. Бен посмотрел на это кулинарное безумие, потом на Калеба, который уже совершенно спокойно потягивал свой молочный коктейль через трубочку. — И это то самое место, где ты обещал лучший худший ужин в моей жизни? — вполголоса спросил Бен, склонившись к Калебу. — Именно. — Калеб слегка повёл плечом. — Здесь не смотрят на фамилии. Здесь смотрят на то, сколько ты можешь съесть после победы. Расслабься, Бен. Сегодня ты здесь просто парень, который любит баскетбол и, надеюсь, огромные жирные бургеры. Внимание команды быстро переключилось на обсуждение самых ярких моментов матча. Тренер Миллер, сидевший за соседним столом, уже успел войти в раж. Он размахивал куском пиццы, вещая на всю закусочную и преувеличивая заслуги Калеба с каждым новым предложением: — ...Слышу я, значит, как Вайс там, в ложе, шепчет Белмонту: «Сейчас защита провалится слева, смотри на сорокового». Я присмотрелся — и точно! — Миллер хлопнул по столу так, что стаканы подпрыгнули. — Девять очков разницы предсказал! Математик, чёрт возьми! Весь матч сидел с таким видом, будто он всё это уже видел вчера в кино! Команда дружно заулюлюкала, хлопая Калеба по плечам. Вайс сохранял лицо абсолютно непроницаемым, хотя внутри он отметил: тренер подслушивал их разговор с Беном гораздо внимательнее, чем казалось. Эта «утечка информации» работала на руку — его репутация «провидца» крепла без его прямого участия. Бенджамин наблюдал за этой сценой с нескрываемым удовольствием. Он видел, как Калеб, несмотря на свою холодность, идеально вписан в этот хаос и является фундаментом компании. Он видел, как Мэтт то и дело хлопает Калеба по плечу, и как Калеб, хоть и ворчит, не отстраняется. — Ты здесь другой, — негромко заметил Бен, когда общий шум стал чуть тише из-за того, что всем принесли еду. — Менее… программный, что ли. Калеб посмотрел на свой стакан, где на дне таяло вишнёвое мороженое. — Это просто инерция. Когда вокруг столько шума, бесполезно пытаться сохранять тишину. Приходится мимикрировать. — А мне кажется, тебе это нравится больше, чем ты готов признать, — Бен решительно взял бургер и откусил внушительный кусок. Его брови удивлённо взлетели вверх. — Ого. А Джо знает толк в мясе. Калеб позволил себе настоящую, не выверенную улыбку. Празднование продолжалось. Игроки спорили, смеялись и строили планы на сезон. В этой шумной, пропитанной паром закусочной, среди липких столов и криков Мэтта, Бенджамин Белмонт впервые за долгое время чувствовал себя не «наследником», а просто своим человеком. А Калеб, глядя на него, понимал: сценарий субботы выполнен на сто двадцать процентов. Контакт налажен, Бен заинтригован, он видит в Калебе не просто умного парня, а загадку, которую ему во что бы то ни стало хочется разгадать. К десяти вечера гора бургеров исчезла, а уровень шума в «У Джо» достиг критической отметки. Мэтт, раскрасневшийся и довольный, хлопнул ладонью по столу, привлекая внимание. — Так, народ! — проревел он. — Вы же не думали, что мы закончим этот вечер поеданием булок? Папаша Харриса уехал в город до понедельника, а это значит, что его бассейн и задний двор в нашем полном распоряжении! Команда ответила восторженным воплем. Мэтт перевёл взгляд на Калеба и Бена. — Белмонт, — Мэтт прищурился, в его глазах плясали чертенята. — Ты уже съел бургер от Джо, так что теперь ты официально один из нас. Погнали с нами? Обещаю, лобстеров там не будет, зато будет музыка, за которую Калебу обычно стыдно, и много льда. Бенджамин посмотрел на Калеба. В его взгляде читалось явное желание согласиться, но он всё ещё сохранял остатки своей «попечительской» вежливости. — Не уверен, что мой визит входит в планы Харриса... — Брось, Бен, — Калеб допил остатки коктейля и лениво поднялся. — Если ты сейчас уедешь, Мэтт решит, что тебе не понравился его бургер. А он очень ранимый, когда дело касается еды. Плюс, у тебя всё равно нет машины. Бенджамин рассмеялся, вставая вслед за Калебом. — Ладно. Похоже, у меня действительно нет выбора. Вайс, твой «Форд» выдержит ещё один заезд? — Он выдержит даже если мы решим поехать на другой конец штата, — бросил Калеб, уже направляясь к выходу. — По коням, господа.