Время тишины

***

      Звуки и ритм движущегося автомобиля действовали на Уэнсдей успокаивающе. Каждый ее вздох, каждая прошедшая секунда были еще одним дополнительным мгновением ее жизни.       Уэнсдей поняла, что водитель узнал ее по похищению Энид. Она также подозревала, что именно по этой причине она еще не умерла. Мужчина явно хотел выяснить, почему Аддамс дважды появилась на месте похищения.       — Он, вероятно, попытается получить эту информацию через насилие, — подумала Уэнсдей. — Хотя не стану думать об этом сейчас. Буду справляться со всем, что происходит, по мере того, как это случается.       Двигатель сбавил обороты. Уэнсдей почувствовала как включились тормоза. Машина свернула на гравийную дорогу, и от тряски мочевой пузырь девушки чуть не лопнул. Камни посыпались из-под колес рядом с ее головой. Автомобиль снова повернул и остановился. Затем наступила тишина.       Уэнсдей понятия не имела, где находится. Похититель вполне мог открыть багажник, вытащить ее, выстрелить в лицо и спрятать тело за деревом. Она крепко зажмурилась.       — Нельзя так думать, — упрекнула она себя.       Крышка багажника откинулась. Уэнсдей осторожно открыла глаза. На улице было темно. Она увидела одинокий фонарь, такой же высокий, как на любой городской улице.       Грубые руки схватили ее за плечи. Ее вытащили из багажника и бросили на гравий. Боль от падения на камни была сильной. Ее руки и ноги от долгого лежания в неудобной позе стали ватными. Ей хотелось просто лежать и отдыхать, с подключенной капельницей морфия.       Уэнсдей увидела блеск лезвия. Прежде чем она поняла, что в руке у парня оказался нож, лезвие описало стремительную дугу.       Ее лодыжки расслабились. Она отвернула голову, когда парень приблизился к ее лицу. Она почувствовала легкий рывок, а затем ее руки разошлись в стороны.       Водитель ушел.       Уэнсдей взглядом проследила за его шагами. Парень подошел к передней части хижины, повозился с дверью и открыл ее. Включил свет внутри и повернулся к девушке с крыльца.       — Если ты думаешь о том, чтобы сбежать, то тебе некуда идти. Кричи, если хочешь, никто тебя не услышит. Хотя… я бы не стал орать, потому что это противоречит правилу номер один. Мы за много миль от цивилизации.       У Уэнсдей возникло ощущение, что похититель наслаждается происходящим. Что-то изменилось. Он ухмылялся.       — Устраивайся поудобнее, пока еще можешь. У тебя осталось не так много времени.       Если бы он хотел убить ее, он бы сделал это сразу. Он бы выбросил тело и покончил с этим. Удержание заложника требовало гораздо больше усилий.       — Я дам тебе одну минуту, чтобы войти сюда, — сказал он и затем исчез в хижине.       Уэнсдей огляделась и увидела деревья, окружающие местность. Она посмотрела на дорогу, поворачивающую в сторону от нее и теряющуюся в темноте. Где-то вдалеке Аддамс услышала звук, похожий на шум грузовиков на шоссе.       Она оглянулась на хижину. Парень наблюдал за ней из окна справа от двери.       Уэнсдей попыталась подняться на ноги. У нее получилось не сразу, затекшие мышцы протестовали. Она встала, опираясь на машину. От этого усилия на ее лице, в том месте, куда он ее ударил, вспыхнула боль.       Она знала, что не сможет убежать от него. Он наблюдал за ней, и она была уверена, что ее дедлайн близко. Не было смысла ускорять его.       Уэнсдей направилась к двери хижины. Как она могла так ошибиться в своих видениях? Почему она оказалась здесь? Она знала, что ей восемнадцать, но чувствовала себя маленькой и беззащитной.       После всех тех людей, которых она спасла, кто придет ей на помощь?

***

      — Не отвечают. Никто не берет трубку, — покачала головой Мортиша, кладя телефон. — Прошел уже час с тех пор, как мы получили сообщение.       Гомес встал и схватил свой телефон. Открыл крышку и начал нажимать кнопки.       — Что ты делаешь?       — Почему я не подумал об этом раньше? Не знаю, как я это пропустил. Когда мы отправили ответ на телефон, с которого пришло сообщение, с просьбой перезвонить, я забыл, что это мобильный. Тот, кто отправил нам сообщение, использовал номер, на который я могу позвонить.       Большим пальцем Гомеса нажимал на маленькие клавиши.       — Вот, дозваниваюсь.       Мужчина чувствовал, как его жена наблюдает за ним, когда он поднес телефон к уху. Они оба ждали. Он устало посмотрел на Мортишу и покачал головой.       — Автоответчик. — Гомес опустил трубку от уха. — Тупик.       — Ну, что нам теперь делать? — спросила Мортиша. Она потерла руки, словно нанося на них лосьон. — Я не могу сидеть без дела. Уэнсдей все еще нет дома, а уже давно за полночь. — женщина встала и снова схватила телефон.       — Я звоню в полицию. Мне все равно, что они скажут.       Гомес не пытался ее остановить.       Телефон в руке его жены неожиданно зазвонил.       Мортиша подпрыгнула и повернула голову, чтобы посмотреть на Гомеса. Он жестом попросил ее ответить. Но она покачала головой и передала ему телефон.       — Хеллоу?       — Меня зовут Мюррей Синклер. Извините, если я побеспокоил Вас в такой поздний час. Я звоню по всем номерам телефона моей дочери, чтобы узнать, где она может быть.       — Вы имеете в виду, что Ваша дочь пропала? — спросил Гомес.       — Она вышла из дома после одиннадцати. На самом деле мы все были дома, но дочь выскользнула из окна спальни. Я звоню, чтобы узнать, может кто-нибудь из ее знакомых сказать мне, где она может быть.       — Как зовут Вашу дочь?       — Энид, Энид Синклер. Вы говорили с ней? Ваша дочь, возможно могла бы знать, где сейчас моя девочка?       Гомес разговаривал с Мюрреем несколько минут.       Предполагалось, что обе девушки, вероятно, были вместе.       Это то, что обычно делают все молодые люди, и поскольку полиция сообщила мистеру Синклер, что он пока не может подать заявление о пропаже человека, оба отца договорились подождать до утра. Было решено, что если одна из дочерей свяжется с кем-то из них, они позвонят друг другу.       Гомес попрощался и повесил трубку.       Он забыл спросить, почему Мюррей не ответил, когда они звонили ему в течение последнего часа.       Гомес безуспешно попытался уговорить Мортишу отдохнуть. Но она отказалась идти спать, пока дочь не вернется домой.       Вместо этого она включила телевизор и села в гостиной, уставившись в экран. Гомес понял, что жена на самом деле не видит происходящее в передаче, ведущие которой ревели как дикие слоны, поясняя как можно выиграть приз в десять тысяч долларов.       Через полчаса Гомес вошел в гостиную и увидел, что Мортиша спит сидя, склонив голову набок.       Он некоторое время ждал, чтобы жена уснула покрепче.       Ему жизненно важно было сделать всего один телефонный звонок, и Гомес должен был поговорить с адресатом наедине. С определенным человеком, который точно знал, где находилась в этот момент Уэнсдей.       Гомес спустился в подвал и набрал номер, который нашел в памяти своего мобильного телефона.

***

      Габриэль скатилась с простыней, опустившись на колени возле кровати. Обвела взглядом узкий коридор своего трейлера. Она была уверена, что что-то услышала: какой-то тихий стук.       Потом звук повторился.       Слабый стук в дверь ее трейлера. Знакомый мужской голос прошептал ее имя.       Габриэль посмотрела на цифровой будильник. На дисплее высветилось 3:14 ночи.       Кто мог оказаться у ее двери в такой поздний час?       Миссис Барклай прошла по коридору, пока не достигла окна, раздвинула шторы и выглянула наружу. Габриэль была уверена, что тот, кто стоит снаружи, не увидит ее, потому что она не включила свет в комнате.       У двери ее трейлера стоял охранник. Рядом с ним переступала с ноги на ногу симпатичная юная блондинка.       Парень постучал снова.       Габриэль подошла к двери и распахнула ее: — Вы знаете, который сейчас час?       — Знаю, и мне жаль беспокоить Вас. Просто эта девушка… — охранник повернулся, и Габриэль услышала, как он спросил блондинку, как ее зовут. — Энид говорит, что у нее есть информация о Вашей дочери. Она настаивает, что это срочно.       Габриэль посмотрела мимо охранника прямо в ярко синие глаза Энид. — Откуда Вы знаете мою дочь?       — Я ее не знаю. Я просто хочу Вам кое-что о ней рассказать.       — Ладно, что например?       — Может, нам поговорить в Вашем трейлере?       Габриэль покачала головой: — Вы пришли сюда в такой час, чтобы заставить меня пустить Вас в мой трейлер, просто чтобы сказать, где находится моя дочь или какую-то другую известную любому информацию. Что бы Вы ни хотели сказать, Вы можете сделать это здесь.       — Меня послала сюда Уэнсдей. Это она сказала мне прийти к вам по поводу Бьянки Барклай, Вашей дочери.       Габриэль отступила назад. Ее пальцы судорожно ухватились за дверной косяк. Никто не знал даже имени ее дочери. После их ссоры из-за смерти мужа и отца, Габриэль ни с кем не говорила о Бьянке. Было слишком больно обсуждать любовь всей ее жизни и то, как она была уничтожена. Большинство ее нынешних друзей даже не знали, что у нее есть дочь.       Охранник повернулся к Энид. — Подождите секунду. Вы ведь имеете в виду ту же Уэнсдей, которая вломилась сюда сегодня днем, не так ли?       — Я ничего об этом не знаю, — покачала головой Энид.       Габриэль вмешалась: — Все в порядке.       Она протиснулась мимо охранника и схватила Энид за руку: — Зайдите внутрь, мы сможем поговорить.       Прежде чем закрыть дверь трейлера, женщина поблагодарила охранника и пожелала ему спокойной ночи.       Габриэль жестом пригласила Энид сесть. Включила настольную лампу возле дивана и оглянулась на свою гостью. — Принести Вам что-нибудь выпить?       — Нет, спасибо.       Габриэль обошла стол и села в кресло напротив Энид. — С чего Вы хотите начать?       — Я думаю, у Уэнсдей проблемы.       Габриэль потерла глаза, словно прогоняя остатки сна: — Я знаю это. Я пыталась предупредить ее, когда она пришла ко мне.       — Но дело не только в ней. Она сказала, что Ваша Бьянка тоже может пострадать.       Габриэль откинулась назад, поднесла руку к губам и рассеянно начала грызть ноготь большого пальца. — Откуда она могла знать о Бьянке? Как моя дочь может быть связана с Уэнсдей?       — Я не совсем уверена, как это работает. Все, что я знаю, это то, что Уэнсдей предсказывают о людях разные вещи. Обычно это очень плохие вещи. События, которые она может предотвратить. Например, когда я встретила ее, она спасла меня от похищения.       Габриэль рванулась вперед. — Она спасла тебя? Ты хочешь сказать, что она получает эти сообщения и меняет будущее? Она действительно так делает? Это может быть рискованно, даже опасно.       Энид быстро рассказала о том, как Уэнсдей вмешалась шесть месяцев назад и спасла ее от похищения. Как она после дала Уэнсдей свой номер телефона, пообещав отплатить за спасение любым способом. Но Уэнсдей не пользовалась этим номером до вчерашнего дня, когда обратилась за помощью.       — Уэнсдей поехала сегодня вечером, чтобы остановить еще одно похищение. Она знала, что вернется домой поздно, и попросила меня отправить сообщение ее родителям о том, что она ночует у нас. Таким образом, она могла бы вернуться домой после полуночи и сказать маме, что мы поссорились, поэтому она решила не оставаться у меня дома.       — Ты отправила им это сообщение?       Энид кивнула.       Габриэль встала и схватила телефон с функцией hands-free: — Нам нужно позвонить в полицию. Нужно рассказать им то, что мы знаем.       — Подождите, нет. Уэнсдей прямо просила не привлекать полицию.       Большой палец Габриэль завис. — Почему? Они уже расследуют наезд на Бирк-стрит. Свидетель там сказал, что за рулем автомобиля была Уэнсдей Аддамс.       — Откуда Вы это знаете?       — Это было в новостях несколько часов назад.       — Уэнсдей сказала, что она не была бы столь эффективной, если бы все знали, кто она. Она сказала, что помощь людям дала ей цель после нескольких лет депрессии. Она не хочет останавливаться.       — Ого, она много тебе рассказала.       — Она призналась в этом. Сказала, что никогда никому не доверяла, но недавно начала беспокоиться о своей безопасности. Она сказала, что Вы могли бы помочь. Она также просила меня передать вам, что Бьянка — Ваша дочь, и если не сегодня, то завтра ее застрелят.       — Все. — не выдержала Габриэль и решительно схватила телефон, — Я вызываю полицию!

***