Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 93. Прорыв из больницы. Неожиданная встреча со «знакомыми» — Сяо Чэ! Юнь Чэ, убравший сердцевину дерева, пошатнулся и начал падать вперёд. Син Фэн, всё время следивший за ним, бросился вперёд и, перехватив его прежде, чем тот упал, прижал к себе. — Ты слишком безрассуден. В следующий раз, когда выдохнешься, говори сразу. Син Фэн осторожно обнял его и с болью в голосе сказал. Это было уже второй раз, когда Юнь Чэ настолько выматывался, что не мог стоять на ногах. — Ха-ха… В следующий раз такого не повторится. Вы теперь знаете, как бороться с мутировавшими деревьями. В следующий раз эту утомительную работу оставлю вам. Юнь Чэ, прислонившись к нему, слабо улыбнулся. «Третий уровень — всё ещё слишком слаб. Хотя большая часть проблемы в том, что я потратил слишком много сил и так и не отдохнул как следует, но это было только одно дерево, и всего второго уровня. Если бы их было несколько или дерево было третьего уровня, я бы всё равно ничего не смог сделать, даже если бы убился. Так что нужно продолжать стараться, становиться сильнее» , — подумал он. — Всё ещё шутишь. Син Фэн, не зная, что с ним делать, шлёпнул его по заду и, обняв, повёл к остальным. — Продержитесь ещё немного. Найдём другое место, отдохнём. Юнь Чэ был сильно истощён, те, кто вёл основные атаки — Лэн Ехань и остальные, — тоже были не в лучшей форме. Нужно было найти место, чтобы отдохнуть и восстановиться. Больница была не самым лучшим выбором. Из-за недавнего шума зомби из стационара начали выходить один за другим, не говоря уже о тех, кто собрался снаружи. Чем дольше они оставались, тем опаснее становилось, даже несмотря на то, что Шэнь Жуй и Лэй Дашань тоже прорвались на третий уровень. — Хорошо. Чэ-гэ, посмотри, где поблизости меньше всего зомби? Все по очереди поднялись. Чжао Ган, Шэнь Жуй и другие, у кого было больше сил, пошли впереди, прорываясь наружу. Лэй Дашань прикрывал сзади. Син Фэн, обняв Юнь Чэ, шёл в середине вместе с пространственником и световиком. По бокам их охраняли Цзян Шан, Ю Дун и другие обладатели способностей второго уровня. — Зомби все собрались у больницы. Поблизости много мест, где их нет. Сначала соберитесь все вместе. Взглянув на воздушную панель, Юнь Чэ заставил себя собраться. Снаружи больницы зомби было как муравьёв — прорваться с боем было невозможно. — Син-дадай, на этот раз ты будешь защищать меня. Держи меня крепче. С этими словами тонкая воздушная оболочка накрыла их. — Цзян Шан, открывай дорогу! Бежим! По команде Син Фэна две золотые ленты с рёвом рассекли толпу зомби, проложив кровавый путь. Син Фэн подхватил Юнь Чэ на руки и бросился наружу. Остальные не стали медлить и, согласованно двигаясь с ним, побежали. Юнь Чэ, которому даже не нужно было тратить силы, полностью сосредоточился на управлении воздушной оболочкой, укрывая всех. — Цзян Шан, налево. Вырвавшись из гущи зомби, Юнь Чэ снова крикнул. Воздушная оболочка исчезла — не потому, что он её убрал, а потому, что у него больше не осталось сил её поддерживать. — Р-р-р! — Прочь! Как только запах живых людей просочился наружу, зомби, почуяв его, с рёвом бросились вперёд. Цзян Шан и Шэнь Жуй, прокладывавшие путь, действовали слаженно. Лэй Дашань, Юй Вэньцин и остальные, прикрывавшие сзади, тоже не отставали, решительно отбиваясь от наступающих зомби. — Вон тот торговый центр. Хайсюань, открой дверь. Пробежав две улицы, Син Фэн увидел вдалеке пятиэтажный торговый центр и решительно приказал. Им нужно было восстановить не только способности, но и физические силы. После нескольких часов интенсивного боя они уже давно были голодны. Поняв, куда он смотрит, Цзян Шан и Шэнь Жуй, прокладывавшие путь, двинулись в ту сторону. Лу Хайсюань тоже выбежал вперёд. Когда они добрались до входа, остальные развернулись и принялись отбиваться от подступающих зомби. Лу Хайсюань присел на корточки, приложил руку к замку роллетных ворот и, слегка активировав способность, расплавил его изнутри. Но… — Вы… кто вы такие? Когда они подняли ворота, изнутри раздались голоса. Син Фэн, державший Юнь Чэ на руках, поднял голову. У входа толпилось не меньше тридцати-сорока человек, мужчин и женщин. Большинство из них были молодыми. В руках они держали кухонные ножи, стальные трубы и прочее. Син Фэн на мгновение задумался и твёрдо сказал: — Мы выжившие. Хотим немного отдохнуть. Мешать не будем. С этими словами, не дожидаясь их реакции, он с Юнь Чэ на руках вошёл внутрь. Хэ Юнъи и Сю Цзе, шедшие следом, даже не взглянули на них. Не потому, что они были высокомерны, а потому, что у них не было сил. После долгого изнурительного боя и стремительного прорыва из окружённой зомби больницы, даже их, постоянно охраняемых, уже давно колотило от усталости, сил ни на что не было. — Нельзя! Мы заняли это место первыми! Уходите! — Да, уходите! Вы привлечёте зомби своей кровью! — Вы хотите нас всех погубить? Уходите! — Уходите! Уходите! Увидев это, большинство из тех, кто был внутри, возмутились и двинулись на них. Молодые лица исказились от злобы, страха и ужаса. Ни капли человеческого сострадания. Каждый думал только о том, как спасти свою шкуру. Судьба Син Фэна и остальных их не волновала. «Впрочем, это нормально. В апокалипсисе у кого есть сострадание?» — подумал Син Фэн. Несколько человек, не присоединившихся к изгнанию, тоже не остановили их. Если присмотреться, в глубине их глаз затаилась глубокая безнадёжность — их вынудил апокалипсис. Бах-бах-бах! — А-а-а-а! — Жить надоело? Назад! Вдруг золотые пули прочертили полосу у их ног. Те, кто ещё минуту назад возмущался и злился, в страхе попятились. Некоторые из трусливых женщин закричали и заплакали. Лу Хайсюань грозно окинул их взглядом и, убедившись, что они больше не будут буянить, убрал созданный металлической способностью пистолет. Вскоре Лэн Ехань и остальные, зачистившие всех зомби в радиусе нескольких метров, один за другим вошли в торговый центр. Шедший последним Лэй Дашань с грохотом захлопнул дверь. Увидев их, перепачканных кровью и излучающих убийственную ауру, те люди невольно отодвинулись подальше, но их взгляды всё равно были насторожены — словно они боялись, что те набросятся и перережут их. — Цзян Шан?! В конце концов, все были молодыми, а Цзян Шан был знаменитостью в шоу-бизнесе. Кто-то его узнал, раздался удивлённый возглас, и все разом перевели взгляд на него. Но Цзян Шан лишь поднял голову с отсутствующим видом, посмотрел на них и тут же отвернулся. Тяжело дыша, он побрёл за остальными. Сегодня он всё время шёл впереди, к тому же потерял много крови. Теперь, когда всё стихло, он был совсем измождён и держался только на силе духа. — Отдохнём здесь. Шэнь Жуй, найди что-нибудь поесть. Син Фэн, с самого начала не обращавший на них внимания, огляделся, выбрал чистое место и опустил Юнь Чэ. Они не собирались задерживаться надолго — как только Юнь Чэ восстановится, они уйдут. — Нельзя! Еда — наша! Увидев, что они ещё и еду собираются брать, те люди снова запротестовали. Шэнь Жуй насмешливо окинул их взглядом, даже говорить не стал и вместе с Чжао Ганом направился в супермаркет на первом подземном этаже. Те, кого проигнорировали, покраснели от злости. Им хотелось броситься и спорить, но, глядя на их окровавленный вид, они не решались. Оставалось только глупо стоять. Ян Хуайэнь, Лэй Дашань и остальные даже не взглянули на них. Таких людей они видели много — бездарные, но жадные. В этот раз им повезло встретиться с ними. Если бы они наткнулись на других, они бы и не заметили, как умерли. В апокалипсисе выживают только те, у кого есть настоящая сила. — Ты думаешь, я уже в отключке? Юнь Чэ, прислонившийся к стене, прищурился. Голос его всё ещё звучал слабо. Весь день он расходовал силы, ни разу по-настоящему не отдохнув. Третий уровень, конечно, сильнее второго, но это не значит, что способности неиссякаемы. — Открывать пространство — тоже тратить силы. Это торговый центр, чего тут бояться? Еды полно. Приготовленные Юнь Яо обеды хранились у Юнь Чэ. Син Фэн с самого начала выбрал торговый центр, чтобы Юнь Чэ не пришлось снова использовать способность. — Ха-ха… Сейчас у него не было сил объяснять. Юнь Чэ легонько взмахнул рукой, и перед ним появился большой пластиковый герметичный контейнер, в котором аккуратно лежали одноразовые коробки с едой. Коробки они собрали в прошлый раз на складе супермаркета в столице провинции. Когда Юнь Яо готовила им еду, Юнь Чэ дал их ей — они удобнее, чем термосы. — Уже больше трёх часов. Больше не пользуйся способностями. Отдохнём час — и уйдём. Син Фэн с досадой потрепал его по щеке, достал из пространства несколько вёдер и бутыль с водой и предложил всем помыть руки перед едой. Сам он намочил полотенце, тщательно вытер лицо и руки Юнь Чэ, а потом и его лысую голову. — Юнь Чэ?! Второй… Это правда ты! Вдруг раздался удивлённый возглас, и несколько фигур быстро подбежали к нему. Лэн Ехань и остальные остановились, настороженно глядя на них. Юнь Чэ, услышав «Второй», медленно открыл глаза. Кого же он увидел, как не Цзян Юаня и остальных? Подумав, что Тунъян действительно недалеко от Чуаня, он слегка удивился, но потом с облегчением вздохнул. — А вы что здесь делаете? «Если я не ошибаюсь, в Чуане тоже есть базы выживания. Выходит… остальные — студенты Хуа?» При этой мысли Юнь Чэ вспомнил о Хань Минчжэ. Его зрачки сузились, в глубине глаз затаилась убийственная ярость, которую он не мог скрыть. — Это правда ты, Юнь Чэ! Давно не виделись. Я слышал, ты давно ушёл из университета, я всё беспокоился о тебе. Не думал, что встречу тебя здесь. Словно в ответ на его мысли, раздался мягкий, с улыбкой голос, опередивший Цзян Юаня. Следом перед ним, согнувшись, присел высокий, худощавый Хань Минчжэ, приветливо и дружелюбно улыбаясь. Глядя на это фальшивое лицо, Юнь Чэ вспомнил всё, что было перед смертью в прошлой жизни. Его истощённое тело окаменело, мышцы под одеждой напряглись. Другие, возможно, и не заметили его состояния, но Син Фэн, сидевший рядом, прекрасно его чувствовал. К тому же Хань Минчжэ вёл себя так, будто они с Юнь Чэ были очень близки. Син Фэн пристально посмотрел на него, и его аура стала ледяной. Юй Вэньцин и остальные, хорошо его знавшие, с удовольствием приготовились смотреть представление. «Осмелиться приставать к старшей невестке прямо перед командиром — жить надоело» , — подумали они. — А что сейчас происходит? Любовный треугольник? У командира Сина появился соперник? Чжоу Цзэюй, которому тоже стало не по себе, тихонько, комариным голосом, подвинулся к Лу Хайсюаню и Чжань Яфэй. Но они всё равно услышали. Несколько человек пожали плечами, давая понять, что они не в курсе и не вмешиваются, а будут просто смотреть. Особенно Цзян Шан — он с самого начала только мельком взглянул, когда Цзян Юань и остальные бросились вперёд. Глава 94. Игра в поддавки. Хань Минчжэ вне себя от злости Ни Хань Минчжэ, ни Юнь Чэ не ожидали такой встречи. «Что это — судьба или насмешка?» — подумал Юнь Чэ. — Я тоже не думал встретить здесь доцента Ханя. Видно, у нас действительно необычная связь. Очнувшись и почувствовав холодок Син Фэна, Юнь Чэ прильнул к нему. Когда он перевёл взгляд на Хань Минчжэ, на его губах заиграла странная улыбка. «Раз уж встретились, нужно мстить. Я и не собирался так рано с ним разбираться. С его коварством и жестокостью я никогда не боялся, что он умрёт в апокалипсисе» , — подумал он. Любой, кто немного знал Юнь Чэ, мог сказать, что он задумал убийство. Но даже Син Фэн был удивлён. Из их разговора было ясно, что они были просто преподавателем и студентом. Почему же Юнь Чэ вдруг захотел его убить? Неужели Чжоу Цзэюй угадал — между ними действительно что-то было? «Но «что-то» было, только не в том смысле. Если бы это была просто ссора бывших любовников, стал бы Юнь Чэ, с его равнодушным характером, так мелочно мстить?» — подумал Син Фэн. — … Да, необычная связь. Я слышал, в Линцзяне построили самую большую на юго-западе базу. У ректора Ян есть двоюродный брат — майор в той армии. Мы собираемся туда. Может, и вы с нами? Будем друг другу подмогой. Хотя слова и улыбка Юнь Чэ показались ему странными, Хань Минчжэ всё же озвучил свою просьбу. «Он не глуп. Юнь Чэ, может, и слаб, но люди рядом с ним выглядят очень сильными. Если удастся с ними подружиться, дальнейший путь будет безопаснее. А когда доберёмся до базы, посмотрим, живы ли они и насколько сильны» , — подумал он. Хань Минчжэ хитро прикидывал. В его душе Юнь Чэ всё ещё был тем тихим, усердным, но не очень успевающим студентом, который вечно молчит. Даже если при последней встрече Юнь Чэ его высмеял, а сейчас выглядит чужим, Хань Минчжэ, считавший себя опытнее и сообразительнее, не придал этому значения. — Вот как! Юнь Чэ мельком взглянул на несколько десятков человек, стоявших поодаль. «Столько народу — и в Юго-Западную базу? Сами на смерть идут? Зомби будет чем поживиться» , — подумал он. — Многие из них — обладатели способностей. Все мы из одного университета. Я уверен, они будут рады, если вы присоединитесь. Проследив за его взглядом, Хань Минчжэ, как ни старался скрыть, не смог спрятать гордость. Если разобрать его слова, нетрудно заметить в них нотки покровительства — будто он делает им одолжение. Не только Юнь Чэ, но даже Чжоу Цзэюй, Юй Вэньцин и люди из «Мусорного отряда» усмехнулись. «С такой силой — и хвастаться? То ли он храбрый, то ли дурак» , — подумали они. Цзян Юань и остальные, оттеснённые в сторону, нахмурились и принялись незаметно подавать Юнь Чэ знаки, чтобы он не соглашался. Любой дурак понял бы, что Хань Минчжэ нужны не они, а сила его людей. Если он подружится с ними и освоится, то от Юнь Чэ избавится. Как тогда он поступил с ними. Если бы не их старшие, которые пожертвовали собой, они бы до сих пор были в плену у университета. А что в итоге? Большинство перешло на сторону Хань Минчжэ, а их, нескольких человек из одной комнаты, за то, что они не могли смотреть на его бесчеловечную жестокость, постепенно изолировали. Хорошо, что у всех у них были способности, иначе их бы давно бросили. — За неделю до апокалипсиса я уже не был студентом Хуа. Так что я им не однокурсник. К тому же, доцент Хань, вы, кажется, обычный человек без способностей? Вам самому нужна защита. С какой стати вы решаете за других? Простите, я человек прямой, говорю, что думаю. Может, и не очень приятно, но вы не обижайтесь. В ленивых глазах Юнь Чэ заиграл лёгкий смех, скрывающий глубокий холод. Он, выглядя безобидным, язвил, а сам думал, как бы поизящнее убить Хань Минчжэ. «Его ума хватает только на то, чтобы дурачить неопытных студентов и такого же идиота, каким был я в прошлой жизни» , — подумал он. — Юнь Чэ, ты… ты изменился. Раньше ты был тихим, мало говорил. А теперь… «Как же неудобно говорить!» — подумал Хань Минчжэ. Его взгляд забегал, лицо потемнело. «Какой-то слабый пространственник, который даже слабее его, смеет насмехаться над ним, обычным человеком? Ему самому отчаянно хочется иметь способности, стать обладателем! Если бы не сила его спутников, кто бы его терпел?» — подумал он. — Люди меняются. А разве доцент Хань не изменился? Выжить в апокалипсисе и добраться из Чуаня до Тунъяна — не говорите, что ваши руки не в крови живых людей. Юнь Чэ больше не скрывал насмешки. Он смотрел на него как на идиота. «У этого человека толстая шкура. Я и так, и этак намекаю, а он всё не уходит. Когда я восстановлюсь, у меня не будет времени болтать с ним. Впрочем, если он хочет, я не против. Всё равно делать нечего. Приятно будет убить его, когда он уже наполовину мёртв» , — подумал он. — Ну… Хань Минчжэ никак не мог привыкнуть к такой резкой перемене в Юнь Чэ. Ему было жаль терять его людей, и на лице его отразились и неловкость, и смущение. Син Фэн, уже примерно понявший, в чём дело, одной рукой обнял Юнь Чэ, другой взял его чистую руку и принялся рассеянно перебирать её, словно от скуки. — Сяо Чэ, не представишь? Он мельком взглянул на явно обрадованного Хань Минчжэ, но не задержал на нём взгляда — с видом полного пренебрежения. Хань Минчжэ, увидев внезапно вмешавшегося Син Фэна, сначала обрадовался, а потом, услышав его слова, снова напрягся. Юнь Чэ, посмотрев на Хань Минчжэ, который то возбуждённо, то жалобно на него смотрел, скривил губы. — Нечего представлять. Просто доцент из университета. Не очень знакомы. Как только он это сказал, Хань Минчжэ, который всё время делал вид, что они хорошо знакомы, помрачнел. Цзян Юань и остальные, оттеснённые в сторону, тихонько смеялись и мысленно ставили Юнь Чэ лайк. «Давно они его терпеть не могли. Ещё до апокалипсиса он попал в скандал, а после апокалипсиса стал притворяться добреньким и подлизываться ко всем. Если кто ему не нравился, он натравливал на него толпу. Сколько людей уже выжили или умерли? Их семьи были недалеко от Линцзяна, и если бы они не надеялись, что родные могут быть на Юго-Западной базе, разве стали бы они здесь терпеть его выходки?» — подумали они. — Доцент, а вы его так хорошо помните? Неужели наш Сяо Чэ был отличником? Зная, что Юнь Чэ нарочно его дразнит, Син Фэн притворно-ревниво приподнял его за подбородок, заставляя поднять голову. Со стороны он выглядел как богатый покровитель, содержащий Юнь Чэ, и сейчас был очень недоволен. — Отличник у нас Сяо Чэн. Я смог поступить в Хуа только благодаря тому, что он помог мне выучить главное. Не ревнуй понапрасну. Откуда мне знать, почему он меня запомнил? Может, сам спросишь? Юнь Чэ тоже заинтересовался. Не стесняясь, он обнял его за шею и прильнул к нему — вылитый любовник, который кокетничает с покровителем. — Доцент Хань, вы хорошо знакомы с нашим Сяо Чэ? Син Фэн и правда повернулся к Хань Минчжэ, лицо которого было чернее тучи. Его красивое, словно вырезанное из камня, лицо источало холод, а глубокие, тёмные глаза, казалось, проникали в самую душу. Хань Минчжэ почему-то испугался, забыл, зачем пришёл, и, поднявшись, заикаясь, сказал: — Н-не очень знакомы. Извините, что побеспокоил. Глядя на его поспешно ретирующуюся фигуру, Юнь Чэ пристально посмотрел на него. На его губах заиграла кровавая улыбка, но она быстро исчезла, так что никто её не заметил. — Чёрт, что за фрукт? Вообразил о себе невесть что. Цзян Юань, человек прямой, тихо выругался. Остальные трое молча положили руки ему на плечи. В их глазах застыла горечь. Им Хань Минчжэ тоже был не по душе. Если бы не он, их старшие не пожертвовали бы собой. — Я же велел вам взять отпуск и поехать домой отдохнуть на пару дней. Хань Минчжэ сбежал, Юнь Чэ выбрался из объятий Син Фэна и с досадой посмотрел на четверых. «Зря я их предупреждал перед уходом. Пропали мои добрые намерения» , — подумал он. — М-м-м? Четверо растерялись. Только через некоторое время они вспомнили, что он им говорил. И тут же вытаращили глаза. — Неужели ты уже тогда знал… «Не может быть. Если бы Второй знал о апокалипсисе заранее, тогда его предупреждение имело смысл. Он хотел спасти их жизни. Но…» — они сожалели. «Жаль, что они тогда не придали этому значения. Кто ж знал, что через несколько дней наступит конец света?» — Я что, бог, чтобы знать о конце света заранее? Я хотел сказать, что если бы вы меня послушались и взяли отпуск, то, может, сейчас были бы с семьёй. Или хотя бы знали бы, живы они или нет. Юнь Чэ сразу понял, о чём они думают. Он с отвращением закатил глаза и, бросив пару фраз, объяснился. Слова его были не слишком приятны, но правдивы. В апокалипсисе узнать, живы ли близкие, уже большое счастье. — Да, жаль, что мы тебя не послушали. Подумав, они согласились. Они не были такими мелочными, как Хань Минчжэ, и не обиделись на его правду. Только вздыхали. За какой-то месяц они из беспечных студентов превратились в настоящих мужчин. Это было жестоко, но неизбежно. — А где остальные? Должно быть ещё трое? Юнь Чэ по очереди оглядел их. Кроме Цзян Юаня, остальные были ему не очень знакомы, но он знал, что в комнате их было восемь. — Старшие… При упоминании об этом у всех четверых покраснели глаза. Наконец Цзян Юань, сдерживая рыдания, сказал: — Старший, четвёртый и седьмой погибли. Они прикрывали нас, когда мы выбирались из университета. Все говорили, что они самые сильные, поэтому должны делать больше. К чёрту это «должны делать больше»! Они умерли, а те даже не чувствуют вины, не то что благодарности. В тот раз, кроме них троих, прикрывали отход ещё человек десять. Хотя они не видели, как они погибли, никто из них не пришёл на место встречи. Должно быть, все умерли. «Тогда мы были слишком наивны и горячи. Сейчас никто бы не стал рисковать жизнью ради других» , — подумал он. Быстрое взросление всегда требует жертв. И такие жертвы обычно бывают кровавыми. Комментарии к переводу «Второй» (老二) — обращение к Юнь Чэ по старшинству в комнате общежития. В китайских студенческих общежитиях принято нумеровать соседей по возрасту. «Второй» означает, что Юнь Чэ — второй по старшинству. «Любовный треугольник» (三角关系) — Чжоу Цзэюй шутит, что появление Хань Минчжэ может означать любовный треугольник между ним, Юнь Чэ и Син Фэном. Доцент Хань (韩副教授) — Хань Минчжэ. В китайской системе образования «доцент» (副教授) — это учёное звание, следующее после профессора. В обращении могут называть и «профессор» (教授), но Лэн Ехань в главе 23 намеренно называет его «доцент», чтобы подчеркнуть, что он не получил звание профессора. «Игра в поддавки» (一搭一唱) — в оригинале «петь дуэтом». Юнь Чэ и Син Фэн нарочно разыгрывают сценку, чтобы выставить Хань Минчжэ в неловком свете. «Толстая шкура» (脸皮厚) — в оригинале «толстая кожа лица», то есть «бесстыжий», «наглый».