Против Правил

Заброшенный дом. Раннее утро. Свет пробивается сквозь щели в досках, ложится полосами на пыльный пол. Где-то за стеной чирикает птица. Слышно, как ветер играет с оторванной доской где-то на крыше. Джули не помнит, когда уснула. Сидела на полу, прислонившись к стене. Теперь она лежит на боку, подложив руку под голову. Плечи укрыты чужой курткой – грубой, с вытертыми рукавами. Она открывает глаза. Рэндал сидит напротив, на том же месте, где и был. Не спит. Не двигается. Смотрит на стол. На пустой стол. Джули садится, проводит рукой по лицу. Куртка сползает, она ловит её, не глядя. – Что? – голос сонный, хриплый. Он не отвечает. Смотрит на стол. Она переводит взгляд туда же. Камня нет. – Где камень? – Не знаю, – его голос ровный, без паники. – Я проснулся – его нет. Она смотрит под стол. Поднимает край куртки, проверяет, не завернулся ли он в ткань. Ничего. – Ты его куда-то положил? – Нет. Он был на столе. Она встаёт, обходит дом. Заглядывает в углы, под половицы, за ящики. Пусто. – Его здесь нет. – Я вижу. Она останавливается у окна, смотрит на улицу. Светает. – Может, кто-то заходил? – Ночью? – он усмехается. – Я бы услышал. Она не отвечает. Кладёт куртку на стул. – Что будем делать? – Искать. Он встаёт, идёт к выходу. Она – за ним. На пороге останавливается. – Если его нет нигде, – говорит она. – То куда он делся? Он не оборачивается. – Не знаю, но я найду. Она смотрит ему вслед. Потом выходит за дверь. Она подходит к дому, когда небо только начинает сереть. Под ногами – мокрая трава, кроссовки промокли, но она не чувствует холода. Она всё ещё в куртке Рэндала – не заметила, что не сняла. Всю ночь они просидели в заброшенном доме, закрыв окна досками и не зажигая света. Слушали, как за стеной кто-то ходил. Не разговаривали. Просто сидели рядом, глядя в темноту. Дверь открывается раньше, чем она успевает коснуться ручки. Джим стоит на пороге. Он не выглядит злым. Он выглядит так, будто не спал всю ночь. Под глазами – тени, плечи опущены. – Где ты была? – голос тихий, спокойный. Но эта тишина страшнее крика. – В заброшенном доме. – С кем? Она молчит. Не потому, что боится. Потому что знает – правда вызовет бурю. Джим смотрит на куртку. На чужую куртку, которая висит на плечах дочери. Она не его размера. И не её. – С Рэндалом, – говорит он. Это не вопрос. – С ним. Он закрывает глаза. На секунду. Потом открывает. – Ты понимаешь, что могла не вернуться? – Не могла. – Откуда такая уверенность? Она не отвечает. Потому что правда в том, что никакой уверенности нет. Но она не хочет говорить об этом. Джим пропускает её внутрь. Закрывает дверь. Смотрит, как она снимает чужую куртку. – Я не спал, – говорит он. – Я обошёл весь город. Бойд собирал людей на поиски. Донна звонила каждые полчаса. – Я не знала, что так выйдет. – А что ты знала? Что ты вообще знала, когда уходила? Она поднимает голову. – Что он нашёл камень. И что ему нужна была помощь. – Ты не должна была идти. – Почему? – Потому что я просил тебя держаться от него подальше. – А я просила не лезть в мою жизнь. Джим смотрит на неё. Долго, тяжело. – Я твой отец. Это моя обязанность. – Твоя обязанность – доверять мне. Она уходит на второй этаж. Не оглядывается. Джим остаётся один. Джули заходит к брату без стука. Итан сидит на кровати, обхватив колени руками. Перед ним – раскрытая книга, но он не читает. Смотрит в одну точку. – Ты чего? – спрашивает Джули, закрывая дверь. – Ничего. – Врёшь. Он поднимает голову. Взгляд усталый, не по-детски серьёзный. – Отец злой, – говорит. – Я слышал, как вы ругались. – Не твоя забота. – Моя, – он смотрит на неё. – Ты моя сестра. Джули садится рядом на кровать. Молчит. Смотрит на свои руки. – Я была в лесу, – говорит наконец. – С Рэндалом? Она поворачивается к нему. – Откуда ты знаешь? – Я видел, как ты уходила. – Почему не сказал отцу? Итан пожимает плечами. – Потому что ты не просто так ушла. Она смотрит на него долго. Он не отводит взгляд. – Ты слишком умный для своих лет, – говорит она. – А ты слишком упрямая для своих. Она усмехается. Грустно. – Прости, что втянула тебя в это. – Ничего, – он отводит взгляд. – Просто будь осторожна. Там опасно. – Я знаю. – И не умирай, – он смотрит на неё. – Ты мне нужна. Джули обнимает его. Крепко. – Не умру, обещаю. Она выходит из комнаты. Закрывает дверь. Остаётся одна в коридоре. Смотрит на свои руки. Думает. Общий дом. Вечер. Кто-то ещё узнаёт о камне. Бойд собирает всех – Донну, Кенни, Джима. Новость о том, что Рэндал нашёл артефакт, разлетелась. Люди напуганы. Они думают, что камень может притянуть монстров или открыть что-то, что лучше не открывать. Новость разлетелась быстро. Кто-то из тех, кто видел камень, проболтался. Кто-то просто почувствовал неладное. В городе не бывает секретов – стены слишком тонкие, а люди слишком напуганы, чтобы молчать. Бойд собрал всех. В комнате тесно: Донна у окна, сложив руки на груди. Кенни у двери, пальцы сжимают ремень ружья. Джим сидит на стуле, не смотрит на дочь. Остальные жмутся к стенам, перешёптываются. Рэндал стоит в центре. Джули рядом. Он не смотрит на неё. Она — на него. Бойд обводит взглядом комнату. – Где камень? – голос тяжёлый, усталый. Рэндал пожимает плечом. – Исчез. Донна усмехается. – Камни не исчезают. – Этот исчез. Она делает шаг вперёд. – Ты его спрятал. – Зачем? – Не знаю. Но ты что-то задумал. Рэндал смотрит на неё. Спокойно, без злости. – Если бы я хотел что-то задумать, вы бы уже узнали. Донна не отводит взгляд. – Обыскать его, – говорит Бойд. – И дом. Рэндал не сопротивляется. Поднимает руки. Кенни подходит, обыскивает карманы. Пусто. Только нож, старый, с потёртой рукоятью, и горсть сухарей в тряпице. – Идём, – говорит Кенни. Они выходят. Джули делает шаг за ними, но Бойд останавливает её взглядом. – Ты остаёшься. – Почему? – Потому что я сказал. Она остаётся. Смотрит в окно, как они уходят в сторону леса. Обыск занял час. В доме ничего нет. Бойд переворачивает всё: матрас, ящики, старую одежду. Заглядывает за печь, под половицы. Пусто. Рэндал стоит на пороге, смотрит на улицу. – Ты уверен, что он был у тебя? – спрашивает Бойд. – Уверен. – Тогда куда он делся? – Не знаю. Бойд выдыхает. Трёт лицо ладонями. – Если найдёшь — принеси. Не прячь. – Не буду. Бойд кивает Кенни. Они уходят. Рэндал остаётся один. Садится на пол. Смотрит на пустой стол. Комната Джули. Ночь. Она не спит. Лежит на кровати, смотрит в потолок. Шторы закрыты, но лунный свет пробивается сквозь щели. Где-то за стеной скрипит половица – отец ворочается. Она закрывает глаза. Слышит шорох. Не громкий, не резкий. Такой, будто кто-то трогает стекло пальцем. Она открывает глаза. Смотрит в сторону окна. Никого. Встаёт. Подходит. Отодвигает край шторы. На подоконнике – листок. Бумага старая, пожелтевшая. Края рваные, будто вырвали из тетради. Она берёт в руки. Одно слово. Кривые буквы, нажим слабый, как будто писал ребёнок. Или тот, кто давно не держал ручку. "Не ищи" Джули смотрит на листок. Потом в окно. За стеклом – темнота. Только луна висит низко, бледная, холодная. Никого. Кладёт на подоконник. Потом убирает под подушку. Не спит до утра. Улица. Раннее утро. Джули выходит из дома. Рэндал ждёт у забора. Лицо спокойное, но под глазами тени — он тоже не спал. – Что-то случилось? – спрашивает Рэндал. – Нет. – Врёшь. Она протягивает листок. Он читает. Молчит долго. – Это не я, – говорит. – Я знаю. – Кто тогда? – Не знаю, но камень пропал. И теперь это. Он смотрит на листок. Сжимает в руке. – Надо найти, – говорит. – Мы найдём.