Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 1. Так называемые любимые и близкие — Дядя, спаси меня… Дядя… — Нет, вы, сумасшедшие, отпустите Чэньчэня, отпустите его! В лаборатории, заполненной всевозможными приборами, детский плач и душераздирающие крики мужчины сливались воедино. На двух операционных столах, расположенных параллельно, лежали привязанные двадцатичетырёхлетний Юнь Чэ и его шестилетний племянник Чжоу Цзычэнь. Не обращая внимания на их отчаянное сопротивление, несколько исследователей в белых халатах подкатили приборы к Чжоу Цзычэню. — Дядя… Дядя… Какой-то мужчина ввел в руку Чжоу Цзычэня неизвестную жидкость. Детский плач постепенно затих. Когда исследователи взялись за машинку и сбрили волосы ребенка, а затем принялись за окончательную стерилизацию скальпеля, зрачки Юнь Чэ мгновенно расширились. — Не смейте трогать его, слышите? Вы, твари! «Они собрались сделать Цзычэню трепанацию черепа. Чёрт возьми, эти извращенцы. Чэньчэнь же ещё ребёнок!» — Конечности Юнь Чэ, стянутые ремнями, покрылись глубокими полосами от борьбы, но он, словно ничего не чувствуя, изо всех сил отчаянно сопротивлялся. «Цзычэнь — единственная кровь моей сестры, единственный мой кровный родственник в этом мире. Я ни за что не позволю этим людям использовать его как подопытную крысу» , — думал он, продолжая бороться. Но сколько бы они ни сопротивлялись и ни кричали, сновавшие туда-сюда исследователи словно ничего не видели и не слышали, методично готовясь к трепанации черепа Чжоу Цзычэня. — Доктор Хань! Исследователи, словно машины, наконец остановились и повернулись ко входу. Мужчина в очках, на вид не старше тридцати лет, вошёл в лабораторию, обнимая за талию высокую, стройную, с пышными формами и очень красивую женщину. — Продолжайте. Машинально поздоровавшись жестом, мужчина, которого назвали доктором Ханем, подвел женщину к Юнь Чэ. Увидев их, Юнь Чэ сузил зрачки, стиснул зубы и, чеканя каждое слово, спросил: — Это ты, когда я был беззащитен, ввел мне подавляющий способности препарат и отправил нас с Чэньчэнем сюда? Он спрашивал, но на самом деле уже знал ответ. Мужчину звали Хань Минчжэ. До апокалипсиса он был доцентом биологии в том же университете, что и Юнь Чэ. Юнь Чэ, подрабатывая, часто помогал убирать в кабинетах профессоров, и со временем они сдружились. Когда наступил апокалипсис, Юнь Чэ первым делом пробудил редчайшую пространственную способность. Они вместе выбрались из университета, поддерживая друг друга, полагаясь друг на друга. Потом они полюбили друг друга. Когда Юнь Чэ узнал о смерти сестры и собственными глазами увидел, как его брат-близнец превращается в зомби, рядом с ним был Хань Минчжэ. Ещё сегодня утром Юнь Чэ считал себя счастливчиком: даже если апокалипсис забрал его близких, у него хотя бы остался любимый. Он и не думал, что всё это было ложью. «Давно следовало догадаться. Мы вместе четыре года, но Хань Минчжэ ни разу не притронулся ко мне. Изредка мы целовались, но только по моей инициативе. Каждый раз, когда я хотел зайти дальше, он находил всякие отговорки. А я, глупец, принимал их за чистую монету. Теперь я понимаю: он не то чтобы не хотел меня трогать, он просто не собирался этого делать, потому что его вообще не привлекало мужское тело» , — с горечью подумал Юнь Чэ. В этот момент он внезапно испытал облегчение. «Если бы этот мужчина действительно меня трахнул, то сейчас меня бы вырвало от омерзения ещё до того, как они сами что-то сделали» , — мелькнула у него мрачная мысль. — Да. Но это не я отправил тебя сюда. Юнь Чэ, твоя ошибка в том, что ты слишком силён. Не вини меня, я просто стремлюсь к тому, чего хочу. В привычно нежных глазах больше не было тепла. С наступлением апокалипсиса, когда законы перестали действовать, мораль и совесть людей постепенно разложились. Они были готовы на всё — продавать детей, менять детей на еду. А он всего лишь продал нелюбимого мужчину, чтобы получить то, о чём мечтал. — Неужели он один мог протащить сюда такого ценного специалиста, которого даже военные хотели заполучить? Скажу тебе правду, Юнь Чэ: это мой брат прислал людей, чтобы помочь ему. Для нашей семьи Чжоу ты и этот ублюдок — позор, который необходимо устранить! Красивое лицо женщины исказилось от ненависти. Она ненавидела Юнь Яо и Юнь Чэ, ненавидела маленького ублюдка, оставшегося от Юнь Яо, ненавидела каждого члена семьи Юнь. — Шурин? Ха, значит, я прожил не зря, раз командующий Чжоу из Пекинской базы лично отдал приказ. Юнь Чэ лежал на операционном столе и холодно усмехнулся. «Шурин — человек, за которого моя сестра вышла замуж вопреки всему. Ещё один родственник в этом мире, кроме Чэньчэня. Прекрасно. Любимый человек и родственник объединились, чтобы предать меня и забрать мою жизнь. Они оказали мне высокую честь!» — Хм, ничтожество. Ты такое же ничтожество, как и твоя сестра Юнь Яо. Все вы, из семьи Юнь, — презренные выродки. Увидев его почти безучастный вид, женщина не только не избавилась от ненависти, копившейся в её сердце долгие годы, но и распалилась ещё сильнее. Ей хотелось броситься на него и загрызть насмерть. — Юнь Чэ… — Заткнись на хрен, не смей называть меня по имени, ты недостоин! Отвернувшись, он посмотрел на соседний операционный стол, где с его племянника уже сняли черепную крышку и извлекли мозг. Слёзы текли по щекам. «Единственную кровь моей сестры я тоже не смог защитить…» Прости, Чэньчэнь! Закрыв глаза, он увидел только кровавую сцену. Юнь Чэ сжал кулаки и безмолвно произнёс в душе: «Прости». — Ха, ничтожество! Поняв, что Юнь Чэ сдался, женщина фыркнула и отстранила Хань Минчжэ. — Подождите! Когда они уже собирались уходить, Юнь Чэ внезапно открыл глаза. Безумие постепенно вытесняло спокойствие. На его мёртвенно-бледном лице появилась жуткая улыбка. — Раз вы устроили мне такой грандиозный приём, было бы невежливо с моей стороны оставить вас ни с чем, не так ли? «Бах-бах-бах…» В воздухе раздались страшные хлопки. Наручники и цепи, удерживающие Юнь Чэ, разлетелись вдребезги. Он сел, повернулся и, окружённый электрическими разрядами, пошёл к ним. Все исследователи в лаборатории остолбенели от увиденного. — Ч-что ты задумал… Хань Минчжэ и женщина в страхе попятились. «Почему им пришлось так заморачиваться? В апокалипсисе убить человека тихо и незаметно очень легко. Но не Юнь Чэ. У него была сверхсильная электрическая способность и редкая пространственная способность. Другим способом они не смогли бы его убить, а только спугнули бы» , — лихорадочно соображал Хань Минчжэ. — Нет, не может быть. Я же ввел тебе двойную дозу подавителя… Подавитель был приготовлен им лично, он провёл много опытов на живых существах. Не может быть, чтобы он не сработал. Хань Минчжэ ошеломлённо смотрел на Юнь Чэ, сверкающего молниями. — Позволь мне сказать тебе: в апокалипсисе не бывает слова «не может». «Бах-бах!» «А-а-а-а!» С этими словами Юнь Чэ, даже не моргнув, взмахнул руками и швырнул в двоих огромные фиолетово-белые молнии. Раздались душераздирающие крики. Хань Минчжэ, не имеющий способностей, мгновенно превратился в обугленный труп. Женщина же, полагаясь на свои силы, временно избежала смерти. Хань Минчжэ умер. Как ни странно, Юнь Чэ не чувствовал боли. «Может быть, я и не любил Хань Минчжэ, просто в апокалипсисе я потерял слишком многое и поэтому изо всех сил цеплялся за ту каплю фальшивой нежности, которую он иногда дарил?» — подумал он с горечью. Не спеша расправляться с женщиной и даже не взглянув на обугленный труп на полу, Юнь Чэ повернулся к другому операционному столу. Он убрал электрические разряды и протянул руку, которая заметно дрожала. Только сейчас он заметил, что лицо племянника было меньше его ладони. Мальчику было больше шести лет, но выглядел он на четыре-пять. «Семья Чжоу никогда не относилась к нему хорошо» , — с горечью подумал он. — Прости… Чэньчэнь… Это дядя виноват… Прости… Сжав холодную руку ребёнка, Юнь Чэ всхлипывая рухнул на колени возле стола. «Если бы я не поверил тогда, что шурин любит мою сестру и будет заботиться об их ребёнке… если бы не погрузился с головой в эту фальшивую любовь… если бы не… это всё моя вина. Если бы я, когда нашёл Чэньчэня, сразу забрал его с собой… может, ничего бы и не случилось» , — корил он себя. — Чего встали? Схватите его! Раздался неистовый крик женщины. Юнь Чэ, погружённый в горе, внезапно поднял голову и увидел, что несколько исследователей со шприцами бросились к нему. Он пристально посмотрел на них, схватил скальпель и молниеносно метнулся вперёд. За долю секунды он перерезал сонные артерии нескольким исследователям. Они упали на землю с широко открытыми глазами, их тела бились в конвульсиях, а из ран хлестала кровь. — Следующий. Наступив на труп одного из исследователей, Юнь Чэ крутил скальпель и с жаждой крови смотрел на остальных, которые сжались в кучу. У большинства из них либо не было способностей, либо они были бесполезны. Они не могли сравниться с Юнь Чэ, обладающим электрической боевой способностью. — Юнь Чэ, если ты тронешь меня, семья Чжоу тебя не пощадит. Женщина испугалась. Нынешний Юнь Чэ выглядел страшнее смерти. — Ой-ой-ой… Ты и вправду считаешь себя старшей дочерью семьи Чжоу? Насколько я знаю, ты всего лишь сирота, у которой не было ни отца, ни матери. Не волнуйся, я не буду убивать тебя «лично». — Ты… Слова Юнь Чэ попали в самое больное место. Женщина от злости так исказила лицо, что оно стало неузнаваемым. В то же время она по глупости упустила из виду, что Юнь Чэ специально выделил слово «лично». — Что ты собираешься делать? Сумасшедший, ты просто сумасшедший… — А-а-а-а! — Бежим! Он совсем спятил! Увидев, что Юнь Чэ поднял тело племянника и, используя ещё более мощную электрическую силу, превратил его в пепел, остальные исследователи пришли в ужас. Они пришли в себя и бросились к выходу. — Убили моего племянника и хотите убежать? Я заставлю весь исследовательский институт стать нашим с ним саваном! «Бах-бах-бах!» Убедившись, что тело племянника больше не будет использовано для каких-либо экспериментов, Юнь Чэ поднял голову. Его лицо исказила неприкрытая жестокость и жажда крови. Когда способность была доведена до предела, даже сам обладатель не выдержал такой мощи. Кровь хлынула из-под кожи Юнь Чэ, и он превратился в кровавую статую. — Умрём вместе! — Нет… «Гро-о-о-ох!» Улыбнувшись в последний раз, Юнь Чэ высвободил накопленную силу молний. Грохот внезапно разнёсся по всей базе. Никто не понимал, что произошло. Было ясно только одно: подземная исследовательская лаборатория полностью обрушилась, и все — и исследователи, и подопытные люди со способностями, и зомби — оказались погребены под обломками. Выжить было невозможно. Глава 2. Возрождение до апокалипсиса — Уф! Глубокой ночью, в тишине, в общежитии университетского кампуса Юнь Чэ внезапно вскочил на кровати. Грудь в тонкой пижаме тяжело вздымалась, открытые участки кожи покрылись мелкой испариной. Он жадно, словно утопающий, глотнувший воздух, вдыхал его снова и снова. — Это… «Общежитие?» Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем бешено колотящееся сердце немного успокоилось. Взгляду Юнь Чэ предстала не мрачная лаборатория и не безжизненные пейзажи апокалипсиса. В бледном лунном свете можно было разглядеть двухъярусные кровати напротив, белые стены и разбросанные повсюду носки и обувь. Эта картина была хорошо знакома Юнь Чэ — его комната в общежитии до апокалипсиса. «Телефон!» В голове, ещё не пришедшей в себя, внезапно возникло это слово. Следуя памяти, он нащупал телефон, который, должно быть, лежал под подушкой, и включил экран. На нём отображалась дата: 15 февраля 20XX года. «Через полмесяца наступит апокалипсис.» «Значит, я по какой-то причине вернулся в прошлое, до конца света?» — Хе-хе… Он долго сидел на кровати в оцепенении, а потом внезапно рухнул обратно. Прикрыв глаза одной рукой, Юнь Чэ издал хриплый смех. «Четыре года скитаний по апокалипсису, поиски сестры и брата, постоянные переезды с одной базы на другую, встреча с братом, превратившимся в зомби, известие о смерти сестры от маленького племянника, которого я с таким трудом нашёл, а затем предательство шурина и так называемого любимого, смерть под обломками исследовательского института… и вот я снова вернулся на четыре года назад. Неужели небесам стало жалко меня, и они дали мне второй шанс? Или они решили, что я им досаждаю, и хотят, чтобы я пережил все страдания заново?» Рука, прикрывавшая глаза, медленно упала. Тёмные глаза в ночи казались особенно яркими. «Каковы бы ни были планы небес, раз я уже вернулся в прошлое, мою судьбу небесам больше не решать.» Он вытянул руку и сжал её в кулак. «На этот раз: лучше я буду должен всем миру, чем мир будет должен мне!» В таком состоянии уснуть не получится. Юнь Чэ встал, принял холодный душ, переоделся в чистую одежду. Только тогда его недавно возрождённая голова окончательно прояснилась. Скрестив руки на груди и прислонившись к открытому окну, Юнь Чэ холодно смотрел на залитый лунным светом кампус. В голове проносились бесчисленные мысли. «Я вернулся в прошлое, значит, нужно готовиться.» «Прежде всего, сестра и брат. Нужно обеспечить их безопасность, но нельзя говорить им, что грядёт апокалипсис, иначе они испугаются, и это может создать лишние проблемы. Нужно придумать способ заставить их остаться дома или в общежитии, а может быть, приехать ко мне. Пока не время. За пару дней до апокалипсиса.» «Затем — запасы припасов. До апокалипсиса припасы можно купить только за деньги.» Их родители умерли рано, сестра растила его и брата-близнеца Юнь Чэна, бросив школу и работая с ранних лет на скудные сбережения, оставленные родителями. Четыре года назад сестра вышла замуж в так называемую элитную семью, но там никто не относился к ним троим серьёзно. Денег сестры едва хватало на оплату их учёбы, поэтому он и Юнь Чэн подрабатывали в университете на карманные расходы. Свободных денег у них было немного. Даже не проверяя, Юнь Чэ знал, что на его банковском счету меньше десяти тысяч юаней. «Однако, благодаря современным технологиям, взять кредит онлайн проще простого.» Юнь Чэ, не прилагая особых усилий, набрал почти двести тысяч юаней из разных источников. «Иногда статус студента очень полезен. До апокалипсиса осталось полмесяца, эти деньги можно не возвращать.» «Двадцати тысяч хватит на подготовку начальных припасов. Что касается более поздних, то их можно будет собирать уже после наступления апокалипсиса. Самая большая проблема сейчас — хранение припасов.» В прошлой жизни у него было две способности: пространственная и электрическая. Только что он проверил — электрическая способность осталась, а пространственную он не чувствовал. «Может быть, я потерял её при перерождении, а может быть, она пробудится только после наступления апокалипсиса.» Припасы придётся на время спрятать на каком-нибудь складе. «Но прежде всего я не забыл о самом важном — отомстить.» Юнь Чэ не святой. Тем, кто был должен ему в прошлой жизни, он вернёт в этой с процентами. Первым в списке, конечно же, был Хань Минчжэ, преподающий в этом университете. Насколько Юнь Чэ знал, семья Хань Минчжэ была небогата и не имела связей. Однако тот стал доцентом университета, не достигнув тридцати лет. В Китае, где ценят выслугу лет, это было бы невозможно без какого-то подвоха. Раньше он не понимал этого, потому что был глупцом. А теперь, приглядевшись, он видел сплошные дыры. — Если нет выслуги, остаются только связи. На какие связи мог рассчитывать Хань Минчжэ… Юнь Чэ почесал подбородок, погружённый в раздумья. В голове одно за другим всплывали имена руководства университета. Благодаря частым уборкам в кабинетах профессоров он хорошо их знал. В конце концов он остановился на одном человеке — ректоре университета Ян Бицинь. Имя красивое, а женщина — не очень. Ей около сорока, она разведена и одинока, как раз в том возрасте, когда женщина находится в расцвете сил. У Хань Минчжэ нет ни денег, ни влияния, но он красив, от него веет интеллигентностью. Единственное, что он может предложить, — своё тело. Судя по тому, как он четыре года обманывал Юнь Чэ ради выживания, ничего удивительного в том, что он связался с Ян Бицинь, нет. «Значит, до апокалипсиса я устрою ему отличную закуску.» В свете луны на худощавом лице Юнь Чэ заиграла жуткая, неприкрытая улыбка. Вернувшийся из ада мститель был готов поднять волну, которую ничто не остановит. Комментарии к переводу Юнь Чэ (云澈) — главный герой. Фамилия Юнь (облако), имя Чэ (чистый, прозрачный). Значение имени может указывать на чистоту или ясность характера, что иронично контрастирует с его решением мстить. Хань Минчжэ (韩明哲) — бывший возлюбленный героя. Фамилия Хань (относится к древнему царству Хань), имя Минчжэ (мудрый, философский). Имя иронично обыгрывается: «мудрый» оказывается лживым и расчётливым. Чжоу Цзычэнь (周梓晨) — племянник. Фамилия Чжоу, имя Цзычэнь (утренняя заря). Символичное имя для ребёнка, который не успел вырасти. Юнь Яо (云瑶) — сестра героя. Имя Яо означает «нефрит». Часто используется в женских именах для обозначения драгоценности. Юнь Чэн (云柽) — брат-близнец. Имя Чэн относится к виду дерева (тамарикс), что необычно для имени, но может указывать на стойкость. Пекинская база (京城基地) — в постапокалиптических романах Китая часто упоминаются «базы выживания», организованные военными в крупных городах. Пекинская база — одна из главных, находящаяся под контролем военных. Способности (异能) — в данном контексте — сверхспособности, пробуждающиеся у людей после начала апокалипсиса. Классификация включает боевые (электричество, огонь и т.д.) и вспомогательные (пространственные, целительские и др.). Редкая пространственная способность (空间系) ценится выше всего, так как позволяет хранить огромные объёмы припасов. Электрическая способность (雷系) — одна из самых мощных боевых способностей. «Лэй» (雷) — гром, молния. В тексте герой использует именно её. При переводе выбрано «электрическая», чтобы избежать частого повторения «молниевая» и сделать звучание более естественным для русского уха. Подавитель способностей (抑制剂) — препарат, временно блокирующий сверхспособности. В мире новеллы — редкая и дорогая разработка, доступная только крупным организациям. «Лучше я буду должен всем миру, чем мир будет должен мне» (宁可宁可我负天下人，也不叫天下人负我) — перефразировка знаменитого высказывания Цао Цао из исторического романа «Троецарствие». Оригинал: «Я скорее подведу весь мир, чем мир подведёт меня». Фраза символизирует крайний эгоизм и готовность идти по головам ради достижения цели. Двадцати тысяч юаней — около 250 000–300 000 рублей по текущему курсу. Сумма, достаточная для закупки начальных запасов, но не огромная.