Реквием Мёртвого Мира

Убив и начав поедать Кархи, я ощутил укол чего-то похожего на сожаление. Вкуса, как ранее уже упоминал, от поглощения пустых я не ощущал. Рыцарь не стал исключением. Грызя и жуя безвкусную маску, проглотил душу, но до окончания трапезы было далеко. Рот маленький, туша большая — жевать не переживать ещё часа два. Вообще, со вкусами всё было очень странно. Пустые до обработки ментализмом их чувствовали, но как только моя энергия ласково проникала им в головушку, меняя думалку или просто оставляя закладки, любых вкусовых чувств они лишались навсегда. С чем это было связано, было непонятно, но факт оставался фактом. Ни я, ни Вика, ни Харлеп, ни все остальные болванчики вкуса не ощущали. При этом все во фракции слуги, которых я не лапал от слова совсем, достаточно хорошо описывали, что они чувствуют при пожирании. Так что кое-что мы об вкусах знали. Впрочем, там знать было нечего. Ощущение по факту было два: при поедании пустого и при поедании всех остальных. От пустого во рту ощущался вкус подсоленного сырого мяса не то птицы, не то курицы. Чем сильнее оказывался съедаемый, тем чётче и громче он слышался. Один из друзяшек слуги, ещё до присоединения к нам, бывал в мире людей и парочку слабых шинигами с сотней другой душ успел употребить. На вкус они все были как нечто сладкое и вкусное, но бесполезное с точки зрения роста сил. Змий, увы, не помнил свою жизнь, оттого сравнить с чем-то из продуктов он не смог. Именно поэтому многие низшие и особенно сильные адьюкасы выбирались в мир людей, чтобы полакомиться деликатесными душами людей. Именно поэтому же все те же лица открывали проходы или пробирались ещё как-то в сообщество душ. Чтобы ощутить сладость во рту, понять что ещё жив и торкнутся. Когда из развлечений и чувств у тебя только выживание, боль и голод, пойти за вкусной конфеткой даже в другой мир не выглядит чем-то абсурдным. Опасность быть убитым? А в мире пустых её нет, что ли? Её даже больше! Там в других мирах какие-то странные шинигами, чей уровень сил непонятен, а тут всякие адьюкасы и вастерлорды, которые всегда не против набить тобой свой живот. Вот и думайте, где безопаснее для бедных пустых. Однако сейчас, кушая Кархи, я, пожалуй, впервые ощутил, что стал тем самым каннибалом-людоедом. Всех остальных пустых, коих за время жизни пришлось мне съесть тысячи и тысячи, я воспринимал только как животных. Умных, сообразительных, но кровожадных и абсолютно человечных, а значит, ни капли не колыхающих труп морали. И нет, то, что пустые — это извращенные души людей, не заставляло меня считать их равными себе. Как и наличие какого-никакого интеллекта. Душа слишком аморфное понятие, чтобы сокрушаться из-за моей моральной деградации, а интеллект — далеко не тот показатель, на который надо смотреть при употреблении кого-то в пищу. Интеллект вообще не связан с разумностью и нежеланием человека схарчить животинку. Вон дельфинов и слонов некоторые людишки за обе щеки употребляют, а они иной раз поумнее адьюкасов будут. Ладно дельфины, их не жалко, но слоников-то «за шо»?! Они же самые человечные и понятливые из всех остальных видов на земле! Даже такой ерундой, как похороны, прямо как мы страдают! И никакие угрызения совести людишек не мучают Так почему меня должна мучить совесть, если моя добыча — это не намного более «разумный и человечный» адьюкас? Вот именно, что она ни меня, ни остальных не мучает. У нас тут не до сантиментов, а потому мы бессовестные! Либо ты, либо тебя! Правда, стоит заметить, что всё что ни попадя в рот тащат далеко не все жители зелёной планеты, а малая часть, но всё же…! Хм… Что-то я перегнул с малой частью. Это там, в мире, где пластмассовый мир победил, дельфинами с воронами японцы балуются, собачками корейцы, а слонами — часть индийцев и африканцев. Сейчас за окном может быть глубокая древность, а значит, и жрут всё что ни попадя гораздо больший процент людей. Голод не тётка, иногда и кора в пищу сгодится. Да и вообще, современные даже бедных ворон и тех жрут иногда. Тьфу, ироды! Не с теми веганы борются, ой не с теми! Какие коровы и свиньи с козами? Надо слонов спасать! Такими темпами экстра-гурманы и веганов на вкус попробовать захотят! Может только тогда до них дойдет! Кхм, ладно, неважно! Так вот, ранее все пустые, которых я схарчил, были для меня не более чем собаками. Интеллект схожий, но вкуса, в отличие от них, не имеют (жалко чуть-чуть, зато псиной не воняет, и то радует). И да, не спрашивайте, откуда мне известен вкус собачатины. Времена застал тяжелые и не слишком добрые. Вон корейцам тоже нравится бобиков кушать, а голодающие студенты чем хуже? Особенно когда не ел неделю. Правда... Имел я уже гораздо позже пару знакомых, что были не прочь перекусить в привокзальных шаурмичных, рядом с которыми по случайному стечению обстоятельств не наблюдалось ни одного четвероногого создания, кроме алконавтов. То, что у любого разумного человека такая шаурма должна вызывать настороженность, а то и опасение, у них вызывало только азарт. Барнаульское казино, так сказать-с. Победил — вкусно, проиграл — до следующего остановки оккупируешь туалет. А то, что в той шавухе всякие кошечки-собачки могут проживать, — да какая разница? Нет, грустно, конечно, но важнее — вкусно или невкусно. Так вот, убив и съев Кархи, я впервые понял, что пожираю душу именно Человека, причем с большой буквы. Ведь только такой индивидуум может жить дохрена лет и не сойти с ума от скудности пустыни и неприветливости местных жителей. Не сказать, что осознавание себя каннибалом как-то повлияло на мое ментальное состояние, но чуть-чуть грустно стало. Я всё больше монстр и всё меньше человек. Или нет. Вот реально — «или нет». Где проходит этот самый критерий человечности? В чем он измеряется? Если судить по трем главным чертам «человеков» — миролюбию, агрессии и рациональности, то я прямо образцовый «людик». Миролюбивый? Да я само отражение этого слова! Или вы что, сомневаетесь? Посмотрите сами: я маленький фермер, что живет на своем уютном ранчо и выращивает своей семье продовольствие. Кто может быть миролюбивей? Даже мать Тереза пасует! А то, что моя ферма работает не так, как у других, так это местный колорит! Не растет кукуруза в пустынных широтах! Агрессия? Да… В этом параметре у меня есть проблема — не достаю до среднего по больнице хомо сапиенса. Но всё равно почти человечек! И вообще: как тяжело быть пацифистом! Жуть! Рационализм? С этим всё «гуд». Всё должно приносить мне пользу, иначе должно быть уничтожено. Были бы люди чуть умнее, тоже бы пришли к подобным измышлений. Но нет, всё цепляются за свои пороки. Не то что великие мы — пустые. М-да. «Мы всё дальше и дальше от бога…» — хмыкнул мыслям и, вспомнив, продолжения, тихо захихикал: — «И всё ближе к другому». Я же атеист и духовный монстр-каннибал — так-то мне наплевать. Точняк. Как там было? Припоминая, случайно пропел строчки вслух: « На вкус вроде мясо как мясо, но прет как будто бы взлетел. Прет, врубитесь, как будто бы не только тело, но и душу до косточки съел.» — Рафаил, с тобой всё нормально? — как-то подозрительно посмотрела девушка на меня, глодающего косточки с остатками мяса Кархи. — А-а-м…— доел кусок руки. — Более чем, дорогая, более чем! Я просто понял свое предназначение в этом мире! — проговорил, перед этим сделав максимально одухотворенный и возвышенный вид. — Хм? И в чём же оно заключается? — непонимающе заморгала пустая в маске кошки. — Нести смерть в массы! — радостно продекламировал с такой мимикой и выбросом эмоций в реацу, что даже Станиславский бы поверил в истинность моих слов. Подозрительность в красных глазах выросла многократно, и черноволосая, сидевшая на песке рядом, предприняла попытку отползти. — Что с тобой? — подобравшись, резко вспрыгнула на ноги девушка, попутно создав парочку копий, опасно поблескивающих на свете луны. — Отвечай!!! «Эх, во мне пропадает такой актёрский талант! Это всепустынская трагедия!» — внутри усмехнулся мыслям, смотря в испуганные девичьи глаза. — Ладно-ладно, — поняв, что ломать комедию не стоит, я перестал играться. — Даже пошутить нельзя и по юности поностальгировать! — С тобой точно всё нормально? — красноглазая пока не верила. — Вдруг Кархи специально дал себя съесть, чтобы попасть в твой организм и подчинить себе? — Никто меня не пытался захватить. А душа Кархи давно поглощена. — Хм… — подозрительно посверлила она мою красногривую персону глазами. — Да я это, я. В трезвом сознании и добром здравии. — отвернулся, продолжив кушать, а сам горестно заворчал: — Надо было тебя ещё музыки научить. Может быть, тогда подпевала хоть. А-а-м, — проглотил шматок мяса. — Каким образом проходило бы обучение, если темпа и мелодию я не слышу? Заставил бы зубрить слова? — По была очень «душевной» дева и напомнила, что мы обмениваемся не словами, а чистыми помыслами. — Злая ты! Уйду я от тебя в… — задумался, куда. — В Гиперборею! — Это где? — Не знаю! Но уйду, и всё! — наиграно нахохлился как воробей, после чего, не выдержав, заржал. Вика, поняв, что я не всерьёз и «на приколе», поддержала смех. Правда, чувствовалось, что от моего всё безумнеющегося чувства юмора она совершенно не в восторге.

*

С усилием проглотив последний кусок, я плюхнулся на песок. Увы, Кархи был слишком плотный и растворить его в концентрат не получалось даже с учетом возросшей силы. Пришлось работать по старинке — зубами с челюстью. Виктория при моей поддержке скушала свой зоопарк за несколько минут, а поэтому от нечего делать создавала орудия, пытаясь сделать их идентичными оригиналу. Получалось у неё... специфично. Как бы она ни старалась, творения сохраняли странную энергетическую структуру — нечто среднее между твёрдым серо и костью. По техническим характеристикам — вроде ничего, когда надо: и острота на уровне, и прочность, и взрываются сильно. Но до настоящих занпакто или мечей арранкар этим поделкам как до луны. Максимум пара часов — и вложенное реацу испаряется, оставляя после себя кромешную пустоту. Грустно. Способность, увы, не всесильна. Как адьюкасы мы выжали из неё максимум возможного — дальше только после эволюции. Девочка скрупулёзно прошерстила пакет данных о всяких маг-вафлях и очень хотела некоторые их свойства воплотить в реальность. В особенности у так понравившихся ей копий, от которых она стала фанатеть. В мире, где всё завязано на мечи, ей больше всего зашли копья. Вот это прикол, да? Впрочем, это было логично. Копье из-за своей формы летит быстрее и дальше обычного меча. Заплёвывать ими гораздо удобнее, чем всякими кладенцами. А длина, если использовать копье по назначению, позволяет в ближнем бою держать врага на большем расстоянии. Да и я был не против увлечения девушки как камнями на палке, так и желанием самосовершенствоваться. Нам действительно не помешает что-то вроде Гаэ Болга или чего-то убойнее. Представьте: одно желание — и противник выбывает из игры с пробитием маски, даже не успев понять, что произошло. Жаль только, что реализовать эту идею пока не получается. Думается, только после эволюции в лорда выйдет что-то годное. Специально переключив мысли с только что поглощенного пустого на что-то более приятное (ну, настолько, насколько это вообще сделать возможно в Уэко Мундо), привел разум в относительный порядок. Причувствовавшись к собственному реацу, заметил приятную разницу. Резерв прилично скакнул вверх, где-то на десятую часть. Неслабый рост, очень даже. Для моего уровня прям сказка, теперь я чуть сильнее чем Кархи. Посмотрев на душу, заметил положительные изменения. 48 с гаком процентов обновление души — уже почти половина! С такой скоростью через несколько лет, можно будет отчитываться о готовности эволюционировать! Полторы сотни лет за двадцать — прямо советские темпы. Просканировав Викторию, получил ожидаемый ответ. Она была на дюжину процентов слабее меня. Шесть слабых, в сумме приблизительно дающие одного сильного, при поглощение приносят меньше пользы. Играют два фактора: потери во время поедания полдюжины пустых больше, чем только одного, и мой личный КПД выше её. Насчет небольшой разницы в силах с подругой, париться было лишним. Не настолько критично. Мы в любом случае в такой категории сил, когда адьюкасы для нас слишком низки, а вастерлорды слишком высоки. Впрочем, попытаться рыпнуться на слабейших лордов и свести сражения к ничьей, может, и получится. Особенно когда ещё чуть подкачаемся. Хотя… кто его знает? Может, их энергия за счёт большего качества и плотности даст преимущество посерьёзней, чем я думаю. — Что будем делать дальше? — голос девушки вырвал меня из мыслей. — Здесь нам больше некого ловить, надо двигаться в другие регионы за пустыми. Заодно проверим, не наврал ли Кархи про копирку территории земли. — А с фермой что будем делать? Сейчас от неё толку — кот наплакал. Выращивать адьюкасов — слишком долгая песня. Верно подмечено. Ферма помогала во время бытия гиллианом, а также начала становления адьюкаса. Сейчас же эта мышиная возня не стоит свеч. Когда начнем охотится в далеких наполненных едой местах, мотаться за выращенным перекусом — глупость какая-то. Но и всё усилия, потраченные на её создание, обесценивать не хочется. В то же время как-либо модернизировать, чтобы повысить эффективность с полезностью, никак не выйдет. И так максимум из возможного выжали. М-да. Самому не нужно, а выбрасывать жалко. Как будто в прошлый мир вернулся. Подумав, плюнул. Пусть чья-то другая голова болит. — Бросать её, конечно, не хочется, но придется. Оставим всё Харлепу. Когда земли внизу колонизирует и поток гиллианов стабилизируется, то лет через восемьдесят такого сиденья сам сможет дотянуть до возможности эволюционировать в вастерлорда. — Хм… Я за. Пусть Харлеп по-живёт для себя, что ли? Так же говорят, да? — поразмышляв, ответила дева. — Ага. Харлеп не дурак и не лентяй. Всё делать будут правильно. Вышеназванное время спустя точно до пика дойдёт. Он помельче нас будет, почти обычный пустой, ему не так много душ надо. Ну а что долговато по времени, то не страшно. Это я по местным меркам живу как электровеник на ядерном реакторе, — что пустые, что любые иные духовные сущности гораздо медлительнее. Не так они на времени зациклены. Понимают и осознают, что смерть от старости ждет их очень не скоро, а некоторых и вовсе никогда. Только я до сих пор не отвык от того, что сто лет — это не долгая жизнь, а всего лишь чуть длиннее недели. Долгожители, мать их ети, что с нас взять. — Сразу уходим или…? — задала вопрос фройляйн. — Или. Вначале вернемся на базу. Мне надо подчистить настенные записи на всякий случай и налить яда для Харлепа на приличное время. А то плохой из меня лорд-создатель, который не подарит на прощанье чего-то полезного. — Хорошо. Хоть по-человечески попрощаемся. По-человечески... Ха-ха-ха. Звучит забавно, однако соглашусь с ней. Человек остается человеком до того момента, пока чувствует себя собой. Мы в меру ощущаем свою сопричастность к этой духовной субкультуре.

*

Дойдя до ближайшего прохода в лес меносов, спустились вниз. Колхоз моего имени пока до сюда не добрался, но было это ненадолго. В пределах пары лет доберется и принесет местным аборигенам налёт цивилизации. Проскакивая между стаек низших и гиллианов, направились в сторону бункера. Харлеп ещё до начала нашей второй большой охоты решил сконцентрироваться на расширении фермы до стен, чтобы тем самым уменьшить траты на отряд теробороны. До каких таких стен? Видите ли, какой момент: лес Меноса в Уэко Мундо далеко не один на весь мирок. Это я знал давно. Ещё за своего первого слугу-адьюкаса случайно дошёл до края нашего отстойника, где свободное пространство с местными ёлками просто упиралось в бесконечную стену из песка. Я тогда себе придумал теорию, что лес меносов образовался из небольшого пятачка земли, который расширяли своими эволюциями Меносы Гранде. Сейчас я не отвергаю эту версию, но, согласно информации от Кархи, возможно, лес просто покрывал существующие участки суши, прерываясь на морях. Хотя вполне вероятно, что обе теории как-то сочетаются между собой. Добрались до экс-дома мы быстро — сонидо невероятно удобная способность. В бункере уже привычно находился Харлеп, пока его фракция работала в поле. Что он, что его друзьяшки за прошедшее время на барском пайке неплохо выросли в силе. До топов поверхности далековато, но средними по больнице будут точно. Харлеп и на чуть выше замахнуться может. Церемониться не стали. Сначала я стер все записи на стенах, а то вдруг кто-то сможет расшифровать и чего-то не то узнает? Оно мне надо? Вот именно, что нет. После этого твердо и четко объявили всем о том, что уходим и вернемся не скоро, если вообще вернемся. Харлеп сначала впал в ступор, но, поняв, загрустил. Лишь упоминание прощального подарка немного его взбодрило. Я не стал мудрить и прямо спросил, сколько яда ему потребуется на ближайшие... лет дохрена. На запросы он не мелочился. Во первых, пришлось на пару деньков застрять, вырезая ему каменную цистерну наподобие сферического водохранилища, а после её же заполнять ядом. Закусив парочкой адьюкасов, заполнил под завязку залил без особых проблем. Во-вторых, он скорейшим образом намутил гиллианов на сорок адьюкасов, попросив меня полученных «средних меносов» подчинить и сделать личинами. Это тоже было не трудно, зато Харлеп был уже не столько печальным, сколько довольным. На сим мы, горячо попрощавшись, отправились наружу. Проход был привычным, через него мы всегда выходили ранее. Когда в небе показалась тьма и одинокая луна, решил поинтересоваться мыслями подруги: — Куда направимся? — Вика, недоумённо заморгала. — Ты у меня спрашиваешь?? — Ну да. Не всегда же мне решать. В нашей команде равноправия, а значит, и твое мнение важно. К тому же ты же должна была выучить расселение людей и возможную плотность пустых на некоторой территории. — Ха-а-а. Ладно… — Она задумалась, после чего ответила: — Я бы предложила пойти в Месопотамию, Египет и Малую Азию. Ты согласен? Я одобрительно кивнул, но ждал объяснений. — Почему не Индостан, Китай или другие более заселенные места? — Ну... В Индостане точно водятся вастерлорды. Нам только они и группы сильных адьюкасов представляют угрозу. А учитывая плотность населения, первых и вторых там будет немало. В Китае ещё хуже — народа-то больше, потому, и сильных пустых тоже. Понимающе хмыкнул. Сам я в те края вести нас бы не рискнул. Не потому что трус, а потому что не вижу смысла рисковать нашими бессмертными душами, почём зря. — В Африке местами похоже на Азию, а местами — такие же пустыни, как у нас. Европа? Зачем тащиться так далеко, когда есть варианты ближе? Америку не рассматриваю — там пустовато. — Она закончила свою речь с видом профессора, читающего лекцию. — Ты выполнила задание-проверку на пять с плюсом. Мы идем в Месопотамию! — Вика улыбнулась, я также слабо приподнял губы. Пора отправляться в далёкие края. Открыв прокол в пространстве, собирался затянуть нас в сонидо, но что-то пошло не так. — Неа. Вы никуда не пойдете. — Спокойный, холодный голос-смысл с нотками высокомерия и едва уловимого интереса раздался откуда-то сзади. «Я не чувствую ничье Реацу. Моя сенсорика и духовные чувства твердят, что мы одни. Что за хрень? Кто-то смог скрыться от МЕНЯ? Не может быть. Не верю. Такое невозможно. Мои сенсорные чувства на недосягаемом уровне для любых адьюкасов». Все эти мысли пролетают за миг, после чего мы прыгаем в черную хмарь. Аттосекунда — сонидо прерывается, а на наши плечи опускается давление реацу. Нет, не так. ДАВЛЕНИЕ РЕАЦУ! Целый океан энергии! Темная, густая сила давит с такой неизмеримой мощью, что стопы уходят в глубь песка. Я, напрягаясь, едва удерживаюсь на подкашивающихся ногах. Вика сбоку, не в силах стоять, падает на колени. — Я же сказал. — Голос звучит почти в упор. — Вы никуда не пойдете, пока я не разберусь, что с вами не так.