Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 3. Ты когда уже налижешься, твою мать? На рассвете Юнь Чэ съездил на несколько заранее присмотренных в интернете складов и лично их осмотрел. За десять тысяч юаней он арендовал два склада: один довольно заметный, другой — очень скрытый. Заметный склад был нужен для доставки купленных через интернет припасов, а скрытый, естественно, для их хранения. Оба склада он снял всего на месяц. Затем он потратил ещё несколько тысяч на аренду небольшого грузовичка и отправился на оптовый рынок и в крупные супермаркеты. Помимо предметов первой необходимости — масла, соли, круп — нужно было купить вещи, которые пригодятся после апокалипсиса, а также детскую смесь и подгузники для маленького племянника. После целого дня в разъездах даже Юнь Чэ, чьё тело стало крепче после возрождения, порядком вымотался. Вернувшись в общежитие, он рухнул на кровать. — Второй, чем это ты занимаешься? Где тебя носило весь день? С утра тебя не было, — Цзян Юань, его сосед по комнате, с размаху уселся на его кровать. Остальные ребята тоже обступили его. Юнь Чэ, который притворялся спящим, пришлось открыть глаза. — Чем ещё? Ищу подработку. Идите-ка вы… Я весь день бегал, умираю от усталости. Не мешайте, дайте поспать сначала. Кроме вездесущего Цзян Юаня, с остальными он был не очень близок. Раньше у него просто не было времени налаживать отношения: нужно было зарабатывать на жизнь и стараться облегчить бремя сестры. — Ещё подработка? Сколько у тебя их уже? Второй, я не говорю, что ты не прав, но студенческая жизнь так прекрасна. Нельзя думать только о деньгах. Обрати внимание и на другие вещи. Например, на красавиц нашего университета… — Они что, накормят меня? Не дав ему закончить длинную речь, Юнь Чэ приподнялся на кровати и насмешливо посмотрел на него. Цзян Юань смутился и недовольно буркнул: — Накормить не накормят, но радуют глаз, разве нет? — Как бы они ни радовали глаз, моими они не станут. «Ну вот, похоже, Цзян Юань наткнулся на профессионального тролля» , — подумали остальные, не удержавшись от смеха. Только сегодня они узнали, что Юнь Чэ такой язвительный. — Э-э… Ты не мог бы быть немного менее приземлённым? Ты слышал что-нибудь об эстетическом удовольствии? Цзян Юань схватился за лоб, на котором выступили чёрные полосы. Он признал своё поражение. — Ничего не поделаешь, я такой прагматик. Пожав плечами и разведя руками, Юнь Чэ заложил одну руку за голову и прислонился к стене. «Когда наступит апокалипсис, количество женщин резко сократится. Особенно красавиц, любящих наряжаться. В туфлях на каблуках далеко от зомби не убежишь. Тогда даже свинья покажется красавицей. В конце концов, однополых пар станет больше, чем разнополых. В беспросветном апокалипсисе никто не может гарантировать, что доживёт до завтра. Важно получать удовольствие здесь и сейчас. К женщинам меня действительно не тянет» , — равнодушно подумал он. — Всё, с этого момента я с тобой не разговариваю. Это слишком обидно. — Ха-ха-ха… Цзян Юань, которого порядком разозлили, решительно встал. В комнате раздался дружный хохот. Наверное, от смеха до беды недалеко — слишком шумно. Пришёл комендант общежития и потребовал тишины. Пришлось послушно выключить свет и лечь спать. Юнь Чэ, наконец, тоже смог отдохнуть. Но когда сознание начало погружаться во тьму, он вдруг обнаружил, что не заснул, а попал в какое-то странное пространство. Небо было серым, ничего не было видно, но в самом пространстве было светло, как днём. Под ногами была мягкая, рыхлая, плодородная чёрная земля, на которой ничего не росло. Вдалеке высилась одинокая гора, но большая её часть скрывалась в облаках и тумане. У подножия горы бил родник, из которого струилась чистая вода, образовав небольшой пруд диаметром около двух-трёх метров. Пространство было примерно размером с два футбольных поля. Вокруг всё окутывал серый туман. Как только Юнь Чэ попытался проникнуть сквозь этот туман, чтобы выяснить, что там, всё его тело пронзила острая боль, будто муравьи кусали. — Гр-р-р, хозяин… Внезапно тишину пространства разорвал звериный рёв, и огромная тень бросилась навстречу. — Вот чёрт! — «Бах!» Юнь Чэ рванулся, но было поздно. Его сбили с ног и прижали к земле. К счастью, земля была мягкой, и больно не было. Только вот скользкий язык без остановки лизал его лицо, делая щёку мокрой. — Ты когда уже налижешься, твою мать? — рявкнул Юнь Чэ и попытался встать, но обнаружил, что его руки и ноги прижаты лапами какого-то внезапно появившегося существа. Пошевелиться невозможно. — Нет, хозяин, я наконец дождался тебя. Ты пришёл так поздно. Я почувствовал твой запах ещё вчера. Существо, прижимавшее его к земле, не только не сдвинулось с места, но и принялось тереться огромной головой о его шею — похоже, пытаясь прикинуться милым. Юнь Чэ, который до сих пор понятия не имел, что это за зверь, скривился и, стиснув зубы, почти прорычал: — Слезь с меня. «Чёрт возьми, я никого ещё не валил с ног, а тут какая-то тварь меня повалила» , — с досадой подумал он. — Не хочу, не хочу. Отпущу — ты снова уйдёшь. Я ждал тебя много лет, больше не могу отпустить. Голос, явно капризничающий, чётко раздавался в тишине. Вена на виске Юнь Чэ бешено запульсировала. Он сосредоточил электрическую силу в руках. — «Бах!» — У-у-у-у… Задержав дыхание, Юнь Чэ рывком освободился от захвата. Схватив передние лапы существа руками, искрящимися электричеством, он отшвырнул его в сторону. Не успел он встать и вытереть мокрую щёку, как тварь снова поскакала к нему на всех четырёх лапах, выкрикивая: — Ой-ой-ой, как здорово было! Хозяин, давай ещё раз, ну давай же ещё. Мышцы уголка рта Юнь Чэ непроизвольно дёрнулись. «Мать твою, у животных тоже бывает мазохизм? Я вложил в удар почти всю свою силу, должен был поджарить его, но эта тварь даже не обуглилась. И вот…» Юнь Чэ внезапно почувствовал, что над ним жестоко издеваются. «Неужели это тоже подарок небес? Интересно, можно отказаться?» — Хозяин… — Сто-о-ой! Поняв, что отказаться не получится, Юнь Чэ выставил вперёд руку, останавливая существо в тот момент, когда оно снова собралось на него прыгнуть. Тварь наклонила голову и по-глупому мило захлопала глазами. Юнь Чэ с лёгким вздохом подошёл, потрепал её по голове и как можно спокойнее сказал: — Я не уйду просто так. Сначала ответь на несколько вопросов. «Я и сам бы ушёл, если бы мог, но я понятия не имею, как сюда попал. Здесь всё дышит странностью, нужно сначала разобраться» , — подумал он. — Правда?! Здоровенное существо согнуло колени и легло, чтобы хозяину было удобнее его гладить. Юнь Чэ, увидев это, испытал некоторое облегчение. — Так. Что это за место? Земля такая плодородная, но ничего не растёт. И что за туман вокруг? А то, что животное умеет говорить… Юнь Чэ даже не стал уточнять. — М-м… Дай подумать. По-вашему, это, наверное, иное измерение. Но не параллельное пространство внутри Земли, а параллельное самой Земле. Оно существовало уже тогда, когда формировалась Земля. Ты — первый человек, который здесь появился, и ты — мой хозяин. Так что теперь ты понимаешь? Я ждал тебя здесь много-много лет. Не прошло и трёх минут, как тварь снова высунула язык, желая облизать лицо Юнь Чэ. Юнь Чэ едва успел увернуться и, погладив её по голове, успокаивающе сказал: — Не прикидывайся милым. Раз это пространство параллельно Земле, почему оно такое маленькое? «Логично предположить, что оно должно быть хотя бы размером с Китай. А здесь…» — недоумевал он. Глава 4. У твари полно уловок — Конечно, маленькое. Потому что ты только пришёл, хозяин. Со временем, когда пространство будет использоваться активнее, туман вокруг рассеется. Я тебе скажу, хозяин, за туманом очень-очень много места. Там есть реки, моря, озёра и много живых существ. Но чтобы всё это открыть… тебе, наверное, будет трудно. Слишком ты слабый, хозяин. «Что ж, получил от неизвестной твари презрение» , — с горечью подумал Юнь Чэ. Ему оставалось только смириться. «Кто бы спорил, что я сейчас действительно слаб? По крайней мере, по сравнению с собой из прошлой жизни. В прошлой жизни моя электрическая способность достигла шестого уровня, а сейчас едва дотягивает до второго» , — сравнил он. — А ты сам кто будешь? Не желая, чтобы животное его снова унижало, Юнь Чэ намеренно сменил тему. Он внимательно осмотрел существо. Всё тело было покрыто чёрной блестящей шерстью. По виду оно напоминало то ли льва, то ли собаку. В его представлении больше всего подходило сравнение с тибетским мастифом, но это существо было куда более массивным. Даже лёжа на земле, оно напоминало небольшую гору. К тому же, приходилось признать, что выглядело оно гораздо красивее мастифа — с длинной, гладкой, блестяще-чёрной шерстью. — Кто? Безграмотный! Я, между прочим, священный зверь — хранитель этого пространства, понял? И тут тварь мгновенно взбеленилась. Встряхнув чёрной шерстью, она яростно уставилась на него. «Голову можно отрубить, кровь пролить, но оскорбление божественной сущности священного зверя нельзя простить. Даже хозяину» , — явно думала она. — Э-э… Осмелюсь спросить, к какому именно священному зверю ты себя причисляешь? У Юнь Чэ потемнело в глазах, он едва сдержался, чтобы не закатить глаза. «Я не знаю, существуют ли на самом деле так называемые боги и священные звери, но если все они такие, как этот… Небесам, наверное, давно пришёл конец» , — с иронией подумал он. — Я… забыл… Рассерженная тварь наклонила голову, задумалась, а потом снова с досадой заныла: — Это всё ты виноват, хозяин, что пришёл так поздно. Из-за тебя я столько всего забыл. Скажи, как ты собираешься возмещать ущерб? «Это что, шантаж?» «У твари столько уловок» , — Юнь Чэ одновременно стало и смешно, и досадно. Нащупав во внешнем кармане куртки шоколадный энергетический батончик, который он приберёг на ужин, Юнь Чэ разорвал упаковку. — Лови. Это тебе за ущерб. — У-у-у… — «Хрум-хрум-хрум». М-м-м, как вкусно! Хозяин, есть ещё? Ещё? Поймав батончик на лету, тварь с «хрумканьем» проглотила его и тут же из взбешённого состояния перешла в режим «ми-ми-ми». С вожделением уставившись на Юнь Чэ… вернее, на карман его куртки. «Ещё и обжора» , — с тоской подумал Юнь Чэ. Он был в отчаянии. Он вывернул карман и показал ей. — Всё. Это был мой ужин. Тебе достался. — У-у-у-у… Тварь обиженно заскулила, уткнувшись мордой в землю. Юнь Чэ подошёл и погладил её по голове. — Ладно, хватит прикидываться несчастной. Если тебе понравилось, я буду приносить ещё. Кстати, сюда можно класть вещи? «Я как раз не знал, куда деть припасы» , — с облегчением подумал он. — Можно. Но пока нельзя живых существ. Только ты сам, хозяин, можешь входить. Без энергетического батончика тварь была не в духе. Отвечала она вяло и без энтузиазма. — М-м-м… Поглаживая подбородок, Юнь Чэ присел на корточки и взял горсть земли. Мягкая, влажная, рыхлая — отчётливо ощущалась в пальцах. Он родом из полудеревни-полугорода, ещё только застраивающегося. Можно сказать, он наполовину деревенский. У них была земля, и он знал, что почва здесь очень плодородная. — Ты, кажется, не ответила, почему на этой земле ничего не растёт? «После апокалипсиса водные и земельные ресурсы постепенно загрязнятся. Если здесь можно что-то выращивать, то хотя бы недостатка в свежих овощах не будет» , — рассуждал он. — А семена кто сеять будет? Как они вырастут? Тварь презрительно уставилась на него, серьёзно сомневаясь, не страдает ли её хозяин дефицитом интеллекта. Юнь Чэ невинно захлопал глазами, стряхнул с рук землю. «Хорошо, что можно что-то сажать. А откровенное презрение твари я решу проигнорировать. Иногда нужно уметь смотреть сквозь пальцы, иначе опять попадёшься на уловки какого-нибудь животного» , — философски заметил он. — Слушай, я дам тебе имя. Судя по голосу, ты самец? Юнь Чэ встал и заговорил, прохаживаясь. «Раз я могу сюда попасть, значит, я и правда её хозяин. Нечего зацикливаться. А что касается всех этих странностей… После четырёх лет жизни в апокалипсисе я что, не видел странностей? Более того, я, будучи мёртвым, вернулся на четыре года назад. В мире слишком много вещей, которые наука не может объяснить. Нельзя отрицать их существование только потому, что ты их не видел. Кто воспринимает это слишком серьёзно, тот проигрывает» , — подумал он. — Какой такой самец? Я священный зверь. Прошу называть меня «господин священный зверь». Почувствовав, что её божественную сущность снова оскорбили, тварь яростно запротестовала. Юнь Чэ сделал вид, что не заметил. Скрестив руки на груди, он задумался. — Ты весь чёрный-пречёрный. Будешь Хэй Юй. Если не возражаешь, считай, что я уже решил. — Эй-эй-эй… Не принимай решений за меня. Уважай божественные права… — Кстати, Хэй Юй, почему я стал хозяином этого места? Не давая ему возразить, Юнь Чэ перешёл к следующему вопросу. И тут… — Ах ты… — Чёрт, глупая собака! Отпусти, мать твою! — У-у-у-у… — Ладно-ладно, не буду называть Хэй Юй, не буду, хорошо? Но Хэй Юй не растерялся. Он бросился и вцепился зубами ему в задницу. Юнь Чэ не успел увернуться. Изо всех сил отталкивая голову, прилипшую к его ягодицам, он взвыл про себя: «У других домашние питомцы либо дом охраняют, либо умиляют до смерти. Почему мой питомец такой невыносимый?» Комментарии к переводу Цзян Юань (江源) — сосед Юнь Чэ по общежитию. Фамилия Цзян («река»), имя Юань («исток»). Значение имени не играет ключевой роли в сюжете. Хэй Юй (黑羽) — имя, которое Юнь Чэ даёт существу-хранителю пространства. Дословно: «чёрное перо» или «чёрные крылья». Намёк на полностью чёрный облик животного. «Второй» (老二) — обращение к Юнь Чэ по старшинству в комнате общежития. В китайских студенческих общежитиях принято нумеровать соседей по возрасту. «Второй» означает, что Юнь Чэ — второй по старшинству среди четырёх (или более) соседей. «Свинья покажется красавицей» (母猪都能赛貂蝉) — адаптированная китайская поговорка. Оригинал: «Даже свинья покажется краше Дяо Чань». Дяо Чань — одна из четырёх великих красавиц древнего Китая (эпоха Троецарствия). Фраза означает, что в экстремальных условиях стандарты красоты резко снижаются. «Мазохизм у животных» — отсылка к японскому термину «M-соо» (マゾ), обозначающему человека с мазохистскими наклонностями. В тексте Юнь Чэ иронизирует над тем, что существу понравился удар током. «У твари полно уловок» (畜生套路多) — игра слов. В оригинале «таолу» (套路) означает «уловки», «схемы», «шаблонные приёмы». Фраза из интернет-сленга, часто используется в значении «у этого человека/существа слишком много хитростей». Энергетический батончик (巧克力能量棒) — типичный продукт для выживания в апокалипсисе: калорийный, компактный, долго хранится. В китайских новеллах часто упоминается как стандартная часть «тревожного рюкзака». Пространство-измерение (异度空间, иду кунцзянь) — термин из китайской научной фантастики и фэнтези. Обозначает параллельное или карманное измерение, часто связанное с пространственными способностями. Уровни способностей (异能等级) — в данном мире способности делятся на уровни от первого до девятого (или выше). Шестой уровень — это уже очень сильный показатель. Второй уровень, который есть у героя после возрождения, считается слабым. «Смотреть сквозь пальцы» (睁一只眼闭一只眼) — дословно: «один глаз открыть, другой закрыть». Китайская идиома (чэньюй), означающая «намеренно не замечать что-либо», «делать вид, что не видишь». Тибетский мастиф (藏獒, цзанъао) — древняя китайская порода собак, известная своими огромными размерами, густой чёрной шерстью и свирепым нравом. Одна из самых крупных и дорогих пород в мире. Используется как эталон для сравнения с большим чёрным существом.