демур

небо заливается розовым, и погода становится комфортной, заместо палящего солнца. денис чуть щурится, поглядывая в окно – уже не от яркого света, а приятного вечернего тепла, которое здесь ощущается по-другому. не агрессивно, как днем, а устало, почти ласково. вечер застал его врасплох. родители, словно испарились, покинув стены нового дома. кажется, точно также решили прогуляться, да так, что потеряли счет времени. а подростку это только на руку. в полном одиночестве мысли кажутся невесомыми, поэтому позволяет себе из-под челки наблюдать за плывущими облаками. много мыслей, как и вдохновения, внезапно разрастающегося в груди. чиркает в дневнике что-то несуразное: озеро, спрятанное в густой зелени, потрескавшиеся лавочки, а также где-то заросшая тропинка. от крапивы до сих пор жжет щиколотки. в грифиле карандаша потерялся образ парня, который оставил след в его душе. черты расплываются, не желая складываться в целое. денис давит на карандаш сильнее, нажимает на бумагу – почти до дыр. но илья не ловится. расплывается той самой рябью на воде от малейшего дуновения. захлопывает дневник, убирает в дальний ящик стола. на сегодня хватит. время, кажется, близится к назначенному. если, конечно же, коломиец правильно понял. разворачивается на стуле, дабы после подойти к зеркалу, да прихорошиться перед встречей. под глазами синяки – плохо спал на новом месте. волосы растрепались, поэтому быстрым движением поправляет пряди и тянется за легкой кофтой. должно быть, вечера здесь не такие жаркие. наушники в кармане, как и телефон, связь которого доносилась перебоями. выходит из дома беззвучно – только скрипнули половицы. тянет приятный аромат вечерней свежести вперемешку с цветами, а после грузно выдыхает. морально подготавливается к встрече. у него нет надежд, что парень придет, но испытать удачу готов. потому что сидеть в стенах своей комнаты среди вещей, которые до сих пор пахнут старым домом – невыносимо. кажется, коряков говорил что-то про тополь, а также три дома через него. плетется неспешно и впервые слушает звуки природы. кроны деревьев шелестят, а комариный писк проходит мимо него. чуть ютится, скрещивая руки на груди и пряча пальцы. и вот он – тополь. просторная площадь со скамьями, полем, а также сеткой. взвизги и крики дают понять, что он пришел именно туда. денис в моменте останавливается на краю, чувствуя себя лишним. чужаком, который пришел туда, где ему не место. илья сказал «вечером». сказал «приходи». но не обещал ждать. не завидев знакомую макушку, блондин торопится разочарованно вздохнуть. и когда он уже почти решает, что пора бы возвращаться – сзади слышатся шорох травы. – не думал, что ты и правда придешь. денис оборачивается. илья стоит в двух шагах, словно родной здесь. кажется, прямиком из дома, что можно понять по кружке чая в руке, откуда тянутся клубы пара. домашняя одежда, мягкие шорты и растянутая футболка у горла. и, конечно же, все такая же расслебленная поза человека, который никуда не торопится. – я думал, что опоздал, – денис вдруг пожимает плечами, взгляд свой прячет. – я опоздал, пошли, – огибает фигуру светловолосого, а после плетется к старым качелям. присаживается на скрипучую качель и оставляет кружку на траве, провожая глазами блондина, что тут же послушался его. сел возле, да поднял свой взор к небу, цвет которого сменился с розового на темно-синее. молчание. оно не неловкое, а словно испытывающее, примерочное. – дорогу нашел, – замечает коряков. – ты сказал – у тополей. – а ты не потерялся. и, честно, коломиец действительно этим гордиться. дорогу не спрашивал, в навигатор не смотрел, да не затерялся среди домов. просто шел, куда ноги ведут. а, быть может, это просто чутье, что не подвело его ни на секунду. – скучаешь? – тихо интересуется брюнет, а парень не понимает, когда они успели стать настолько близкими, чтобы говорить по душам. денис молчит, после чего отталкивается от земли. раскачивается и витает в своих мыслях. цепь тихо позвякивает – единственный звук в этой паузе. – скучаю, – подтверждает ответ неуловимым кивком. – по людям, по местам – не знаю. там все было привычным, обыденным. новый знакомый обращает все свое внимание к острому профилю. в сумерках глаза становятся черными, а денис уверен, что те были зелеными. с карими крапинками. – здесь все будет иначе, – у ильи голос монотонный. – не лучше. не хуже. просто иначе. коломиец не находит ничего лучше, как грузно вздохнуть в свежесть. покачивается из стороны в сторону, не в силах наградить брюнета даже коротким взглядом. от чего-то странно себя здесь ощущает, вслушиваясь в тихий голос возле и радостные взвизги на поле. – ты всегда такой уверенный? – спрашивает внезапно блондин. – нет, – усмехается брюнет. – просто тебе сейчас нужна уверенность. качели внезапно замирают, неприятный скрип становится беззвучным. денис смотрит на илью – на его руки, обхватившие цепи, на длинные пальцы. на расслабленные плечи и чуть заметную улыбку, что застыла на спокойном лице. улыбка, от которой становится легче. илья какое-то время молчит, да и коломиец не находит ответа. только улыбается – чуть шире, чем раньше. и вновь слегка качает качели. небо становится почти черным, а звезды вмиг загораются над головами одна за другой. неясно сколько они так сидят, но, кажется, никому покидать место встречи не хочется. – во сколько завтра? – заряжается уверенностью от брюнета, наконец решив подать голос. – а у тебя есть планы? – приподнимает тот бровь. – нет. – тогда пойдем рыбу ловить с моими друзьями. – я не умею. – научу. денис лишь кивает. встает с качелей, а илья поднимается за ним, забирая с травы кружку остывшего чая. – ты домой? – интересуется коряков. – домой, – почему-то улыбается. – провожу. – не надо, я запомнил дорогу, – спешит остановить блондин. ему слишком неловко. – знаю, – илья уже идет впереди, давая понять, что его слово останется последним. – просто хочу. уходит неторопливо, уверенно. его спина обтянута старой футболкой, а волосы, словно смола под светом огоньков на небе. коломиец следует молча, позволяет себе рассмотреть того детальнее. эту походку – легкую, невесомую, будто бы плывет. в этом «просто хочу» было что-то такое, от чего пропадает какое-либо желание спорить. или же смысл. что-то неоспоримое. и илья не объясняет, он просто делает – идет рядом без всяких вопросов. денис нагоняет его через пару шагов. не для того, чтобы задать пару глупых вопросов, а чтобы оказаться ближе. сверчки напевают свою мелодию, и парни наконец выходят из-за тополей, следуя по проезжей части. в такое время машин совсем не было. денис, конечно же, это не знал, но самое главное – знает брюнет. тот, завидев песочный дом с гортензиями, почему-то улыбается сам себе. в окнах горит свет, а значит, что родители вернулись после своей разведки. блондин за сегодня устал. слишком много новых эмоций, от которых жизненные силы практически на нуле. но, если бы у него был выбор не идти домой, то он точно бы не пошел. – это твой? – кивает в сторону крыльца. – да, мой. – красивый, хорошо, что перекрасили, – без тени зависти выдыхает коряков. кажется, вечер заканчивается в момент, когда они останавливаются у калитки. денис мнется, не зная, как прощаться. руку пожать? просто кивнуть? сказать «пока»? но, пока он метался в своих сомнениях, брюнет давно решил все за него. – иди, а то родители начнут волноваться, – прячет руку в кармане шорт и напоследок дарит улыбку. – а ты? – я живу рядом, – усмехается и отступает на шаг в темноту, напоследок блеснув зелено-карими глазами. – куда я денусь? денис подхватывает, от чего усмехается сам себе, после чего толкает калитку, а та отзывается тихим скрипом. теперь этот звук не кажется чем-то чужим. – до завтра, – бросает через плечо. – до завтра, я зайду за тобой, – получает в ответ. дом встречает запахом ужина, и замок тихо щелкает. необходимо пару секунд, дабы придти в себя. поэтому, прижавшись лопатками к дереву, коломиец облегченно выдыхает. в груди странное, почти забытое чувство. не может назвать это счастьем. скорее – облегчение. лед на сердце оттаивает, а дышать становится гораздо легче. теперь он дома, пахнет ужином, его, кажется, заждались яркие эмоции на новом месте. денис трет переносицу, а после находит силы проскользнуть мимо кухни, да закрыться в комнате, но женский голос останавливает. – ты где был? – выглядывает в дверной проем, вынуждая юношу остановиться на пол пути. беспокойства в голосе нет, скорее – любопытство. – гулял с новым знакомым, – без тени лжи бросает, утолив чужой интерес. – молодец, я в тебе не сомневалась, – подмигивает мама, после чего исчезает на кухне под треп отца ни о чем. улыбнувшись сказанному, торопится в свою комнату. тяжело поверить, но все это – наяву, от чего в груди распускается что-то новое. быть может, гордость за самого себя. он сделал свой выбор в пользу новому знакомству, решив не отсиживаться дома. илья, наверное, прав, что одному тут можно с ума сойти. приятная усталость течет по венам, и денис, не раздеваясь, падает на мягкий матрас. в голове чересчур много мыслей от сегодняшней встречи. он жмурится, но те не уходят – пульсируют где-то под веками. не пытается их остановить. пусть, он заслужил. илья. его голос – спокойный, чуть с хрипотцой. манера не спрашивать, а утверждать. ставит перед фактом. денису почему-то по душе это давление. легкое, невесомое, но достаточное, чтобы не развалиться на части. вспоминается разговор у тополей, что так и остался неуслышанным, кроме двоих парней. как илья смотрел в небо и бросал взгляды на блондина, и говорил о нем же. словно видел насквозь – всю ту тоску, давящую под ребрами. илья не жалел, не успокаивал. просто обозначил: «тут либо с кем-то, либо никак». и это стало точкой опоры. денис переворачивается на бок и подтягивает к животу колени. в комнате темно, только уличный фонарь пробивается через шторы, рисуя на стенах причудливые тени. где-то там, в соседних домах, живет тот, кто заставил его дышать в новом месте легче. интересно, а илья точно также крутится в кровати? или, наверное, не придал знакомству особого значения. ему рано вставать из-за рыбалки, поэтому, напоследок зажав уши подушкой, крепко закрывает глаза. где-то на границе сознания он все еще слышит тихий голос: «до завтра». и, коряков не соврал, что зайдет за ним. – выглядишь сногсшибательно, – издевается брюнет. коломиец, кажется, не может открыть глаза. мычит что-то нечленораздельное, прячет лицо за ладонями, а потом все же находит силы приоткрыть один глаз. илья у калитки – заспанный, но все же довольный. за спиной две удочки и рюкзак, одет он спортивные штаны и резиновые сапоги. – ты, – подает голос блондин, голос его после сна не слушается. – почему так рано? – рыба рано встает, – невозмутимость поражает. – а ты, я смотрю, не очень. денис растирает глаза и пытается пригладить волосы, торчащие во все стороны. не планировал появиться в таком виде перед парнем. понимает, что выглядит, мягко говоря, отвратительно. но брюнет безучастно отвернулся, рассматривая гортензии у крыльца. – дай мне минуту, – бросает тихо, чтобы после спрятаться в доме. умывается ледяной водой, быстро натягивает первые попавшиеся штаны, а также захватывает ветровку. утром достаточно холодно. наушники остаются на тумбочке – они ему сегодня точно не понадобятся. выходит, прикрывая за собой дверь. илья поворачивается и оценивает взглядом парня. – лучше, – выносит свой вердикт. – пошли, а то без нас всю рыбу выловят. – кто? – мои друзья, – илья вновь уходит вперед, а денис лишь плетется лениво за ним. утро прохладное, от земли тянет густым туманом, а от травы – сочной свежестью. солнце только поднимается, и воздух каждется густым, осязаемым. приятное начало дня. они исчезают в высокой траве, где, кажется, никто не ходит кроме корякова. тот, явно узнает знакомые места, а после сворачивает к протоптанный тропинке, где только просыпались птицы. те щебетали в кронах деревьев, растворяя утреннюю тишину. – так, сколько тебе лет? – внезапно подает голос денис, поглядывая на широкую спину спереди. – двадцать три, – оборачивается на голос брюнет, поймав на себе удивленный взгляд. – я старше тебя. – может мне двадцать четыре, – фыркает блондин и улыбается сам своей глупости. – тебе восемнадцать, – утверждает тот. – слухи разлетаются быстро. и коломиец не спорит. кажется, родители отлично постарались, когда решили прогуляться. – твоя мама вчера с моей тетей на лавочке трепалась, – слышит чужие мысли. – весь район знает, что к нам приехала семья с сыном-студентом. почему тогда переехал? не поступил? лес на какое-то время затихает. как и денис, что некоторое время идет, переваривая информацию. потом вдруг выдыхает: – не поступил, подам в этом году в другой вуз. илья наконец разворачивается, замедляя шаг. смотрит внимательно своими зелено-карими глазами – не с жалостью, а искренним любопытством. – а на кого хотел? – на дизнайнера, – честно отвечает парень. – мне нравится рисовать. – а теперь? – теперь хочу выжить в новом месте, – усмехается он, только выходит невесело. илье не нужно отвечать. только кивает, принимает к сведению. но следует медленнее – специально, чтобы денис мог идти рядом. трава расступается перед ними, роса оставляет на штанах мокрые полосы. где-то вдалеке кричит петух и слышится лай собак, и это как-то по-простому, по-домашнему. и денис наконец улыбается. – а ты чем занимаешься? – спрашивает, когда тишина становится слишком долгой. – работаю, – коротко отвечает илья. – там машину разберу, тут покрашу, что-то поштукатурю. что скажут – сделаю. они выходят к озеру со стороны песочного пляжа, где открывается вид на прозрачную воду. тишь, да гладь. илья останавливается и расставляет руки по бокам, осматривая вид. – это мое место, – гордо заявляет. – никто не ходит, рыба не пуганая. – а друзья? – не понимает блондин, осматриваясь по сторонам. – а что друзья? – ты сказал, что они тоже рыбу будут ловить. илья усмехается на невинным голос, после чего ставит рюкзак на песок, начиная распаковывать весь свой инвентарь. – все адекватные люди спят в это время, денис, – говорит он. – им в шесть утра не до рыбалки. это я самусшедший. – и я, получается, – замечает коломиец. – ты просто вежливый, – спешит исправить младшего. – не захотел отказывать. но ничего, привыкнешь. он вручает денису удочку – легкую, удобную. объясняет спокойно, показывает, как правильно держать, как забрасывать. – денис, руки выше, – командует, стоя за спиной. – не сжимай так, не убежит она. парень чувствует тепло его ладоней – илья поправляет хват, касается тонких пальцев, и от этого невесомого прикосновения становится странно. денис от чего-то расплывается в улыбке, позволяя тому командовать. – услышал, – голос предательски дрожит. можно спихнуть на утренний холод. илья отступает на шаг, а после не брезгует пересесть на мокрую траву, куда точно также приземляется коломиец. забрасывает свою удочку и тихо зевает. поплавки замирают на воде – два бело-красных пятнышка на серебряной глади. – расскажи о себе, – не просит, проговаривая небрежно. как может только он. – что хочешь услышать? – шепчет, боясь спугнуть рыбу. – наверное, все, – все внимание ильи привлечено воде, но денис чувствует – слушает внимательно. – чего боишься, чего хочешь. – сразу все? – удивляется блондин, поправляя очки на переносице. – а чего тянуть? – илья поворачивается к нему, и в зелено-карих глазах нет намека на насмешку. что-то серьезное, почти взрослое. – время слишком быстротечно, денис. я не люблю тратить его впустую. денис затихает, становится вдруг слишком задумчивым. всматривается в поплавок, монотонно качающийся рядом с чужим. мысли вновь путаются, но одна из них становится самой главной. – я не знаю, чего хочу, – отвечает негромко. – честно. раньше знал, а теперь – нет. – это нормально, – хмыкает, пожав плечами. – в твои годы никто не знает. – а в твои? – в мои уже пора, – улыбается. – но я тоже не уверен. они замолкают в один момент. тишина вовсе не становится давящей, лишь наоборот – они в ней расслабляются. она общая, будто разделили ее напополам, и каждому досталось поровну. поплавок вдруг пугает, дернувшись. коломиец не успевает среагировать, как коряков вдруг поднимается на ноги и оказывается за спиной, накрыв привычно своими руками чужие. – тяни, – низко командует в самое ухо, только бы не спугнуть первый улов. – аккуратно, не резко. денис слушается, словно так и должно быть. удочка гнется, вода плещется во все стороны, а леска натягивается, будто вот-вот порвется. чуть больше усилий – рабы оказывается в чужих руках, когда коряков помогает снять ту с крючка. – смотри, – держит в ладонях крепко, показывая младшему. – какая красавица. и правда красивая – чешуя блестит в лучах рассвета, переливается. илья спешит опустить ту в ведро с водой, где рыба тут же успокаивается. – твой первый улов, – по-кошачьи улыбается, поглядывая на пораженного дениса. – гордись. – это ты мне помог. – а ты позволил, – илья возвращается на свое место. – это важно. денис смотрит на свои руки – влажные, в чешуе. улыбается. – можно я следующую сам? – обязательно, – кивает коряков. – только сначала научись тихо сидеть. рыба не любит болтунов. хочется возразить на такую несправедливость. коряков же хотел сам узнать все про него, разве не так? но, серьезный вид парня не дает сказать и слова, после чего садится возле, чуть соприкоснувшись плечами. илья не отодвигается. коломиец все также смотрит на поплавок, на парня, который сидит возле. спокойный, уверенный. и ему становится запредельно хорошо в этой тишине. он лишь поддается течению, расслабляя свои плечи. рыбы в ведре плещутся друг с другом, денис потерял счет во времени, когда солнце раскалилось до предела. все-таки недосып дает о себе знать, поэтому, забрав панаму старшего из рюкзака, наслаждается мягкостью травы, жуя какой-то стебель. в полусне слышит, как брюнет копошится, перебирает снасти, как шелестит под ним трава. иногда тот бросает короткие фразы – не адресованные ему, не для дениса. и это тоже хорошо. просто быть рядом, а не в быть центре внимания. просто существовать в одном пространстве, где, казалось бы, им не суждено было находиться. трава под спиной теплая – солнце постаралось. панама слезла на глаза, и денис не поправляет. сквозь тонкую ткань пробиваются солнечный свет, от чего жмурит глаза. илья, кажется, тоже вымотался, оставив удочку возле. разрешения, чтобы прилечь рядом, не требуется. он просто делает это. падает на траву, закидывает руки за голову и смотрит вверх. снова соприкасаются кожей, но никто не подает вида. – ненадолго тебя хватило, – смеется вдруг коряков, прекрасно зная, что тот так и не уснул. – просто хорошо, – мычит в ответ устало. – тогда лежи. скоро пойдем домой. – а вечером? – м? – встретимся вечером? – блондин рад, что не видит этих глаз на себе сейчас. – встретимся, – слабо улыбается небу. – и познакомлю тебя с друзьями. – снова лжешь? – нет, я тебя проверял. солнце перемещается, и теперь его лучи падают иначе – не на лицо, припекая голову, а на грудь. тепло приятно разливается по телу, расслабляя мышцы, которые были зажаты с момента переезда. денис сам не замечает, как прикрывает глаза, и дыхание становится глубоким. – пошли, денис, – кажется, замечает тихое сопение. – еще тепловой удар словишь. под коряковым шелестит трава, когда тот нехотя приподнимается. денис улыбается, не открывая глаз, желая сказать колкость в ответ, но слова не приходят. и чувствует взгляд на себе, который прожигает не хуже жгучего солнца. вынужден привстать, разглядывая голубыми глазами парня, что перекрыл собой солнце. – не хочу уходить, – честно признается. – знаю, но солнце уже невозможное, поэтому пошли. денис вздыхает – глубоко, почти театрально. нехотя приподнимается, прихватывая с собой ведро улова. рыба уже не плещется – смирилась. воздух дрожит над зеленью, и озеро, еще утром такое свежее, сейчас кажется застывшим, словно его тоже разморило от жары. тропинка кажется не такой долгой, как изначально. может быть, потому что денис идет с брюнетом плечом к плечу. ноги сами запоминают дорогу: где пригнуться под веткой, на какую кочку наступить, дабы не угодить в яму. – ты быстро привыкаешь, – замечает коряков. – к чему? – к новому месту. уже дороги запоминаешь, ориентируешься. – у меня потрясающая память, – пожимает плечами коломиец, после чего спотыкается о корень. илья ловит его за локоть – вовремя, жестко. – координация, видимо, тоже, – добавляет с усмешкой. – да ну тебя, – заливается звонким смехом, который илья слышит впервые. они выходят к домам. двор за тополями – пустой. но сегодня коломиец не чувствует себя чужим. он здесь был и еще обязательно вернется не раз. это место – часть его карты. – тетя сварит сегодня уху, – останавливается брюнет перед тем, как разойтись. – приходи перед тем, как встретиться. – хорошо, я возьму что-то к чаю, – улыбается парень. они так и стоят, пока солнце печет в спи эну, и денис чувствует, как на коже выступает испарина. нужно идти – до дома, в душ, переодеться в чистую одежду. но ноги не слушаются. или же не хотят. – иди уже, – усмехается илья, замечая, как раскраснелись бледные щеки. – растаешь. – я не сахарный. – тем более. иди. денис разворачивается, после чего неспешно плетется до песочного дома. да только оборачивается через пять шагов – илья все еще стоит, не сдвинувшись с места, смотрит вслед. в панаме набекрень, футболка выцвела на плечах. – до вечера, – кричит коломиец. – до вечера, – отвечает илья и машет рукой так, будто отпускает того. но денис знает: не навсегда, а всего-лишь до вечера.