Неудачники

      Вот кто на Игрищах действительно страдал больше всех, так это Селина. Заданьице ей выпало чудовищно жестокое, мозголомное и давило на расшатанную психику с мощью кувалды. Куда там Рокси с украденным шлемом! Селина бы справилась ничуть не хуже. По части присвоения бесхозного добра ей не было равных.       Ну а кто был, собственно, виноват? Конечно же, Текна. А кто ж ещё? Вот ра-а-аньше, в светлые и безоблачные времена, когда самой страшной проблемой была Митси и её вампиры, все задания для Игрищ придумывали гордые эльфы друг для друга, – так повелось с незапамятных времён, когда сахар был абсолютно во всех сладостях, а от количества выпитой газировки можно было скончаться. И было весело! Даже Митси развлекалась, пока не терпела очередное поражение. А теперь что? Селине приходилось тихо беситься – все слова за неё уже высказала Рокси. Призванное снизить накал страстей и расслабиться действо обернулось обузой.       Селине было влом.       Просто влом.       И ни разу не весело.       Ещё раз отчитав несносную Блум, Селина, сердито бубня про тяжкую бытность второстепенных персонажей, покинула квартиру в сопровождении своей пикси. Так и хотелось присобачить ей поводок, чтобы не запорола им испытание, да поймут не так. Внимания и без того хватало. Быть феей с собственной пикси оказалось почётно. Селина то и дело ловила на себе завистливые взгляды студенток, а встреченный Уизгис даже эмоционально повосторгался.       – Пф. Лучше бы конфетами свои радости выражали. Проку больше было б, – фыркнула она.       – Я требую свою долю! – тут же пикси зависла перед лицом заводчицы и сложила ручки на груди.       – Губёху-то закатай, нет ещё никакой доли, – фея отмахнулась и обошла помеху по дуге. – Эти скряги даже не почешутся, чтобы принести мне дары и подношения.       – Тогда сама губу закатай.       – А мне не мешает. Рано или поздно мои планы воплотятся в жизнь, это только вопрос времени, когда эти клячи понесут мне пожертвования.       – Можешь хранить их у меня, – сразу предложила Чатта, и глазки её алчно засверкали.       – Ага, и попрощаться с ними навсегда. Больно надо. Ты на мой схрон роток-то не разевай.       – Нет у тебя схрона.       – Вот и не бубни.       Пикси злобно зарычала и полетела вперёд.                   Брать зверюшку с собой было рискованно, но того требовал План. Согласно первому испытанию Игрищ Селина все три дня должна была заниматься благотворительностью. Это была катастрофа. Крах! Издевательство. Поначалу, после долгой ругани на всё и вся, Селина честно приступила к исполнению и щедро пожертвовала обнаглевшему вкрай Кевину несколько подзатыльников, пендаль и пару укусов. И пока тот не начал возникать, что это не считается, Селина отправилась насаждать добро и справедливость. Противной мерзавке Амарил, с которой у Селины были личные счёты со времён бойни с Гриффин, она от щедрот своей души надарила рассыпанного по её ящику с нижним бельём жгучего чесоточного порошка, загодя позаимствованного из кабинета эльфа-зельевара.       Повезло, звёзды сошлись, не иначе, – у Чатты оказалось ровно такое же задание, и несчастные решили объединиться. Нет, поначалу Селина хотела воспользоваться возможностью и раздарить добро своей пикси от своего имени, но мысли о зарвавшемся Кевине остудили её пыл. Успеется. Есть план получше.       Гризельда получила в подарок заклинание вросшего ногтя, а случайно толкнувшая Селину однокурсница обзавелась пожертвованным от чистого сердца лишаем пониже пояса.       Чатта тоже решила не отставать и подарила нескольким жертвам своего увлечения ранее экспроприированные у них объедки, чайные пакетики и мелкий мусор.       Кевин в ответ на фото-отчёты слал противные сообщения, обесценивал все их достижения и вёл себя как задница.       Уж сколько нервных клеток Селина пожертвовала вселенной… Хватит на десять Игрищ вперёд.       Устав от издевательств своего благоверного, Селина с ненавистью сжала телефон и быстрее зашагала по лестнице. Когда у неё всё получится, Кевин утрётся.       Ввалившись без стука и приглашения в покои принцессы Солярии, Селина состроила зверскую рожу – без своего её отсюда никто не выковыряет!

***

      Во дворе перед школой на лавочке сидела Муза и корпела над своим первым настоящим эльфийским костюмом. Решив обойтись без скотча, чтобы наряд выглядел аккуратнее, она орудовала иглой и нитью. Памятуя о том, как эльфы относятся к магии в своих нарядах, фея всецело положилась на своё мастерство в вышивании. О, какое чудо она создала!..       На всё про всё у неё ушло почти полтора дня. И это с учётом того, что она последовала дурному примеру товарищей и прогуляла все занятия, чтобы выиграть время.       Итогом могла бы восхититься даже главная законодательница мод Алфеи – Стелла.       Волосы Муза собрала в аккуратные короткие косички, вплела в них сиреневую траву из оранжереи директрисы и повязала на кончиках милые бантики. В проколотые уши она с трудом и болью воткнула веточки вишни с румяными ягодками. Шишки, связанные нитью, послужили аляповатыми бусами. С плечами Муза решила извратиться по полной… К широкому листу на клей посадила комок мха и начинила его иголками так, что наплечники стали походить на двух зелёных ежей. Верх был прост, открывая на обозрение ключицы и подтянутый живот, а от ветра листочки дрожали и приоткрывали тайное. Заморочившись с глухими труселями с низкой талией, остаток фантазии Муза спустила на поножи. В ход пошла кора для отделки, и ягодный сок для покраски, и просто море ниток, чтобы грамотно всё сшить.       Муза была довольна собой как никогда.       – Сфоткай меня. – Она так волновалась, передавая телефон Текне. Её первый костюм. Гордость. Доказательство причастности. Отличительный знак…       Дрожащим пальцем ткнув в экран, она отправила результат на суд более опытным в эльфийских делах соратникам. В триумфе она не сомневалась.       Рыж: «неканон»       Рокси: «скотч где?»                   Муза растерянно уставилась в экран. Восторг схлынул так же быстро, как и накатил после завершения хорошо проделанной работы.       Кевин: «Ооо, видимо там же, где и все каноны, завещанные нам эльфийскими предками. Это плевок. Плевок на наши традиции. На наши корни. Скотч символизирует чистоту и прозрачность помыслов, связь поколений. И где он? В тех же глубинах, куда послали наши устои»       Ошалело хлопая глазами, Муза переглянулась с Текной и пожала плечами.       Кевин: «А что должно значить это полотнище? Листья наляпаны без разбора, как будто правило о количестве листьев в костюме – пустой звук… Или так и есть? Я считаю, что это убожество не должно существовать в природе»       – Что?! Убожество?! Да я…       Задыхаясь от гнева, Муза уткнулась в настройки.       «Контакт Кевин переименован в Говнюк».       Рокси: «Внатуре»       – Что-о-о-о?!       «Контакт Рокси переименован в Предательница».       Говнюк: «Нить олицетворяет раздор. Как благословенная листва Священной рощи пронзена иглой, так и наши устои будут так же уничтожены. Растоптаны. Забыты. Можем ли мы считать это предпосылкой к бунту?»       – Да что ты вообще несёшь?! – Вопль Музы спугнул стаю монахов за крепостной стеной.       – Я предполагаю, что об этом и говорили девочки, – поймала её взглядом Текна, – когда жаловались, что во время Игрищ Кевин сходит с ума.       – Но я… Это… Он же всегда был нормальным! – отчаянно возопила фея музыки. – Что вообще не так?       – Спроси. – Любопытство так и рвалось наружу шкодливой улыбкой и горящими глазами.       Сердито сопя и хмуря аккуратные брови, фея принялась строчить ответ.       Я: «Кто-нибудь может мне объяснить, что не так?»       Она решила не изливать свою обиду, чтобы Кевин не начал глумиться ещё больше.       Предательница: «Пф-ф»       Рыж: «Во-первых, количество листиков ограничено. Ты не можешь их лепить, сколько хочешь»       Селина: «Эй, не подсказывай ей! Она вообще-то должна это знать давно!»                   «Контакт Селина переименован в Змеища».       Рыж: «Во-вторых, сшивать листья – кощунство и святотатство. Скотч – наше всё! Сначала ты заклеиваешь сам листик с обеих сторон, чтобы не завял, и только потом клеишь одеяние»       Предательница: «Это база»       Змеища: «Стыдно не знать!»       – А сразу так сказать нельзя было?! – голосила на весь двор Муза. – Я ещё плохо понимаю по-эльфийски!       Это она и спросила, грузно опустившись на лавку. Костюм затрещал.       Ответ пришёл незамедлительно.       Предательница: «Э-э… Вообще-то, Кевин говорил не об этом»       Я: «А о чём тогда?!»       Рыж: «Он же тебе прямым текстом написал…»       Змеища: «Вот именно»       Я: «…»       Я: «…Перевод с эльфийского, пожалуйста…»       Она ненавидела чувствовать себя глупой и не понимать того, что для остальных было очевидным. Рядышком ёрзала Текна, со счастливой улыбкой залипая в телефон. Она тоже читала этот чёртов диалог. Только, в отличие от Музы, ей там никто не выедал мозг. И не обесценивал заслуги.       В тревожном ожидании они застыли, пока Рокси долго печатала. Значок внизу экрана всё твердил, что девочка пишет. И пишет. И пишет.       – Мне страшно. – Муза повернулась к Текне, ища поддержки, но та была чем-то просто неприлично довольна, что с её лица никак не сходило выражение благоговения.       – А мне жутко любопытно. – Зрелище хихикающей Техножрицы стало ещё одним выбитым кирпичиком из стены эмоциональной стабильности. Муза сглотнула. И тут телефон в её напряжённых пальцах завибрировал.       Предательница: «Тема сисек не раскрыта»       Муза молча перечитала несколько раз. Яснее не стало.       Предательница: «Слишком закрытый костюм»       – Что?       Я: «Это, наверно, нужно для ваших съёмок, да? Чтобы казаться ближе к природе. Аутентично…»       Рыж: «И это тоже»       Змеища: «Просто забей»       Предательница: «Просто прими как данность, что нужно подчеркнуть свои достоинства, а не скрыть»       Я: «Но почему?!»       Рыж: «Да потому что Кевин охренел единственный парень среди нас. А мы достаточно горячие цыпочки, чтобы радовать глаз»       Говнюк: «Фан-сервис, леди ;)»       – Жесть вообще… – отбросить от отвращения телефон куда подальше Музе помешала его стоимость.       Я: «Вот придурок…»       Техножрица: «++»       Предательница: «А мы предупреждали, ага»       Фея музыки согнулась пополам и взвыла.

***

      Стелла упёрлась рогом и ни в какую не хотела помогать. Но Селина-то знала, что её упрямство – лишь ширма: принцесска не желала довольствоваться малым и чуяла запах наживы. Оставалось скрипеть зубами и держать козырь до последнего.       – И что мне мешает начать бизнес самой? – сиятельная принцесса подняла брови и скучающе уставилась на свой безупречный маникюр. Селина ждала этого вопроса и была готова. Подавив кровожадную улыбку, она отзеркалила позу собеседницы и нейтрально проговорила:       – Во-первых, твой статус. Мне известно, что правителем станет твой супруг, а не ты, но это не избавляет тебя от обязанностей и ответственности. А я более чем уверена, что вся бумажная работа ляжет на тебя.       – Делегирование обязанностей – слышала о таком?       – И прослывёшь среди подданных ленивой и безответственной королевой.       – Скорее мудрой, – едко ответила Кочан. – Зачем лезть в дебри и ошибаться, если можно поручить дело тому, кто в нём хорош? Во благо Солярии, разумеется.       Ага, а вовсе не потому, что запарно.       – Допустим, – легко согласилась Селина. – Ты раздала все обязанности третьим лицам, и у тебя появилась прорва времени. Что дальше? Рынок сбыта будет на Земле, потому что там здешние побрякушки будут в диковинку. И ты готова целыми днями торчать на чужой планете за прилавком? Вот и доказывай потом знати, что торгуешь на Земле брелоками да бусами ради процветания Солярии. – Стелла сердито прищурилась, но Селина не дала ей вставить ни слова. – Насчёт целесообразности использования Земли как торговой площадки я разоряться не буду. И так ясно, что твои поделки достойный спрос тут не находят. Во-вторых, как ты себе представляешь поиск помещения под склад и торговый зал, а? Рекламу?       – Но я… Я найму людей.       – И они будут разбираться в тонкостях рынка Гардении?       – Гардения? Что это?       Принцесску оставалось дожать.       – Вот то-то же. Ещё вопросы?       Вопросов у Кочана не нашлось, зато ярости от слитого спора хватило бы на пятерых: у неё разве что дым из ушей не шёл.       Всего за жалкие полтора часа Селина наконец нашла спонсора для своего бизнеса и поставщика интересных безделушек, которые в родном городе у неё с руками оторвёт любой ломбард. Только Стелле об этом знать не нужно. Кочан сразу предупредила, что сообщит всё своему юристу, и тот составит договор. На это Селина только рукой махнула: обходные пути для всяких подстав она, как единственный и неповторимый архивариус эльфийской общины, найдёт всегда.       – Я, кстати, чего зашла-то, – вернулась к своему плану Селина. – Мне нужен телепорт на Землю. Координаты дам. Подсоби, а?

***

      Пока Муза билась в истерике над своим безупречным эльфийским костюмом, нарушающим все каноны, Текна залипала в экран телевизора на треноге и досматривала третий сезон «Девочек-ведьм против космических планетян». Она настолько втянулась в сюжет, что непривычная рисовка уже не удивляла, а происходящее на экране вызывало трепет и тахикардию. Текна поплыла.       На своей родине она успела прославиться ещё будучи малышкой. Магия пробудилась рано. Игрушки над колыбелькой то и дело преображались, а радио-няня превращалась то в робо-кота, то в робо-динозавра. Семейство несло убытки: радио-няню было не расколдовать, а покупка новой каждый день – это болезненный удар по кошельку.       Слово тут, немного жалоб там, и о талантливой малышке узнали, где надо.       Правитель главного технологического мира отличался нездоровой паранойей и острым нюхом на выгоду. Все плюсы для королевства от пребывания на службе юной волшебницы он просёк сразу. И едва девочка научилась ещё нетвёрдо держаться на своих двоих, её с семьёй перевели во дворец, оформили в штат со всеми положенными налогами и загрузили работой.       Наблюдатели да кураторы рвали на голове волосы: малышка ползала по лаборатории, тянула в рот всё подряд и браться за разработку коллайдера не спешила. Родители убеждали, что дочку необходимо отдать в школу, обучить премудростям ремесла и отшлифовать её дар. Криос метался и требовал результатов. В его долгосрочных планах значилось расширение системы за счёт территорий соседей, и промедление маленькой феи оттягивало сроки.       На строгие выговоры Текна не реагировала должным образом. Девочка плакала от громких криков, увлечённо жевала отвёртку и ни в какую не отлипала от учебника по электротехнике. Кураторы бесновались, но отобрать макулатуру не могли: ребёнок впадал в истерику, а высокотехнологичные доспехи взрослых так просто превращались в горки заводных утят. Учебники трёхлетняя Текна глотала вместо завтрака, обеда и ужина. Тогда же она создала свой первый агрегат: генератор силового поля, который хреначил током всё, что приближалось к спрятанной под его защитой Текне с горой книг.       Следующие десять лет прошли в бесплодных увещеваниях кураторов и воспитателей, что учёба – самостоятельная – отнимает преступно много времени, и вообще: фея не обязана понимать, что она делает, она просто делает. Упрямую девчушку это не убедило. Она уже не отвечала на бесконечные претензии и наезды. В её лаборатории прибавилось охраны – соглядатаев, – а кураторы, которым накрутил хвосты сам король, ругались особенно яро.       Изредка, когда выдавалась свободная от чтения минутка, она из хлама на полу лепила не глядя какую-нибудь очередную болванку массового поражения или генератор ржавчины, способный отправить в утиль целый флот. Криосу было мало.       К семнадцати Текна открыла для себя мир сериалов и анимации. И её сердечко загорелось любовью.       Сговорчивая, послушная фея больше не нуждалась в присмотре, и по первому же требованию Криоса штамповала очередную машину судного дня. Она могла позволить себе довольно резкие реакции на своеволие проверяющих и вторжение в её личную лабораторию, ставшую отрадой и островком безопасности в сумбурном мире. О её эксцентричности и замкнутости на Зените ходили легенды, хотя свою рабочую зону Текна старалась покидать как можно реже. И когда прознать успели? Криос обеспечивал достойную рекламу главному военному конструктору Зенита – чтоб врагов устрашить и союзничков в тонус привести.       Во всех мирах Текну знали как Звезду Зенита.       Ей для счастья надо было мало. Кружка чая, доступ к сети и чтобы не трогали. Разве это много? Просаживая часы за сериалами, гениальная фея параллельно глотала книги одну за одной. Иногда, когда Криос совсем зверел, она не глядя превращала ведро болтов в высокотехнологичное ведро болтов, несущее страх и ужас всему сущему. И до следующего припадка правителя продолжала накачивать свой мозг мудростью книг и сериалами. Ну и чай, куда ж без него.       Знаний катастрофически не хватало. Криос действовал на нервы. Новый сезон задерживался.       В свои неполные двадцать шесть Текна таки додавила несговорчивого короля и вырвалась на учёбу в Алфею – школа славилась богатой библиотекой и нестандартным подходом к обучению.       Она не прогадала. Алфея дала ей больше, чем Текна могла вообразить. Гениальный конструктор. Фея, по праву возглавляющая Топ завидных невест. Звезда Зенита. Заслуженный чаехлёб. И – совсем скоро – эльф под началом королевы Блумиэль. Рыжей королевы.       От её тихого хихиканья над кружкой исходящего ароматным паром белого чая Муза шарахнулась в сторону и навернулась с лавки. Забавная. Сказать ей, что лиственный наряд разошёлся на груди, или не стоит?       Устремив умиротворённый взгляд вдаль, где за оградой чернели верхушки вечнозелёных деревьев, Текна пригубила чаёк. (Она была почётным членом чайного клуба Флоры, поэтому проблем с недостатком заварки не испытывала). Её заданием был покой. Абсолютный. Никакой мирской суеты и спешки. Поэтому Текна литрами хлебала чай, смотрела мультики, шарилась по школе вместо уроков и наслаждалась тотальным бездельем. Криос был недоволен (мягко говоря) и напирал на необходимость немедленного пополнения вооружения родного государства. Незаменимый конструктор в ответ невинно уточнила, что у неё законный первый в жизни отпуск, а счёт в банке ожидает пополнения за все пропущенные отпуска. И вообще, она постигает дзен.       Быть эльфом ей нравилось.

***

      Вдоволь отведя душу жалобами на Текну, которая всех подставила, Селина сгребла в охапку любимую бабулю и вымелась на улицу. Эльдора же, краем уха слушая излияния, зорко следила за малявкой-пикси. Всем своим бесстыжим видом пикси буквально кричала, что глаз отводить от неё нельзя, если не хочешь, чтобы дом обеднел на пару-тройку безделушек. Свой скарб дамы ценили и любили, а потому пикси держали на прицеле двух пар глаз и двустволки.       Хвалёный и обожаемый всеми феями Энчантикс годился только для заработка скромных карманных от продажи бесценной волшебной пыльцы, так что Селине для подстраховки пришлось привлечь тяжёлую артиллерию. И нет, речь не о маме Кевина.       Вокруг лачуги было спокойно, а следы взрывов надёжно прикрывали кучи листьев и обрезанные ветки. О происходящем в её отсутствие Селина знала лишь мельком. Огрон не простил фее-крёстной вторжение в их вотчину в недрах канализации и позорный слив всей его группировки несколько месяцев назад. Периодически он наведывался к Эльдоре, пытался проломить защитный барьер и угрожал страшной расправой. Сейчас же было тихо. И хотя старушка прихватила с собой неизменное ружьё, настороженной она не выглядела и внезапного нападения явно не ждала.       Чем Эльдора расплатилась с Чёрным кругом за нарушение хрупкого мирного договора, так и осталось загадкой. Но лицо у бабушки было недовольным, как от съеденного ведра лимонов, а боевых действий в непосредственной близости от скромного лесного убежища не велось. Ну и ладно. Расколется.       Пикси летела рядом, сгребая в свой волшебный мешочек для Собирательства ягоды с кустов, грибочки и красивые камушки. И делала вид, что не замечает направленного на себя дула ружья. Её больше волновал алчный взгляд Селины, прикипевший к её чудесной котомке.       Путь до логова Огрона с прихлебателями прошёл в бесплодных попытках Селины вызнать, сколько стоила лояльность Чёрного круга. Эльдора курила, молчала и загадочно смотрела вдаль. В общем, к прибытию Селина приобрела настрой самый воинственный, и на открывшего дверь Гантлоса вытаращилась со зверским выражением, как на новую жертву: не раскололась бабуля – расколется этот.       Маг был одет в светлую футболку с беспонтовым принтом и домашние треники с отвисшими коленями. Из тапочек выглядывали разные носки, а запястья украшали шипованные браслеты и пара фенечек с утками. Шляпа с потрёпанных волос съехала набекрень.       – Чё надо? – недружелюбно осведомился он, загораживая проход. Переговоры Селина взяла на себя: пикси приравнивалась к питомцу и не имела права голоса, а Эльдора выступала в роли телохранителя. Начинающая фея знала, что опыта общения со злыднями у бабули хоть отбавляй, и раз её ружьё смотрело в пол, то можно было немножечко обнаглеть.       – Я буду говорить с вашим главным, – заявила она, натянув на хорошенькое личико гримасу брезгливости.       – Много чести, – в тон ей ответил Гантлос. Перевёл взгляд на ненавязчиво поигрывающую ружьём старушку и скукожился, как апельсиновая шкурка. – Нет его. Я за него. – И тут мага прорвало. Махнув рукой, он пропустил гостей в холостяцкое убежище, попутно решив излить душу. – На рыбалку они смотались. Нашли в соседнем городе подходящее озерцо, где рыбнадзор не сразу хватится. Глушить будут. Запасы, – с гордостью хозяина хибары кивнул на новенький морозильный короб. Тот стоял ровнёхонько между холодильником и сверкающей чистотой клеткой для фей.       – А ты проштрафился? – хмыкнула Селина.       – Его на стрёме оставили. Чтоб хату не обнесли, – со значением покивала пикси.       Ружьё в лапках Эльдоры удерживало колдуна от расправы, хотя ехидная ухмылка пикси подначивала сократить популяцию поселения волшебного народца.       Проклятые пикси устроили к ним настоящее паломничество, заваливая блёстками, угрозами и невнятными претензиями. Больше остальных доставалось Огрону – именно его голову требовали малявки на суп. Головы остальных же полагалось насадить на пики и выставить на всеобщее обозрение возле ворот в деревушке пикси. Как достопримечательность. А косточки кровожадные больные твари, пока Анаган отбивался веником от целой стаи, а Лусань с квадратными глазами хлебала сок, обещали пустить на забор. То-то бешеный Гантлос тогда на эмоциях превратил мерзавок в горку овощей и пополнил новую морозилку запасом пюре. В общем, пикси он не переваривал в их первозданном виде и на малышку Чатту поглядывал волком.       – Благоверную Ана посетило неясное видение, что сегодня здесь случится что-то ва-ажное, – покрутил пальцем у виска маг. – Поэтому я тут. Жду чуда.       – И-и… Пророчество – недостаточный повод для переноса рыбалки, видимо…       – Так рыбалка же, – пожал плечами Гантлос, усаживаясь рядом с Эльдорой. – Вам не понять.       – Да походу, – скривилась фея. – Короче. У нашего эльфийского сообщества прямо сейчас проводится важный ритуал. И чтобы выполнить свою часть условий завершения, я вынуждена обратиться к тебе.       – Ну?       Нахал не проникся сакральностью момента и прикосновением к тайному знанию. Селина от него другого и не ожидала. Лишь избранным дано понять глубину священного учения. И не всяким невеждам нос воротить.       Проследив как пикси спрятала в свою авоську пакет чипсов и пристроилась к микроволновке, Селина хмыкнула и загородила собой телевизор с кулинарным шоу.       – Ну и то. Я должна проявить эльфийское благородство и жертвенность. Поэтому мне придётся одарить тебя, раз ты один тут остался вместо рыбалки, как шестёрка, – прежде чем колдун начал оправдываться, Селина воздела руки к небу и торжественно произнесла. – Я дарю тебе Фарагонду! Погнали. Сейчас.       – Да ладно? – Гантлос и не пытался скрыть удивление. – Серьёзно? Даришь? А ничего, что вы и так по договору должны были нам её отдать? И что, по-твоему, я буду делать с ней в одиночку? Не-е, мелочь, так не пойдёт, – противно ухмыльнулся Гантлос. – Ты свой ритуал за мой счёт не закончишь. Ищи другого дурака.       Всё пошло совсем не так, как планировала Селина.

***

      Пылая настоящим бешенством, Муза перекусила скотч и заклеила сосок. Ей уже было всё равно, как она выглядит и какое впечатление производит. Всё, чего ей хотелось, это размазать Кевина по полу. И на красоту костюма стало уже наплевать. Поэтому она смастерила по всем правилам панталончики, бусы и заклеила двумя листками грудь.       – О, Селина закончила своё задание, – известила Текна, попивая чай с печенькой. – Она и Чатта подарили её бабушке микроволновку.       – Хм-м… Забота о родных – это хорошее дело, – покивала Муза. – Всё, сними меня, и я пойду к Палладиуму, попрошу его настроить для меня Симулятор на расправу над Кевином.       Передав телефон, она закинула ножку на лавочку, прикусила кончики ногтей и бросила взгляд из-под ресниц. Провокационная поза должна была пробудить низменные желания и таки воздействовать на совесть Кевина, чтобы он засчитал ей задание.       – Юная леди!!! – громыхнул на весь двор Алфеи старческий голос, и феи дружно содрогнулись. К ним на всех парах неслась Гризельда, пыша негодованием пополам со смущением. – Какой непристойный вид! В стенах лучшей школы для фей! Неслыханно! Я разочарована в вас, юная мисс. Месяц отработок на кухне!       Дрожащий лист затрепетал на ветру и печально спланировал на траву. Муза, сражённая наповал внезапным наказанием от самой заместительницы директрисы, молча смотрела ей вслед, раскрыв рот.       Именно такое фото и оценил по достоинству Кевин, прислав довольный смайлик и поднятый вверх палец.       – О, он ещё что-то написал, – заметила Техножрица и повернула к соратнице экран её телефона.       Говнюк: «Тема, конечно, раскрыта, но ты б оделась что ли»       Плечи Музы мелко затряслись, а в глазах зажглась жажда крови.       – Я! Его! Урою!!!

***

      Кевин, в этот самый миг развлекающий себя обществом Амарил, вздрогнул. Его одолело дурное предчувствие.