Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 5. Новая способность — драгоценный клинок выходит из ножен — Тьфу ты… Чёрт, штаны прокусил! Ты точно пёс. Человек и зверь провозились на земле бог знает сколько времени. Когда Юнь Чэ уже запыхался и пообещал, что впредь будет кормить Хэй Юя энергетическими батончиками досыта, тот наконец милостиво разжал зубы. Юнь Чэ снял штаны и увидел на них несколько дырок размером с большой палец. — А ты зачем меня обижал? Капризно отвернувшись, Хэй Юй мрачно добавил: — Иное измерение даётся не каждому. Лишь тот, кому выпала великая удача пройти через законы жизни и смерти, может его пробудить. С тобой, наверное, случались вещи, каких не случалось с другими? «М-м? Неужели из-за перерождения?» Услышав это, Юнь Чэ повернулся к нему. «Если так, то объяснимо, почему я оказался здесь и стал хозяином этого места» , — подумал он. — Как я буду входить и выходить? «Наверное, как с пространственной способностью — силой мысли» , — предположил он. — Захочешь выйти — выйдешь, захочешь войти — войдёшь. Но прежде чем уйти, хозяин, сходи в Нефритовый пруд, смой с себя всю грязь. Слишком ты слабый сейчас. Болтая, Хэй Юй привёл его к тому самому пруду, что образовался из родниковой воды. Юнь Чэ не стал задавать лишних вопросов. Он разделся догола, вошёл в воду и медленно опустился на дно. Зачерпнув пригоршню холодной ключевой воды, он сделал большой глоток. — М-м-м… Как только вода попала в живот, его пронзила невыразимая боль. Казалось, все кости переломаны, кожа трескается, кровь льётся ручьём. Сквозь пелену в глазах он увидел, как Хэй Юй удобно улёгся на краю пруда. Юнь Чэ что-то заподозрил, стиснул зубы и изо всех сил терпел боль, разъедающую плоть. — Невероятная сила воли. Не зря ты мой хозяин. Хэй Юй, лежавший на краю пруда и наблюдавший за всем происходящим, одобрительно кивнул. «Позже он поймёт: чем больнее сейчас, тем сильнее он станет в будущем» , — подумал зверь. Несколько часов спустя вода в пруду, окрашенная кровью, постепенно снова стала прозрачной. Боль потихоньку утихала. Юнь Чэ, находившийся на грани потери сознания, ясно чувствовал, как перестраиваются его кости, мышцы и кожа, как примеси выходят из тела вместе с кровью. Прошло ещё около получаса. Обновлённый Юнь Чэ открыл глаза. Он и раньше был очень красив — высокий, стройный, почти худой, с кожей здорового пшеничного оттенка. Но после омовения в роднике его черты стали ещё более чёткими. Мышцы больше не были вялыми, они наполнились силой, но при этом оставались эластичными и не выглядели устрашающе. Больше всего изменилась кожа. Пшеничный оттенок исчез, уступив место нежной, гладкой, белой коже, похожей на очищенное варёное яйцо. — Это… способность ветра? Почувствовав, что внутри что-то прибавилось, Юнь Чэ щёлкнул пальцами, и невидимая струя воздуха обвилась вокруг них. — Нет, не ветра. Скорее, способность управлять воздухом. Внимательно проверив себя, Юнь Чэ подтвердил свою догадку. У него действительно появилась способность управлять воздухом. — Лучше, чем ничего. По крайней мере, в толпе зомби она может спасти жизнь. Юнь Чэ не очень обрадовался новой способности. Управление воздухом становится полезным только на поздних этапах. На начальном же максимум — создать воздушную оболочку, чтобы зомби, у которых в начале почти нет зрения, не учуяли запах. К тому же у него уже была мощная боевая электрическая способность. Так что новая была для него скорее обузой. — Хозяин, а ты, оказывается, довольно симпатичный. Вовремя прозвучала эта фраза — убийственная в своей прямоте. Юнь Чэ сердито зыркнул на придурковатого зверя на краю пруда и снова нырнул в воду. Пруд был не очень глубоким. Ещё раньше он заметил, что на дне что-то есть. Когда он опустился на дно, то увидел, что там был клинок, глубоко воткнутый в землю. Вернее, не меч, а длинный, похожий на меч клинок, чем-то напоминающий японскую катану, но короче и шире. Небольшая часть ножен, торчавшая наружу, была чёрной и блестящей, покрытой замысловатыми узорами. Юнь Чэ некоторое время рассматривал его, потом на пробу протянул руку, схватил за рукоять и с силой вытащил. Бу-бу-бу! — Хозяин! Хозяин, что с тобой? Хозяин? На поверхности пруда внезапно закрутился водоворот. Хэй Юй испугался и хотел прыгнуть в воду, но в следующее мгновение обнажённый Юнь Чэ вынырнул из воды, и пруд снова успокоился. В правой руке Юнь Чэ был длинный клинок — чуть больше метра длиной и шириной в три-четыре пальца. Вжух! Клинок вышел из ножен — острый, холодный, опасный. Чёрное лезвие, острое, как бритва, — было ясно, что это не простая железка. Юнь Чэ протянул палец, проверяя остроту. Он только коснулся лезвия, как тут же потекла кровь. — Хороший клинок. Для рубки зомби — самое то. «Если бы здесь был хоть один человек, он обязательно сказал бы, что это варварство — использовать такую ценную вещь для рубки зомби…» — с иронией подумал Юнь Чэ. — М-м-м? Чёрт… Юнь Чэ сунул палец в рот, чтобы высосать кровь, и с запозданием заметил, что крови на лезвии больше нет. Не успел он удивиться, как голову пронзила острая боль. Казалось, она вот-вот взорвётся. Рука, державшая клинок, разжалась, Юнь Чэ схватился за голову. Но самое странное было в том, что клинок не упал на землю, а завис в воздухе, остриём нацелившись прямо на него. Вжух! — А-а-а! Раздался свист, и длинный клинок, рассекая воздух, вонзился прямо в тело Юнь Чэ. Тот вскрикнул и упал. — Хозяин! Духовный контракт! Что это за клинок? «Я ждал тысячелетия, с трудом дождался хозяина, а если тот сейчас помрёт, я сойду с ума от тоски?» В глазах Хэй Юя, подлетевшего к хозяину, читались неприкрытая тревога и недоумение. — М-м-м… Даже в бессознательном состоянии Юнь Чэ не знал покоя. Его тёмные брови были плотно сведены, из горла то и дело вырывались стоны боли. Хэй Юй высунул язык и слизнул пот со лба и щек хозяина, а затем лёг рядом, чтобы тот мог опереться на него и хоть немного облегчить страдания. Когда Юнь Чэ снова пришёл в себя, прошло ещё несколько часов. После того как он заключил с длинным клинком духовный контракт и слился с ним, тот остался внутри его тела. Когда Юнь Чэ понадобится клинок, ему достаточно будет просто подумать, и он окажется у него в руке. Это было очень удобно. Хотя в момент заключения контракта было действительно очень больно. — Спасибо тебе, Хэй Юй. Погладив рукой пушистую чёрную шерсть за спиной, Юнь Чэ встал, поднял одежду, которую снял раньше, и оделся. «Мне пора выходить. До апокалипсиса осталось меньше двух недель. Дел ещё невпроворот.» Благодаря роднику, после вчерашней дикой усталости, когда он был готов развалиться на части, и после бессонной ночи, сейчас он был полон сил и совсем не чувствовал усталости. — Хозяин, не уходи. Побудь со мной ещё немного. Поняв, что он собирается уходить, Хэй Юй положил правую переднюю лапу ему на плечо. В его глазах мерцали и тоска… и одиночество. Почему-то этот взгляд напомнил Юнь Чэ его маленького племянника Чжоу Цзычэня из прошлой жизни. Каждый раз, когда он уходил на задание, Чэньчэнь смотрел на него точно так же. Тогда он только и думал о том, чтобы почаще ходить на задания, добыть больше припасов, чтобы прокормить Чэньчэня. Он никогда не останавливался из-за его тоскливого, одинокого взгляда. «Люди такие. Только потеряв что-то, понимаешь, насколько ценными были те обычные, незаметные вещи» , — с горечью подумал Юнь Чэ. — Хорошо. Я буду заходить к тебе каждый день. Сердце его смягчилось. Юнь Чэ протянул руку, сжал лапу зверя и потёр её. «Хэй Юй, конечно, тот ещё придурок, но я должен признать: если бы не он, я бы заблудился в этом волшебном ином измерении» , — признал он. — Тогда приноси мне очень-очень много энергетических батончиков. Хэй Юю было очень жаль, но он понимал, что ничего не поделаешь. Пришлось довольствоваться меньшим и поставить условие, более выгодное для себя. — Да-да-да, обжора ты этакий. Я пошёл. Юнь Чэ сердито зыркнул на него, и как только слова сорвались с губ, его фигура исчезла в пространстве. В то же мгновение в пустом общежитии он материализовался прямо на кровати. «Раз остальные, наверное, ушли на занятия, можно не париться» , — подумал он. Юнь Чэ переоделся в чистую одежду и снова вышел. Глава 6. Кому долги — платить, кому обиды — мстить Теперь, когда у него было пространство для хранения припасов и, возможно, даже для выращивания растений, Юнь Чэ решительно переместил туда всё, что купил вчера. Заодно он съездил в магазин для фермеров и купил кучу семян: риса, пшеницы, кукурузы, пекинской капусты (которая созревает за двадцать дней) и так далее. Купил он и много саженцев фруктовых деревьев. «Неважно, вырастут или нет — стоит попробовать» , — подумал он. Хотел он купить ещё и домашнюю птицу с мальками рыбы, но, вспомнив, что Хэй Юй говорил про невозможность хранить живых существ, решил пока повременить. Днём, проходя мимо парикмахерской, он зашёл и коротко подстригся. Этого ему показалось мало. Увидев машинку для стрижки, Юнь Чэ подумал, что она тоже должна стать одним из предметов первой необходимости в апокалипсисе. Выйдя из парикмахерской, он отправился в супермаркет и купил сразу десять машинок. «В апокалипсисе никто парикмахерские открывать не будет. Проще сбрить волосы налысо» , — решил он. Вечером Юнь Чэ не стал возвращаться в общежитие, а прямо со склада перешёл в пространство. Неизвестно, из-за того ли, что он сложил туда много вещей, но пространство, кажется, немного увеличилось. Юнь Чэ не стал зацикливаться. Бросив купленные специально для Хэй Юя энергетические батончики, он, следуя советам Хэй Юя, принялся мысленно делить пространство на три части. В одной он аккуратно сложил припасы. В другой попытался немного посадить пшеницу, кукурузу и овощи. Часть у пруда пока оставалась пустой. Купленные саженцы фруктовых деревьев он посадил у подножия горы. Хотя всю эту работу не нужно было делать руками, она требовала больших затрат ментальной энергии. Закончив, Юнь Чэ прислонился к Хэй Юю и крепко уснул. В суматохе дни летели незаметно. Прошло почти десять дней. Двадцать тысяч юаней, взятых в кредит на разных онлайн-платформах, почти закончились. Однажды, приняв очередную партию заказанных через интернет припасов, Юнь Чэ обратил свой взор на крупнейший в северном районе города логистический центр и складской комплекс. «Ничего не поделаешь, денег мало, некоторые вещи слишком дороги, но они необходимы в апокалипсисе. Придётся „занимать“. С моими нынешними навыками, если не слишком жадничать и не вычистить всё подчистую, меня, наверное, не поймают» , — прикинул он. Но перед этим Юнь Чэ предстояло сделать ещё кое-что. В кампусе университета появился Юнь Чэ, которого не видели несколько дней. На нём была простая футболка, джинсы и спортивная куртка. Короткая стрижка, красивое, с чёткими чертами лицо, стройная фигура и сигарета в зубах придавали ему вид эдакого элегантного хулигана. Он вызывающе поглядывал по сторонам, привлекая внимание многих женщин. — Юнь Чэ? Раздался нерешительный, низкий голос. Юнь Чэ инстинктивно нахмурился и поднял голову. Прямо к нему шёл Хань Минчжэ в идеально сидящем костюме. В глазах за стёклами очков плескалось сильное удивление, а на лице застыла привычная, притворно-мягкая улыбка. Именно эта улыбка когда-то обманула немало девичьих сердец. И его тоже… Юнь Чэ презрительно скривил губы, сунул руки в карманы джинсов и решил больше не вспоминать, каким идиотом он был раньше. — И правда ты, Юнь Чэ. Тебя не было почти десять дней. Ты, кажется, стал белее и ещё симпатичнее. Встав перед ним, Хань Минчжэ принял свой обычный учительский тон — мягкий, с долей шутки, но без участия. «Неудивительно, что тогда я так глупо попался. Кто бы не обрадовался чужой заботе? Особенно в апокалипсисе, когда человеческая природа почти полностью истребилась» , — с горечью подумал Юнь Чэ. — Вы тоже сильно изменились, профессор Хань. Так сильно, что трудно поверить. Или, может быть, это и есть ваше истинное лицо? На лице Юнь Чэ заиграла насмешливая улыбка. Его чёрные, блестящие глаза, казалось, пронзали тело Хань Минчжэ насквозь, разговаривая напрямую с его душой. Хань Минчжэ инстинктивно отвёл взгляд. «Почему мне кажется, что Юнь Чэ полон враждебности?» — думал он, перебирая в голове, чем мог его обидеть, но не находил ответа. Его маска мягкого, приятного человека, которая всегда работала безотказно, сегодня, кажется, полностью провалилась. — Что это ты говоришь? Странно как-то. Ну ладно, раз всё в порядке, иди в общежитие. Перед этими чёрными глазами он чувствовал себя голым. Хань Минчжэ неестественно хохотнул и быстро прошёл мимо. — Профессор Хань, вы правда сегодня сможете заснуть? Повернувшись ему вслед, Юнь Чэ улыбнулся. В уголках его губ затаилась зловещая усмешка. «Пора затягивать сеть» , — подумал он. Бах-бах-бах! После четырёх часов дня все компьютеры в кампусе — и в компьютерных классах, и личные ноутбуки преподавателей и студентов, если они были включены, — внезапно затрещали, и экраны погасли. Когда все уже недоумевали, экраны снова засветились, и у всех на лицах появилось одинаковое выражение шока. На экранах… началась трансляция высококачественной порносцены без цензуры. — Ух ты… Что происходит? Компьютерный вирус? — Компьютер не выключается. Быстро звоните в техотдел… — Вот это да! Когда это наш университет стал таким щедрым? Это что, урок сексуального воспитания? Я ещё девственник, потише, а? — Тсс… Лайк нашему университету! — Погодите, посмотрите внимательно. Кажется, главные герои — наша старая ведьма Ян и наш холостяк профессор Хань Минчжэ… — Офигеть! Профессор Хань умудрился трахнуть эту старую ведьму с её свиноподобным телом. Настоящий профессор-зверь. — … Тишина длилась меньше трёх секунд. Университет взорвался. На экране двое обнажённых людей. Женщина — белая, толстая, с вызывающе ярким макияжем — сидела на мужчине верхом, широко расставив ноги и уперевшись руками ему в грудь. Она ритмично двигалась, издавая время от времени похотливые стоны. Мужчина, лежавший на кровати, одной рукой держал её за толстую талию, другой сжимал белый, пухлый зад, помогая женщине двигаться. Выражение его лица было весьма блаженным. Один из них был ректором университета, другой — самым молодым и красивым доцентом. Их знали все — и преподаватели, и студенты. Преподаватели онемели. Студенты же, не стесняясь в выражениях, громко обсуждали увиденное. Хань Минчжэ, сидевший в своём кабинете, побледнел и весь дрожал. Его бывшие коллеги-женщины, которые раньше питали к нему симпатию, теперь смотрели на него странными взглядами и невольно отодвигались. Мужчины же откровенно презирали его, не скрывая насмешек. Гомосексуалистом он не был, но им всё равно было завидно, что этот бедный и не имеющий связей красавчик в свои неполные тридцать стал доцентом. К тому же и преподавательницы, и студентки его обожали. Теперь, когда его порно попало в сеть, могли ли они не радоваться? — Чем занимается техотдел? Почему до сих пор не отключили сервер университета? В кабинете ректора Ян Бицинь с посиневшим лицом орала на своего секретаря. Видео продолжало крутиться по кругу. Казалось, каждый уголок кампуса был наполнен похотливыми стонами и хрипами мужчины и женщины. — Госпожа ректор, нельзя просто так отключать сервер! Это повредит важные данные. Технический персонал уже работает на пределе… Секретарь мысленно материл начальницу, но на лице сохранял страдальческое выражение. «Разве можно отключить сервер вот так, щелчком пальца?» — думал он. Бах! — Я сказала — отключи, ты не понимаешь? Пошёл вон! Схватив стоящую на столе чашку, она швырнула её в секретаря. Всё её толстое тело тряслось от ярости. Секретарю ничего не оставалось, кроме как убраться подобру-поздорову. В этот день кампус университета был обречён на бурю. — Чёрт, как жёстко слили! Интересно, кто это сделал? В общежитии были все соседи Юнь Чэ. Они тоже видели видео, но его уже выключили — университет просто отключил электричество. — Какая разница кто. Мне только в кайф. Вот это я понимаю, хардкор! — Да ну, Цзян Юань, тебе это в кайф? — Да пошёл ты! Я говорю, что сам поступок — это круто, а не порнуха! — Хватит оправдываться, мы всё поняли… Ребята с таким видом, будто они всё поняли и ни капли не осуждают, довели Цзян Юаня до бешенства. Он бросился на них, и началась потасовка. А Юнь Чэ всё это время сидел у окна. В его глазах, устремлённых вдаль, затаился холодный огонь. «Да, видео слил я. Спасибо четырём годам беспощадного апокалипсиса — я научился многому из того, чему не стоило бы. Например, хакерству. Ещё на второй день после возрождения, когда я покупал припасы, я заодно приобрёл несколько скрытых камер. Пробравшись в дом Ян Бицинь и Хань Минчжэ, я установил их в спальнях и гостиных. Вчера я забрал их. Хань Минчжэ был мне должен, и он будет отдавать долги по одному. Это был всего лишь маленький аперитив.» «Что касается остального — в апокалипсисе будет полно возможностей. Каждый, кто в прошлой жизни навредил нам троим и маленькому племяннику, не будет знать покоя!» — с мрачной решимостью подумал он. — Второй, о чём задумался? Сидишь тут, изображаешь мыслителя. Цзян Юань не мог один справиться с шестерыми. Краем глаза он заметил Юнь Чэ, который, в отличие от него, держался в стороне. Ему стало любопытно. «Не моё ли это воображение, но Юнь Чэ в последнее время сильно изменился?» — подумал он. Не только внешне, но и характером. Раньше он хоть и был молчаливым, но в нём не было этой непроницаемости. Сейчас же он словно закутался в туман — и не разглядеть, и близко не подойти. — М-м? Юнь Чэ повернулся к нему, потом посмотрел на остальных соседей. В их глазах тоже читалось некоторое беспокойство. «Они всё же жили в одной комнате. Даже если раньше я был не очень общителен, они считали меня своим. Ничего особенного они для меня не сделали, но хоть какая-то дружба была» , — подумал он. — Да так. В университете скоро, наверное, станет неспокойно. Если сможете, возьмите отпуск и съездите домой отдохнуть на пару дней. «Иначе у вас может больше не быть возможности увидеть родителей» , — мысленно добавил он, но не произнёс вслух. Юнь Чэ спрыгнул с подоконника и похлопал Цзян Юаня по плечу. «Всё, что я мог сделать. Спасутся они или нет — зависит от них самих. Не вините меня в бессердечности. Не могу же я каждому встречному рассказывать, что через несколько дней наступит апокалипсис» , — подумал он. — А? Серьёзно? Это же не мы слили видео. Эй, Юнь Чэ, Второй, ты куда… Ребята в комнате замерли в изумлении. Когда они пришли в себя, Юнь Чэ уже открывал дверь, чтобы уйти. — Я, наверное, не вернусь. Подумайте над тем, что я сказал. С этими словами Юнь Чэ помахал им рукой, не оборачиваясь, и вышел из комнаты, где прожил больше двух лет. «До апокалипсиса осталось четыре дня. Тогда этот город, нет, вся страна превратится в кровавый ад. А для меня это будет новое начало» , — с холодной решимостью подумал он. Комментарии к переводу Ся Минчжэ (夏明哲) — в тексте главы встречается ошибка: персонаж, ранее названный Хань Минчжэ (韩明哲), здесь ошибочно назван Ся Минчжэ. При переводе сохранено имя Хань Минчжэ для единообразия, а в диалогах студентов сохранено ошибочное «Ся» как цитата, чтобы передать путаницу. Ян Бицинь (杨碧琴) — ректор университета. Имя Бицинь означает «нефритовые цитры», что иронично для грубой, властной женщины с «поросячьей фигурой». «Мазохизм» (抖M) — интернет-сленг. «M» (от masochist) — человек, получающий удовольствие от боли. Юнь Чэ иронизирует, что Хэй Юю понравился удар током. «Иное измерение» (异度空间) — термин из китайской НФ и фэнтези. Обозначает параллельное или карманное измерение, часто связанное с пространственными способностями. Нефритовый пруд (碧潭, би тань) — «нефритовый» в китайском языке часто означает «бирюзово-зелёный», «цвета нефрита». Обычно так называют прозрачные водоёмы с чистейшей водой изумрудного оттенка. Духовный контракт (灵魂契约) — в китайских ранобэ часто встречающийся термин. Обозначает магическую/духовную связь между человеком и предметом/духом/зверем, при которой они становятся неразрывно связаны. Предмет/зверь повинуется хозяину и может исчезать/появляться по его воле. «Профессор-зверь» (叫兽) — игра слов. В оригинале «цзяошоу» (教授) — профессор. Студенты заменяют первый иероглиф на «цзяо» (叫) — «звать», «кричать», но в переносном смысле — «совокупляться», «испытывать оргазм». Получается нецензурная игра слов: «профессор-трахатель». Порнослив — культурный контекст: В Китае публикация интимных видео публичных лиц — тяжкое преступление, но в интернет-культуре такие сливы вызывают огромный резонанс. Особый скандал, когда видео касается высокопоставленного чиновника (ректора университета) и популярного преподавателя. «Старая ведьма Ян» (杨老巫婆) — уничижительное прозвище. «Лао упо» (老巫婆) — старая ведьма, карга. Обычно используется для обозначения злобной, властной женщины в возрасте. «Железные нервы» (需要用到它的时候，云澈只需要念头一闪) — буквально: «когда нужно им воспользоваться, Юнь Чэ достаточно одной мысли». Устойчивый оборот в китайских боевых искусствах и фэнтези, означающий полный контроль над оружием или силой. «Занять» (借, цзе) — в контексте апокалипсиса эвфемизм для «украсть». Так как законы перестанут действовать, а деньги потеряют ценность, герой планирует не возвращать долги, считая это «заимствованием».