Запиши меня карандашом – и приготовь ластик

Микрофоны умели хорошо слушать, но вот говорить — так себе. Разумеется, их можно было заставить играть роль динамиков. Баттат достаточно хорошо разбирался в технике, чтобы это знать. Но из них получались жалкие слушатели динамики. Он всегда помнил об этом в те дни, когда сам был Майком. А таких было большинство. Баттат не помнил, когда впервые встретил Тенну, но он помнил, когда впервые стал Майком для Тенны. Тенна всегда орал, чтобы Майк сделал то или это. Иногда это просто случалось. Иногда нет, и Баттат быстро усвоил, что настроение Тенны похоже на океан. Весьма буйное и влияющее на погоду во всём месте (иногда в прямом смысле, если Эльнина переходила ему дорогу в неподходящий момент). Его товарищи-Пиппинсы в таких ситуациях умели только трусливо жалеть себя. Убегать. Прятаться. Становиться незаметными. Однажды Баттат просто сделал то, о чём его попросил Тенна. Приказ пришёл по гарнитуре сцены. – МАЙК! Переставьте сцену! Я же ясно сказал, чтобы мой стол был справа! Никто не ответил. Поэтому Баттат передвинул стол. И сказал Тенне, что всё готово. — О, Майк~ — Настроение Тенны тут же сменилось на радостное. Баттат услышал глухие удары его пляски через всю студию. — Идеально, спасибо! Баттат почувствовал, как покраснел. — Не стоит благодарности, мистер Тенна. Но Тенна продолжал осыпать его похвалами. Так Баттат начал делать всё больше «майковских» дел. Однажды Тенне понадобилось лично встретиться с Майком. Баттат расспросил людей; оказалось, никто никогда на самом деле не встречал Майка. И тут его осенила безумная мысль. А что, если встретиться с Тенной самому? План был, несомненно, гениальным. Нарядиться Дакрнером из микрофонов (Баттат понятия не имел, кем ещё он мог быть), встретиться с Тенной, выполнять задания… стать Майком. И он усердно работал весь день и всю ночь, пока его маскировка Майка не была завершена. Он встретился с мистером Тенной с улыбкой на лице. — О, Майк! Ты сегодня какой-то мелкий, — заметил Тенна. — У тебя есть те заметки по продукту, которые я просил? Тенна заметил, что он выглядит иначе, но не понял, что это вообще другой Майк. Значит, где-то в студии существовал настоящий Майк? В следующий раз, когда Тенна дал указание конкретно для Майка, Баттат следил в оба. Это случилось на колосниках сцены. Баттат уронил свой планшет, бросившись карабкаться наверх. Именно тогда он встретил Плюи. Баттат обвиняюще указал на странного Шэдоугайя. Он быстро понял, что Плюи живёт в своём костюме Майка куда чаще, чем в «своём» обличье. Какое-то желание быть котом, хотя собственный Шэдоугай Баттата был ужасен, так что он не мог до конца понять. Он перешёл к делу: Майк — это явно слишком много для одного человека. Им нужно работать вместе. Плюи с энтузиазмом согласился, явно обрадованный тому, что у него появился напарник по Майку. Он упомянул, что всегда хотел встретить того Майка, который делал всю тяжёлую работу. — Какую тяжёлую работу? Его стол? Плюи ответил: нет. Перестановку в бонусной комнате. — А?.. Баттат спрятался за огромной поставкой для Тенны, зная, что тот вот-вот призовёт к ней Майка. Тенна произнёс это в реальность — появился высокий ковбой с микрофоном вместо головы. Это и был настоящий Майк? И тогда он встретил Жонглёра. — Так это ты всё это время был Майком? — пропищал Баттат. — Э, нет, — ответил Жонглёр. — Босс просто просил что-то, а я просто делал. Баттат схватился за лоб. И с этого момента Майки начали работать вместе. Баттат всем управлял, следя, чтобы ни один Майк не попался в одном месте с другим. Они покрывали всё, что когда-либо требовалось студии от Майка, их навыки дополняли слабые стороны друг друга. Тенна остался доволен. — Майк, я повышаю тебе зарплату! К счастью, Майк занимался и расчётом зарплат, так что он оформил повышение себе, Жонглёру и Плюи. Баттат не помнил день, когда встретил Тенну, но он помнил день, когда встретил Спамтона Г. Спамтона. Майк мог почти всё. Почти. На них не могли ещё и взвалить тяжёлую ношу самого Тенны. К счастью, для этого у него был исполнительный помощник. Креп без конца расхваливала Майков. Особенно Жонглёр часами болтал с ней и Кулером с Водой (к большому раздражению Баттата. Дел было по горло, чтобы ещё языком чесать о мыльных операх!). Именно Жонглёр ворвался в кабинет Майков в панике. Креп увольнялась. Эта паника разлилась в груди Баттата и застыла там, обжигая. После нескольких адских недель и многих, многих соискателей, которых Тенна упрямо отвергал, Баттат пришёл в отчаяние. Он не мог спать. Не мог есть. Едва мог двигаться вне того, что требовалось для работы. А её было много, но всё же. Тенна ненавидел всех, кто приходил. – Они не Креп — говорил он. Ну да, они не Креп! И что Баттат должен был с этим делать?! Он перевернул следующее заявление. Эддисон. Тенна ненавидел Эддисонов. Баттат тоже их не жаловал. Пронырливый тип, который высасывает из всего веселье. Но Тенна утверждал, что обожает Шэдоугайев, и при этом ненавидел каждого, кто к нему приходил. Его первый телефонный разговор с соискателем был кратким, сухим, но в конечном итоге достаточно вежливым. Ладно. Эддисон. А почему бы и нет? Именно тогда он встретил Спамтона Г. Спамтона. Баттат поднял его фото. Ослепительно белый Эддисон с ослепительно белой ухмылкой. Он опустил фото. Белый Эддисон с хмурым взглядом, способным скиснуть молоко. Всё было не так плохо, как он себе представлял. Было хуже. Этот парень так хотел провернуть свою аферу, что даже не мог этого скрыть. Сплошная бравада и пустой звон, все эддисоновские приятности срезаны на нет. Баттату нужно было выставить этого типа из кабинета Тенны, немедленно. Была только одна проблема. Тенне он понравился. Это был личный ад Баттата. Жонглёр и Плюи, казалось, не были так встревожены — у них было «чего босс хочет» да «♩ ♫» — но драгоценный порядок Баттата утекал в канализацию в водовороте сигаретного дыма и вспененного молока. Сердце колотилось всякий раз, когда он заходил в кабинет Тенны. Спамтон сразу же начал создавать проблемы. Идеально исполненные «прыжки в воду», несмотря на его невысокий рост. Баттат мог только надеяться, что когда-нибудь сможет освоить такую же технику для своего следующего отпуска со вкусом фруктов. Представляете: Майк в отпуске! Он бы даже согласился на ванильный вкус. А потом случилось кое-что странное. Спамтон и Тенна вышли после очередной встречи со спонсорами. Улыбающиеся. Друг другу. Шутящие и смеющиеся друг с другом. Регулярные кричалки Тенны с командой откладывались снова и снова. Некоторые были отменены вовсе. Спамтон снова начал хмуриться, но он просто. Делал свою работу. Жонглёр докладывал о серьёзной ссоре. Но Баттат видел не это. Они, конечно, орали друг на друга — Тенна орал на всех, — но в том, как он это делал, появился явный сдвиг. Не говоря уже о том, что Спамтон был всё ещё жив и здоров, несмотря на то, что орал в ответ. Неужели Спамтон был идеальным помощником для Тенны? Нет… не может быть. Он слишком многое нарушал, слишком быстро всё менял. Даже Тенна возражал. Это была какая-то эддисоновская афера. Но чем больше Баттат пытался убедить себя в этом, тем сложнее ему было приводить доводы. Финансы и спонсорские контракты стали отлаженными. У Тенны появилось больше времени на правки сценария и монтаж. Баттат не мог спорить с результатами. Ладно, может, в этом Спамтоне Г. Спамтоне действительно было нечто большее, чем казалось на первый взгляд. ✎••✦ ♡ ✦••✎