Цель не обнаружена

— Ты все такой же слабак. — Я выбью из тебя эту дурь. — У тебя нет выбора, пока я жив, ясно? — Ты будешь убивать! — Плохо, слишком жалкое зрелище. — Любишь быть жертвой? — Ты позорище, запомни это...

***

Сверившись с часами, он кивнул сам себе. Место подготовлено. Пора было начинать. Нил лег на холодную землю, обхватывая руками винтовку. Бафф и кепка были на месте, надежно скрывая его лицо. Лишь глаза были открыты и имели доступ к осмотру территории. Наушник в ухе пока молчал, что не могло не радовать его. Может, хотя бы в этот раз обойдется без пустой болтовни. Оружие в руках было холодным. Нил сдул невидимые пылинки и сдвинулся немного вбок. Идеально. Погода была на его стороне — безветренной и пасмурной. Как раз для одного точного выстрела. Ведь все знают, что Нил не промахивается. Так просто: одна пуля — и ты труп. Живешь, занимаешься своим делом, а стоит не понравиться одному человеку, который имеет состояние, и на тебя заказывают киллера. Люди — те еще особи. Прошло около часа, когда он наконец дождался движения вдали. Он сжал винтовку в руках и посмотрел в прицел. Это был какой-то склад далеко от города, из которого выходила толпа людей, оживленно болтая между собой. Нил фантомно ощутил громкость этих разговоров и скривился. Он пересчитал всех по головам — ровно десять, и все в черном. Пока все так, как ему и рассказывали. Только вот не хватало еще одного парня. Он снова навёл прицел на каждого, проверяя, но среди них не было нужного человека. Но раз эти были здесь, то и цель должна быть поблизости. Придется еще подождать. У Нила были разные заказы. Один раз ему сказали убить десятерых, но он решил облегчить себе работу. Он знал, что это за люди, и просто дождался, пока все соберутся в одном месте, чтобы за минуту устранить всех. Никто даже не успел спрятаться, получая свои пули в голову. Он не промахнулся, использовав четко десять патронов. Тогда за заказ доплатили вдвое больше денег, чем изначально было в договоре. Чаще заказывают убить одного человека, но если Нилу мешали другие, то ему разрешали устранить и других. Но он этим ни разу не воспользовался, ведь если сказали одного, значит, умрет один. Принцип, да и только. Да и лишние пули тратить он не собирался. Нил уже и не помнит своих первых жертв. Помнит лишь свои эмоции: отчаянность, безысходность, вина, отвращение к себе. Тогда был тяжелый период. Именно тогда он сломался окончательно. Сегодня тоже заказали убить одного. Парень блондин, двадцать пять лет, какой-то там главарь и бла-бла-бла. Эти все подробности ему были не нужны, но заказчики любили накидать лишних деталей. Нил не знал, кому этот парень перешёл дорогу или что такого сделал, чтобы на него заказали аж киллера. Неужели пристрелить теперь так трудно? Похоже, охрана у того была на высоте, а может, и он сам внушал страх, раз все еще был цел и невредим. К слову, эта цель будет самая молодая из всех. До этого он убивал только мужчин, которые были старше сорока. Была, конечно, еще женщина, но ей тоже было уже за пятьдесят. А сегодня Нил убьет своего ровесника и ему... ни горячо, ни холодно от этого. Это его работа, какой бы она ни была. То, чем он сейчас занимается и каким стал — это все заслуга его отца. Он с самого детства его ненавидел. И что ж, это было взаимно. Но, как бы ни было банально, у него не было выбора. Он почувствовал раздражение от воспоминаний об отце и сжал винтовку сильнее. К черту этого урода. Нил снова посмотрел в прицел и сразу же нашел одиннадцатого. Это был тот самый блондин, который стоял к нему спиной. Идеально для выстрела, но Нил пока медлил, жадно рассматривая очередную жертву. Парень стоял в кругу тех людей и был ниже всех. Но даже так было видно, что это главный среди других. Одет был в классические брюки и рубашку, пиджак отсутствовал. Абсолютно все черного цвета, как и у остальных. Это было неплохо — контраст темной одежды, бледной кожи и блондинистых волос. В голове невольно всплыл образ из детства, но тут Нила отвлек голос в наушнике. — Десятый, сейчас идеальный момент, стреляй. Нил закатил глаза, но промолчал. Голос принадлежал мужчине с дурацким именем Чарли, который контролировал его работу каждый раз, докладывая в конце заказа обо всем отцу Нила. Как в детском саду, ей богу. Чарли и сейчас следил вместе с ним, но был в абсолютно другой точке, о которой Нилу не было известно. Тот боялся за свою задницу, ведь прекрасно понимал, с кем имеет дело, и что Нил, несмотря на своего отца, мог его убить. Просто потому, что Нил так захотел. Поэтому Чарли не раскрывал своего места назначения, но всегда был где-то рядом, надоедая ему. Насчет этого заказа ему не сказали, стрелять в грудь или в голову, поэтому выбор был сейчас за ним. Цель была хорошо видна, поэтому он сдвинул винтовку и нацелился прямо на затылок. Палец привычно лежал на курке, готовясь быстро нажать. Парень все еще стоял спиной, и это был отличный момент для выстрела. Нил глубоко вдохнул и выдохнул, приготовившись. Все замирало в этот момент. Или он просто абстрагировался настолько, что не слышал ничего вокруг. Раз, два, три... Блондин всё же сдвинулся с места, а Нил убрал палец, внимательно следя. Парень махнул рукой тем людям и отошёл в сторону. Те лишь кивнули и продолжили переговариваться между собой. Парень похлопал по карманам и достал пачку сигарет. На его лице были темные очки, хотя на улице было пасмурно. Попытка маскировки? — Не медли, стреляй же, — снова прозвучал этот надоедливый голос в ухе. Господи. — Эй, не будь таким бездушным, пусть он спокойно покурит перед смертью, — ответил хрипло Нил, наблюдая за курящим парнем. Он выглядел расслабленным, даже не подозревая, что находится под прицелом. — Ты, блять, серьёзно сейчас? — Абсолютно. — Стреляй, пока он стоит. Он почувствовал подступающее раздражение. Нил ненавидит, когда ему указывают или торопят, вставляют свои ненужные слова и отвлекают его. Он работает в своем темпе, и только он сам решает, когда ему выпустить пулю. Нил согласился на этот наушник только из-за непредвиденных моментов от заказчиков, а по итогу уже не первый раз слушает эти глупые наставления от Чарли. И Нил прекрасно знал, что он делает это специально. Чарли всегда насмехался над ним, но при этом избегал, когда они оставались один на один. Типичный трус. — Замолчи, окей? Ты сбиваешь мне настрой, — сквозь зубы прошипел Нил, его тон голоса был прямым намеком. Чарли наконец заткнулся, а Нил выдохнул и вернулся к наблюдению. Блондин стоял там же, в одиночестве. Сигареты осталось еще на две затяжки, но ее отправили в полет прямо в мусорку. Парень поправил прическу и облокотился об стену, поворачивая голову в сторону тех ребят. Его банда или же просто знакомые? Нилу было все равно на них, цель была сегодня лишь одна. И он продолжал наблюдать только за ней, зачем-то подмечая детали: пирсинг в ушах, острая линия челюсти, кадык, широкие плечи, расстегнутые верхние пуговицы рубашки, которые открывали вид на часть татуировки... Нил в ужасе замер, невольно отклоняясь от прицела. Да нет. Не может быть. Это ведь та самая... Нет, нет, нет... Этого просто не может быть. Ему показалось, и все. Ведь так? Черт, а если нет.... Он с трудом сглотнул и снова прильнул к прицелу. Блондин был на месте, как и его татуировка. Нил снова посмотрел на нее и... Да, ошибки быть не может. Это был он... Сердце ускорило свой ритм, выходя за пределы нормы. Может, стоило все-таки смотреть на фотографии своих целей перед выполнением заказа, чтобы не попасть, например, в такую ситуацию, как сейчас? Обычно Нил слушал описание человека от самого заказчика — так было проще. Каждый описывал ненавистного ему человека по-своему, но именно по такому сумбурному описанию Нил сразу понимал, на кого нужно обратить внимание. Но сегодня он определенно задумается о том, чтобы сменить этот метод. Нил снова переключился на лицо, но эти глупые очки скрывали глаза и мешали полноценному узнаванию. Он взглядом просканировал фигуру с ног до головы. Непонятно. В его голове сохранился совсем другой образ, поэтому он все еще сомневался. Но прошло уже более девяти лет. Он неверяще смотрел и смотрел. И да, чутье теперь тоже твердило, что это он, он, он... А потом блондин вдруг развернул корпус, поднял голову выше, и посмотрел прямо в прицел Нила, будто чувствуя слежку. Хоть это и было просто совпадением, Нил все равно замер. — Он все еще дышит, почему? — раздраженно пробубнил Чарли. Внутри зарождался истерический смех. — Стреляй! Нил не мог оторвать взгляд от чужой татуировки. — Эй, ты слышишь?! Отвечай, Десятый! Руки похолодели, но совсем не от холода, а тело пробрала нервная дрожь. Собственная татуировка фантомно запульсировала, а Нилу хотелось кричать от ситуации, в которую он попал. — Ало, ты слышишь? Ответь же, твою мать... Нил не мог выстрелить в этого человека. Просто не мог. Ни сейчас, ни когда-либо. — Не сегодня, — всё же хрипло ответил Нил, вскакивая на ноги. Тело заныло от долгого лежания, но ему было не до этого. Нужно было убираться отсюда, иначе он плюнет на всё и сорвётся прямо туда, куда только что целился. Нельзя, нельзя, нельзя... — Что? Повтори, Десятый! — Не сегодня, — громче ответил Нил, подбирая все свои вещи. Руки слушались через раз. — Передай заказчику, что сегодня не вышло. Убью позже. Нила затошнило от собственных слов. — Какого хрена? Ты в своём уме? Ты хоть представляешь, что... — Мне плевать, — перебил Нил, оглядываясь по сторонам. — У меня ещё есть время на этот заказ, так что проблем не вижу. — Ты издеваешься... Достал. — Да иди ты на хуй, — прошипел Нил, вырывая наушник из уха. Он бросил его себе под ноги и затоптал. Поблизости никого не было, да и быть не могло, поэтому он быстро собрал все свои вещи и пошел прочь. Бафф стал горячим от частого дыхания, и он сдвинул его на шею, сразу вдыхая воздух через рот. В голове не укладывалось, как все так сложилось... А потом вдруг замер на месте. Если бы не эта расстёгнутая рубашка, татуировка... Он бы просто убил и даже не узнал бы кого именно... Как? Как это вообще могло произойти? Жизнь — та ещё сука. Он чуть не совершил ошибку. Ему стало тошно от самого себя. Ведь сегодня он почти убил... своего друга детства. И целился ведь прямо в голову. Пиздец. Истерический смех всё же вырвался наружу. Но Нилу стало ещё хуже, ведь до него дошло, что от этого заказа невозможно отказаться. Ему придётся его выполнить. У него просто нет выбора. Снова нет этого, блядского, выбора.