Реквием Мёртвого Мира

— Рафаил! Рафаил! Проснись! Тяжко вздохнув, приподнял панаму с глаз и посмотрел на причину моей побудки. Загородив полуденное солнышко, перед лежаком стояла очень красивая черноволосая девушка в светлой расстёгнутой рубашке и открытом купальнике. А ещё эта, по меньшей мере, милая дама улыбалась, чем заставляла моё чёрное сердечко биться чуть сильнее. — Раф, Койот наконец-то выбрал, по его мнению, самое лучшее из здешних вин! Правда, он жалуется, что с тем, что делали в его время, оно всё равно не сравнится. Приглашает опробовать! Пойдем, хватит лежать. Постояв немного и заметив, что моя персона стала потихоньку подавать признаки жизни, Вика бросила: «Мы тебя ждем» и, развернувшись, пошла на выход с пляжа, в сторону живой изгороди, которая отделяла берег от летней кухни. Зацепившись взглядом за качающиеся при ходьбе бёдра, я улыбнулся. Ай-яй-яй, ну чертовка. Провоцирует бедного меня на всякие непотребства. И как не стыдно только? Даже н-е-з-н-а-ю, в кого она такой уродилась или от кого понахваталась. Зевнув, потянулся. Солнышко и тёплый морской ветерок обдували тело и создавали такую приятную негу, что совершенно не хотелось вставать. Какое бы превосходное вино Старк ни нашёл, оно не принесёт мне большего удовольствия, чем это блаженное ничегонеделание. Неудивительно, что итальянцы — плохие вояки. Зачем куда-то идти, что-то делать, лезть под пули, бросаться под траки танков, если можно вот так лежать возле моря, кушать виноград и помидоры и попивать винцо? Если есть более-менее современные технологии и удобство, немудрено, что у людей начнётся африканский синдром. Сицилия в начале июня была непередаваема. Морской бриз, прекрасная не загаженная природа, голубое облачное небо и виноградники. Очень много виноградников, а значит, и вина. По большей части импонирующего мне белого. Красное, впрочем, также присутствовало, и тоже не сказать, что в малом количестве. — Рафаил! Ну ты там скоро? — со стороны кустарников послышался недовольный голос Вики. Поправив панаму и накинув на себя рубашку, всё-таки пошёл к товарищам. Летняя кухня находилась всего в десятке метров от пляжа, потому уже через несколько шагов я оказался возле своих архаровцев. По центру деревянной беседки стоял большой стол, за которым и расположились все приближённые ко мне арранкары. Вообще, арранкаров за это время я уже успел наштамповать под пару дюжин, но тащить всех их в мир живых было неразумно. — Рафаил. Я же говорил, что найду. — Салютнул мне стеклянной бутылью Старк, секундой позже подлив себе в бокал красной жидкости. — Нашёл здесь хорошее красное, говоришь? Да и такое, которое тебе нравится?! Может, ты тоже волшебник и наколдовал его себе сам? — хмыкнул я, присев за стол, и протянул бокал. — А ну, наливай! — Не волшебник, а, как говорят эти люди, сомелье. Койот не раз и не два выходил в город, чтобы поискать «нормальное вино». То, что я набрал, ему категорически не зашло, потому вот уже почти неделю он искал что-то по своему вкусу. И до сего момента эти поиски были безрезультатны. Кстати, вас не должно смущать то, что Старк общался с людьми. В отличие от остальных (пока что), ему посещать «человеков» я разрешал без каких-либо опасений. Пусть и прошла тьма лет, но Койот родился аристократом, а значит, умел и практиковал и этикет, и держание языка за зубами, когда это того требует. Тем более он не просто бродил по улицам или по гостям, а только по винодельням, где его с почтением принимали и одаривали всяким. Среди этого он выбирал, попутно не забывая в ответ щедро одаривать виноделов золотыми дукатами. По прошествии недели с нашего прибытия местные Койота чуть ли не за самого Диониса стали принимать, что шло только на укрепление нашей легенды. — Рафаил, может, ты уже попробуешь? — вывел меня из мыслей друг. — Чего-то, чем дольше я нахожусь в мире живых, тем чаще начинаю задумываться о не пойми чем. Старею, видимо. — Ха-ха-ха, стареешь? Ты? Верится с трудом. Приподняв бокал, вдохнул сладковатый запах и уже примерно осознал, что будет дальше. Как бы кто ни думал, но аромат в вине не менее, если не более важен, чем вкус. Если две эти характеристики хороши, только тогда вино можно считать качественным. Сделав глоток, поморщился и некоторое время посмаковал его. — Ну и гадость. Тебе в самом деле нравится? — Вино было по ощущениям крепленым, терпким и невероятно сладким. Да что там! Честно говоря, оно чувствовалось до одури приторным, что аж десны слипались. Вкус походил на что-то вроде знакомого мне по прошлой жизни портвейна, только к которому добавили щепотки яблочно-ликёрного послевкусия. В общем, сложный и достаточно странный букет чувств. — Почему сразу гадость? — впервые на моей памяти стал негодовать Койот. — Хорошее вино! Когда я был жив, только такое все нашего статуса люди и пили. К тому же сам посмотри, многим оно нравится. — Указал он на остальных арранкаров, часть из которых вполне себе с удовольствием уничтожали питьё. Точнее, то, что принес Старк, пили в основном сидящие небольшой кучкой дамы, щебечущие меж собой. Из мужиков цедил красное Змий, который сейчас выглядел как патлатый парень лет двадцати и аурой смахивающий на представителей богемной тусовки, и, что удивительно, Харлеп. Вот от последнего я такого не ожидал. — Ну и ладно, пейте вашу «смерть диабетика», а я предпочту что-то посуше. — Старк, слабо улыбнувшись, ловким движением достал из стоявшего рядом со столом шкафчика белую и несладкую марсалу (точнее, пока просто крепленое сицилийское. Как оказалось, местные его ещё не называли марсалой). Выпив красное и небольшим потоком реацу очистив тару, налил полбокальчика своего. — Мне больше сухие и всякие брюты нравятся. — Проговорил мнение я, покатав во рту напиток. — Сладость… Как-то не то. — Мне тоже больше нравятся Сухие. — Согласилась со мной подошедшая к нам Вика. Ранее она сидела в компании с Лили, Харлепом и парочкой Тиши/Виши в небольшом отдалении от нас, болтая о чем-то своем, но, как я подошёл, решила сменить компанию. — Кто бы сомневался, — хмыкнул Койот. — Думаю, если бы Рафаилу нравилось сладкое, то и тебе бы оно тоже понравилось, да? Присев рядом, девушка проигнорировала подколку и решила сменить тему. — Я слышала, что…

*

За разговорами время шло семимильными шагами, а когда мы выбрались на пляж и стали купаться, часы не фигурально полетели. Очнулся я только когда ослабленные чувства реацу засигналили о том, что ко второму (ближнему) КПП стали подходить люди. Как бы я ни хотел дистанцировать обычных людей от «обычных» арранкаров, сделать этого, увы, не удалось. Чтобы поддерживать мой загородный курорт в чистоте, требовались уборщики, чтобы было что покушать, нужны были и те, кто будет готовить еду. То есть нужна была прислуга. И нет, мы и без этого как-нибудь выжили. Всё-таки Я и Койот умели готовить. Но тут вмешался, так сказать, институциональный фактор. Слышали присказку о том, что возомнил себя груздем — полезай в кузовок? Эта мудрость воплотилась в жизнь. Все «низкие» дела делать самолично кому-то нашего статуса было как-то не с руки. Всё-таки позиционировали себя военными аристократы с далекой планеты Нибиру, богатые и утонченные. Как вы понимаете, если мы бы отказались от всех слуг, то нас бы просто не поняли. Не то время и место. Можно было бы всем мозги замылить и сделать вид, что мы привезли слуг с собой, но я посчитал, что это уже чересчур. Да и соблазнился я на дворянские привилегии и отсутствие работы. Мы же не толстовцы, чтобы всё сами и ближе к земле. Скорее наоборот. Так что прошлые слуги почти в полном составе остались при деле. Насчет того, что наши «великие тайны» могут подслушать и рассказать, я не переживал. Несмотря на то что в гигаи реацу было очень ограничено и, можно сказать, почти недоступно, разговаривали мы меж собой смыслами, которые не обремененные духовной силой души не могли полностью расшифровать. С виду же им казалось, что мы говорили на каком-то индоевропейском языке, однако совершенно непонятном. Единственное, я на всякий случай всё-таки немного им мозги подправил. Не сильно. Скрутил чутка критическое мышление и модифицировал память. Под последним я имею в виду, что слуги перестали запоминать всякие слишком странные слова и разговоры (которые они с фантасмагорическим шансом могли услышать), однако взамен этого я начудил им более лучшую память в остальных местах. По мне, вышел равноценный обмен (к слову, на старости лет Альцгеймер им не светил со стопроцентным шансом). Проживали слуги в домах, что располагались в нескольких километрах отсюда, ближе к границе поместья, потому нам почти не мешали. Повара готовили строго по меню, и еду приносили по часам, а уборка проходила по команде от меня. Я же на это время выгонял своих архаровцев подальше в море или лес, дабы свести любой контакт к минимуму. Прихватив с собой Харлепа, за пару минут добрались до небольшого каравана на лошадях, который тащил то, что я заказал пару дней назад. Заметив нас, люди остановились и стали благоговейно взирать. Одеты мы были слишком необычно — шорты и расстёгнутые гавайские рубашки войдут в моду лет через триста. Однако, судя по несколько завистливым взглядам от парнишек и смущённым от дам, на них больше произвели впечатления телесные кондиции и красота, а не одежда. О нашем прибытии сообщили мгновенно. Ругаясь и расталкивая людей, вперед выбежал главный управляющий. — Сеньор Рафаэло! — радостно кинулся в ноги тучного телосложения мужчина с проплешинами на голове. — Нам удалось купить и сделать всё, что вы просили! Вот, смотрите! — сказал он и окрикнул на итальянском своих помощников. Вскоре несколько мужичков бодро вытащили вперед крытую телегу и, открыв внутреннее пространство, показали его нам. — Ай, молодца! Обрадовал своего патрона! Достал то, что нужно! Выписываю вам всем по пол-Эссера премии. Доставляйте всё на место, а это мы забираем сейчас. Достав здоровенный котел/казан, я загрузил его посудой и столовыми принадлежностями, а в это время Харлеп взял два заполненных продуктами металлических короба. — Вот силища! — услышал удивленно-восторженные шепотки, когда мы стали уходить, нагруженные принадлежностями для готовки. Обычным людишкам, к тому же нетренированным, поднять столько всего за раз и без проблем протащить хоть метр — нереально, а нам в гигаях хоть бы хны. Большая часть наших к моменту возвращения уже не купалась, а просто загорала. Только неугомонная Лилинетт, двойка из ларца и опять-таки Змий продолжали резвиться в водичке. Всем достаточно молодым по самоощущениям арранкарам очень нравилось море и, в особенности, игра в мяч. Нет, взрослому поколению вода также пришлась по душе, но не настолько. Моря настоящего, в отличие от моря пустынного, нам не хватало сотни лет, но не вылазить из него на протяжении трех и более часов для нас было уже слишком. Разложив доставленные продукты, послал Варана за дровами. Пока тот бегал, стал разогревать казан и мариновать мясо, попутно объясняя всему заинтересованному контингенту, что я, собственно, делаю. Впрочем, по мясу, нанизанному на палки, многие и без объяснений поняли, что я хочу приготовить. Потому я больше поучал благодатный пипл, как правильно и вкуснее мариновать съестное. Теми прямоугольными коробками, кои изготовили кузнецы, были пародии на современные мне мангалы. Пусть вышло это дороговато и сами они были куда тяжелее тех, что я помнил, но не намутить их я просто не мог себе позволить. Ведь какой может быть отдых без шашлыка? Да вот именно, что никакой! Когда от плотных брусков дерева остались угли, стал раскладывать на бортики насаженные на шампуры кусочки мяса. — Так, охламоны, вам партийное задание. Харлеп, переворачиваешь мясо через небольшие промежутки времени и попутно поливаешь его вот этим, — протянул ему кувшин с минералкой из местных источников. — Варан, на тебе задание не менее ответственное. Берешь вот эту досочку и, если увидишь, что угли разгораются, машешь, но так, чтобы не потушить. Понял? — Так точно, лорд Рафаил! — Похвальное рвение, солдат шашлычных войск! — положил я ему руку на плечо, попутно улыбнувшись. Впрочем, мгновение спустя я посерьезнел. — Если сожжете моё мясо, следующий шашлык будет из вас, поняли? — Так точно! — сбледнули в лицах оба. — Ха-ха-ха! Да ладно, шучу я. Делать мне больше нечего, чем ваши кости грызть. Но если сожжете, малым не отделаетесь! Покажу вам кузькину мать! — погрозил им кулаком. Вряд ли они поняли, что за мать такая и почему её не надо показывать, но не сулящая ничего хорошего интонация своё сделала. Оставив этих, занялся настоящим блюдом вечера. В летней кухне стояла плита, которую я очень так заранее разогрел. На ней уже шкворчали куски разного мяса, почти готового. Через пару минут, доведя их до готовности, перекинул ароматно пахнущие яства в большую кастрюлю и отнес её к казану. Тот также уже был достаточно горячим, потому можно было, не боясь, начинать таинство… — Ой! А чем тут так вкусно пахнет! — в стороне мангалов раздался восторженный возглас Лилинет. — Это называется «шашлык»! Рецепт самого!!! — возвышенно произнес Варан. Впрочем, мне сейчас было не до них. Влив немного минералки, закинул обжаренное мясо барана. Дальше, достав из стоящего рядом ящика томатную пасту собственного производства (кто ж знал, что итальянцы ещё не додумались до неё! Пришлось самому выпаривать!), влил по три литра пасты и воды. Затем достал черпак и стал медленно помешивать. — Рафаил, ты готовишь какой-то суп? — из-за правого плеча показалось заинтересованное личико Виктории. Повернув голову, продолжая помешивать левой рукой, поймал её шкодливо-соучастный взгляд. Мир живых влиял не только на меня, но и на Вику, делая её более озорной, живой и боевитой. От этого она не становилась менее милой, а скорее наоборот. Такая она нравилась мне даже больше. — Нет. О великий суп наваривать мы не будем. — А что тогда? — Пока не скажу. — Девушка, уже стоявшая напротив, недовольно поджала губы и сделала вид, что обиделась. — Однако, от помощи не откажусь. Игра в обиду мгновенно закончилась, а рубиновые глаза загорелись энтузиазмом: — Что нужно делать? Направив девушку резать лук, разные сорта колбас и вяленого мяса, вернулся к печи, на которую поставил вариться вермишель. Подержав парочку минут, убрал с огня и слил воду. — Дорогая, закидывай мясо и начинай помешивать. Девушка, дорезавшая всё, стала бросать в бордовую жидкость свою часть. Отставив допотопную кастрюлю, начал помогать ей. Когда все ингредиенты кончились, мы вместе начали мешать еду до равномерности. Вскоре, когда блюдо стало однородным, положил вермишель, а ещё через несколько минут бросил лук. — Пока я мешаю, приправляй вон теми специями, — кивнул головой в сторону стоящих лодочек приправ. Так как готового хмели-сунели не было, пришлось по памяти вспоминать его ингредиенты. Не сказать, что я вообще их знал, но по аромату моя смесь на первоначальную приправу походила. — Вот так? — деревянной ложкой стала всыпать перетёртые в порошок специи девушка. Флюиды запахов от деликатеса стали ещё сильнее. — Да. Высыпав всё, она стала помогать мне мешать. — Можешь пока посидеть, спасибо за помощь, — сказал я через пару минут работы. Дева отрицательно помотала головой, продолжив работать. Десять минут спустя, подлив ещё немного воды, потушил горящий снизу костёр и закрыл казан крышкой. — Ну всё… Через полчаса можно вытаскивать. — И что это за блюдо? Вместо ответа, я только поднес палец к губам, сделав жест тишины. — Не скажу. Пока рано. Пусть это станет сюрпризом для всех. Закончив с блюдом богов, посмотрел, как идут дела у главных по части шашлыка. Время, затраченное на мою готовку, примерно соответствовало тому, сколько должен жариться шашлык. — Ага! То есть вместо того, чтобы дать первый кусок своему любимому предводителю, сами жрёте? И не стыдно? — посмотрел я на бывших пустых, занявших летнюю кухню и поближе перенесших мангалы. — Раф! Нисколько. Зато очень вкусно! Ммм-ах! — Зеленовласая, уже не девочка, откусив кусок, аж простонала. — Почему пустые не могут быть такими же вкусными! Хотя бы на чуть-чуть! — Потому что их не маринуют и не жарят. — Хмыкнул Старк, закусывающий свою сладкую бурду жареным мясом. — Хм… Думаю, в пустыне будет трудно найти маринад, — задумчиво проговорила Вика. Мои солдаты из шашлычного войска, сами, по виду, умяв по одной палке, жарили уже вторую партию. Даже второй мангал на ноги поставили и часть углей переложили, начав каждый следить за своим. Да уж, какие самостоятельные и наглые! У-у-у! Гады! — Ладно уж, бедные с голодного края, уплетайте. — Махнув рукой, присел за стол. Посмотрев на наручные часы, я пробормотал: — В семь двадцать один можно идти снимать. Как только ещё одна порция шашлыка была готова, стащил четверку шампуров. Обернув палки в два слоя лаваша, передал половину сидящей рядом Вике. Получив благодарный кивок, мы стали трапезничать, изредка пригубляя кто чего. Когда минуло нужное время, попросил находящегося поблизости Змия помочь. Быстро метнувшись за казаном, мы сняли его из-под костра и поставили на печку в летнюю кухню. — О-о-о! Какой аромат! — выдала Туфи… Раньше я её ещё индианкой кликал, а сейчас после эволюции она стала вполне симпатичной латинкой. — И вправду, столько разных оттенков запаха, но все такие аппетитные. — затянувшись воздухом, проговорила ещё дама, в бытность адьюкаса выглядевшая как лошадка. Фигуристая девушка, чуть ниже Виктории. Разложив по тарелкам густую томатную пищу, дождался, когда все рассядутся. Пройдя к своему месту, взял бокал и произнес тост: — Дорогие арранкары, желаю, чтобы у нас всё было хорошо! Приятного аппетита! — Ура! — весело ответили все, а я почувствовал, как на сердце потеплело. Хогёку услышал всеобщее желание, но сил ему хватило только немного снять терзавшие всех, а в особенности меня, сомнения по поводу будущего. Стоило только первым ложкам застучать, доставляя пищу богов во рты всех арранкаров, стол дружно погрузился в кашель. Только я с ностальгией смаковал огромный спектр бьющих по всем рецепторам вкусов и запахов. — Кха-кха! Рафаил! Что это за адская хрень?! — кашляя, проговорила раскрасневшаяся от вкуса Лилинет. В поддержку её тут же замычали все остальные слабенькие арранкары. Койота моё блюдо почти не проняло, а, скорее наоборот, зашло на ура. Он с удовольствием уплетал уже третью ложку. Вика, справившись с первичным удивлением, также начала активно поглощать яства, не испытывая отвращения. (Я же говорю, она лучшая и самая-самая!!! В той жизни ни одна из моих бывших так не могла!). — Это, мои дорогие, поистине легендарное блюдо, это… — Замолчав, я навёл таинственности. — ЧТО? — дружно спросили поалевшие арранкары. — Это — Кюш-Баран-Кюш!