Ветра перемен

Время потерь, расставаний и трасс, где оно встретит, не знаем и сами. ©

Ворон не хотел спать, метался внутри, пытаясь что-то донести до Зеврана, но тот не мог понять дракона. Зевран выпил зелье, но даже оно сегодня не действовало. Зеленые чешуйки пробегали по всему телу, рычание Ворона разрывало голову изнутри. Зевран глянул на себя в зеркало, увидел в отражении, как его глаза то желтели, то возвращались к привычному цвету. — Да утихомирься ты уже, — прошипел Зевран. Только не хватало, чтобы он сейчас вышел из-под контроля. Зевран невольно поежился, вспоминая выжженную долину, крики людей. Беспомощность, отчаяние, боль и вина вновь смешались в немыслимый ураган чувств, разрывающих изнутри. Ворон, уничтоживший всех. Зевран, неспособный кого-то спасти. И клокочущая внутри безумная ярость. — Я не позволю этому повториться, — прошептал Зевран, — точно не сейчас, когда обрел ее. Он вышел на улицу, вдыхая ночной воздух. Он был наполнен запахами леса, цветущих растений, животных и… Зевран дернулся, но запах не исчез, а только стал ярче и насыщеннее, но здесь его быть никак не могло. Зевран не верил тому, что чувствовал. Но Ворон не мог ошибиться, теперь его поведение было более, чем понятным. Зевран сбежал по лестнице, оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, откуда чувствуется запах. — Неужели ты думал, что я не найду тебя? — раздался голос за спиной. — Талиесин… — выдохнул Зевран и развернулся. На него смотрел тот, кого раньше он мог бы назвать другом. Два молодых дракона — они постигали все вместе. Вот только Талиесин сжился с жестокостью своего зверя, а Зевран так и не смог. В небе они были непобедимы, сражаясь бок о бок. И в ту Долину полететь его подбил именно Талиесин, напасть на врага, пока он беспомощен. Зевран не хотел, но Ворона уговорить оказалось куда проще. Зевран зажмурился вновь, вспоминая плач детей, крики женщин и дикий рев, пытавшихся обратиться. — Ты должен вернуться, Ворон, — произнес Талиесин. — Нет… Я больше не позволю ему управлять мной, — ответил Зевран. — Ты нужен народу, золотые снова начали нападения на наши земли, — сказал Талиесин. — После того, что мы устроили в Долине — это более, чем ожидаемо, — огрызнулся Зевран. Ворон внутри рвался на свободу, чтобы показать Талиесину его место, но Зевран не мог ему этого позволить. Талиесин был другом, пусть они и не сходились во взглядах на жизнь. А еще у Зеврана была Нерия, которая точно не одобрила бы убийств. И ради нее он готов был стать лучше. Он готов справится с Вороном. Он готов на все. — И им нужно показать их место, но без тебя это крайне сложно. — Я вам не помощник, тем более, я нашел ради чего жить. — Я видел. Красивая, — усмехнулся Талиесин, — но что делать целителю с убийцей? Она знает, кто ты на самом деле? Что ты совершил? — Я изменился. И я не пойду с тобой. Я больше не он, а она верит в меня. — Я ведь ждал, что ты так ответишь. Ты размяк рядом с ней, — усмехнулся Талиесин, — но об этом я тоже позаботился. И тогда Зевран в полной мере ощутил то, что пытался игнорировать. То, что уже давно почувствовал Ворон. Запах крови, ее крови, капающей с кинжала, что держал Талиесин в руке. Зевран зарычал, ногти превратились в когти, чешуя покрыла почти все тело, а сам он с невероятной скоростью бросился к Талиесину. Он прижал его за горло к дереву, тот даже не сопротивлялся, не пытался обратиться, лишь смотрел на Зеврана с усмешкой. — Вот она твоя истинная природа, покажи ее, давай же. Зевран вспомнил ее глаза, прикосновения. Ее веру в то, что он добрый и заслуживает любви. Ее смех. То, как он сам верил, что может быть лучше рядом с ней. То счастье, подаренное ему, как оказалось, на столь короткий срок. Он не мог подвести ее, стать монстром, пусть Талиесин и заслуживал смерти. Она бы выбрала милосердие. Она хотела видеть его таким. Пальцы разжались, отпуская Талиесина. Ворон внутри завыл, но чешуя исчезла, возвращая Зеврану человеческий облик. — Убирайся. И никогда не возвращайся. И скажи, что я уничтожу любого, кто сунется ко мне. — Ворон… — начал Талиесин. — Зевран, — ответил Зевран и посмотрел Талиесину прямо в глаза. Видимо, тот увидел что-то во взгляде, поэтому развернулся и ушел, не проронив ни слова. А Зевран впервые ощутил, что понимает Ворона, чувствует его, и самое удивительное: ярости в нем больше не было. Зевран поднял упавший в траву кинжал. Он знал, что нужно сделать — найти ведьму. Говорят, что, живущей в диких землях сильнее нет, а значит, ему туда. Огромный зеленый дракон взмыл в небо. Больше между Зевраном и Вороном недопониманий не было.